АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

Именем Российской Федерации

Р е ш е н и е

дело № А27-886/2019

город Кемерово

3 июня 2019 года

Резолютивная часть объявлена 27 мая 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Нестеренко А.О.,

при ведении протокола и осуществлении аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, город Красноярск) в лице филиала ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго-РЭС» (город Кемерово) против

общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая компания «СТИ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, город Санкт-Петербург)

о взыскании денежных средств за услуги по передаче электрической энергии,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, - общества с ограниченной ответственностью «Кузбасская энергосетевая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, город Кемерово),

в присутствии представителей:

от истца – ФИО2 (доверенность от 17.12.2018 № 262, паспорт),

от ответчика – ФИО3 (доверенность от 01.04.2019 № 63/1, паспорт),

у с т а н о в и л:

рассмотрены исковые требования о взыскании 2136426,58 рублей основного долга за октябрь-декабрь  2018 года по договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.09.2015 № У/П/18.4200.2545.15 (в части ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы»)  и 105090,53 рублей пеней с 21.11.2018 по 11.03.2019 с начислением их до момента фактического исполнения обязательства за каждый день просрочки  в размере 1/130 ключевой ставки Банка России.

В основание иска положены следующие обстоятельства.

До сентября 2018 года эта ПС находилась в аренде у сетевой организации ООО «ОЭСК», которой ПАО «МРСК Сибири» оказывало услуги по передаче электрической энергии по договору, что учтено при установлении тарифов на 2018 год. С сентября 2018 года данная ПС стала находится в аренде у сетевой организации ООО «Кузбасская энергосетевая компания» (далее – ООО «КЭнК»). ПАО «МРСК Сибири» полагая, что последняя в силу приобретения данного объекта по своей воле без объективной необходимости после установления тарифов и соответственно не учитывающих такого изменения не стала сетевой организацией в отношении этой точки приема-передачи и соответственно не приобрела права получать оплату за приходящийся на неё объём электроэнергии, направила ООО «ЭК СТИ» для подписания дополнительное соглашение к договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.09.2015 №У/П/18.4200.2545.15, предложив включить в перечень точек приема-передачи электрической энергии ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы». Хотя ООО «ЭК СТИ» направило протокол разногласий, оно произвело оплату объёма передачи по данной ПС за сентябрь 2018 года, чем по мнению ПАО «МРСК Сибири» совершила конклюдентные действия, которыми акцептовала указанную оферту, в результате чего договор между ними с сентября по декабрь 2018 года стал действовать с учётом оказания услуг по дополнительной точке.

Третье лицо, участвующее в деле, извещено в порядке ст. 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК) о месте и времени его рассмотрения, своего представителя не направило, в отзыве просило отказать в удовлетворении иска, считая себя исполнителем услуг по отношению к ООО «ЭК «СТИ», которому последнее произвело оплату за заявленный к взысканию период по спорной точке поставки (т. 3, л.д. 139-142).

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал, отказался заменить ответчика на ООО «Кузбасская энергосетевая компания», хотя ссылался на то, что последняя злоупотребляет правом и фактически «ворует» у истца точки поставки, нарушая баланс, установленный тарифным решением, что приводит к убыткам у истца. Пояснил, что спорная точка поставки в последующем периоде регулирования учтена в индивидуальных тарифах во взаиморасчётах ПАО «МРСК Сибири» - ООО «КЭнК».

Представитель ответчика возражала против иска, ссылаясь на то, что как фактически, так и юридически услугу по передаче электрической энергии ему оказало ООО «КЭнК», а не истец, в связи с чем оплата за заявленный к взысканию период  произведена не истцу, а ООО «КЭнК». Также ссылалось на злоупотребление правом со стороны истца, который по одной и той же точке поставки предъявил иски о взыскании к предшествующей ООО «КЭнК» сетевой организации (дело № А27-29169/2018), а также к самой ООО «КЭнК» о понуждению к заключению дополнительного соглашения на эту точку поставки к договору оказания услуг по передаче электрической энергии (дело № А27-3837/2018). Кроме того, истец, ссылаясь на недополучение утвержденной ему тарифной выручки, рассчитал стоимость услуг по единым (котловым) тарифам вместо того, чтобы определить её по гораздо меньшим индивидуальным тарифам.

Суд, выслушав сторон и изучив материалы дела, установил следующие обстоятельства.

Сторонами спора (исполнитель - истец, заказчик - ответчик) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.09.2015 № У/П/18.4200.2545.15.

