Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А67-8740/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Сириной В.В.

судей                                                         Демидовой Е.Ю.

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РУСЛЕД» на решение от 13.02.2023 Арбитражного суда Томской области (судья Бутенко Е.И.) и постановление от 18.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Фертиков М.А., Аюшев Д.Н., Ходырева Л.Е.) по делу № А67-8740/2022 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «РУСЛЕД» (634034, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники» (634050, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании права собственности, по встречному иску федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники» к обществу с ограниченной ответственностью «РУСЛЕД» об обязании передать имущество.

При участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика – 1) Министерство науки и высшего образования Российской Федерации, 2) общество с ограниченной ответственностью «Современные источники света», 3) Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях, г. Кемерово.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «РУСЛЕД» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – ООО «РУСЛЕД», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Томской области с исковым заявлением к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники» (далее – ответчик, университет) о признании за истцом права собственности на долю в размере 87 процентов следующего имущества, созданного совместно с ответчиком в результате исполнения сторонами договора о софинансировании от 26.09.2017 № 25/639, а именно:

1) Экспериментальный стенд для отработки технологических операций изготовления светодиодных ламп, состоящий из: механизма заварки, откачки и наполнения ламп; механизма монтажа ножек; механизма цоколевания ламп; механизма штамповки ножек; механизма упаковки ламп в пачку; механизма упаковки ламп в термоусадочную пленку;

2) Экспериментальный стенд для отработки технологических процессов производства светодиодных излучающих элементов, состоящий из: механизма приготовления люминофорной композиции; механизма соединения проволокой контактов кристалла; механизма сушки люминофорной композиции; устройства упаковки светодиодных излучающих элементов; механизм нанесения клея и установки кристаллов на клей на несущую конструкцию; установки для растяжки липкого носителя с чипами на пяльца, холодильника для хранения материалов, находящегося на территории истца по адресу: 

<

...>.

Определениями суда от 28.10.2022, от 26.01.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены Министерство науки и высшего образования Российской Федерации (далее – третье лицо, министерство), общество с ограниченной ответственностью «Современные источники света» (хранитель спорного имущества), Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях.

В свою очередь, университет предъявил истцу встречный иск с требованием об обязании ООО «РУСЛЕД» передать следующее имущество на общую сумму 123 173 338,75 руб.: весы прецизионные АХ423/Е, каплеструйный принтер, конвейер подачи цоколевых ламп, магазины для рамок (200 шт.), механизм заварки, откачки и наполнения ламп, механизм монтажа ножек, механизм нанесения клея и установки кристаллов на клей на несущую конструкцию, механизм приготовления люминофорной композиции, механизм соединения проволокой контактов кристалла, механизм сушки клея в печи FCA_200/300, механизм сушки люминофорной композиции, механизм упаковки ламп в пачку, механизм упаковки ламп в термоусадочную пленку, механизм цоколевания ламп, механизм штамповки ножек, печь отжига ножек, промышленный робот KUKA KR 6 R700, сухой шкаф для хранения, транспортер отпаянных ламп, узел обжига ламп, установка для растяжки липкого носителя с чипами на пяльца, установка тренировки ламп, устройство упаковки светодиодных излучающих элементов, холодильник для хранения материалов, экспериментальный стенд для отработки технологических операций изготовления светодиодных ламп на роботизированном интеллектуальном производственном участке состоит: 1. Узел подачи светодиодного излучающего элемента 1шт = 1 871 760,00 руб. 2. Узел развода электродов 1 шт. = 2 009 825,00 руб. 3. Узел съема и переноса ножек 1 шт. = 2 057 806,00 руб. 4. Узел загрузки штабиков 1 компл. = 676 987,00 руб. 5. Узел загрузки тарелок 1 шт. = 687 829,00 руб. 6. Узел загрузки электродов 1 шт. = 696 575,00 руб. 7. ФИО3 узла загрузки штенгелей 1 шт. = 2 253 740,00 руб. 8. Узел загрузки штенгелей 1 шт. = 689 142,00 руб. 9. Узел формовки ножек 1 шт. = 708 701,00 руб. 10. Узел фиксации ножек 1 шт. = 637 150,00 руб. 11. ФИО3 1 шт. = 491 210,00 руб. 12. Узел приварки светодиодного излучающего элемента 1 шт. = 1 853 580,00 руб. 13. Узел формирования линзы и вставления держателя 1 шт. = 2 008 915,00 руб. 14. Узел загрузки и установки ножек 1 шт. = 2 156 780,00 руб.

