АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-2965/2020

г. Петропавловск-Камчатский

24 мая 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 мая 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 24 мая 2021 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску закрытого акционерного общества «Петропавловск-Камчатская судоходная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Восток Транс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: временный управляющий ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Камчатбиоресурсы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 425 791,26 руб.,

при участии от истца (посредством веб-конференции): ФИО3 – представитель по доверенности от 23.12.2019 № 12А (сроком на три года), 

от ответчика и третьих лиц: не явились,

установил:

закрытое акционерное общество «Петропавловск-Камчатская судоходная компания» (далее – истец, ЗАО «ПКСК»; адрес: 692903, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением (с учетом принятого протокольным определением от 09.11.2020 уточнения) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Восток Транс» (далее – ответчик, ООО «Восток Транс»; адрес: 684000, 

<

...>) фактически понесенных истцом расходов на спасательную операцию в сумме 402 354,88 руб. и вознаграждения за проведении спасательной операции в размере половины стоимости судна и перевозимого имущества, а также 23 436,38 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.10.2019 по 09.11.2020, начисленных на вышеуказанную сумму расходов.

Требования заявлены со ссылкой на статьи 338, 340, 342 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее – КТМ РФ), статью 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы уклонением ответчика от выплаты истцу причитающегося вознаграждения.

Определениями от 12.02.2021 и от 17.03.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Камчатбиоресурсы» (далее – ООО «Камчатбиоресурсы»; адрес: 683023, 

<

...>) и временный управляющий ООО «Восток Транс» ФИО2 (далее – ФИО2; адрес: 683003, Камчатский край, 

<

...>). 

Представители ответчика и третьих лиц в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования с учетом их уточнения поддержал по изложенным в иске основаниям, пояснив, что расчет расходов им произведен из расчета расходов истца по обслуживанию судна за месяц пропорционально количеству часов, затраченных на проведение спасательной операции. 

После оглашения поступивших по запросам суда документов, включая представленный капитаном морского порта договор ипотеки, которым залоговая стоимость принадлежащего ответчику судна определена в сумме 3 млн. руб., представитель истца уточнил заявленные требования и просил взыскать с ответчика вознаграждение в размере половины стоимости спасенного судна, исходя из его залоговой стоимости, определенной договором ипотеки. Требование о взыскании половины стоимости спасенного груза исключено.

Уточнение исковых принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ, о чем вынесено протокольное определение от 19.05.2021.

Заслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из текста искового заявления со ссылкой на пояснительную записку капитала т/к «Иммануил», 16.10.2019 в 19 час. 00 мин. капитаном судна т/к «Иммануил» (ИМО 9056571, судовладелец ЗАО «ПКСК») получен сигнал бедствия от судна т/х «Снабженец-1» (ИМО 8930794, судовладелец ООО «Восток Транс»), которое по сообщенным данным было полностью обесточено, не имело хода и находилось в свободном дрейфе, при этом испытывало сильную бортовую качку, крен с борта на борт достигал критических значений, вследствие чего имелась вероятность опрокидывания судна, а следовательно, гибели пассажиров и экипажа, потери груза. 

16.10.2019 в 22 час. 10 мин. судном т/к «Иммануил» получено распоряжение от судовладельца и фрахтователя следовать на спасение судна т/х «Снабженец-1».

17.10.2019 в 01 час. 25 мин. судно т/к «Иммануил» подошло в район аварийного судна. По предложению капитана т/х «Снабженец-1» постановка судна на буксир отложена до рассвета по погодным условиям. Силами экипажа т/к «Иммануил» подготовлена буксирная линия, поскольку на аварийном судне буксир отсутствовал, а швартовые концы очень короткие.

17.10.2019 в 06 час. 25 мин. судно т/х «Снабженец-1» взято на буксир, после чего судно т/к «Иммануил» проследовало с аварийным судном на буксире в Авачинский залив, доложив об этом всем заинтересованным лицам.

