АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

07 августа 2025 года

         Дело № А33-32293/2023

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 28 июля 2025 года.

В полном объёме решение изготовлено 07 августа 2025 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Ринчино Б.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Рыбная история» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО1,

к ФИО2, 

о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, ФИО4,

при участии в судебном заседании:

полномочного представителя истца: ФИО5, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прилеповым С.Д.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Рыбная история»  (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ФИО1, к ФИО2 (далее – ответчики) о признании недействительными сделками следующих дополнительных соглашений:

- от 01.11.2020 к трудовому договору от 24.05.2019 № 1, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 447 775,00 руб.;

- от 01.03.2021 к трудовому договору от 24.05.2019 № 1, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 339 208,00 руб.;

- от 01.05.2021 к трудовому договору от 24.05.2019 № 1, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 3 184 358,00 руб.;

- от 01.11.2020 к трудовому договору от 01.12.2019 № 4, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 459 028,00 руб.;

- от 01.03.2021 к трудовому договору от 01.12.2019 № 4, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 339 208,00 руб.;

- от 01.05.2021 к трудовому договору от 01.12.2019 № 4, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Рыбная история» и ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в пользу общества  денежных средств в размере 3 185 174,00 руб.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 15.09.2023 возбуждено производство по делу.

Определением от 23.07.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

Определением от 13.03.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Дело рассмотрено по существу в судебном заседании, состоявшемся 28.07.2025, с извещением участников судебного спора о судебном разбирательстве и размещением сведений о дате и времени судебного заседания на сайте суда.

Явку в судебное заседание обеспечил истец, ответчик и привлеченные лица участие в судебном заседании не приняли. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

Процессуальных препятствий для рассмотрения спора по существу судом не установлено.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования  в полном объеме в соответствии с доводами, указанными в иске.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью ««Рыбная история»» создано и зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю 24.05.2019 с присвоением основного государственного регистрационного номера 

<

***>, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись от 24.05.2019 ГРН 

<

***>.

С 24.05.2019 единственным участником общества с долей в уставном капитале 100 % являлся ФИО1.

02.10.2019 в состав участников общества вошел ФИО3 с долей в уставном капитале 80%.

В период с 24.05.2019 по 07.11.2022 руководителем постоянно действующего исполнительного органа юридического лица являлся  ФИО1.

Трудовым договором от 24.05.2019, заключенным между обществом и ФИО1, последнему установлен должностной оклад в размере 21 551,72 руб. С учетом районного коэффициента и процентной надбавки номинальный размер заработной платы ФИО1 составлял 34 482,75 руб.

01.12.2019 на должность помощника генерального директора принята ФИО2, с которой заключен трудовой договор № 4 от 01.12.2019, с установлением должностного оклада в размере 21 551,72 руб. С учетом районного коэффициента и процентной надбавки номинальный размер заработной платы ФИО2 составлял 34 482,75 руб.

Согласно пояснениям истца, с 01.11.2020 ФИО1 регулярно увеличивал себе заработную плату без наличия на то законных оснований.

Так, 01.11.2020 от имени общества ФИО1 заключил дополнительное соглашение к трудовому договору, которым увеличил себе должностной оклад до 71 840 руб. (а с учётом районного коэффициента и процентной надбавки размер заработной платы составлял 114 944 руб.). 

01.03.2021 ФИО1 заключено дополнительное соглашение, которым должностной оклад ФИО1 увеличен до 107 758 руб. (172 412.8 руб. с учетом коэффициента и надбавки).

01.05.2021 ФИО1 заключено дополнительное соглашение, которым должностной оклад ФИО1 увеличен до 143 678 руб. (229 884.8 руб. с учетом коэффициента и надбавки).

01.11.2020 ФИО2 заключено дополнительное соглашение, которым ее должностной оклад установлен в размере 71 840 руб. (с учётом районного коэффициента и процентной надбавки размер заработной платы составлял 114 944 руб.).

01.03.2021 ФИО2 заключено дополнительное соглашение, которым ее должностной оклад увеличен до 107 758 руб. (172 412.8 руб. с учетом коэффициента и надбавки).

01.05.2021 ФИО2 заключено дополнительное соглашение, которым ее должностной оклад увеличен до 143 678 руб. (229 884.8 руб. с учетом коэффициента и надбавки).

ФИО1 и ФИО2 являются супругами.

Как полагает истец, ФИО1 систематически увеличивал заработную плату себе и своей супруге, при этом, заработная плата супруги, занимающей должность помощника директора, равнялась заработной плате директора, что отклоняется от обычных условий рынка труда. 

При этом ФИО1 в нарушение пункта  3 статьи  45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» при увеличении размера заработной платы себе и ФИО2, не запрашивал разрешение и не уведомлял о повышении заработной платы общее собрание участников общества, а также второго участника.