Решением от 13.02.2023 Арбитражного суда Томской области, оставленным без изменения постановлением от 18.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении первоначальных исковых требований отказано; встречные исковые требования удовлетворены.

В кассационной жалобе ООО «РУСЛЕД» просит обжалуемые решение и постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование жалобы приведены следующие доводы: суд первой инстанции в судебном заседании не рассмотрел и не вынес определения по двум ходатайствам заявителя (истца), а именно, было заявлено в письменном виде ходатайство о проведении судебной экспертизы, и ходатайство об отложении судебного заседания в связи с необходимостью представления заявителем дополнительных письменных доказательств по делу; судами первой и апелляционной инстанции приняты оспариваемые судебные акты, содержащие, в нарушение требований статей 169, 170 АПК РФ, противоречащие друг другу выводы и доводы; суд сделал необоснованный вывод, о том, что результатом договора о софинансировании от 26.09.2017 № 25/639 являются только нематериальные объекты – интеллектуальная собственность (патенты), зарегистрированные на ответчика ФГБОУ ВО ТУСУР; доказательств того, что заявитель ООО «РУСЛЕД» получил какое-либо встречное исполнение за свои расходы и работы, выполненные по созданию  экспериментальных стендов, в материалы дела не представлено; фактически судами оправдано злоупотребление правом со стороны университета; ссылка на преюдицию по делу № А67-10226/2021 неправомерна; истцом не представлены относимые и допустимые доказательства незаконности владения ответчиком по встречному иску истребуемым имуществом, данное имущество является имуществом, находящимся в общей (долевой) собственности истца и ответчика; суды не дали оценку заключениям индустриального партнера от 30.12.2017 № 1  и от 10.01.2019 № 2.

Кроме того, ссылается на неисполнимость решения суда в части удовлетворения встречного иска об истребовании имущества.

В отзыве на кассационную жалобу университет считает судебные акты соответствующими действующему законодательству.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют обстоятельствам дела и примененным нормам права.

Из материалов дела следует и установлено судом, что между ООО «РУСЛЕД» (индустриальный партнер) и университетом (получатель субсидии) был заключен договор о софинансировании и дальнейшем использовании результатов исследований (проекта) № 25/639 от 26.09.2017, в соответствии с разделом 2 которого в предмет договора включается: осуществление сторонами коммерциализации результатов интеллектуальной (научно-технической) деятельности, полученных в рамках проекта (пункт 2.1); взаимодействие, права и обязанности сторон, в процессе выполнения проекта в части совместной подготовки и согласования отчетной документации по проекту (пункт 2.2); финансирование индустриальным партнером работ по проекту за счет собственных средств в размере 180 000 000 руб., в том числе: в 2017 году в размере 60 000 000 руб., в 2018 году в размере 60 000 000 руб., в 2019 году в размере 60 000 000 руб., включая средства, перечисляемые индустриальным партнером на расчетный счет получателя субсидии, в размере: 90 300 000 руб., в том числе: в 2017 году в размере 30 100 000 руб., в 2018 году в размере 30 100 000 руб., в 2019 году в размере 30 100 000 руб. (пункт 2.3); распределение прав на результаты, в том числе материальные, которые будут получены в ходе выполнения проекта (пункт 2.4).

В соответствии с условиями соглашения истец, как индустриальный партнер, принял на себя обязательство обеспечить внебюджетное софинансирование проекта, а также обеспечить дальнейшее использование результатов работ проекта (коммерциализацию).

В дальнейшем стороны неоднократно дополнительными соглашениями вносили изменения в график финансирования работ по проекту.

Кроме того, между Министерством образования и науки Российской Федерации и ответчиком (получатель субсидии) было заключено соглашение о предоставлении субсидии № 14.577.21.0266 от 26.09.2017 (далее – соглашение), в соответствии с которым Минобрнауки России предоставляет субсидию из федерального бюджета получателю субсидии для финансового обеспечения (возмещения) затрат, связанных с проведением прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (ПНИЭР) по лоту шифр 2017-14-579-0057 по теме «Разработка прототипов передовых технологических решений роботизированного интеллектуального производства электронной компонентной базы и энергоэффективных световых устройств». Размер субсидии составляет 150 000 000 руб.

По условиям соглашения получатель субсидии привлекает из внебюджетных источников средства для софинансирования ПНИЭР в размере 195 000 000 руб., включая средства индустриального партнера ООО «Руслед» в размере 180 000 000 руб.