18.10.2019 в 05 час. 40 мин. капитан т/х «Снабженец-1» вышел на связь и сообщил, что произведен ремонт ГД и судно может продолжить движение своим ходом. После чего судно т/х «Снабженец-1» снято с буксира и последовало своим ходом. 

Таким образом, как указывает истец, с 16.10.2019 по 18.10.2019 силами судна т/к «Иммануил» осуществлены действия по спасанию аварийного судна т/х «Снабженец-1», в том числе, судно т/к «Иммануил» снялось с коммерческого рейса и проследовало к координатам аварийного судна, взяло судно т/х «Снабженец-1» на буксир для осуществления аварийной буксировки через Авачинский залив, проследовало с аварийным судном на буксире до указанных в иске координат до получения сообщения о восстановлении работоспособности аварийного судна, после чего судно т/х «Снабженец-1» снялось с буксира и последовало своим ходом.

Ссылаясь на понесенные расходы при осуществлении вышеуказанных действий по спасанию аварийного судна при наличии реальной угрозы его опрокидывания, гибели членов экипажа и пассажиров и утраты груза, а также положительный эффект от осуществленных действий (судно восстановило работоспособность, пассажиры, экипаж и груз не пострадали), ЗАО «ПКСК» уведомило ООО «Восток Транс» как судовладельца спасенного судна о том, что претендует на вознаграждение за проведение спасательной операции. 

Поскольку капитаном т/х «Снабженец-1» соответствующий договор с истцом не подписан со ссылкой на необходимость принятия безотлагательных мер к спасению судна, истец обратился непосредственно к ответчику с предложением урегулировать вопрос по выплате вознаграждения, определив его стоимость. 

Поскольку вознаграждение за проведенную спасательную операцию ответчиком по требованию истца не выплачено, в том числе после получения претензии от 27.03.2020, ЗАО «ПКСК» обратилось в суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

Доводы ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка опровергаются имеющейся в деле вышеуказанной претензией, а также отзывами самого ответчика, из которых следует, что данная претензия им получена. Отсутствие в претензии конкретной суммы требуемого вознаграждения с приложением обосновывающих ее документов не препятствовало ответчику принять меры к согласованию с истцом соответствующего вознаграждения и предложить свой контррасчет. К тому же данный довод противоречит тексту представленной претензии, в которой указан конкретная сумма, которую просит возместить истец. 

При указанных обстоятельствах оснований для оставления искового заявления без рассмотрения судом не установлено. К тому же из отзыва усматривается принципиальное несогласие ответчика с приведенными в иске фактическими обстоятельствами (относительно самого факта нахождения судна в аварийной ситуации, требующей проведения спасательных операций), что исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 4 раздела II «Процессуальные вопросы» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015) от 23.12.2015, свидетельствует о злоупотреблении ответчиком процессуальными правами при заявлении ходатайства об оставлении иска без рассмотрения по данному основанию и целесообразности рассмотрения спора по существу. 

В ходе рассмотрения иска судом установлено, что определением Арбитражного суда Камчатского края от 13.07.2020 возбуждено производство по делу № А24-1826/2020 о признании ООО «Восток Транс» несостоятельным (банкротом), а определением от 25.12.2020, резолютивная часть которого объявлена 18.12.2020, в отношении должника введена процедура наблюдения.

В абзаце третьем пункта 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) установлено, что с даты вынесения арбитражным судом определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом, в частности: возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ.

Из содержания данной нормы следует, что текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»). 

Проанализировав документы, положенные истцом в обоснование заявленных требований, суд приходит к выводу, что денежные обязательства ответчика по выплате истцу вознаграждения за проведение спасательной операции в октябре 2019 года текущими не являются, поскольку возникли до даты принятия судом к производству заявления о признании ответчика несостоятельным (банкротом).