Таким образом, трудовой договор, его отдельные положения, могут быть признаны недействительной сделкой при наличии ущерба интересам общества, а также наличии признаков заинтересованности при заключении сделки.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления исковых требований к ФИО1 и ФИО2

Ответчики, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылались на следующие обстоятельства:

- заключение трудового договора с директором и определение размера его заработной платы относится к компетенции учредителей общества, в материалы дела такие протоколы собрания не представлены;

- исковое заявление подано от имени общества, доверенность на представителя выдана генеральным директором, таким образом, истец не имеет право на предъявление исковых требований к ответчику;

- судебное разбирательство инициировано с целью затягивания процессов по взысканию с общества в пользу ФИО1,  ФИО2 заработной платы, которые рассматриваются в Центральном районном суде города Красноярска (дело № 2-767/2024, дело № 2-889/2024). 

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Предметом рассматриваемого иска является признание недействительными сделками дополнительных соглашений к трудовым договорам, заключенным с заинтересованностью обществом с генеральным директором и его помощником, в результате совершения которых, по мнению истца, обществу причинен ущерб в общем размере 7 954 751,00 руб. 

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Как следует из положений пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 20 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО), является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.

Согласно позиции истца, спорные дополнительные соглашения заключены с нарушением особого порядка одобрения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность - до участника общества - истца не была доведена информация о планируемом заключении спорных договоров, а также предоставлен отчет о заключенных обществом в отчетном году сделках, в совершении которых имеется заинтересованность, предусмотренные пунктом 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. То есть участник общества был лишен возможности выразить свою волю на совершение сделки, определение ее условий. 

Оценивая сделки с точки зрения специальных «корпоративных» составов, суд обращает внимание на следующее.

Истец ссылается на положения статьи 45 Закона об ООО, обосновывая недействительность спорных сделок, как сделок, совершенных при наличии заинтересованности и отсутствия одобрения. 

Действительно, исходя из обстоятельств заключения спорных сделок, данные сделки относятся к сделкам, заключенным с заинтересованностью.

Согласно пункту 1 статьи 45 Закона N 14-ФЗ сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (абзац 2 пункта 6 статьи 45 названного закона).

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В силу пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие ущерба интересам хозяйственного общества является обязательным условием признания сделки с заинтересованностью недействительной (абзац 1 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность").

При этом сам факт заключения договоров между супругами не может свидетельствовать о том, что оспариваемая сделка совершена лишь с целью причинения ущерба обществу и его участникам.

Истцу надлежит доказать факт наличия ущерба, возникшего ввиду действий заинтересованного лица.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

Между тем, доказательств того, что реальной целью спорных сделок являлось причинение ущерба истцу вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено, из существа правоотношений указанное не следует, наличие ущерба при заключении сделок не доказано допустимыми и относимыми доказательствами. Представитель истца в судебных заседаниях на предложение суда предоставить доказательства наличия ущерба, возникшего ввиду действий заинтересованного лица, доказательства факта злоупотребления правом при заключении спорных сделок, пояснил, что ущерб предполагается, т.к. сделки заключены в период финансовой нестабильности общества, несоразмерности заработной платы заработной плате по г. Красноярску.

Вместе с этим, при оценке причинения ущерба для общества вследствие совершения сделки, в отношении которой имеется заинтересованность, необходимо принимать во внимание не только основные имущественные предоставления сторон по таким договорам (например, ценовые условия в договорах купли-продажи, условия об арендной ставке в договорах аренды и т.п.), но и иные сопутствующие условия, в частности, условия о рассрочке платежа, санкции за ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств, возложение дополнительных обязанностей на одну из сторон договора и т.д 

В соответствии с п. 4 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

Таким образом, по своей сути сделка с заинтересованностью, совершенная без получения согласия (одобрения) общего собрания общества и в отсутствие ущерба, возникшего на стороне общества, не может являться сама по себе основанием для признания сделки недействительной. Главным и основополагающим условием для признания сделки недействительной является наличие ущерба.

Доказательства причинения ущерба обществу в материалы дела не представлены.

Возражая относительно доводов истца, ответчик указал на то, что причиной повышения заработной платы являлся факт расширения бизнеса. Так, с момента открытия первого ресторана в 2019 году до момента заключения последней спорной сделки 01.05.2021 значительно расширено количество ресторанов, баров, рыбных магазинов и кафе. Кроме того запущено производство рыбных полуфабрикатов.

Расширение бизнеса и увеличение заработной платы согласовалось с мажоритарным участником Блиновским. В подтверждение данного довода ответчиками в материалы дела представлена переписка, отражающая в том числе и вопрос оплаты задолженности по заработной плате.

Оценивая доводы сторон, суд приходит к выводу о том, что причинение ущерба обществу истцом не доказан.

Расширение бизнеса, открытие новых точек питания, производства рыбных полуфабрикатов подразумевает увеличение трудозатрат контролирующих бизнес руководителей. 

