СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3256/2022(10)-АК

Дело № А71-3312/2021

16 мая 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 мая 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Даниловой И.П.,  

судей:                             Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2 и лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка ФИО3 в лице законного представителя ФИО4

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики  

от 13 января 2023 года

о признании недействительным соглашения об отступном от 22.03.2018, заключенного между Кредитным потребительским кооперативом «Касса взаимной помощи «РОСТ» и ФИО5

вынесенное в рамках дела  № А71-3312/2021 

о признании несостоятельным (банкротом) кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» (ОГРН 

<

***>,    ИНН

1841026270), 

 

установил:

Центральный банк Российской Федерации в лице Национального банка Удмуртской Республики Центрального банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» (далее – КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ», финансовая организация).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.03.2021 заявление ЦБ РФ о признании несостоятельным (банкротом) КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» принято к производству с присвоением делу №А71-3312/2021.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.06.2021 (резолютивная часть оглашена 26.05.2021) КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный  управляющий).  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №96 от 05.06.2021.

17.11.2021 в суд от ФИО4  -  законного представителя ФИО3, действующего в её интересах, поступило заявление  о признании недействительным ничтожным договора об отступном от 22.03.2018, заключенного  между КПК «Касса взаимопомощи «РОСТ» и ФИО5; применении последствий недействительности сделки путем прекращения прав собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...> за КПК «Касса взаимопомощи «РОСТ»; признания за ФИО6 права общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...> в размере 1/4 доли; включения в реестр требований кредиторов требования ФИО7 о признании права собственности на 1/4 долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

...>.

Определением суда от 17.01.2022 заявление ФИО4 принято к производству; к участию в деле привлечено Управление социальной защиты населения Удмуртской Республики при Министерстве социальной политики и труда Удмуртской Республики; к рассмотрению настоящего заявления привлечены в качестве заинтересованных лиц: ФИО8, Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Удмуртской Республике.

Определением от 14.06.2022 приняты уточнения в части применения последствий недействительности сделки, согласно которым заявитель просил применить последствия недействительности сделки путем прекращения прав собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...> за КПК «Касса взаимопомощи «РОСТ»; признания за ФИО5 права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>; взыскании с ФИО4 в пользу КПК «Касса взаимопомощи «РОСТ» задолженности по договору займа №В136 от 30.06.2017 в размере 2 173 500 руб., взыскании с ФИО8 в пользу КПК «Касса взаимопомощи «РОСТ» задолженности по договору займа №В3/2018/21 от 16.02.2018 в размере 2 325 000 руб.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.01.2023 года (резолютивная часть оглашена 13.01.2023) заявление ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 удовлетворено.         Признано недействительной сделкой соглашение об отступном от 22.03.2018, заключенное между Кредитным потребительским кооперативом «Касса взаимной помощи «РОСТ» и ФИО5. Применены последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» на ? доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: 

<

...>; восстановления права ФИО3 на ? долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

...>; восстановления права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО4 по договору займа № В136 от 30.06.2017 на сумму 2 543 624 руб., в том числе 2 173 500 руб. долг, 236 704 руб. проценты, 94 184 руб. членские взносы и  39 236 руб. неустойка; восстановления права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО8 по договору займа № В 3/2018/21 от 16.02.2018 на сумму 2 376 283 руб., в том числе 2 325 000 руб. долг, 25 989 руб. проценты, 25 188 руб. членские взносы, 106 руб. неустойка. Взыскано с Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» в пользу ФИО4 6 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Возвращено ФИО4 из федерального бюджета 6 000 руб. излишне оплаченная государственная пошлина.

Не согласившись с определением суда, ФИО4, действующий в интересах ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции изменить в части применения последствий недействительности сделки.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что  согласно статье  21 Федерального закона от 24.04.2008  №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ or принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Органы опеки и попечительства, давая разрешение родителям на отчуждение долей несовершеннолетних, в постановлении указывают минимально, допустимую долю в праве собственности на имущество для выделения детям во вновь приобретаемом имуществе. При этом родители вправе выделить и большую долю в интересах детей, законодатель ограничивает минимальный, но не максимальный предел такой доли. Указывая минимальный размер доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, суд нарушил права ребенка. Более того, под применением последствий недействительности сделки законодатель понимает возвращение в исходное состояние, исходным в данном случае является восстановление права собственности на жилой дом и земельный участок за ФИО5 с возложением обязанности о выделении долей детям, восстановлении прав КПК «Рост» на взыскание задолженности. Суд первой инстанции признал право собственности на ? доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок за несовершеннолетней, но права на взыскание займа восстановлены в полном объеме на всю сумму долга, то есть 3/4 доли не возвращено первоначальному собственнику и не учтены при погашении долга.