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), если исковое заявление о взыскании с должника долга по денежным обязательствам или обязательным платежам, за исключением текущих платежей, было подано до даты введения наблюдения, то в ходе процедур наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления право выбора принадлежит истцу: либо по его ходатайству суд, рассматривающий его иск, приостанавливает производство по делу на основании части 2 статьи 143 АПК РФ, либо в отсутствие такого ходатайства этот суд продолжает рассмотрение дела в общем порядке; при этом в силу запрета на осуществление по подобным требованиям исполнительного производства в процедурах наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления исполнительный лист в ходе упомянутых процедур по такому делу не выдается. Суд не вправе приостановить по названному основанию производство по делу по своей инициативе или по ходатайству ответчика.

Поскольку ЗАО «ПКСК» обратилось в суд с исковым заявлением 19.06.2020,  то есть до введения в отношении ответчика процедуры наблюдения (18.12.2020), и ходатайство о приостановлении производства по делу не заявляло, поданное истцом заявление подлежит рассмотрению по существу в порядке искового производства.

Оценив сложившиеся между сторонами правоотношения, суд приходит к выводу, что они подлежат регулированию по правилам главы XX КТМ РФ, а также общими положениями ГК РФ об обязательствах и договоре, а также международными договорами Российской Федерации в области безопасности торгового мореплавания.

В соответствии с Международной конвенцией о спасании 1989 года (заключена в Лондоне 28.04.1989; ратифицирована Российской Федерацией с оговоркой в соответствии с Федеральным законом от 17.12.1998 № 186-ФЗ; вступила в силу для России 25.05.2000) спасательная операция означает любое действие или деятельность, предпринимаемые для оказания помощи судну или любому другому имуществу, находящимся в опасности в судоходных водах или в любых других водах (статья 1 Конвенции 1989 года).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 337 КТМ РФ спасательной операцией является любое действие или любая деятельность, предпринимаемые для оказания помощи любому судну или другому имуществу, находящимся в опасности в судоходных водах или в любых других водах.

Спасательные операции, имевшие полезный результат, дают право на вознаграждение (статья 12 Международной конвенции о спасании 1989 года, статья 341 КТМ РФ). Если не предусмотрено иное, никакая плата согласно Конвенции 1989 года не полагается, если спасательные операции не имели полезного результата (статья 12 Международной конвенции о спасании 1989 года). Никакой платы в соответствии с правилами, установленными настоящей главой, не полагается, если спасательные операции не имели полезного результата, за исключением случая, предусмотренного статьей 343 КТМ РФ (пункт 2 статьи 341 КТМ РФ).

По общему правилу проведение спасательных операций осуществляется на основании договоров о спасении, право, на заключение которых имеют капитан судна или судовладелец (статья 338 КТМ РФ). 

Согласно сложившемуся в международном торговом мореплавании подходу, закрепленному в праве Российской Федерации, заключение письменного договора о спасании, само по себе, не является достаточным основанием выплаты вознаграждения спасателю, поскольку право на вознаграждение и обязанность уплатить его зависят от достижения успеха в спасательной операции, а не от факта оказания услуг и согласия на них.

В равной степени отсутствие соответствующего договора при наличии принятых судном, терпящим бедствие, спасательных услуг не исключает возникновения правовых отношений в связи с проведенной спасательной операцией. 

Нахождение судна т/х «Снабженец-1» в аварийной ситуации, как и его принадлежность ответчику, подтверждены письмом начальника Морского спасательного подцентра (Камчатский филиал) (далее – МСПЦ) от 19.11.2020, письмом капитана Морского порта Петропавловск-Камчатский от 20.11.2020, выпиской из Государственного судового реестра от 22.10.2020, а также полученным на запросы суда письмами капитана Морского порта Петропавловск-Камчатский от 24.02.2021 и от 07.04.2021, выпиской из Государственного судового реестра от 07.04.2021, договором ипотеки от 28.06.2019. 

Представленные документы опровергают доводы ответчика, изложенные в отзыве, о том, что в спорный период принадлежащее ему судно в аварийной ситуации не находилось и спасательные операции в отношении него не проводились.