ПАО «МРСК Сибири» направило ООО «ЭК «СТИ» дополнительное соглашение от 16.10.2018 к этому договору о дополнении его точкой поставки ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы», приложив к нему акт об осуществлении технологического присоединения этого оборудования к своим сетям от 02.10.2018, подписанный ПАО «МРСК Сибири» и заявителем (потребителем услуг по передаче электрической энергии) – ООО «КЭнК».

ООО «ЭК «СТИ» согласилось заключить его на период  с 1 по 30 сентября 2018 года, о чём указано в протоколе разногласий (т. 1, л.д. 131). ПАО «МРСК Сибири» согласовало это (т. 1, л.д. 132-133).

На последующий период (с 01.10.2018) в отношении этой же точки поставки ООО «ЭК «СТИ» заключило с ООО «КЭнК» дополнительное соглашение от 19.10.2018 на оказание услуг по передаче электрической энергии к договору от 12.09.2017, поскольку последнее обратилось к нему в интересах потребителя электрической энергии, предоставив подписанный с этим потребителем акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 26.09.2018 (т. 3, л.д. 51-60).

ООО «КЭнК» является территориальной сетевой организацией, имеет индивидуальные тарифы на взаиморасчёты с филиалом ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго-РЭС» на 2018 год (постановление Региональной энергетической комиссии Кемеровской области от 31.12.2017 № 778) и владеет ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы» на основании договора аренды с 20.08.2018 (т. 3, л.д. 1-6). 

Во исполнение этого ООО «ЭК «СТИ» оплатило ООО «КЭнК» объём передачи электрической энергии по данной точке поставки за октябрь-декабрь 2018 года (т. 3, л.д. 61-64, документы ответчика, поступившие по системе «Мой арбитр» 05.04.2019).

Суд, оценив установленные им обстоятельства, пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 3 ст. 425 ГК законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Материалами дела подтверждается, что стороны определили период действия дополнительного соглашения от 16.10.2018 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии с 1 по 30 сентября 2018 года. Истец согласился с этим, подписав протокол согласования разногласий.

Вопреки доводам истца, действия ответчика по оплате ему услуг по спорной точке поставки за сентябрь 2018 года, не означают, что он принял оферту на дополнение договора точкой поставки на неопределенный срок.

Так, согласно п. 3. ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК) совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В частности, в случае перехода права собственности на часть энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, или возникновения иного основания владения ими документы о границах балансовой принадлежности таких объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства подлежат оформлению в порядке, установленном правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии (п. 4 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», далее – Закон об электроэнергетике).

Таким образом, в данном случае в числе действий по приятию вышеуказанной оферты входит включение точки поставки электрической энергии в договор об оказании услуг по её передаче без ограничения срока, а также подписание сторонами акта технологического присоединения и акта раздела границ балансовой принадлежности. Однако такие действия выполнены не были. Напротив, ответчик условие о сроке действия дополнительного соглашения отнес к числу существенных, ограничив его 30.09.2018, с чем, истец согласился, подписав протокол согласования разногласий. Названные акты относительно спорной точки поставки сторонами не подписаны. Истец даже не предложил этого. Более того, акт о разграничении балансовой принадлежности электросетей в этой точке поставки он подписал с другим лицом - ООО «КЭнК».

При таких обстоятельствах не имеется оснований к выводу о том, что ответчик не исполняет заключенный с истцом договор.

Фактические отношения сторон по поводу спорной точки поставки в заявленный период также нельзя считать договорными, поскольку суду не предоставлено доказательств факта оказания истцом услуг ответчику.

Так, услуги по передаче электрической энергии - это комплекс организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями (ст. 3 Закона об электроэнергетике).

Оказание этих услуг возможно только при наличии присоединения энергетической установки потребителя таких услуг с электрической сетью сетевой организации непосредственно или опосредованно, которое оформляется актом технологического присоединения (актом разграничения балансовой принадлежности электросетей) (п. 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861).

Опосредованное присоединение составляют случаи, когда энергопринимающие устройства потребителя электрической энергии присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителей электрической энергии, объекты электросетевого хозяйства лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, или бесхозяйные объекты электросетевого хозяйства, которые имеют непосредственное присоединение к сетям сетевых организаций (п. 4 Правил № 861).

Как уже отмечено выше, акт разграничения балансовой принадлежности электросетей в спорной точке поставки подписан истцом с ООО «КЭнК», который не является производителем электрической энергии, а обладает статусом электросетевой организации, которому соответствующий объект электросетевого хозяйства принадлежит на праве аренды.