Соответственно сравнение истцом заработной платы действующего директора на момент подачи иска, статистические данные не могут быть приняты во внимание судом. В период заключения спорных сделок общество развивалось, расширялся функционал, который заключался не только в открытии новых точек питания, но и производственной сфере. 

Суд учитывает, что заработная плата текущего директора установлена в условиях сокращения бизнеса. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что сокращение объема торговых точек произошло в результате действий ответчиков. Суд связывает данное обстоятельство с бизнес моделью мажоритарного участника Блиновского, что подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-304494/2023 от 15.04.2024.

При этом законодатель исходит из необходимости защиты директора от ответственности за управленческие решения и сделки, которые разумно рассматривались им как выгодные для хозяйственного общества и отвечающие интересам юридического лица, с учетом обычной деловой практики, рискового характера предпринимательской деятельности и иных обстоятельств, имеющие значение для дела (абзац второй пункта 1 статьи 531 ГК РФ, пункт 3 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Кроме того, обращение в арбитражный суд с иском о признании сделок недействительными ответчики связывают с обращением ответчиков в суд общей юрисдикции с требованием о взыскании задолженности по заработной плате. О данном обстоятельстве свидетельствует график погашения задолженности по заработной плате, содержащий подпись нового директора ФИО6 и оттиск печати общества. После несоблюдения указанного графика, ответчики обратились за судебной защитой, что, по их мнению, повлекло подачу настоящего иска. 

Суд отмечает непоследовательность поведения истца в данной части, установление графика платежей в совокупности с имеющейся перепиской с мажоритарным участником относительно погашения задолженности по заработной плате и последующая позиция истца является непоследовательным поведением.

Недобросовестным является непоследовательное поведение лица в ситуации, когда оно, обладая каким-либо субъективным правом, своими предшествующими действиями создает для другой стороны разумное ожидание, что оно этим субъективным правом воспользоваться не планирует, а впоследствии совершает действия по осуществлению этого права, вопреки предшествующему поведению.

 Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 2 постановления N 27 срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Согласно подпункту 3 пункта 3 постановления N 27 предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Истец пояснил, что порядок согласования сделки был нарушен, срок исковой давности начал течь не ранее записи в ЕГРЮЛ о новом директоре (14.11.2022 ФИО6), иск подан 07.11.2023.

При этом ответчик возражал относительно данного довода с учетом того, что мажоритарный участник фактически знал о совершенных сделках. Так, в материалы дела ответчиком представлена переписка, согласно которой Блиновский (мажоритарный участник) и ответчики согласовывали оплату задолженности по заработной плате. Исходя из данной переписки Блиновский указывает о ранних договоренностях по размеру заработной платы ответчиков.

 Установление аффилированности между директором и контрагентом, в пользу которого было осуществлено исполнение, не создает презумпцию причинения убытков юридическому лицу и наличия причинно-следственной связи между такими убытками и действия директорами, если конфликт интересов был своевременно раскрыт перед участниками общества, и никто из лиц, указанных в абзаце втором пункта 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в том числе участники общества (единственный участник) не потребовал получения согласия на совершение сделки на соответствующих условиях. 

В таком случае предполагается, что директор, обеспечивший добросовестное раскрытие своей заинтересованности в совершении сделки, действует в интересах юридического лица, пока иное не будет доказано истцом. Суд также обращает внимание на то, что в силу пункта 4 статьи 1571 Гражданского кодекса молчание по общему правилу не признается выражением воли на совершение сделки, если иное не предусмотрено законом, соглашением сторон либо не вытекает из обычаев делового оборота или иных обстоятельств дела.

Однако в ряде случаев совокупность фактических обстоятельств, в том числе длительное осуществление деятельности в определенном порядке, сложившаяся экономическая модель, а также отсутствие возражений со стороны единственного участника общества в отношении совершаемых директором действий, могут свидетельствовать об их конклюдентном одобрении и приводить к невозможности их оспаривания (абзац второй пункта 3 статьи 182 ГК РФ).

Таким образом, в рассматриваемой ситуации одобрение действий директора может вытекать не только из формального соблюдения процедур, предусмотренных законодательством, но и из фактического поведения участника общества до и после совершения соответствующих сделок (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункты 2 и 5 статьи 166 ГК РФ).

Таким образом, суд соглашается с позицией ответчика о том, что о совершенных сделках был осведомлен второй (мажоритарный) участник общества Блиновский, с учетом данного обстоятельства суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности на дату подачи искового заявления истек.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

Согласно пункту 2 постановления N 27 срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований в том числе в связи с пропуском истцом срока исковой давности, что в силу статьи 199 ГК РФ явилось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Учитывая изложенное, руководствуясь указанными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В соответствии со статьёй 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая результат рассмотрения дела, государственная пошлина за рассмотрение настоящего дела относится на истца.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Б.В. Ринчино