Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-1417/2022

г. Владивосток

06 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 ноября 2024 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи К.П. Засорина,

судей А.В. Ветошкевич, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-4883/2024

на определение от 03.07.2024

судьи ФИО2,

по делу № А51-1417/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

в рамках дела по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Приморскому краю о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» несостоятельным (банкротом),

при участии:

ФИО1 (лично), паспорт, представитель ФИО4 по доверенности от 09.07.2024 сроком действия 5 лет, удостоверение адвоката,

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» ФИО3 (лично), паспорт,

от ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 20.09.2023 сроком действия 2 года, паспорт,

от ФИО7: представитель ФИО6 по доверенности от 20.09.2023 сроком действия на 2 года, паспорт,

в соответствии со статьей 11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании в качестве слушателя присутствовал ФИО8, паспорт, 

 

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Приморскому краю (далее – ФНС России) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Фрунзенского района» (далее – должник, ООО «УК Фрунзенского района») несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 20.07.2022 ООО «УК Фрунзенского района» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий должником ФИО3 обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о привлечении солидарно ФИО1 (ИНН 

<

***>, дата рождения 11.11.1956, далее – ФИО1) и ФИО9 (ИНН 

<

***>, дата рождения 08.12.1972, далее – ФИО9) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК Фрунзенского района».

Определением Арбитражного суда Приморского края от 10.07.2023 к участию в деле привлечены ФИО7 (ИНН 

<

***>) (далее – ФИО7), ФИО5 (ИНН 

<

***>) (далее – ФИО5), ФИО10 (ИНН 

<

***>) (далее – ФИО10), ФИО11 (ИНН 

<

***>) (далее – ФИО11), ФИО12 (ИНН 

<

***>) (далее – ФИО12).

В рамках рассмотрения обособленного спора конкурсным управляющим должником ФИО3 уточнены заявленные требования, согласно которым, просил признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК Фрунзенского района», взыскать солидарно со ФИО1 и ФИО9 в пользу ООО «УК Фрунзенского района» сумму в размере 55 144 601 руб. 15 коп. Указанные уточнения приняты судом первой инстанции согласно положениям статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 03.07.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК Фрунзенского района»; в удовлетворении заявленных требований к ФИО9 отказано; производство по обособленному спору в части определения размера требований приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК Фрунзенского района».

В обоснование заявленных требований указывает, судом первой инстанции вынесено незаконное определение о привлечении апеллянта к субсидиарной ответственности, без ссылок на конкретные нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), на документы и доказательства, а также, по его мнению, в обжалуемом судебном акте не приведены фактические обстоятельства, согласно которым имеются основания для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Со ссылкой на решение Арбитражного суда Приморского края от 14.09.2023 по делу № А51-11159/2023 указывает, что уже был привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) в виде административного штрафа в размере 40 000 руб. за непередачу конкурсному управляющему должником бухгалтерской и иной документации, отражающей экономическую деятельность должника.

Полагает, что для привлечения к субсидиарной ответственности за совершение административного правонарушения необходимо, чтобы данное правонарушение повлекло возникновение требований кредиторов на сумму более пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Со ссылкой на пункт 16 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) отмечает, что правонарушение должно напрямую порождать требования кредиторов, однако вопреки указанному, по мнению апеллянта, в обжалуемом судебном акте не приведены обстоятельства, свидетельствующие об этом.

Кроме этого, ФИО1 отмечает, что в рассматриваемой ситуации не доказано, что отсутствие документации не позволило выявить наличие имущества. Также не приведены и не указаны сделки, которые могли быть совершены или одобрены им, которыми был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Полагает, что его действия не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве), в связи с чем, указывает, что оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности не имеется.

Определением апелляционного суда от 13.08.2024 жалоба принята к производству, судебное заседание по её рассмотрению назначено на 09.09.2024.

К судебному заседанию через канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО «УК Фрунзенского района» ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщено к материалам дела. В отзыве на апелляционную жалобу управляющий выразил несогласие с изложенными в ней доводами, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Определением от 09.09.2024 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобе ФИО1 откладывалось на 01.10.2024 в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств и пояснений.