Следовательно, имеет место непосредственное присоединение электрической сети истца с электрической сетью ООО «КЭнК», которому истец фактически оказывал услуги по передаче электрической энергии в данную точку поставки.

Ответчику же соответствующие услуги оказывало ООО «КЭнК».

Таким образом, истцом предъявлен иск к ненадлежащему ответчику, которого он заменить на надлежащего отказался.

Ссылки истца на законодательство и судебную практику отклоняются ввиду следующего.

Тот факт, что объект электросетевого хозяйства, образующий спорную точка поставки электрической энергии, не был учтён в тарифе ООО «КЭнК» на 2018 год, не подвергается сомнению. Однако это обстоятельство, даже в совокупности с п. 6 Правил № 861, устанавливающим запрет владельцам объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, на воспрепятствование перетоку электрической энергии и получению за это платы, не является основанием для утверждения о том, что ООО «КЭнК» не является территориальной сетевой организацией применительно к этой точке поставке. Закон не указывает такого обстоятельства как учёт в тарифе у территориальной сетевой организации того или иного объекта электросетевого хозяйства, а устанавливает иные критерии, не подлежащим расширительному толкованию (ст. 3 Закона об электроэнергетике, постановление Правительства Российской Федерации от 28.02.2015 №184 «Об отнесении владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям»), которым ООО «КЭнК» соответствует, о чём свидетельствует наличие тарифного решения на 2018 и последующий год.

В постановлении Президиума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 13881/11 по делу № А19-966/2011 речь шла об ином – о владельце объектов электросетевого хозяйства, обеспечившего переток через них электрической энергии в период, до установления ему тарифа на услуги по передаче электрической энергии, и заявившего о неосновательном обогащении на стороне, получившей эту энергию. Ему было отказано во взыскании.

В определении судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2017 № 301-ЭС17-16592, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, 305-ЭС17-21623, 305-ЭС17-20124, на которые ссылался истец, применительно к п. 6 Правил № 861 действительно содержится вывод о том, что для возникновения права на получение платы за передачу электрической энергии недостаточно статуса сетевой организации, а необходим ещё учёт соответствующего объекта электросетевого хозяйства при установлении данному лицу тарифа на эти услуги. 

Однако следует отметить, что Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2019 № 19-П пункт 6 Правил № 861 признан не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования он исключает для собственника (владельца) объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединены к электрическим сетям территориальной сетевой организации энергопринимающие устройства иных потребителей, возможность возмещения расходов, понесенных им в связи с обеспечением перетока электрической энергии тем ее потребителям, договоры о технологическом присоединении с которыми были заключены им в статусе территориальной сетевой организации.

В этом Постановлении указано, что судебные решения делам заявителя -  акционерного общества «Верхневолгоэлектромонтаж-НН», вынесенные на основании п. 6 Правил № 861, подлежат пересмотру на основании нового правового регулирования, если для этого нет иных препятствий. Одним из таких актов является определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2017 № 301-ЭС17-16592 по делу № А43-31392/2016, на которое ссылался истец.

С учётом того, что ООО «КЭнК» находится не в столь уязвленном положении, как заявитель по делу, рассмотренному Конституционным Судом Российской Федерации, а напротив, сохраняет статус сетевой организации, заключил с 01.10.2018 с ООО «ЭК СТИ» дополнительное соглашение к договору об оказании услуг по передаче электрической энергии по данной точке поставки, эти стороны подписали документы о технологическом присоединении, то он тем более вправе рассчитывать на получение платы за эти услуги. В последующем ООО «КЭнК» обязан произвести оплату вышестоящей сетевой организации – ПАО «МРСК Сибири» по индивидуальному тарифу, установленному во взаиморасчётах предыдущей сетевой организации и ПАО «МРСК Сибири».

 При таких обстоятельствах иск о взыскании основного долга за услуги по передаче электрической энергии и вытекающий из него иск о взыскании пеней не подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК судебные расходы относятся на сторону, не в пользу которой принят судебный акт, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к ч. 3 ст. 110 АПК. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины (п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

Суд, руководствуясь статьями 167-171, 176, 180-181 АПК, 

р е ш и л:

отказать в удовлетворении требований истца.

Взыскать с публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» в доход федерального бюджета 12890 рублей государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в арбитражный суд апелляционной инстанции.

   Датой принятия решения считается дата его изготовления в полном объеме, которое может быть отложено на срок, не превышающий пяти рабочих дней.

   Апелляционная жалоба подается через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд.

Судья               А.О. Нестеренко