АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-21270/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Ишутиной О.В.,

судей                                                         Доронина С.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.07.2022 (судья Кладова Л.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 (судьи Апциаури Л.Н., Усанина Н.А., Фролова Н.Н.) по делу № А45-21270/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ритейл Центр» (630088, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «Ритейл Центр», должник).

В заседании приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – общество «РНГО») - ФИО3 по доверенности от 27.07.2022 № 41/07-22; Банка «Зенит» (публичного акционерного общества) (далее – банк) - ФИО4 по доверенности от 05.09.2022 № 908/2022.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника общество с ограниченной ответственностью «Спектр» (далее – общество «Спектр») обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении банка, сотрудников/акционеров банка – ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 18.03.2022 общество «РНГО» привлечено к участию в обособленном споре в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.07.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ИП ФИО2 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ее податель привел следующие доводы: выводов судов не соответствуют фактическим обстоятельствам; судами не оценено то обстоятельство, что ранее Федеральной налоговой службой уже были описаны злоупотребления в деятельности банка и установлена необоснованность перевода долга на общество «Ритейл Центр» от предприятий, с которыми должник не имел никаких предпринимательских взаимоотношений; судами проигнорированы обстоятельства свидетельствующие о том, что банк фактически контролировал предпринимательскую деятельность группы компаний НТС (далее – ГК НТС) и должника, в частности, был, безусловно, осведомлен обо всех обстоятельствах данной группы, включая наличие иных кредиторов, причинения им ущерба и неисполнения перед данными кредиторами своих собственных обязательств.

Дополнительные доказательства, приложенные к кассационной жалобе, не приобщены к материалам дела с учетом разъяснений, приведенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

В отзыве на кассационную жалобу банк и общество «РНГО» просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения как соответствующие действующему законодательству.

В судебном заседании представители банка и общества «РНГО» просили в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Законность определения суда и постановления апелляционного суда проверена судом округа.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.08.2018 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитал» о признании должника банкротом, определением суда от 05.03.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением того же суда от 07.11.2019 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Заявляя о контроле банка через своих сотрудников и акционеров за предпринимательской деятельностью ГК НТС, общество «Спектр» приводит следующие доводы:

- в состав совета директоров акционерного общества «НТС» (далее - общество «НТС») был введен сотрудник банка ФИО5, что не соответствует ординарному процессу банковской деятельности; задачами ФИО5 являлось управление группой компаний;

- в состав акционеров общества «НТС» и ряда других компаний из группы входят офшорные организации, в том числе Эсфантер Инвестмент Лимитед, которая контролируется ФИО13 до настоящего времени;

- через сотрудников ФИО14 и ФИО5 банк давал указания по проведению платежей, иных операций, обязательных для исполнения сотрудниками группы НТС;

- банком через сотрудника (ФИО6) было дано согласие на продажу имущества в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мария Ра» (письмо от 23.03.2018), в котором указывается на необходимость согласования распределения денежных средств от продажи залогового имущества;

- через сотрудников (ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО12) банк проводил переговоры по вопросам возврата задолженности с привлечением иностранной компании Нортон Роуз Фулбрайт для оказания юридических услуг;

- ФИО11 (председатель Правления банка) осуществлял контроль со стороны ключевого акционера публичного акционерного общества «Татнефть» и обращался с исками к другим акционерам и сотрудникам (ФИО15) о взыскании убытков в пользу банка;

- Центральным Банком России было установлено манипулирование сотрудником ФИО16 деривативами на курс рубля;

- все компании ГК НТС открыли счета в банке.

Доводы общества «Спектр» относительно общества «РНГО» сводятся к осуществлению действий по заключению договора цессии с банком, в результате чего, по утверждению общества «Спектр», общество «РНГО» стало конечным бенефициаром        ГК НТС.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления общества «Спектр», исходил из отсутствия правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По итогам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002             № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Из названных норм следует, что при решении вопроса о том, является ли физическое (юридическое) лицо контролирующим должника лицом либо не является таковым, необходимо исходить из того, что предметом доказывания в этом случае является возможность одного лица оказывать влияние на другое лицо, в частности на совершение им действий, сделок. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло или состоит в отношениях родства с лицами, входящими в состав органов должника. При установлении указанной возможности необходимо учитывать в совокупности все обстоятельства по каждому конкретному делу.

В экономических отношениях субъектов хозяйственной деятельности нередко конечными выгодоприобретателями при перераспределении денежных средств должника от совершенных сделок являются лица, юридически не связанные с должником, но извлекающие определенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности.

В соответствии пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как разъяснено в пунктах 16 и 17 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Оценив приведенные доводы и доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды пришли к верным выводам о том, что ответчики не обладают статусом контролирующих должника лиц и не совершали действий, повлекших банкротство должника, невозможность удовлетворения требований его кредиторов.

Суды исходили из следующих обстоятельств.

Кредитование ГК НТС осуществлялось банком с 2007 года. Всего между банком и компаниями из ГК НТС было заключено 19 кредитных договоров.

Впоследствии, в связи с переводом бизнеса с общества с ограниченной ответственностью «Новосибирск - Торг» на общество с ограниченной ответственностью «Капитал» (далее – общество «Капитал»), а далее с общества «Капитал» на общество «Ритейл Центр», 27.03.2014 с банком был согласован договор перевода долга по договору № 226/003ТОРГ с обществом с ограниченной ответственностью «НовосибирскТорг» (старый должник по обязательству) на общество «Капитал» (новый должник по обязательству).