Также конкурсный управляющий ФИО2 не согласившись с определением суда, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

В апелляционной жалобе ссылается на то, что судом первой инстанции дана ошибочная квалификация оспариваемой сделки в качестве ничтожной на основании пункта 2 статьи  168 ГК РФ, тогда как применимой нормой, исходя из описываемых в оспариваемом определении обстоятельств является статья  173.1 ГК РФ, которая в свою очередь, имеет иные стандарты и предмет доказывания, а также срок на обращение с заявлением  о признании такой сделки недействительной (1 год). Полагает, что спорным является и сам факт необходимости получения согласия совершение оспариваемой сделки, поскольку по данным Пенсионного фонда Российской Федерации, осуществляющего администрирование в области соответствующих правоотношений, ФИО5 приобрела на средства материнского капитала комнату в многоквартирном доме, расположенном на улице Победы в городе Воткинске, то есть средства государственной субсидии не были потрачены на приобретение спорного имущества. Фактов осведомленности другой стороны сделки, об отсутствии необходимого согласия, как и о наличии необходимости такого согласия на момент совершения сделки, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не устанавливалось. Отмечает, что сделка совершена в отношении самого истца, соответственно течение срока исковой давности по требованию о признании ее недействительной, исчисляется с 22.03.2018. Срок исковой давности на подачу заявления о признании соглашения об отступном от 22.03.2018  истек 23.03.2019 года, что является  самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Судом не дана правовая оценка доводам конкурсного управляющего о том, что истец не обладал процессуальным правом на подачу заявления о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) кредитного кооператива. В свою очередь ФИО4 не является кредитором кооператива и не был уполномочен собранием кредиторов на подачу заявлений о признании сделок должника. ФИО4 не обладал и не обладает надлежащим процессуальным статусом, позволяющим ему участвовать в деле о банкротстве и пользоваться соответствующими процессуальными правами, в том числе подавать в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве должника заявление о признании сделки недействительной. Поскольку основания для отнесения ФИО4 к числу лиц, указанных в статье 61.9 Закона о банкротстве, отсутствуют, суду первой инстанции надлежало оставить поданное заявление о признании сделки недействительной без рассмотрения. Полагает, что судом при вынесении определения не было учтено, что ФИО3 не могла по определению быть стороной сделки, ввиду того, что реализация её прав осуществлялась через её законных представителей (родителей), преследовавших сугубо свои собственные корыстные мотивы. В рамках настоящего спора фактически сложилась ситуация, при которой лица, формально совершившие сделку, заведомо знали, что такая сделка затрагивает права и интересы их собственной дочери и, имея формально на то законные основания фактически прикрывают своё недобросовестное поведение и злоупотребление правом нормами Семейного кодекса Российской Федерации, который исходя из своего смысла ими же и был нарушен (так как интересы ребёнка не были предметом их основной заботы, в противном случае сделка не была бы заключена вовсе). Суд формально сослался на нормы закона, при этом не рассматривая его применение с учётом контекста сложившейся ситуации. Тот факт, что в законе закреплен принцип приоритета интересов ребёнка и заботы его родителей о нём не свидетельствует о том, что родители в любом случае действуют в интересах своего ребёнка, что лишний раз указывает на недобросовестный умысел с целью получить необоснованную выгоду и причинить вред кооперативу, а также безразличие супругов М-вых к собственной дочери. Кооператив никаким образом не мог проверить наличие правопритязаний со стороны третьих лиц на переданное по договору об отступном недвижимое имущество, так как информация о выдаче материнского (семейного) капитала по случаю рождения ребёнка не является публичной, как и сведения о детях и родителях, являющихся бенефициарами государственных субсидий. Кроме того, согласно пункту 7 соглашения об отступном ФИО5 гарантировала, что на момент подписания договора отчуждаемое (спорное) недвижимое имущество никому другому не продано, не подарено, не заложено, в споре под арестом и запрещением не состоит и свободно от каких-либо прав третьих лиц. При этом, учитывая, что ФИО5 не исполнила нотариального обязательства, в выписке из ЕГРН информация о правах ФИО3 относительно спорного имущества отсутствовала. Кооператив, вступая в правоотношения с ФИО5 относительно погашения задолженности за своего супруга и ФИО8 по договорам займа, действовал добросовестно, рассчитывая приобрести выгоду от получения по отступному недвижимого имущества, не знал и не мог знать, что у ФИО3 имеются права требования относительно регистрации доли на спорное имущество в силу закона. При этом судом первой инстанции было установлено, что согласно полученным на запрос документам, иного недвижимого имущества за ФИО3 либо её родителями не значится, таким образом, фактически заявитель и его супруга пытаются вернуть в собственность единственное жилое помещение, на которое в дальнейшем по закону не может быть обращено взыскание (как на единственное жилье), формально прикрываясь мотивами по восстановлению прав и законных интересов своей дочери, при этом не учитывают прав и законных интересов кооператива, которому они обязаны возвратить 4 868 624 руб.