К судебному заседанию через канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО «УК Фрунзенского района» ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. В отзыве на апелляционную жалобу управляющий обратил внимание суда на то, что  действия ФИО1 препятствовали поиску активов должника, а также не позволили провести надлежащий анализ документов общества, отражающих отчуждение активов и установить основания для оспаривания сделок должника. Указывает, что данные обстоятельства, в том числе, явились основанием для отсутствия возможности принятия мер со стороны ФИО9 в организации хранения документации общества. Со ссылкой на статью 126 Закона о банкротстве, отмечает, что намеренное нарушение директором должника ФИО1 требований положений Закона о банкротстве привело к невозможности погашения (частичного погашения) кредиторской задолженности. Также указывает, что поскольку ответственным лицом за организацию ведения бухгалтерского учета и за формирование финансово-хозяйственной деятельности должника, а также за хранение учетных документов, регистров бухгалтерского учета и отчетности является ФИО1, судом первой инстанции обоснованно вынесено определение о привлечении последнего к субсидиарной ответственности, доказательств, свидетельствующих об иных обстоятельств в материалы дела не представлено.

Также в канцелярию суда от ФИО1 поступили письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ. По тексту дополнений апеллянт указывает, что не получал требование о передаче документации, а также не был уведомлен о том, что в отношении должника возбуждено производство по делу о банкротстве, в связи с чем, полагает, что в его действиях (бездействии) отсутствует вина.

Судом установлено, что к апелляционной жалобе ФИО1 приложена копия заявления о приобщении дополнительного доказательства от 08.07.2024, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

С учетом мнений ФИО1 и его представителя, конкурсного управляющего, представителей ФИО5 и ФИО7, суд, совещаясь на месте, в порядке статьи 66, 159, 184, 185 АПК РФ, отказал в удовлетворении ходатайства, поскольку указанный документ не является доказательством по делу. Документ возвращен ФИО1

Кроме этого, в судебном заседании 01.10.2024 ФИО1 и его представителем заявлено ходатайство об истребовании доказательств.

Рассмотрев заявленное ходатайство апеллянта об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции не установил оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, безусловная обязанность суда в истребовании доказательств возникает лишь в случае оказания помощи в получении необходимых доказательств по делу, которые лица, участвующие в деле, не могут получить самостоятельно и при указании в ходатайстве обстоятельств, имеющих значение для дела, которые могут быть установлены этим доказательством.

Вместе с чем, апелляционный суд, принимая во внимание наличие в материалах дела достаточных доказательств, отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств на основании части 4 статьи 66 АПК РФ ввиду необоснованности.

Определением от 01.10.2024 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобе ФИО1 откладывалось на 30.10.2024 в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств и пояснений.

На основании определения председателя третьего судебного состава от 24.10.2024 произведена замена судьи М.Н. Гарбуза на судью К.А. Сухецкую, ввиду чего, на основании части 5 статьи 18 АПК РФ рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

В судебном заседании 30.10.2024 ФИО1 и его представитель, поясняя относительно причин непредставления в суд первой инстанции, а также относительно заверения печатью ООО «УК Фрунзенского района» перечня лиц, являющихся дебиторами должника, ходатайствовали о приобщении к материалам дела данного дополнительного доказательства.

Суд, с учетом мнений лиц, участвовавших в судебном заседании, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определил в удовлетворении ходатайства отказать, поскольку ФИО1 не привел уважительных причин невозможности представления доказательства в суд первой инстанции, более того, коллегией установлено, что указанное доказательство содержит только адреса, фамилии, имена, отчества дебиторов и суммы задолженностей, первичная документация к списку не приложена. Данный документ возвращен ФИО1 в судебном заседании.

