ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А20-4346/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17.06.2021

Постановление изготовлено в полном объёме 18.06.2021

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего: Марченко О.В., судей: Бейтуганова З.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Денисовым В.О., в отсутствие лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Манина С.А. на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.11.2020 о признании недействительными сделок должника с Кармовым А.Х. и применении последствий недействительности сделок, принятое в рамках дела № А20-4346/2019 о несостоятельности (банкротстве) Кармова Х.А. (с. Малка, Зольский район, Кабардино-Балкарская Республика), 

УСТАНОВИЛ:

решением суда от 24.09.2019 в отношении ФИО4 (далее – ФИО4, должник) введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2). 

Финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением, в котором просит признать недействительной сделкой – перечисления должником в пользу сына - ФИО3 (далее – ФИО3) денежных средств в общем размере 3 440 103,75 руб.; применить последствия недействительности сделки. Заявление мотивировано тем, что денежные средства перечислялись заинтересованному лицу в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Определением суда от 20.11.2020 в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован тем, что на момент перечисления денежных средств должник не обладал признаками неплатежеспособности. При этом, ФИО3 в оспариваемый период проживал на территории США, не имел возможности работать и самостоятельно обеспечивать себя, в связи с чем, в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации оспариваемые платежи являются финансовой помощью родителем своему сыну. 

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовым управляющим подана апелляционная жалоба, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что оспариваемые платежи являются безвозмездными сделками (дарением). Вследствии совершения данных платежей у должника не осталось имущества, за счет которого могут быть погашены обязательства перед кредиторами. Единственное выявленное имущество должника (запасы) реализовано на торгах за 108 000 руб., а в реестр требований кредиторов включены требования в сумме 2 470 505 959 руб. 

Во исполнение определения апелляционного суда от 04.03.2021 финансовым управляющим представлены банковские выписки по счетам № 40817810301001859267 и № 40817840101000302024, которые приобщены к материалам настоящего обособленного спора.

В отзыве (с учетом дополнения) конкурсный кредитор АО «ЮниКредит Банк» поддержало доводы апелляционной жалобы, указав, что фактически ФИО4 является бенефициарным владельцем АО «Кабельный завод «Кавказкабель» и входящих с ним в одну группу лиц, в связи с чем, на момент перечисления денежных средств своему сыну должнику было известно о неисполнении основным кредитором кредитных обязательств. В обоснование своей правовой позиции также представлены дополнительные документы, которые также приобщены к материалам дела.

В судебное заседание стороны явку не обеспечили.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, и проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.11.2020 по делу № А20-4346/2019 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, при изучении выписки по расчетному счету № 

<

***>, открытому в ОА «Райффазенбанк», финансовым управляющим установлено, что в период с 18.01.2017-26.01.2019 должник перечислял своему сыну ФИО3 на расчетный счет № 

<

***> денежные средства в общей сумме 1 556 000 руб.; за период с 17.01.2016 – 21.12.2018 на KARMOVANATOLY в общей сумму 1 188 103 руб. 75 коп. 

Полагая, что сделки по перечислению денежных средств совершены безвозмездно в отношении заинтересованного лица, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Пленум № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу, что на момент перечисления денежных средств должник не обладал признаками неплатежеспособности. При этом, ФИО3 в оспариваемый период проживал на территории США, не имел возможности работать и самостоятельно обеспечивать себя, в связи с чем, в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации оспариваемые платежи являются финансовой помощью родителем своему сыну. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции посчитал недоказанной совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания платежей недействительным, а также не усмотрел в действиях сторон признаков злоупотребления правом.

Между тем, апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, ввиду следующего.

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 11.04.2018 по делу № А20-14/2018 удовлетворены требования АО «ЮниКредитБанк» о взыскании солидарно, в счет погашения задолженности за АО «Кабельный завод «Кавказкабель», с ИП ФИО4, ООО «Франкард», ООО «Кавказкабель» задолженности в общей сумме 416 490 222,40 руб., из них основной долг - 378 535 688,00 руб., проценты - 35 895 127,85 руб., штрафы (санкции) - 2 059 406,55 руб. 

В последующем данная сумма задолженности включена в реестр требований кредиторов ФИО4 определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.12.2019 по настоящему делу.

Обязательства ФИО3 перед банком в общей сумме 416 690 222,40 руб., включенной в реестр, вытекают из следующих кредитных соглашений:

- в части 142 648 487,81 руб. из Договора поручительства № 101/0114Z/15 от 29.04.2015, заключенного в обеспечение исполнения обязательств АО «Кабельный завод «Кавказкабель» по соглашению о предоставлении кредита № 101/0017L/14 от 27.02.2014,

- в части 55 529 363,84 руб. из Договора поручительства № 101/0244Z/16 от 10.08.2016, заключенного в обеспечение исполнения обязательств АО «Кабельный завод «Кавказкабель» по соглашению о предоставлении кредита № 101/0138L/14 от 30.12.2014,

- в части 218 312 370,75 руб. из Договора поручительства № 101/0316Z/15 от 22.12.2015, заключенного в обеспечение исполнения обязательств АО «Кабельный завод «Кавказкабель» по соглашению о предоставлении кредита № 101/0076L/15 от 25.12.2015.

Как пояснил АО «ЮниКредит Банк», АО «Кабельный завод «Кавказкабель» допускалась просрочка по исполнению обязательств по указанным соглашениям, что подтверждается следующим:

- по соглашению № 101/0017L/14 от 27.02.2014 – с марта 2015 года допускались просрочки по оплате процентов и основного долга, ввиду чего неоднократно осуществлялись реструктуризации задолженности, после которых вновь образовывались просрочки, с июня 2017 оплата процентов вовсе прекратилась (графы «i», «j», «k», «m» расчета задолженности), 

- по соглашению № 101/0138L/14 от 30.12.2014 – с апреля 2016 года допущены просрочки по оплате процентов и основного долга (далее не погашался вовсе), ввиду чего неоднократно осуществлялись реструктуризации задолженности, после которых была оплачена незначительная сумма в погашение процентов и вновь образовывались просрочки, с марта 2017 оплата процентов вовсе прекратилась (графы «i», «j», «k», «m» расчета задолженности), 

- по соглашению № 101/0076L/15 от 25.12.2015 – также с апреля 2016 года допущены просрочки по оплате процентов и основного долга (прекратилась оплата), которые в последующем не погашались вовсе несмотря на неоднократно осуществлявшиеся реструктуризации задолженности (графы «i», «j», «k», «m» расчета задолженности).

АО «Кабельный завод «Кавказкабель» не исполнило свои обязательства по вышеуказанным сделкам, допустив просрочку исполнения обязательств с 10.11.2017 в сумме свыше 416 млн. руб.

В связи с неисполнением основным заемщиком кредитных обязательств, банком в адрес поручителя - ФИО4 направлено требование-уведомление от 21.11.2017.

Таким образом, просрочка АО «Кабельный завод «Кавказкабель» перед банком уже по всем трем кредитным соглашениям имелась с апреля 2016 года, т.е. до даты совершения оспариваемых сделок должника в пользу сына.

Осведомленность ФИО4 об указанных просрочках подтверждается и аффилированностью с АО «Кабельный завод «Кавказкабель», поскольку он являлся членом Совета директоров, а также общностью экономических интересов с ним, о чем указано в пункте 16 договора поручительства № 101/0114Z/15 от 29.04.2015 и в пунктах 9 договоров поручительства № 101/0316Z/15 от 22.12.2015 и № 101/0244Z/16 от 10.08.2016.

Общность экономических интересов выражалась в том, что в период выдачи займов Кармов Х.А. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя за ОГРНИП 312500413300032 от 12.05.2012 (прекращен статус ИП 23.05.2019) и имел схожие либо сопутствующие для деятельности общества виды экономической деятельности.

При этом, заключение кредитных соглашений происходило с одобрения Совета директоров, что подтверждается протоколами заседаний совета директоров АО «Кабельный завод «Кавказкабель» № 23 от 27.02.2014, № 10 от 30.12.2014 и № 11 от 17.12.2015, в которых Кармов Х.А. указан в качестве члена Совета директоров.

Кроме того, как указало АО «ЮниКредит Банк» единственным акционером АО «Кабельный завод «Кавказкабель» являлось ООО «Франкард» с 15.06.2005 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, исключено из ЕГРЮЛ 15.01.2020 в связи с наличием недостоверных сведений), которая также выступала поручителем по кредитным соглашениям перед банком.

В свою очередь мажоритарным участником ООО «Франкард» с долей участия 60% являлся сам ФИО4

При этом, АО «Кабельный завод «Кавказкабель» являлось мажоритарным акционером другого участника группы – ОАО «Прохладненская мебельная фабрика» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), которая также выступала и поручителем и залогодателем по кредитным соглашениям (признано банкротом, дело № А20-4231/2019) и также подконтрольна ФИО4

Совокупность данных обстоятельств свидетельствует о том, что ФИО4 является аффилированным лицом с заемщиком АО «Кабельный завод «Кавказкабель».

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Согласно пункту 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

В силу пункта 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Из вышеуказанных положений следует, что ответственность поручителя перед кредитором возникает в момент просрочки исполнения основным должником своих обязательств перед кредитором.

Следовательно, поскольку материалами дела подтверждена аффилированность ФИО4 по отношению к основному заемщику АО «Кабельный завод «Кавказкабель», то ему было известно о моменте возникновения у АО «Кабельный завод «Кавказкабель» просрочки перед банком, то есть не позже апреля 2016 года.

Следовательно, на даты совершения оспариваемых платежей и в результате их совершения ФИО4 отвечал признаку объективной неплатежеспособности.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Апелляционным судом установлено и сторонами не оспаривается, что ФИО3 является родным сыном должника, в связи с чем, презюмируется, что он знал о совершении платежей с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых платежей подтверждается материалами дела, поскольку в результате безвозмездной передачи денежных средств своему сыну должник утратил возможность исполнения обязательств перед кредиторами, размер задолженности перед которыми составил более 2 млрд руб.

Таким образом, проанализировав фактические обстоятельства по настоящему делу, установив семейные связи должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания недействительными совершенных должником платежей в пользу близкого родственника  на сумму 3 440 103,75 руб., на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, оценивая поведение сторон, суд апелляционной инстанции также приходит к следующим выводам.

В первом абзаце пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде, а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из представленных в материалы дела сведений о движениях денежных средств по кредитным картам ФИО3 в Банке Америки (т. 1, л.д. 87-96) денежные средства расходовались ФИО3 на покупку дорогостоящих товаров и услуг (Apple – бренд компьютерной техники премиум-класса, Louis Vuitton – бренд одежды премиум-класса, Swarovski – бренд премиум-класса на рынке украшений, Exotic rides inc miami lakes – фирма по аренде роскошных и дорогостоящих авто), покупки совершались в различных городах США: Нью-Йорк, Майами. Сумма вышеуказанных расходов ФИО3 составила более 12 500 долларов США только согласно представленным в дело выпискам и за незначительный период конца 2016 года (без учета его расходов в 2017-2019 годы).

Таким образом, доводы должника и выводы суда первой инстанции о том, что денежные средства перечислялись для оплаты обучения своего сына, опровергаются материалами дела.

Кроме того, ссылка суда первой инстанции о том, что в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации оспариваемые платежи являются финансовой помощью родителем своему сыну, также являются неправомерными ввиду следующего.

В соответствии со статьей 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители обязаны обеспечить получение детьми общего образования. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители обязаны обеспечить получение детьми общего образования.

Указанная обязанность наравне с иными, установленными законом, прекращается для родителей если ребенок достиг возраста восемнадцати лет либо приобрел полную дееспособность до достижения названного возраста в результате эмансипации или вступления в брак.

ФИО3 родился ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, на момент совершения оспариваемых сделок (2016-2019 годы) являлся совершеннолетним, и обязанность родителей по его содержанию и обучению к указанному времени была прекращена.

В силу пункта 1 статьи 85 Семейного кодекса Российской Федерации родители обязаны содержать своих нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи.

В статье 2 Федерального закона № 166-ФЗ от 15.12.2001 «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» закреплено, что нетрудоспособные граждане - инвалиды, в том числе инвалиды с детства, дети-инвалиды, дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери, дети, оба родителя которых неизвестны, граждане из числа малочисленных народов Севера, достигшие возраста 55 и 50 лет (соответственно мужчины и женщины), граждане, достигшие возраста 70 и 65 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 1 к настоящему Федеральному закону).

Судом апелляционной инстанции установлено, что в период совершения оспариваемых платежей ФИО3 уже достиг возраста 23 лет.

Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства обучения ФИО3 по очной форме в иностранной организации.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания принимать во внимание вышеуказанные положения Семейного кодекса Российской Федерации.

Приведенные обстоятельства в совокупности подтверждают, что ФИО4, осознавая наступление собственного объективного банкротства, последовательно производил платежи в пользу своего сына, что свидетельствуют о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов уже имеющихся на тот момент со значительным размером требований к нему.

Очевидно, понимая возможность утраты имеющихся у него денежных средств за счет которых могли быть частично удовлетворены денежные требования кредиторов, должник произвел перечисление значительной суммы денежных средств в пользу близкого родственника, который принял денежные средства в дар и распорядился ими по своему усмотрению.

Такое поведение не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав и не подлежит судебной защите.

О преследовании данной цели также свидетельствует тот факт, что часть из оспариваемых платежей осуществлены должником после вынесения решения Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 11.04.2018 по делу № А20-14/2018 о взыскании, в том числе с ФИО4, задолженности в сумме более 416 млн. руб.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости признания оспариваемых платежей недействительными также на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве определено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в случае если сделка, признанная в порядке  главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 61.6 Законе о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

С учетом отсутствия безвозмездного перечисления должником денежных средств своему сыну – ФИО3, апелляционная коллегия считает, что в данном случае подлежит применению последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 3 440 103,75 руб.

В связи с чем, определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.11.2020 по делу № А20-4346/2019, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено. 

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20.11.2020 по делу № А20-4346/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительной сделкой – перечисления ФИО4 в пользу ФИО3 денежных средств в общем размере 3 440 103,75 руб.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО4 денежные средства в размере 3 440 103,75 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу заявления в размере 6 000 руб. и за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через суд первой инстанции.   

Председательствующий

Марченко О.В.

Судьи

Бейтуганов З.А. 

Годило Н.Н.