До судебного заседания в материалы дела от ФИО4 действующего в интересах ФИО3 поступил отзыв, в котором просит в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего КПК «Рост». 

Участвующий в судебно заседании  представитель  ФИО4 действующего в интересах ФИО3 на доводах  свой апелляционной  жалобы  настаивала, возражала против  доводов апелляционной  жалобы конкурсного управляющего. 

В судебном заседании  на основании  статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса  Российской  Федерации объявлен перерыв  до  04.04.2023.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие,  письменных  отзывов  не  представили. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2023 года судебное заседание отложено на 15.05.2023. Суд предложил  ФИО4, действующему в интересах несовершеннолетней  ФИО3  указать с учетом  доводов  апелляционной жалобы, какие   последствия недействительности соглашения об отступном  от  23.03.2018, заключенного между  должником и ФИО5, должны быть применены (представить письменные пояснения).  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 года на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Зарифуллиной Л.М. на судью Саликову Л.В.

До судебного заседания в материалы дела от ФИО4 поступили письменные пояснения. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  156 АПК РФ не является препятствием рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями  266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО4 и ФИО9 заключен брак, о чем 24.06.2016 составлена запись акта о заключении брака № 212 (т. 1 л.д. 40).

Согласно договору купли-продажи от 14.05.2016, ФИО9 приобретен жилой дом и земельный участок площадью 1146 кв.м. по адресу: 

<

...> (т. 1 л.д. 39).

В целях приобретения и благоустройства указанного дома и земельного участка, ФИО9, ФИО4, ФИО10, действующие в интересах несовершеннолетних детей – ФИО11 и ФИО3, обратились в Администрацию города Воткинска с заявлением о продаже трехкомнатной благоустроенной квартиры, расположенной по адресу: УР, 

<

...>, принадлежащей на праве общей долевой собственности несовершеннолетним ФИО11 и ФИО3 (по 1/10 доли у каждой).

Постановлением Администрации города Воткинска от 01.07.2016 № 1175 (т. 1 л.д. 42) дано разрешение продажи 2/10 долей трехкомнатной благоустроенной квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, принадлежащей на праве общей долевой собственности несовершеннолетним ФИО11 и ФИО3 (по 1/10 доли у каждой), при условии одновременного оформления по договору дарения на несовершеннолетних ФИО11 и ФИО3 по 1/4 доли каждой в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>, принадлежащие на праве собственности  ФИО9.

Пунктом 2 названного постановления на заявителей была возложена обязанность представить в органы опеки и попечительства города Воткинска документы, подтверждающие совершение сделки, оформление на ФИО11 и ФИО3 по 1/4 доли каждой в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: УР, 

<

...>.

В связи с разделом  земельного участка на 2 самостоятельных, Постановлением Администрации г. Воткинска от 09.12.2016  земельным участкам присвоены адреса: земельному участку площадью 562 кв.м. с кадастровым номером 18:27:060109:213 – УР, 

<

...> и земельному участку площадью 563 кв.м. с кадастровым номером 18:27:060109:214 – 

<

...> (т. 1 л.д. 41)

В последующем, жилой дом площадью 159,4 кв.м.  и земельный участок  площадью 563 кв.м. с кадастровым номером 18:27:060109:214 по адресу УР, 

<

...> переданы ФИО12 в качестве отступного по обязательствам ФИО4 и ФИО8 на основании договора об отступном от 22 марта 2018 года.