Кроме этого, коллегией установлено, что к судебному заседанию через канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО «УК Фрунзенского района» ФИО3 поступило сопроводительное письмо с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений, что расценено судом как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные во исполнение определения суда от 01.10.2024

Судом апелляционной инстанции заслушаны пояснения ФИО1 и его представителя, которые поддержали доводы апелляционной жалобы, определение суда первой инстанции просили отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Коллегией, из содержания апелляционной жалобы установлено, что апеллянт обжалует вынесенный судебный акт в части удовлетворенных требований, а именно относительно признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК Фрунзенского района».

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Как разъяснено в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Поскольку возражений относительно проверки только части судебного акта сторонами не заявлено, апелляционная коллегия проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Также коллегией заслушаны пояснения конкурсного управляющего, который возразил на доводы апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на неё. Обжалуемое определение считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ФИО5 и ФИО7 на доводы апелляционной жалобы возразил, поддержал правовую позицию конкурсного управляющего.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Судебная коллегия из имеющейся в материалах дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) установила, что ФИО9 (ИНН 

<

***>, дата рождения 08.12.1972) являлся исполнительным директором ООО «УК Фрунзенского района», ФИО1 (ИНН 

<

***>, дата рождения 11.11.1956) являлся директором ООО «УК Фрунзенского района».

Исходя из пункта 12 должностной инструкции исполнительного директора ООО «УК Фрунзенского района» предусмотрено, что исполнение должностных обязанностей директора ООО «УК Фрунзенского района» в его отсутствие возложено на исполнительного директора.

В адрес бывшего руководителя ООО «УК Фрунзенского района» 25.07.2022 направлено требование от 25.07.2022 № 25/07/22 о передаче оригиналов всех документов относительно коммерческой деятельности ООО «УК Фрунзенского района».

13.09.2022 в адрес бывшего руководителя ООО «УК Фрунзенского района» повторно направлено требование от 13.09.2022 № 13/09/22 о передаче оригиналов всех документов относительно коммерческой деятельности ООО «УК Фрунзенского района».

Постановлением прокурора Фрунзенского района г. Владивостока от 03.02.2023 в отношении ФИО1 возбуждено дело об административном правонарушении, ответственность за совершение которого установлена частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 14.09.2023 по делу № А51-11159/2023 ФИО1 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 40 000 рублей за не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, отражающей экономическую деятельность должника, бывшим руководителем ООО «УК Фрунзенского района».

Конкурсный управляющий должником ФИО3, полагая, что вышеизложенные обстоятельства являются основанием для привлечения солидарно ФИО1 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обратился в арбитражный суд первой инстанции с соответствующим заявлением.

Повторно рассмотрев обособленный спор по имеющимся в нем доказательствам в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основания и порядок привлечения руководителя должника и иных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в случае нарушения ими положений действующего законодательства, предусмотрены положениями главы III.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Таким образом, ФИО1 и ФИО9, как бывшие руководители общества являются контролирующими должника лицами, поскольку иного не доказано.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно положениям подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель.

При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК РФ).

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2018 № 305-ЭС18-1058, в силу положений статьи 1064 ГК РФ ответственность за причинение вреда возникает с момента его причинения вне зависимости то того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда и вступит в законную силу судебное решение подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Таким образом, вне зависимости от статуса ответчиков (контролирующие должника лица или сопричинители вреда) они подлежат привлечению к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причиненного ими вреда, ограниченным стоимостью переданного им имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 3 Постановления № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Согласно подпункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплено, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» по общему правилу организация ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя.

В силу статей 1 и 5 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерский учет представляет собой формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных настоящим Федеральным законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности. Объектами бухгалтерского учета являются активы, обязательства, источники финансирования деятельности, доходы, расходы и иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Таким образом, лицом, ответственным за организацию ведения бухгалтерского учета и за формирование документов финансово-хозяйственной деятельности, а также за хранение учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, является руководитель организации.

Ответственность, предусмотренная вышеуказанной нормой, соотносится с обязанностью руководителя должника в установленных случаях представить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве) и направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств, о возврате имущества должника из чужого незаконного владения и об оспаривании сделок должника.

В соответствии с разъяснениями пункта 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом первой инстанции установлено отсутствие оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности в силу следующего.