Как установлено вступившим в законную силу решением от 30.05.2022 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-10226/2021, истец перечислил ответчику денежные средства 90 300 000 руб., в том числе в 2017 году – 5 000 000 руб., в 2018 году – 54 200 000 руб., в 2019 году – 31 100 000 руб.

Согласно пунктам 3.1, 3.2 соглашения ответчик обязан провести ПНИЭР (поисковые научно-исследовательские и экспериментальные работы) в соответствии с требованиями к работам и их результатам, указанным в Техническом задании на выполнение ПНИЭР (приложение 1 к соглашению), составом работ и сроками, заданными в плане-графике исполнения обязательств при проведении ПНИЭР (выполнении проекта) (приложение 2 к соглашению) и предоставить или передать права на результаты ПНИЭР (проекта), включая результаты интеллектуальной деятельности, созданные при выполнении ПНИЭР (проекта), истцу для их дальнейшего использования (коммерциализации), как на территории РФ, так и за рубежом, в том числе в виде передачи или отчуждения исключительных прав (либо права на получение патента), предоставления простых (неисключительных) или исключительных лицензий.

Работы по проекту в рамках соглашения и на основании договора выполнялись совместно ответчиком и истцом, при этом ответчиком – за счет собственных средств, затраты которого возмещаются субсидией, за счет средств истца (софинансирования) и за счет собственных средств из внебюджетных источников; истцом – за счет собственных средств.

В ходе выполнения ПНИЭР (проекта) согласно Плану-графику исполнения обязательств ответчик за счет собственных средств, затраты которого возмещаются субсидией, и за счет средств истца (софинансирования) приобрел материалы и комплектующие для изготовления истцом согласно пунктам 3.28, 3.29 Плана-графика исполнения обязательств экспериментальных стендов для отработки технологических операций изготовления светодиодных ламп и светодиодного излучающего элемента на роботизированном интеллектуальном производственном участке на общую сумму 123 173 338,75 руб. и передал их истцу.

Экспериментальные стенды, полученные в ходе выполнения проекта, не относятся к результатам исследований (проекта) в понятии, определенном пунктом 5.1 договора, соответственно, распределение прав на них не регулируется разделом 5 договора.

Вышеуказанные экспериментальные стенды, полученные в ходе выполнения проекта, предназначены для проведения опытов, исследований и экспериментов, и их использование для дальнейшей коммерциализации результатов интеллектуальной (научно-технической) деятельности не требуется.

Экспериментальные стенды были созданы сторонами совместно – в рамках проекта для отработки технологических операций изготовления светодиодных ламп и светодиодного излучающего элемента на роботизированном интеллектуальном производственном участке для подтверждения или опровержения поставленной цели исследования в соответствии с техническим заданием.

По итогам проведенных на экспериментальных стендах испытаний были подготовлены акты и протоколы исследовательских испытаний экспериментальных образов светодиодных ламп и светодиодного излучающего элемента.

На основании полученных в ходе исследовательских испытаний данных ответчик произвел корректировку эскизной конструкторской документации на изготовление экспериментальных образцов светодиодного излучающего элемента и светодиодных ламп; технологической документации на экспериментальные образцы светодиодного излучающего элемента и светодиодных ламп.

В настоящее время, как следует из представленного обществом договора ответственного хранения от 01.04.2022 (с учетом дополнительного соглашения от 25.04.2022), спорные стенды переданы на хранение ООО «Современные источники света»; хранитель обязуется обеспечить сохранность имущества, возвратить его в надлежащем состоянии и нести ответственность за его утрату, недостачу или повреждение.

Материалами дела (дополнительное соглашение № 4 от 30.12.2019 к договору о софинансировании, акт № 1 от 01.10.2020) подтверждается передача университетом обществу полученных в рамках проекта результатов интеллектуальной деятельности (патентов на изобретения, промышленные модели, свидетельства на программу для ЭВМ).

Таким образом, цель договора была достигнута.

Письмом исх. № 99 от 06.09.2022 истец направил в адрес ответчика проект соглашения об определении долей в праве собственности на спорные стенды. Размеры долей (87% и 13%) определены истцом на основании отчетов о прикладных научных исследованиях и экспериментальных разработках за 2018 г. и 2019 г. к соглашению о предоставлении субсидии от 26.09.2017 № 14.577.21.0266, согласно которым расходы истца на приобретение материалов для имущественного комплекса составили 108 565 940,65 руб., при общей стоимости произведенных сторонами затрат 123 173 338,75 руб.

Ответчик письмом от 14.09.2022 исх. № 20/2849 отказал в заключении указанного соглашения ввиду отсутствия правовых оснований для его заключения.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

В свою очередь ответчик по первоначальному иску обратился со встречными исковыми требованиями об обязании ООО «РУСЛЕД» передать ФГБОУ ВО «ТУСУР» имущество на общую сумму 123 173 338,75 руб., указав на то, что на основании заключенного сторонами соглашения № 25/639 ответчик (индустриальный партнер) принял на себя обязанность обеспечить внебюджетное софинансирование проекта, а также дальнейшее использование результатов работ проекта (коммерциализацию).

Университет, в свою очередь, произвел ПНИЭР и передал права на их результаты (включая результаты интеллектуальной деятельности) ответчику для дальнейшего использования. В ходе выполнения работ университет приобрел материалы и комплектующие на сумму 123 173 338,75 руб. и передал их ответчику для изготовления экспериментальных стендов для отработки технологических операций изготовления светодиодных ламп и светодиодного излучающего элемента на роботизированном интеллектуальном производственном участке.

В подтверждение своих доводов истец по встречному иску представил договоры поставки, товарные накладные и универсальные передаточные документы. Экспериментальные стенды были предназначены для проведения опытов, исследований и экспериментов, и их использование для дальнейшей коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности не требуется, они представляют собой материальные ценности, которые являются образцами готовящейся к выпуску продукции, полностью или частично обладающие свойствами и характеристиками разрабатываемой продукции, которые предназначены для демонстрации, проведения опытов, исследований и экспериментов. Сами стенды не являются научными или научно-техническими результатами. В этой связи университет полагал, что стенды находятся во временном пользовании ответчика.

Поскольку материалы и комплектующие для стендов были закуплены университетом, находятся в его оперативном управлении, стенды выполнили свое предназначение, послужив средством для достижения научно-технического результата, общество без какого-либо правового основания удерживает у себя это движимое имущество.

Претензия университета от 03.06.2022 о возврате спорного имущества была оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для предъявления встречного иска в рамках настоящего дела. При этом из плана-графика исполнения обязательств (приложение № 2 к соглашению о предоставлении субсидии от 26.09.2017) следует, что приобретение материалов и комплектующих для экспериментальных стендов предусматривалось как за счет средств субсидии, так и за счет средств индустриального партнера.

Разрешая спор, спор суды двух инстанций, установив, что спорные стенды (составляющие их элементы) приобретены университетом с целью исполнения договора, правовые основания для возникновения права общей собственности отсутствуют, право собственности на данное имущество в соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) возникает у приобретателя, таким образом, в данном случае университет становится субъектом права оперативного управления (ограниченного вещного права), а собственником является Российская Федерация.

При этом суды отметили, что стенды приобретены, в том числе на средства индустриального партнера, однако это не означает, что они должны поступить в общую собственность, поскольку целью заключенного сторонами договора являлось не создание стендов, а разработка технологии как интеллектуального продукта, поскольку стенды выступили лишь средством (инструментом) для достижения этой цели. Их правовой режим аналогичен режиму иного имущества, приобретенного университетом в рамках выполнения научных исследований с привлечением индустриальных партнеров (оргтехники, расходных материалов и пр.).

В части удовлетворения встречного иска, суды, руководствуясь положениями статей 8, 12, 209, 301 – 304, 305 ГК РФ, разъяснениями содержащимся в постановлении Пленума

Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22), пунктом 1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», установив, что оборудование, об истребовании которого заявлено университетом, было приобретено им, что подтверждено соответствующими договорами, товарными накладными, УПД, однако в настоящее время находится во владении общества, при этом последним не представлено доказательств правомочности такого владения, суды пришли к выводу о доказанности и обоснованности встречных исковых требованиях.

Спор по существу рассмотрен судами верно.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Суды согласились с позицией университета, заключающейся в том, что целью договора было создание новой инновационной технологии с обязательным внедрением ее в производство; государство софинансировало проект только при том условии, что индустриальный партнер вложит собственные средства в его реализацию. В свою очередь, общество софинансировало проект не с целью создания имущественного комплекса в виде экспериментальных стендов, а для получения новой технологии. Данный вывод подтверждается как условиями договора о софинансировании от 26.09.2017 № 25/639 (далее – договор о софинансировании), так и принятой и подписанной сторонами в дальнейшем документацией. Судами верно соотнесено положение пункта 2.3 договора о софинансировании, являющегося общим, с конкретными обязательствами сторон о распределении и передаче прав на результаты исследование (проекта) и материальные результаты проекта и совместные действия по завершении исследований (проекта), которые изложены в разделе 5 договора.