Ссылаясь на то, что названное соглашение является ничтожным, поскольку заключено в отсутствие согласия органа опеки и попечительства (ст. 292 Гражданского кодекса РФ), совершено с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности (статья 169 Гражданского кодекса РФ), ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 обратилась с рассматриваемым заявлением в суд.

Оспаривая заявленные требования, конкурсный управляющий ссылался на то, что средства материнского капитала на приобретение спорных дома и земельного участка не использовались, в связи с чем, согласие органа опеки на совершение сделки не требовалось; в данном случае, с учетом доводов заявителя, подлежит применению статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации при этом осведомленность другой стороны сделки об отсутствии согласия органа опеки и попечительства не доказана, срок исковой давности составляет 1 год и пропущен; поведение стороны сделки (в частности, непринятие мер к ее оспариванию на протяжении 3 лет) давало основание полагаться на действительность сделки, следовательно, заявитель не вправе ее оспаривать (пункты 2, 5 статьи 166 Гражданского кодекса РФ) 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации, как совершенная с нарушением требования закона и права несовершеннолетнего ребенка.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, изучив и исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи  71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции, пришел к следующему.

В соответствии со статьей  32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части  1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В рассматриваемом случае оспаривается сделка - соглашение об отступном от 22.03.2018, заключенная между должником и ФИО9, в результате совершения которой из владения последней выбыл жилой дом и земельный участок, принадлежащие на праве общей долевой собственности дочери ФИО9 – ФИО3.

Указанное заявление изначально было  подано в Воткинский районный суд Удмуртской Республики, однако определением от 12.08.2021 (т. 2 л.д. 83-84) производство по заявлению прекращено со ссылкой на то, что спор подлежит разрешению в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О несостоятельности «банкротстве».

С учетом изложенного, спор первой  инстанции  правомерно  рассмотрен в рамках дела о банкротстве КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ».  

Из содержания пункта 1 статьи 56 Семейного кодекса РФ следует, что ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов, которая осуществляется родителями.

В данном случае, заявление подано ФИО3 в лице законного представителя – ФИО4.

Таким образом, ссылка конкурсного управляющего на то, что сторона сделки не может ссылаться на обстоятельства ее недействительности, поскольку ее поведение давало основание полагаться на действительность сделки, несостоятельна, ввиду того, что ФИО3 стороной сделки не являлась, сделка совершена ее матерью – ФИО9.

Семейный кодекс Российской Федерации устанавливает, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей, обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей (пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской  Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской  Федерации за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской  Федерации опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

В соответствии с пунктом 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, частями 1, 3 статьи 21 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Предварительное разрешение органа опеки и попечительства, предусмотренное частями 1 и 2 статьи 21 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ, или отказ в выдаче такого разрешения должны быть предоставлены опекуну или попечителю в письменной форме не позднее чем через пятнадцать дней с даты подачи заявления о предоставлении такого разрешения. Отказ органа опеки и попечительства в выдаче такого разрешения должен быть мотивирован. Предварительное разрешение, выданное органом опеки и попечительства, или отказ в выдаче такого разрешения могут быть оспорены в судебном порядке опекуном или попечителем, иными заинтересованными лицами, а также прокурором.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08 июня 2010 г. № 13-П разъяснено, что исходя из положений статей 7 (часть 1), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 60 Семейного кодекса Российской Федерации несовершеннолетние дети по общему правилу находятся на попечении родителей, которые вправе и обязаны официально действовать в их интересах в качестве законных представителей. Законодательное регулирование отношений в жилищной сфере должно быть направлено на обеспечение возможности использования дифференцированного подхода к оценке возникающих жизненных ситуаций, с тем чтобы избежать необоснованного ограничения конституционных прав и свобод. Регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений. Забота о детях, их воспитание как обязанность родителей по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

Данной конституционной обязанностью, которая сама по себе является отображением общепризнанной модели социального поведения, предопределяется и характер правоотношений между родителями и детьми, что позволяет федеральному законодателю, располагающему достаточно широкой свободой усмотрения в выборе конкретных мер юридической и социальной защиты жилищных прав несовершеннолетних, устанавливать систему гарантий этих прав исходя из презумпции добросовестности поведения родителей в отношении своих детей и определять - с учетом более высокой степени доверия к родителям, нежели к другим законным представителям несовершеннолетних, - их правомочия и, соответственно, субсидиарный характер опеки и попечительства со стороны управомоченных государственных органов в случаях, когда попечение со стороны родителей не осуществляется.