В частности, в письмах от 20.11.2020 на запрос истца и от 24.02.2021 на запрос суда капитана Морского порта Петропавловск-Камчатский подтвердил, что 16.10.2019 МСПЦ получен сигнала бедствия от т/х «Снабженец-1», после чего МСПЦ дано аварийное оповещение, а судовладельцу терпящего бедствие судно предоставлены телефоны судовладельцев, находящихся поблизости судов т/х «Вячеслав Анисимов» и т/к «Иммануил». Судов-спасателей в данное время в поисково-спасательном районе МСПЦ не было. Меры для спасания экипажа и аварийного судна т/х «Снабженец-1» предприняты т/к «Иммануил» (судовладелец ЗАО «ПКСК». 17.10.2019 в 03 час. 25 мин. т/к «Иммануил» лег в дрейф рядом с т/х «Снабженец-1» для обеспечения безопасности и оказания необходимой помощи. От ООО «Восток Транс» получено сообщение, что с судовладельцем ЗАО «ПКСК» достигнута договоренность о буксировке аварийного судна в порт Петропавловск-Камчатский. В 08 час. 25 мин. 17.10.2019 т/к «Иммануил» взял на буксир т/х «Снабженец-1» и проследовал в порт Петропавловск-Камчатский. 18.10.2019 в 08 час. 15 мин. получено сообщение от капитана т/к «Иммануил» о том, что на т/х «Снабженец-1» удалось запустить главный двигатель и восстановить электропитание судна, «Снабженец-1» может следовать по назначению самостоятельно, в связи с чем т/к «Иммануил» закончил аварийную буксировку. Время, потраченное на работы с т/х «Снабженец-1» у т/к «Иммануил» составило 5 часов на обеспечение безопасности и 23 часа 50 минут на аварийную буксировку.

Также в ответе на запрос суда (письмо от 24.02.2021) капитан Морского порта Петропавловск-Камчатский сообщил, что учитывая погодные условия (волнение моря 2,5-3,0 м и ветер 12 м/с), а также немореходное состояние т/х «Снабженец-1» (судно обесточено и остановка главного двигателя), существовала опасность как для экипажа, так и для самого судна. Результат: оказана вся необходимая помощь аварийному судну. 

Дополнительно в ответе на запрос суда указано, что согласно грузовой декларации на отход из порта Пахачи на борту т/х «Снабженец-1» находилось 73,5 тонны рыбы и морепродуктов (трюм № 1 -17 т, трюм № 2 - 49,5 т, палубный груз - 7 т). Однако сведения о грузовладельце не указаны. 

Приведенные обстоятельства подтверждают факт нахождения принадлежащего ответчику судна в аварийной ситуации, наличие реальной угрозы как для самого судна, так и для членов его экипажа, пассажиров, перевозимого груза. Зону бедствия т/х «Снабженец-1» покинул благодаря усилиям т/к «Иммануил», принадлежащего истцу. Независимо от того обстоятельства, что впоследствии т/х «Снабженец-1» своими усилиями восстановило работоспособность судна и оно продолжило дальнейшее следование своим ходом, снявшись с буксира, представленные документы свидетельствуют о принятии истцом мер по спасанию находящегося в аварийной ситуации судна ответчика, в том числе в течение 5 часов обеспечивало безопасность судна и в течение 23 часов 50 минут осуществляло его аварийную буксировку. За указанное время судно ответчика избежало риска гибели и смогло принять меры к восстановлению работоспособности его двигателя. Данное свидетельствует о наличии положительного результата в связи с проведением спасательной операции и, как следствие, дает право спасателю (истцу) претендовать на получение вознаграждения за спасение судна с ответственного за вознаграждение субъекта.

В соответствии пунктом 2 статьи 342 КТМ РФ вознаграждение, установленное в соответствии с пунктом 1 названной статьи кодекса, уплачивается всеми лицами, заинтересованными в судне и другом имуществе, пропорционально соответствующей спасенной стоимости судна и другого имущества.