30.06.2016 между обществом «Капитал», обществом с ограниченной ответственностью «Русский купец», обществом с ограниченной ответственностью «Торговая сеть - Сибирь» (старые должники по обязательствам) и общество «Ритейл Центр» (новый должник по обязательствам) и банком (кредитор) заключено соглашение № 1 о переводе долга (обязательства), согласно которому старые должники передают, а общество «Ритейл Центр» принимает права и обязанности заемщика по 19 кредитным договорам.

27.08.2018 между банком (цедент) и обществом «РНГО» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) № 031/РНГО, по условиям которого цедент уступил цессионарию все права (требования) к обществу «Ритейл Центр», вытекающие из кредитных договоров, на получение задолженности в размере 6 109 737 907,55 руб.

Права требования перешли от цедента к цессионарию в дату заключения договора уступки (27.08.2018), в соответствии со статьями 382, 384 ГК РФ и пунктом 1.7 договора. В частности, к новому кредитору перешли права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.10.2021 по делу №А45-21270/2018 требования общества «РНГО» в размере 6 109 737 907,36 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Ритейл Центр».

Банк или какие-либо иные лица, состоящие в трудовых и иных фидуциарных отношениях с банком, не являлись учредителями заемщиков, поручителей и залогодателями.

Учредителями при создании заемщиков являлись: ФИО17 – общество с ограниченной ответственностью «Новосибирск Торг»; ФИО18 - общество «Капитал»; ФИО19 – общество с ограниченной ответственностью «Торговая Сеть Сибирь»; общество «НТС», учредителями которого являлись ФИО20 и ФИО21.

Общество «РНГО» (участник акционерное общество «Лизинговая компания «ТЭК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), руководитель ФИО22) вместе с банком входят в другую экономическую группу «Татнефть», что не оспаривается участниками настоящего дела.

Банком применялись все имеющиеся способы обеспечение исполнения обязательств: поручительство лиц из группы НТС, ипотека недвижимого имущества, залог движимого имущества.

В кредитных договорах отсутствуют условия, недоступные другим участникам гражданского оборота.

Банк проводил проверку финансового состояния заемщиков на протяжении всего периода кредитования, о чем представлены документы из досье заемщиков: консолидированная отчетность группы; документы о финансовом состоянии компаний группы, в том числе бухгалтерская отчетность в расшифровками, справки из банков и государственных органов; справки ГК НТС, справки из государственных органов и банков; профессиональные суждения, в которых финансовое положение заемщиков оценено как «среднее»

Банк не получал какой-либо иной выгоды, кроме заранее определенного в кредитных договорах вознаграждения в виде процентов за пользование денежными средствами, а также вознаграждения при предоставления иных кредитных продуктов (комиссий за ведение расчетных счетов, экваринга и т.д.). Доказательства обратного не представлены.

В подтверждение банком предоставлены выписки по счетам всех лиц из ГК НТС, в которых отсутствуют какие-либо операции по выплате денежных средств за рамками условий договоров.

Осуществление сотрудниками банка контроля финансовых операций заемщиков осуществлялся в рамках прав кредитора за целевым использованием кредитов (статья 814 ГК РФ) и не могут образовывать признаков контроля за предпринимательской деятельностью заемщика.

При увеличении лимитов кредитования дополнительно в целях обеспечения обязательств, предотвращения вывода активов, банком были приняты в залог акции и доли обществ, использованы такие обеспечительные механизмы как членство сотрудника банка в совете директоров.

Так, сотрудник банка ФИО5 с 2010 года был одним из пяти членов совета директоров общества «НТС» и не мог повлиять на принятие каких-либо управленческих решений, его участие сводилось к получению информации о хозяйственной деятельности, которая использовалась в оценке рисков неисполнения обязательств перед банком. При этом, использование механизма участия сотрудников банка в органах управления должником широко распространено в обычной банковской практике и признается обеспечением контроля над совершаемыми обществом сделками в связи со значительностью предоставленного кредита. При данных обстоятельствах банк не обладал корпоративным контролем в отношении ГК «НТС» и не мог влиять на принятие управленческих решений в обществе «Ритейл Центр».

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что банк  вмешивался в хозяйственную деятельность ГК НТС, определял стратегию развития и ведения бизнеса розничной продуктовой сети ГК НТС, сотрудники банка или иные фидуциарные лица банка руководили компаниями ГК НТС.

Типичность отношений заемщика с кредитной организацией подтверждается актом проверки ЦБ РФ.

Вопрос об аффлированности банка и ГК НТС неоднократно являлся предметом судебных споров в рамках дел о банкротстве компаний ГК НТС. Аффилированность не установлена.

Доводы общества «Спектр» о том, что действия банка стали причиной банкротства должника, обоснованно отклонены судами с учетом оценки в рамках обособленных споров соглашения о переводе долга от 30.06.2016 № 1, договора уступки прав (требований) от 27.08.2018 № 031/РНГО.

Суды исходили из недоказанности того, что общество «РНГО» и банк совершали сделки и/или операции, которые могли бы негативно повлиять на состояние должника либо были направлены на вывод активов должника.

С учетом изложенного в удовлетворении заявлений отказано правомерно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по сути, сводятся к несогласию ИП ФИО2 с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений действующего законодательства и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 по делу № А45-21270/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   О.В. Ишутина

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

ФИО1