Исходя из материалов дела, ФИО9 являлся исполнительным директором должника до 31.03.2021, в дальнейшем уволился из ООО «Управляющая компания Фрунзенского района», с 06.04.2021 назначен на должность исполняющего обязанности директора МУП «Эталон» муниципального образования «Холмский городской округ Сахалинской области.

В сентябре 2022 года конкурсный управляющий должником обратился к ФИО9 с требованием о передаче документов общества, в ответ последний представил пояснения о невозможности передачи указанных документов в связи с увольнением.

Согласно дополнительным пояснениям ФИО9, а также иным документам, после увольнения ФИО9 из ООО «УК Фрунзенского района» в марте 2021 года, обязанность по внесению изменений в ЕГРЮЛ в отношении ООО «УК Фрунзенского района» лежала на директоре ФИО1, которую он не исполнил, в связи чем в выписке из ЕГРЮЛ от 08.02.2022 № ЮЭ9965-22-40679051 числится запись об исполнительном директоре ФИО9

При изложенных обстоятельствах, учитывая факт увольнения ФИО9 с должности исполнительного директора общества и прекращения им своих полномочий не позднее 31.03.2021, при том, что осуществление полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица (его утверждение (назначение), исполнение обязанностей, отстранение (увольнение) и т.д.), помимо норм корпоративного законодательства регулируется также нормами Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из которых (а равно как и основополагающих принципов российского права в целом) никто не может быть принужден к исполнению тех или иных обязанностей (в частности, и трудовых) помимо своей воли (за исключением обязанностей, прямо установленных в Конституции Российской Федерации), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент предъявления требований о передаче документов ФИО9 не являлся руководителем должника, соответственно у него отсутствовала обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника.

Более того, процедура конкурсного производства в отношении должника была открыта 13.07.2022, а именно после увольнения и прекращения полномочий ФИО9, как исполнительного директора.

Кроме этого, исходя из пояснений ФИО9, в связи с наличием корпоративного конфликта между участниками общества, получившего свое развитие с начала 2020 года, обеспечение передачи документов бухгалтерского учета организации директором общества ФИО1 исполнительному директору общества ФИО9 было невозможно.  В ноябре 2020 года ФИО1 от имени общества заключил договор от 15.11.2020 № 15/11/2020 с ООО OA «Пересвет», согласно которому доступ в организацию осуществлялся по выданному сотрудникам ЧОП списку, в который ФИО9 и участники общества не входили (подтверждается представленным в материалы дела ответом Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Приморскому краю от 16.12.2020 № 3/820/-16-Л-2 на обращение участников общества и ФИО9 от 15.11.2020). 17.11.2020 участниками общества и ФИО9 направлены заявления в кредитные организации, в которых были открыты расчетные счета общества (ПАО «Дальневосточный банк»), с требованием о приостановке операций по счету, в связи с попыткой рейдерского захвата общества с целью вывода денежных средств директором ФИО1 Также, согласно обращению учредителей общества в ИФНС № 15 от 17.08.2021, ФИО1 в мае 2021 года были вывезены документы общества, техника и имущество из офиса компании в неизвестном направлении, по настоящее время ФИО1 скрывается, связи с ним нет.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия ФИО1 послужили воспрепятствованию принятия мер со стороны ФИО9 в организации хранения документации общества.

Коллегия отмечает, что в вышеуказанной части судебный акт суда первой инстанции не подлежал проверки, поскольку возражений относительно проверки только части определения от 03.07.2024 не заявлено.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, коллегия пришла к следующим выводам.

Проанализировав доводы апеллянта, коллегия признает, что поскольку на дату введения наблюдения и конкурсного производства руководителем должника являлся  ФИО1, соответственно на него возложено обязанность передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, неисполнение которой привело к невозможности определения конкурсным управляющим основных активов должника, запасов и дебиторской задолженности на значительные суммы, отраженные в бухгалтерской отчетности должника. Указанные действия (бездействие) бывшего руководителя обществом не позволили включить данное имущество в конкурсную массу должника для погашения требований кредиторов.