Исходя из приведенного, при разрешении спора о взыскании вознаграждения за успешно проведенную спасательную операцию следует установить лиц, заинтересованных в спасенном имуществе.

Судами установлено, что собственником т/х «Снабженец-1» является ООО «Восток Транс», о чем свидетельствует выписка из Государственного судового реестра. Сведений о нахождении судна в спорный период в чьем либо ином фактическом владении суду в порядке статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено, несмотря на соответствующее указание в определениях суда. 

По сообщению капитана порта, судно перевозило груз (морепродукцию), однако сведений о грузовладельце, как и о стоимости перевозимого груза полученный на запрос суда не содержит. Не представлено таких сведений и ответчиком, несмотря на неоднократные предложения суда, изложенные в определениях об отложении судебного заседания, из чего суд приходит к выводу, что по общему правилу все имущество, находящееся на принадлежащем ответчике судне, также принадлежит ему, включая перевозимый груз. Доказательств, опровергающий данный вывод, в порядке статьи 65 АПК РФ не представлены. 

Исходя из изложенного, суд признает ответчика лицом, полностью ответственным за выплату истцу вознаграждения за принятые по спасению судна меры в соответствии со статьями 341, 342 КТМ РФ.

Истец в поданном иске (исходя из уточнения поданных требований) просит взыскать с ответчика фактически понесенные расходы на спасательную операцию в сумме 402 354,88 руб. и вознаграждение за проведение спасательной операции в размере половины стоимости судна, исходя из его залоговой стоимости 3 млн. руб.

Суд отклоняет доводы ответчика о предъявлении истцом нового требования в части половины стоимости, как и об одновременном изменении предмета и основания иска, поскольку соответствующим образом притязания истца на вознаграждение в размере половины стоимости спасенного судна были изложены непосредственно в исковом заявление. Неуказание истцом конкретного размера вознаграждения не свидетельствует о злоупотреблении им процессуальными правами или допущении процессуальных нарушений, поскольку материалами дела подтверждено уклонение ответчика от предоставления как истцу, так и суду соответствующей информации, в связи с чем отсутствие у истца соответствующей информации и указание точного размера исковых требований в данной части иска было вызвано объективными, не зависящими от него, обстоятельствами. 

Кроме того, по смыслу статьи 342 КТМ РФ предполагаемое вознаграждение является единственной предусмотренной выплатой при осуществлении спасательной операции и при его определении подлежит учету, в том числе, фактически понесенные спасателем расходы и затраченное время. Таким образом, предъявление истцом требования о взыскании расходов за проведение спасательной операции в силу приведенной правовой нормы фактически является требованием о выплате вознаграждения, которое по требованию истца должно состоять из компенсации фактических расходов и дополнительной платы за положительный результат спасательной операции. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 342 КТМ РФ вознаграждение устанавливается в целях поощрения спасательных операций с учетом следующих критериев, независимо от последовательности, в которой они указаны: 1) спасенная стоимость судна и другого имущества; 2) мастерство и усилия спасателей в предотвращении или уменьшении ущерба окружающей среде; 3) степень успеха, достигнутого спасателями; 4) характер и степень опасности; 5) мастерство и усилия спасателей в спасании судна, другого имущества и людей; 6) затраченное спасателями время и понесенные расходы и убытки; 7) риск ответственности и иные риски, которым подвергались спасатели или их оборудование; 8) быстрота оказания услуг; 9) наличие и использование судов или другого предназначенного для спасательных операций оборудования; 10) состояние готовности оборудования спасателя, эффективность и стоимость такого оборудования.

Вознаграждение, за исключением любых процентов и возмещаемых судебных и арбитражных расходов, которые могут подлежать уплате в связи с вознаграждением, не должно превышать спасенную стоимость судна и другого имущества (часть 3 статьи 342 КТМ РФ).