Согласно пунктам 3.1 и 3.2 соглашения университет обязан был провести ПНИЭР (поисковые научно-исследовательские и экспериментальные работы) и предоставить или передать права на результаты ПНИЭР (проекта), включая результаты интеллектуальной деятельности, созданные при выполнении ПНИЭР (проекта), обществу для их дальнейшего использования (коммерциализации), как на территории РФ, так и за рубежом, в том числе в виде передачи или отчуждения исключительных прав (либо права на получение патента), предоставления простых (неисключительных) или исключительных лицензий.

Как указывало общество со ссылкой на разъяснения положения конкурсной документации, затраты на создание опытного образца оборудования могут включаться в состав затрат, финансируемых за счет субсидии, если такое оборудование является результатом научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ по проекту, выполняемых головным исполнителем, и условия проекта предусматривают последующее серийное производство такого оборудования. В составе затрат, образующих себестоимость научно-технической продукции, учитывается стоимость специального оборудования для научных (экспериментальных) работ. К специальному оборудованию для научных (экспериментальных) работ относятся стенды, испытательные станции, аппаратура, приборы, механизмы, устройства и т.п. (в том числе серийные изделия, являющиеся объектами испытаний (исследований), если это предусмотрено техническим заданием на выполнение НИОКТР). Заказчик (организация реального сектора экономики) и головной исполнитель самостоятельно распределяют права на изготовленные в ходе выполнения научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ по проекту опытные образцы, приобретенное специальное оборудование для научных (экспериментальных) работ.

Таким образом, по итогам завершения ПНИЭР (проекта) в соответствии с условиями договора и соглашения университет должен был предоставить обществу права на результаты ПНИЭР (проекта), включая результаты интеллектуальной деятельности, созданные при выполнении ПНИЭР (проекта), а общество должно было обеспечить их дальнейшее использование (коммерциализацию).

Суд правомерно отметил, что иное толкование означало бы, что общество, произведя финансирование проекта, приобретает соразмерную долю в приобретаемом для нужд проекта имуществе (фактически покупает его), а потом еще и права на новую технологию, что явно не соответствует условиям заключенного договора и принципу эквивалентности взаимных предоставлений сторон.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения первоначального иска не имелось.

Доводы кассатора о нарушении требований процессуального законодательства, выразившиеся в нерассмотрении и невынесении определения по двум ходатайствам заявителя (истца), судом апелляционной инстанции обоснованно признаны несостоятельными. Апелляционным судом дана надлежащая оценка аргументу общества по вопросу о нарушении судом первой инстанции процессуального закона при рассмотрении ходатайств, из протокола судебного заседания от 13.02.2023 следует, что суд первой инстанции рассмотрел заявленные ходатайства и отказал в их удовлетворении.

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции в части удовлетворения встречного иска, суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что доказано отсутствие правовых оснований у общества для признания доли в праве собственности на оборудование, следовательно, общество неправомерно удерживало у себя оборудование после достижения цели договора о софинансировании.

Как установлено судом, оборудование, об истребовании которого заявлено университетом, было приобретено им, что подтверждено соответствующими договорами, товарными накладными, УПД. Однако в настоящее время находится во владении общества, при этом последним не представлено доказательств правомочности такого владения, вместе с тем оборудование находится у общества в силу того, что именно на производственной площадке общества осуществлялась работа с экспериментальными стендами. При этом университетом представлены доказательства приобретения именно им спорного оборудования, составляющего эти стенды, учитывая, что университетом заявлено требование о передаче лишь того оборудования, которое было приобретено им.

Таким образом, поскольку обществом не доказана правомерность такого владения, суды не нашли оснований для отказа в удовлетворении встречного иска. При этом невозможность исполнения решения суда не доказана.

Выводы судов первой и апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права, сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ). При этом заявитель фактически выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть спор по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены совокупно в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены решения и постановления суда, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 13.02.2023 Арбитражного суда Томской области и постановление от 18.05.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А67-8740/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                      В.В. Сирина

 

Судьи                                                                                    Е.Ю. Демидова

 

ФИО1