Указанное также подтверждается вступившим в законную силу судебным актом по делу № А51-11159/2023, согласно которому ФИО1 был признан виновным к совершении правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением административного штрафа в размере 40 000 руб. за непередачу управляющему бухгалтерской и иной документации, отражающей экономическую деятельность должника.

Более того, в соответствии с вышеприведенными нормами права, именно на руководителе организации лежит обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. Также руководители обязаны совершать действия по восстановлению документации, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и прочие, однако доказательств совершения таких действий, суду не представлено.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что ФИО1 не приняты все меры для надлежащего исполнения обязанности по организации бухгалтерского учета, хранению документации.

Ссылки апеллянта на то, что конкурсный управляющий не требовал от него какой-либо документации, подлежат отклонению за необоснованностью, более того, ФИО1 не лишен был возможности представить имевшуюся у него документацию в период рассмотрения настоящего обособленного спора.

Таким образом, в результате действий бывшего руководителя должника ФИО1, выразившихся в ненадлежащем исполнении своих обязанностей, имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку в реестр требований кредиторов должника включены требования, возможность полного удовлетворения которых за счет имущества должника отсутствует.

В настоящее время 25.04.2024 в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму в размере 55 144 601 руб. 15 коп., из них требования первой очереди - 0 руб., второй - 290 814,99 руб., погашено 0 руб.; требования третьей очереди всего 36 502 501,05 руб., из них основной долг - 35 294 370,01 руб., финансовые санкции - 1 208 131,04 руб., погашено - 0 руб.; требования кредиторов, подлежащие удовлетворению в соответствии с пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве - 18 351 285,11 руб., погашено - 0 руб.

Также коллегия отмечает, что ссылка апеллянта на наличие судебного акта о привлечении его к административной ответственности за непередачу документации не принимается судом, поскольку в рассматриваемом случае указанный факт подтверждает бездействие ФИО1 и наличие оснований, предусмотренных подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая отсутствие у конкурсного управляющего первичных учетных документов, а также документов, подтверждающих операции с активами и пассивами, коллегия пришла к выводу о там, что непередача ФИО1 документации должника повлекла невозможность выявления управляющим заключенных от имени должника подозрительных сделок с третьими лицами, способствовавших ухудшению финансового состояния и приведших его к банкротству, а также повлекших за собой невозможность формирования конкурсной массы, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. Установленное на дату принятия решения о признании должника банкротом отсутствие у конкурсного управляющего необходимой документации находятся в причинно-следственной связи, поскольку именно в силу неисполнения контролирующими должника лицами своих обязанностей сложилась ситуация, при которой существенно затруднено проведение процедуры банкротства.

При этом коллегия приходит к выводу, что конкурсным управляющим надлежащим образом, путем представления ответов расчетно-кассовых центров, в том числе МУП «РКЦ», на его запросы, опровергнуто утверждение ФИО1 о том, что у него не было документации должника, поскольку она была передана в МУП «РКЦ» для оказания услуг должнику по начислению оплаты собственникам помещений. Согласно данным ответам, указанные организации договоры с должником не заключали, услуги не оказывали. Более того, указанное утверждение ФИО1 не подтверждено документально, кроме того, данный довод опровергается тем, что расчетно-кассовым центрам не требуется подобный объем документов для оказания услуг.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что все элементы, необходимые для привлечения контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, установлены судом первой инстанции верно.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 41 Постановления № 53 по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Поскольку в настоящий момент не представляется возможным определить размер субсидиарной ответственности с учетом наличия дебиторской задолженности у должника и частичного ее гашения, при этом все иные обстоятельства, имеющие значение для привлечения к такой ответственности, установлены, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве производство по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежало приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителем жалобы не представлены и не приведены.

Судебный акт первой инстанции в обжалуемой части принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение по делу в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 03.07.2024 по делу № А51-1417/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

К.П. Засорин

 

Судьи

 

А.В. Ветошкевич

 

К.А. Сухецкая