Истец просит взыскать с ответчика  фактически понесенные расходы на спасательную операцию в сумме 402 354,88 руб. и вознаграждение за проведение спасательной операции в размере половины стоимости судна.

Однако, как отмечено ранее, истец, как и ответчик, неверно трактует положения статьи 342 КТМ РФ, исходя из которой затраченное спасателями время и понесенные расходы и убытки подлежат возмещению не наряду с вознаграждением, а непосредственно в составе определяемого вознаграждения, размер которого должен учитывать данные расходы, но не превышать стоимость спасенного судна и другого имущества. 

Изучив представленные истцом документы в подтверждение фактически понесенных расходов, суд приходит к выводу, что предъявленный к возмещению размер понесенных расходов, исходя из способа его определения, не является фактически понесенным и достоверным размером расходов, непосредственно связанных с осуществлением спасательной операции. Согласно предложенному истцом расчету, им определена общая сумма понесенных в октябре 2019 года на содержание собственного судна расходов, с учетом выплаченной заработной платы экипажу, в соответствии с данными бухгалтерского учета (9 354 756,10 руб.), установлен размер расходов в сутки (301 766,32 руб.) и в час (12 573,59 руб.), и исходя из количество затраченного на спасение судна времени (32 часа), определен размер расходов, квалифицируемых истцом как «фактически понесенные» – 402 354,88 руб. 

Однако представленные истцом в обоснование данного расчета документы, как и способ определения фактически понесенных расходов, не подтверждают, что за период времени, в течение которого истцом принимались меры по спасению аварийного судна, им затрачены ресурсы на именно сумму 402 354,88 руб. В то же время фактические расходы – это расходы, непосредственно связанные с совершением определенных действий. То есть в отсутствие необходимости совершения данных действий, соответствующие расходы не были бы понесены. Однако истец, даже при условии отсутствия необходимости в совершении спасательной операции, понес бы расходы по содержанию собственного судна, по выплате заработной платы экипажу, по закупке топлива и пр., поскольку судно в данный период находилось в коммерческом рейсе.

Подробный расчет со ссылкой на подтверждающие документы, в частности: относительно количества и стоимости затраченного топлива при следовании к аварийному судну и при его буксировке, понесенных расходов в связи с отклонением от коммерческого рейса (выплата неустойки, упущенная выгода и пр.), расходов на выплату вознаграждения экипажу именно вследствие увеличения времени нахождения в рейсе по причине необходимости осуществления спасательной операции, – суду, несмотря на неоднократные предложения обосновать фактические расходы, в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

В такой ситуации оснований для вывода о том, что при осуществлении мер по спасению судна истцом фактически понесены расходы на заявленную сумму 402 354,88 руб., а соответственно, сверх этой суммы должно быть установлено дополнительное вознаграждение с учетом положительного результата спасательной операции, у суда не имеется. 

Вместе с тем, в отсутствии контррасчета со стороны ответчика, а также исходя из количества затраченного истцом времени на проведение спасательных мероприятий (32 часа), характера и объема мероприятий, осуществленных истцом с целью буксирования обесточенного судна к месту стоянки, суд полагает возможным установить истцу вознаграждение за проведенную спасательную операцию в размере суммы 402 354,88 руб., рассчитанной истцом, исходя из общей стоимости расходов на содержание судна в октябре 2019 года (которая согласно пояснениям к расчету включает также расходы на заработную плату членам экипажа), пропорционально количеству времени, затраченного за обеспечение безопасности судна и его буксировку (32 часа). Данный размер вознаграждения, исходя из методики его расчета и учтенных сумм, охватывает как фактически понесенные истцом расходы, точный размер которых истец не доказал, однако очевидно понес, исходя из обстоятельств дела, так и вознаграждение за полезный результат проведенных мероприятий. 