Учитывая многообразие возможных жизненных ситуаций, отвечающая требованиям сделка по отчуждению недвижимости несовершеннолетнего может быть сделка, совершенная с предварительного разрешения органа опеки и попечительства, и предусматривающая наиболее оптимальный вид и размер возмещения, полагающегося несовершеннолетнему, как с обязательством родителей по зачислению дохода от продажи на специальный счет ребенка, так и с приобретением другого равноценного жилья либо дарением иной недвижимости, исходя из интересов семьи и ребенка и в целях создания для последнего наиболее благоприятных условий жизни.

Как установлено судом, постановлением Администрации города Воткинска от 01.07.2016 № 1175 (т. 1 л.д. 42) дано разрешение продажи 2/10 долей трехкомнатной благоустроенной квартиры, расположенной по адресу: УР, 

<

...>, принадлежащей на праве общей долевой собственности несовершеннолетним ФИО11 и ФИО3 (по 1/10 доли у каждой), при условии одновременного оформления по договору дарения на несовершеннолетних ФИО11 и ФИО3 по 1/4 доли каждой в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: УР, 

<

...>, принадлежащие на праве собственности  ФИО9.

Пунктом 2 названного постановления на заявителей была возложена обязанность представить в органы опеки и попечительства города Воткинска документы, подтверждающие совершение сделки, оформление на ФИО11 и ФИО3 по 1/4 доли каждой в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: УР, 

<

...>.

Таким образом, поскольку приобретение спорного земельного участка и жилого дома на нем было осуществлено за счет имущества (трехкомнатной квартиры по адресу 

<

...>), принадлежащего на праве общей долевой собственности несовершеннолетним детям, в том числе ФИО7,  при условии представления ей 1/4 доли в праве на спорный дом и земельный участок по адресу: УР, 

<

...>, то вопреки утверждению конкурсного управляющего, при совершении оспариваемой сделки – договора об отступном, в результате которой ФИО9 распорядилась фактически предоставленной ФИО3 долей в праве на обозначенный жилой дом и земельный участок, требовалось получение согласия органа опеки и попечительства.

Между тем, согласно ответу Отдела социальной защиты населения в городе Воткинске от 10.01.2023 № 04-77/18 за получением согласия ФИО9 не обращалась, согласие на совершение спорной сделки не выдавалось.

Таким образом, как верно указывает суд первой инстанции, сделка совершена в отсутствие законодательно установленного  согласия органа опеки.

В результате совершенной сделки нарушены права несовершеннолетнего ребенка – ФИО3 на получение жилья (доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок).

Согласно полученным на запрос суда документам, иного недвижимого имущества за ФИО3 либо ее родителями не значится.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (статья  64 АПК РФ). 

В соответствии с частью 1 статьи  9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ, как совершенная с нарушением требования закона и права несовершеннолетнего ребенка. 

Кроме того, согласно статье  169 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

С учетом положений Конституции Российской Федерации и правовых позиций, отраженных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. № 13-11 «По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО13», совершение родителем, сознательно не проявляющим забочу о благосостоянии детей и фактически оставляющим детей без своего родительского попечения, умышленных действий, направленных на совершение сделки по отчуждению жилого помещения (или доли в праве собственности на жилое помещение) в пользу иного лица, с целью ущемления прав детей, в том числе жилищных, может свидетельствовать о несовместимом с основами правопорядка и нравственности характере подобной сделки и злоупотреблении правом.

Доводы  конкурсного  управляющего о том, что  к рассматриваемым отношениям  подлежит применению  статья 173.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации,   судом апелляционной инстанции отклоняются.