Доказательств иного разумного вознаграждения суду в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено. При этом ответчик, действуя добросовестно, не был лишен возможности согласовать с истцом иной размер вознаграждения, в том числе и в период судебного разбирательства, при том, что факт принятия истцом мер по оказанию помощи дрейфующему и обесточенному судну ответчика при плохих погодных условиях, материалами дела подтверждены. Правом на ознакомление с материалами дела ответчик не воспользовался. Документального опровержения доводам истца не представил. 

Оснований для лишения истца права на вознаграждения, предусмотренных статьей 348 КТМ РФ, судом не установлено, а ответчиком такие обстоятельства не приведены и не доказано их наличие.

С учетом изложенных обстоятельств, суд признает требования истца подлежащими частичному удовлетворению в сумме 402 354,88 руб. 

Оснований для определения вознаграждения в большем размере, в частности, в размере половины стоимости спасенного судна, исходя из его залоговой стоимости (то есть в сумме 1,5 млн. руб.), с учетом всех фактических обстоятельств, включая восстановление аварийного судна силами его собственного экипажа с последующим снятием с буксира и следованием своим ходом, у суда не имеется, а истец в порядке статьи 65 АПК РФ не доказал.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика 23 436,38 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.10.2019 по 09.11.2020, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договор, другие сделки, причинение вреда, неосновательное обогащение или иные основания, указанные в ГК РФ) (пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).  

Поскольку наличие у ответчика перед истцом неисполненного денежного обязательства по выплате вознаграждения за спасательную операцию материалами дела установлено, требование о взыскании с ответчика процентов в порядке статьи 395 ГК РФ заявлено истцом правомерно.

Истец просит взыскать с ответчика проценты за период с 16.10.2019, то есть непосредственно с даты получения сигнала бедствия и начала спасательных мероприятий, ссылаясь на уклонение капитана аварийного судна от заключения соответствующего договора.

Вместе с тем примененный истцом подход к определению периода просрочки противоречит фактическим обстоятельствам, а также нормам материального права и не учитывает, в том числе, срок, необходимый должнику для добровольного исполнения обязательства при получении требования о его исполнении.

Согласно статье 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода. 

Если обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства (пункт 2 статьи 314 ГК РФ). 

Суд принимает во внимание, что в отсутствие заключенного сторонами договора, определяющего условия и порядок выплаты вознаграждения, соответствующее обязательство могло быть исполнено ответчиком только при предъявлении ему соответствующего требования.

В материалы дела представлена претензия от 27.03.2020 № 47, содержащая требование о выплате конкретной суммы вознаграждения, которая получена ответчиком, что следует из содержания его отзыва. Доказательств направления ответчику требования о выплате вознаграждения ранее, чем направлена вышеуказанная претензия, суду не представлено.

При изложенных обстоятельствах, а также принимая во внимание отсутствие указания ответчиком в отзыве на иную дату получения вышеуказанной претензии, суд приходит к выводу, что выплатить истцу соответствующее вознаграждение ответчик имел возможность не ранее 27.03.2020 и в период разумного семидневного срока, установленного частью 2 статьи 314 ГК РФ (то есть с 27.03.2020 по 03.04.2020 включительно), что свидетельствует о возникновении у него просрочки в исполнении обязательства с 04.04.2020. Наличие возражений по размеру вознаграждения не препятствовало ответчику выплатить вознаграждение в размере, которое он считает разумным.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период по 03.04.2020 включительно у суда не имеется.

Произведя самостоятельный расчет, суд признает требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами подлежащим удовлетворению в сумме 11 586,95 руб., определенной за период с 04.04.2020 по 09.11.2020, исходя из суммы задолженности по выплате вознаграждения, признанного судом обоснованным в размере 402 354,88 руб.

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований, то есть в сумме 11 196 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восток Транс» в пользу закрытого акционерного общества «Петропавловск-Камчатская судоходная компания» вознаграждение за спасательную операцию в сумме 402 354,88 руб., 11 586,95 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 11 196 руб. расходов по оплате государственной пошлины, всего – 425 137,83 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья                                                                                       О.А. Душенкина