В пункте   1 статьи  173.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации указано, что  сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В данном случае, следуя  фактическим обстоятельствам дела, родители ФИО3 продали имущество, принадлежащее,  в том числе несовершеннолетней (квартира по ул. Ленинградская, д. 12, кв. 83), не выделили ребенку долю не менее 1/4  доли во вновь построенном доме по ул. Красноармейская. 85а, проигнорировав Постановление Администрации г. Воткинска № 1175 от 01.07.2016, которым органы опека и попечительства возложили обязанность по выделению несовершеннолетним доли в праве собственности в жилом доме по причине строительства дома на денежные средства ребенка, полученные от продажи, в том числе и его имущества (доля в праве собственности в квартире по ул. Ленинградская), лишив несовершеннолетнего   собственности на имущество.

В соответствии с пунктом  2 статьи  168 Гражданского кодекса  Российской Федерации,  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Доводы конкурсного управляющего о пропуске срока исковой давности судом первой  инстанции  правильно отклонены, поскольку срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной  составляет три года (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации).

Сделка совершена 22 марта 2018 года, заявление о признании сделки недействительной подано в Воткинский районный суд Удмуртской Республики 11 февраля 2021 года (карточка дела приобщена), то есть в пределах срока исковой давности.  

В связи с признанием КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» банкротом, производство по иску было прекращено определением от 12.08.2021, в связи с чем, заявитель был вынужден обратиться с настоящим заявлением в арбитражный суд. 

Таким образом, в силу положений статьи 204 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности на момент обращения с заявлением в суд, не истек.

При изложенных обстоятельствах, соглашение об отступном от 22.03.2018, заключенное между КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» и ФИО14 признан недействительной ничтожной сделкой на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ.

Иные  доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного  управляющего,  судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку  в рассматриваемом  деле установлены нарушения прав  несовершеннолетних детей.  

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещении, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть I), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. № 13-П).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 названной нормы).

В рассматриваемом случае, учитывая, что соглашение об отступном от 22.03.2018 признано недействительным  (ничтожным)  полностью,  наличие   у ФИО5 двух детей: ФИО3 и Уткиной Кати,  следует применить следующие последствия недействительности сделки:

- прекратить право собственности Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» на жилой  дом  и земельный участок по адресу: 

<

...>;

- признать право собственности ФИО5 на жилой  дом  и земельный участок по адресу: 

<

...>;

- восстановить права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО4 по договору займа № В136 от 30.06.2017 на сумму 2 543 624 руб., в том числе 2 173 500 руб. долг, 236 704 руб. проценты, 94 184 руб. членские взносы и 39 236 руб. неустойка;

- восстановить права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО8 по договору займа № В 3/2018/21 от 16.02.2018 на сумму 2 376 283 руб., в том числе 2 325 000 руб. долг, 25 989 руб. проценты, 25 188 руб. членские взносы, 106 руб. неустойка.

С учетом вышеуказанного определение Арбитражного суда Удмуртской  Республики  от 13.01.2023 следует изменить в части  применения  последствий  недействительности сделки в связи с неправильным применением норм материального права (пункт 4 части 1 статьи 270 АПК РФ); в остальной  части  определение подлежит  оставлению без изменения.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам  подлежат отнесению на должника в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение  Арбитражного суда  Удмуртской  Республик от 13 января 2023 года по делу № А71-3312/2021  изменить в части  применения  последствий  недействительности сделки, изложив  в следующей редакции.

Применить последствия недействительности сделки:

- прекратить право собственности Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» на жилой  дом  и земельный участок по адресу: 

<

...>;

- признать право собственности ФИО5 на жилой  дом  и земельный участок по адресу: 

<

...>;

- восстановить права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО4 по договору займа № В136 от 30.06.2017 на сумму 2 543 624 руб., в том числе 2 173 500 руб. долг, 236 704 руб. проценты, 94 184 руб. членские взносы и 39 236 руб. неустойка;

- восстановить права Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» к ФИО8 по договору займа № В 3/2018/21 от 16.02.2018 на сумму 2 376 283 руб., в том числе 2 325 000 руб. долг, 25 989 руб. проценты, 25 188 руб. членские взносы, 106 руб. неустойка.

Обязать ФИО5 выделить  ФИО3  долю в праве общей  долевой  собственности   на жилой дом  и  земельный участок по адресу: 

<

...> не менее ?.

В остальной  части определение оставить без изменения.

Взыскать  с  Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» в пользу ФИО4 3 000  (три тысячи) руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

И.П. Данилова 

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова