, подготовленного по результатам проведения повторной судебной экспертизы. Экономическая эффективность деятельности ответчика подтверждается распределением чистой прибыли в пользу акционера в размере 34 777 552 руб.                                  и неоднократным премированием ответчика со стороны единственного акционера. Ответчик был не способен влиять на деятельность третьего лица (ООО «Актра»), что исключает возможность аффилированности.

В отзыве на исковое заявление третье лицо (ФИО3)  считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, ссылаясь  на то, что ООО «Актра» является самостоятельным субъектом экономической деятельности, указаний по ведению деятельности от ответчика, равно как и от иных лиц, не получает.

Согласно позиции третьего лица (ООО «Актра»), изложенной в  отзыве на исковое заявление,  ООО «Актра» считает требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку обязательства по договорам, заключенным с ООО «Актра» выполнены в полном объеме, все совершаемые сделки были реальными. По данным сделкам третье лицо осуществляло отгрузку продукции другим хозяйствующим субъектам, что исключает возможность недобросовестности и злоупотребления, а также каких-либо гражданско-правовых и экономических пороков при осуществлении предпринимательской деятельности. Аффилированность между ООО «Актра» и ответчиком отсутствует, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Прокуратура Алтайского края представила правовую позицию, в которой указала на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований АО «БМПЗ».  Обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестных действиях ответчика, не установлены;  вина в создании критической финансовой ситуации для АО «БМПЗ» документально не подтверждена; не имеется также доказательств совершения действий (бездействия), послуживших причиной возникновения убытков, причинения реального ущерба в денежной форме. Материалами дела подтверждается добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей при принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Кроме того, в соответствии со статьями 42 и 43 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлен порядок получения дохода акционером от организации при распределении чистой прибыли. Получение акционером АО «БМПЗ» дивидендов свидетельствует о наличии чистой прибыли у АО «БМПЗ». Наличие аффилированности лиц Прокуратура считает  недоказанной.

Третьи лица (ФИО2, ФИО3 и ФИО4)   в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены надлежащим образом. 

Арбитражный суд считает возможным на основании частей 3, 5  статьи                                            156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело                                          в отсутствие  не явившихся третьих лиц.

В ходе рассмотрения дела истцом заявлено ходатайство об истребовании от ООО «Актра» договоры с контрагентами с приложением дополнительных соглашений и спецификаций к ним, заключенные во исполнение следующих договоров, заключенных между АО «БМПЗ» и ООО «Актра»: Договор №28/20 от

№126/20

г. Договор

02 марта 2020

 от 29 июля 2020 г. Договор №35/21 от 31 марта 2021 г. Договор №34/21 от 07 апреля 2021 г. Договор поставки 113/20 от 14 июля 2020 г; от  АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь копии договоров (с соглашениями, приложениями), счетов-фактур, ТН, ТТН по взаимоотношениям между АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» и ООО «Актра» за период с 2020 – 2021 гг.; от ООО «РУСШПАЛА» копию договора на поставку продукции № 33/21 от 18.03.2021 с соглашениями, приложениями, счета-фактуры, ТН, ТТН, заключенного между ООО «Актра» ИНН: 

<

***> и ООО «РУСШПАЛА», за 2-3 квартал 2021 год; от ООО «ТД ЖБИ АЛТАЯ» копии договоров (с соглашениями, приложениями), счетов-фактур, ТН, ТТН по взаимоотношениям между ООО «ТД ЖБИ АЛТАЯ» и ООО «Актра» за период с 2020 – 2021 гг.; от  ООО «УРАЛЛЕС» копию договоров (с соглашениями, приложениями), счета-фактуры, ТН, ТТН, заключенных с ООО «Астра» за период 2020-2021 годы; от  ООО «ЮТАН» копии договоров (с соглашениями, приложениями), счетов-фактур, ТН, ТТН по взаимоотношениям между ООО «ЮТАН» и ООО «Актра» за период с 2020 – 2021 гг.; от ООО "ТРАНСМЕХАНИЗАЦИЯ"    копии договоров (с соглашениями, приложениями), счетов-фактур, ТН, ТТН по взаимоотношениям между ООО "ТРАНСМЕХАНИЗАЦИЯ" и ООО «Актра» за период с 2020 – 2021 гг.

Проанализировав представленные в дело документы, суд установил, что имеющиеся в материалах настоящего дела документы являются достаточными для рассмотрения спора по существу. Таким образом, процессуальных оснований для истребования в порядке статьи                     66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанных в ходатайстве доказательств у суда не имеется.

Представитель истца в судебном заседании  поддержал исковые требования, просил удовлетворить их в полном объеме.

Представитель ответчика и третье лицо (ООО «Актра»)  возражали относительно  удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на иск.  

Представитель Прокуратура края пояснил суду свою позицию относительно заявленных требований.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления и отзывов на него, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд считает,  что исковые требования не подлежат  удовлетворению  по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц  АО «БМПЗ»  создано 13.10.1992. 

ФИО1, избранный на должность генерального директора АО «БМПЗ», исполнял функции единоличного исполнительного органа общества в период с 03.03.2017  по 05.07.2021   (приказ № 55 л/с о назначении на должность генерального директора и приказ о прекращении трудового договора с работником от 05.07.2021).

Как указал истец, в указанный период между АО «БМПЗ» в лице  генерального директора ФИО1  и ООО «Актра» заключены договоры  поставок  от 02.03.2020 №28/20, от 14.07.2020 №113/20, от 29.07.2020 №126/20,  от 31.03.2021 №35/21, от 07.04.2021  №34/21  и дополнительные соглашения к ним, что сторонами не оспаривалось.

По мнению  истца,  в процессе исполнения ФИО1  своих обязанностей в качестве генерального директора АО «Белоярский мачтопропиточный завод» им были причинены убытки посредством совершения указанных сделок.

Посчитав, что ФИО1 своими недобросовестными действиями причинил  АО «БМПЗ»  убытки  на общую сумму   51 198 577 руб. 71 коп.,  истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

В соответствии со статьей 69  Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об АО) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров. К компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Часть 3  стати 53 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно части 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п.3 ст.53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту  4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее -Постановление Пленума ВАС № 62),  добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу норм статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер требуемых убытков.

Это означает, что между возникновением убытков и неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательства должна быть причинная связь.

Под причинной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его.

Кроме того, для применения ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств необходимо доказать факт неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства, факт причинения убытков и причинную связь между неисполнением обязательств и возникновением убытков.

Гражданское законодательство исходит из принципа полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено их ограничение.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

По общему правилу, установленному статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В ходе рассмотрения дела, судом, по ходатайству  истца назначена судебная  оценочная экспертиза, проведение которой поручено  обществу с ограниченной ответственностью «Альтерра», эксперту ФИО9.

На раз

решение

 перед  экспертом   поставлен  следующий вопрос:

1. Определить рыночную стоимость товара, поименованного в договорах №28/20 от 02 марта 2020 г., №113/20 от 14 июля 2020 г., №126/20 от 29 июля 2020 г., №35/21 от 31 марта 2021 г., №34/21 от 07 апреля 2021 г. по состоянию на дату, указанную в таблице, с учетом объема, базиса поставки и качественных характеристик товара.

Согласно заключению  эксперта от 05.04.2023 № 06-01.23 рыночная стоимость нижеуказанных объектов оценки по состоянию на дату оценки, с учетом объема поставляемой продукции и базиса поставки, а также качественных характеристик, указанных в договорах                № 28/20 от 02.03.2020, договоре № 113/20 от 14.07.2020, договоре № 126/20 от 29.07.2020, договоре № 35/21 от 31.03.2021, договоре № 34/21 от 07.04.2021 и дополнительные соглашения к ним, составляет 337 333 920 руб. 72 коп. (т. 12 л.д. 12-128).

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих  специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Заключение эксперта является средством доказывания, которое, в силу статьи                         71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке наравне с другими представленными доказательствами. В соответствии с частью 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. 

В силу части 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Ответчиком представлена рецензия на заключение эксперта от 05.04.2023 № 06-01.23 выполненная  ООО «Профэксперт», по результатам которой  рецензент пришел к следующим выводам:  исследуемое заключение в рамках нормативных требований действующего законодательства не отвечает форме и содержанию средств доказывания величины рыночной стоимости объектов исследования – поименованных в определении Арбитражного суда Алтайского края от 28.12.2022 по делу №А03-1930/2022.  Полнота исследований в анализируемом заключении не достаточна для установления рыночной стоимости объектов исследования;  нарушены причинно-следственные связи (из одного не следует другое).  Документ содержит ряд грубых методических ошибок, в частности:  отсутствует подпись судебного эксперта по всему документу, в том числе отсутствует подпись в разделе «подписка эксперта» об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье  307 Уголовного кодекса  Российской Федерации. Судебным экспертом не учтены базисы поставок, не произведен расчет стоимости доставки и не произведена разница между стоимостью объекта оценки и стоимостью его доставки до пункта отгрузки; основные стоимостные факторы, формирующие стоимость каждого исследуемого объекта, в рамках рассматриваемого Заключения, не рассчитаны и не учтены, что позволяет делать вывод об абсолютно недостоверном итоговом результате экспертизы; судебным экспертом не отражено на основании чего и по каким данным произведен индекс пересчета, так же не отражен используемый экспертом метод ценовых индексов. Источник информации или расчет не указан, проверить достоверность и обоснованность наблюдения невозможно. Использование необоснованного показателя приводит к искажению итогового результата и, как результат, нарушен принцип обоснованности; судебным экспертом не произведен анализ сопоставимости выбранных объектов- аналогов с исследуемыми объектами, что является нарушением пп.4 п.4 ФСО V;  итоговый вывод, полученный в заключении, является ошибочным и не обоснованным, подходы и методы в рамках подходов, позволяющие эксперту получить данный вывод, выбраны и выполнены с множественными методологическими ошибками. Требования ФЗ-135 и ФСО-I-VI, -8, -10, -11 касающиеся полноты и объективности выполненных исследований, достаточности и достоверности использованной информации, обоснованности сделанных выводов имеют практическую значимость для установления рыночной стоимости. Игнорирование этих требований делает работу судебного эксперта некомпетентной и лишает заключение статуса документа доказательственного значения. 

Рецензент пришел к выводу, что заключение составлено с нарушениями действующего законодательства и методик проведения оценки. Соответственно, данное исследования в рамках принятия решения для совершения сделок / в судебном процессе не являются объективными и обоснованными. 

Принимая во внимание, что судебным экспертом ООО «Альтерра» Флат Д.Е. не учтены базисы поставок, не произведен расчет стоимости доставки и не произведена разница между стоимостью объекта оценки и стоимостью его доставки до пункта отгрузки; основные стоимостные факторы, формирующие стоимость каждого исследуемого объекта не рассчитаны и не учтены; судебным экспертом не отражено на основании чего и по каким данным произведен индекс перерасчета, также не отражен используемый экспертом метод ценовых индексов, арбитражный суд пришел к выводу, что полнота исследований в заключении эксперта ООО «Альтерра» от 05.04.2023 № 06-01.23 недостаточна для установления рыночной стоимости объектов исследования, в связи с чем, счел необходимым назначить по делу повторную судебную экспертизу, производство которой суд поручил эксперту                                   ООО «ПрофОценка» ФИО10.

22.08.2023 от экспертного учреждения поступило письмо, в котором ООО «ПрофОценка» пояснило, что по результатам исследования материалов дела установлено, что на свободном рынке отсутствуют достаточное количество достоверной информации, необходимой для ответа на поставленные судом вопросы. Применение методики с использованием информации на иные даты (с учетом их приведения на дату оценки) приведет к существенной погрешности и искажению итогового результата, тем самым введет суд в заблуждение, что недопустимо, в связи с чем, возвратил материалы дела без исполнения.

В судебном заседании 12.09.2023 суд назначил проведение повторной судебной экспертизы эксперту автономной некоммерческой организации Алтайский экспертно-правовой центр, ФИО11.

На разрешение перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1. Определить рыночную стоимость объектов оценки, приведенных в Таблице №1,  по состоянию на дату оценки, указанной в таблице №1, с учетом объема поставляемой продукции и базиса поставки, а также качественных характеристик, указанных в договорах №28/20 от 02.03.2020, договоре №113/20 от 14.07.2020, договоре №126/20 от 29.07.2020, договоре №35/21 от    31.03. 2021, договоре №34/21 от 07.04.2021 и дополнительным соглашениям к ним.

 2. Является ли разница между ценой сделок, указанной в договоре №28/20 от 02 марта 2020 г., договоре №113/20 от 14 июля 2020 г., договоре №126/20 от 29 июля 2020 г., договоре №35/21 от 31 марта 2021 г., договоре №34/21 от 07 апреля 2021 г. (а также в дополнительных соглашениях к ним) и рыночной стоимостью объектов оценки, установленной экспертом, существенной?

Согласно заключению эксперта от 05.02.2024 № 31/02-2024 рыночная стоимость нижеуказанных объектов оценки по состоянию на дату оценки, указанной в Таблице № 1,                    с учетом объема поставляемой продукции и базиса поставки, а также качественных характеристик, указанных в договорах № 28/20 от 02.03.2020, договоре № 113/20 от 14.07.2020, договоре № 126/20 от 29.07.2020, договоре № 35/21 от 31.03.2021, договоре № 34/21 от 07.04.2021 и дополнительные соглашения к ним, указана в Таблице № 1  заключения эксперта на ст. 155 т.15.

Определить, является ли разница между ценой сделок, указанной в договоре № 28/20 от 02 марта 2020 г., договоре № 113/20 от 14 июля 2020 г., договоре № 126/20 от 29 июля 2020 г., договоре № 35/21 от 31 марта 2021 г., договоре № 34/21 от 07 апреля 2021 г. (а также в дополнительных соглашениях к ним) и рыночной стоимостью объектов оценки, установленной экспертом, не представляется возможным.

После поступления в материалы дела повторной экспертизы, истцом  в материалы дела представлено заключение  специалиста ФИО12  №31/02-2024 от 01.04.2024.

Не согласившись с выводами представленного истцом заключения, ответчиком в материалы дела приобщена рецензия ООО «НЭАК» на заключение  ФИО12  №31/02-2024от 01.04.2024

По результатам исследования рецензент ООО «НЭАК» ФИО13 пришел к следующим выводам:

1. Отсутствует объективность специалиста ФИО12 при проведении исследования заключения эксперта №31/02-2024от 01.04.2024, очевидно вмешательство 3-х лиц;

2. В предоставленной рецензии, подготовленной ФИО12, отсутствуют факты и доказательства о допущенных ФИО11 нарушениях методики проведения судебной экспертизы;

3. В свою очередь у самого ФИО12 отсутствуют достаточные компетенций (отсутствие дипломов, квалификационных аттестатов, свидетельств о членстве в СРО) и знания в исследуемой области: подмена понятий доставка и базисы доставки, рецензия и заключение специалиста;

4. Отсутствие всех материалов судебного дела №А03-1930/2022 позволило специалисту ФИО12 делать лишь абстрактные выводы, не нашедшие подтверждение ни в открытых источниках, ни в самом заключении эксперта, выполненном ФИО11;

5. В документе, подготовленном ФИО12, нет ни одной ссылки на нормативные источники, обосновывающие «замечания» этого специалиста ФИО12, ровно, как и нет выявленных несоответствий, противоречий, ошибок, мотивированных замечаний к заключению эксперта №35 от 06.02.2024;

6. В документе, подготовленным ФИО12 отсутствует в принципе анализ исследования заключения эксперта №35 от 06.02.2024, отсутствует полнота выводов по проведенному исследованию и их соответствие требованиям закона, предъявляемым к экспертному заключению.

Таким образом, заключение специалиста от №31/02-2024от 01.04.2024,  подготовленное ФИО12, также невозможно признать в качестве допустимого доказательства, поскольку оно не соответствует требованиям закона.

Заключение эксперта может быть признано судом ненадлежащим доказательством в случае, если экспертом нарушены требования законодательства, регулирующего порядок проведения экспертного исследования, использованы объекты исследования, полученные не от суда, назначившего экспертизу, а от иных лиц, выводы, сделанные экспертом, противоречат содержанию представленных на исследование документов, а также в силу иных причин. В этом случае заключение эксперта может быть исключено из числа доказательств, на основании которых суд разрешает рассматриваемый спор по существу.

Оценив заключение эксперта от 05.04.2023 № 06-01.23 на соответствие требованиями статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ), суд приходит к выводу о недопустимости данного заключения в качестве надлежащего доказательства по делу.

В силу положений статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании проведенных исследований и с учетом их результатов, эксперт от своего имени дает заключение в письменной форме и подписывает его.

Аналогичные требования установлены в статьи 25 Закона № 73-ФЗ. При этом в силу положений статьи 41 Закона № 73-ФЗ в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 Закона № 73-ФЗ.

Таким образом, закон устанавливает обязательное требование к экспертному заключению – его подписание экспертом.

Представленное в материалы дела заключение эксперта от 05.04.2023 № 06-01.23                       в нарушение императивных требований статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Закона № 73-ФЗ не подписано экспертом, его подготовившим. Отказ эксперта от подписания заключения свидетельствует о существенных нарушениях требований закона при его составлении и необходимости квалификации такого заключения в качестве недостоверного, и, как следствие, недопустимого доказательства по делу.

Как установлено судом, по результатам повторной судебной экспертизы, экспертом была установлена рыночная стоимость объектов оценки с учетом объема поставляемой продукции и базиса поставки, а также качественных характеристик, указанных в договорах №28/20 от 02 марта 2020 г., №113/20 от 14 июля 2020 г., №126/20 от 29 июля 2020 г., №35/21 от 31 марта 2021 г., №34/21 от 07 апреля 2021 г.

Заключение повторной экспертизы (заключение эксперта от 05.02.2024 № 31/02-2024) удостоверено печатью экспертного учреждения, подписано экспертом, проводившим исследование, и соответствует требованиям, установленным статьей 25 Закона № 73-ФЗ.

Представленное в материалы дела заключение эксперта № 31/02-2024 соответствует требованиям статей 82, 83 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, эксперт был надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по результатам проведенного исследования.

При проведении повторной экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативными правовыми актами, справочной и методической литературой, его профессиональная подготовка и квалификация не может вызывать сомнений, поскольку подтверждается имеющимися в материалах дела документами об образовании. Ответы эксперта на поставленные судом вопросы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными.

Сами по себе сомнения истца, как лица, участвующего в деле, в обоснованности выводов эксперта, при отсутствии доказательств недостоверности содержащихся в заключении выводов, а также представленное заключение специалиста ФИО12 от 01.04.2024 не исключают возможность исследования заключения в качестве надлежащего доказательства по делу.

Проведя системный анализ фактических цен в заключенных договорах в разрезе рыночной стоимости определенной повторной судебной экспертизой, в том числе изучив расчеты отклонений цен представленных в таблицах консолидированного отзыва ответчика, суд приходит к выводу об отсутствии убытков, в результате деятельности ответчика в спорный период. 

Более того, совокупностью и взаимосвязью представленных доказательств подтверждается наличие экономии денежных средств при совершении сделок по договорам относительно рыночных цен, определенных экспертом.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума ВАС № 62, под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Идентичный правовой подход приведен в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28.

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №25) приведена правовая позиция, согласно которой, о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

В соответствии со статьей 6 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях когда отношения прямо не урегулированы законодательством, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется аналогия закона. Обеспечивая всестороннее рассмотрение дела и оценивая рассматриваемый спор с применением аналогии закона, суд полагает возможным обратиться к положениям пункта 2 и пункта 3 статьи 40 Налогового кодекса Российской Федерации. Из указанных взаимосвязанных норм следует, что налоговые органы при осуществлении контроля за полнотой исчисления налогов вправе проверять правильность применения цен по сделкам и при этом отклонения в сторону повышения или понижения цены в пределах 20% не являются нарушением, и цена признается действительной для целей сделки. 

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 по делу № А12-22974/2017.

Таким образом, при оценке существенности, отличия исследуемой цены от рыночной, необоснованно признавать существенным отличие в размере более 20% от рыночной стоимости.

Таким образом, при оценке существенности, отличия исследуемой цены от рыночной, необоснованно признавать существенным отличие в размере более 20% от рыночной стоимости.

Судом приняты во внимание  сравнительные таблицы цены по договорам №28/20 от 02 марта 2020 г., №113/20 от 14 июля 2020 г., №126/20 от 29 июля 2020 г., №35/21 от 31 марта 2021 г., №34/21 от 07 апреля 2021 г. ,  представленные ответчиком в отзыве. 

Приведенные в таблицах показатели в совокупном анализе с повторной судебной экспертизой позволяют установить разницу в денежном эквиваленте в общем размере 84 361 204,07 рублей. Указанная цифра является потенциальной экономией АО БМПЗ от сделок по оспариваемым договорам с компанией ООО «Актра».

Судом также принято во внимание, что  представленное истцом досудебное исследование (отчета об оценке № 2-4487-21 «О рыночной стоимости движимого имущества» от 30.11.2021) не согласуется ни с первой,  ни с повторной судебной экспертизой, то напротив представленное ответчиком исследование (отчет об оценке №23/08/2022 от 23.08.2022) имеет схожие выводы с выводами,  изложенными в повторной судебной экспертизе, где оба эксперта пришли к выводу о необходимости при выполнении расчетов определять рыночную стоимость объектов оценки, с учетом объема поставляемой продукции и базиса поставки, а также качественных характеристик, указанных в договорах №28/20 от 02 марта 2020 г., договоре №113/20 от 14 июля 2020 г., договоре №126/20 от 29 июля 2020 г., договоре №35/21 от 31 марта 2021 г., договоре №34/21 от 07 апреля 2021 г.. и дополнительным соглашениям к ним.

Таким образом, несмотря на незначительные отклонения по единичным позициям от определенной экспертом цены, суд приходит к выводу, что фактически сделки между АО «БМПЗ» и ООО «Актра» для истца были прибыльными, исполнение обязательств по данным сделкам обусловило итоговый положительный финансовый результат.

Кроме того, судом установлено, что в период с «02» марта 2020 года по «07» апреля 2021 года АО «БМПЗ» заключило с ООО «Актра» следующие договоры (по которым истец заявляет требование об убытках):  договор №28/20 от 02 марта 2020 г.; договор №113/20 от 14 июля 2020 г.; договор №126/20 от 29 июля 2020 г.; договор №35/21 от 31 марта 2021 г.; договор №34/21 от 07 апреля 2021 г.

Предметом договоров №28/20 от 02 марта 2020 г., №35/21 от 31 марта 2021 г., №34/21 от 07 апреля 2021 г. является поставка (закуп АО «БМПЗ» у ООО «Актра») лесопродукции. 

Предметом договора №113/20 от 14 июля 2020 г. является поставка (реализация АО «БМПЗ» в адрес ООО «Актра») товарно-материальных ценностей, наименование, единица измерения, базисы поставок и стоимость которых определены в дополнительных соглашениях к договору.

Предметом договора №126/20 от 29 июля 2020 г. является поставка (закуп АО «БМПЗ» у ООО «Актра») стоек СК. 

В каждом договоре, в соответствующем его разделе, сторонами согласованы базисы поставки, порядок поставки, вид доставки (ж/д, авто), способ осуществления расчетов. 

Вышеперечисленные договоры являются рамочными, для исполнения обязательственных взаимоотношений, стороны конкретизировали и уточняли предмет договора путем заключения отдельных дополнительных соглашений к каждому договору, во исполнение условий рамочного договора.

Так, по договору №28/20 от 02 марта 2020 г., были заключены следующие дополнительные соглашения: - ДС№1 от 02.03.2020;- ДС№2 от 24.04.2020;- ДС№3 от 22.05.2020;- ДС№4 от 01.06.2020;- ДС№5 от 01.06.2020;- ДС№6 от 10.07.2020;- ДС№6_1 от 10.07.2020;- ДС№7 от 13.07.2020;- ДС№8 от 15.07.2020;- ДС№9 от 01.08.2020;- ДС№9_1 от 27.08.2020;- ДС№9_2 от 08.09.2020;- ДС№10 от 18.08.2020;- ДС№11 от 07.09.2020;- ДС№12 от 15.10.2020;- ДС№13 от 02.11.2020;- ДС№14 от 06.11.2020;- ДС№15 от 09.11.2020;- ДС№16 от 26.11.2020;- ДС№17 от 31.12.2020;- ДС№18 от 02.02.2021;- ДС№19 от 03.02.2021;- ДС№23 от 19.05.2021;- ДС№26 от 09.06.2021.

По договору №113/20 от 14 июля 2020 г., были заключены следующие дополнительные соглашения: ДС№1 от 14.07.2020; - ДС№2 от 28.07.2020; - ДС№3 от 31.07.2020; - ДС№4 от 05.08.2020; - ДС№5 от 10.08.2020; - ДС№6 от 21.08.2020;- ДС№7 от 07.09.2020; ДС№8 от 16.09.2020; ДС№9 от 18.09.2020; - ДС№10 от 14.10.2020; - ДС№11 от 15.10.2020; - ДС№13 от 22.12.2020; - ДС№14 от 25.12.2020; ДС№16 от 03.03.2021; - ДС№17 от 15.03.2021; - ДС№18 от 07.04.2021; - ДС№18_1 от 09.04.2021;- ДС№19 от 09.04.2021; - ДС№20 от 22.04.2021; - ДС№21 от 22.04.2021;   - ДС№22 от 22.04.2021; - ДС№23 от 08.06.2021.

По договору №126/20 от 29 июля 2020 г., были заключены следующие дополнительные соглашения:- ДС№1 от 30.07.2020; - ДС№2 от 03.08.2020; - ДС№3 от 10.08.2020;- ДС№4 от 24.09.2020; - ДС№5 от 24.09.2020;- ДС№6 от 02.10.2020; - ДС№7 от 26.10.2020;- ДС№7_1 от 09.12.2020;- ДС№8 от 25.02.2021;- ДС№9 от 15.03.2021;- ДС№10 от 13.04.2021;- ДС№11 от 20.05.2021.

По договору №35/21 от 31 марта 2021 г., были заключены следующие дополнительные соглашения: ДС№1 от 07.04.2021; - ДС№2 от 21.04.2021; - ДС№3 от 13.05.2021.

По договору №34/21 от 07 апреля 2021 г., были заключены следующие дополнительные соглашения: ДС№1 от 13.05.2021.

В каждой сделке действия ответчика не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) оборота. При заключении договоров и дополнительных соглашений к ним, каждая сделка (договор, дополнительное соглашение) проходили согласование в электронном документообороте, в процесс согласования, помимо файла договора (дополнительного соглашения) прикладывались расчеты экономической рентабельности сделки, заключение службы безопасности АО «БМПЗ» о возможности контрагента выполнить принятые на себя обязательства. В процессе согласования (помимо генерального директора) в обязательном порядке участвовали следующие специалисты: менеджеры ответственные за сделку, руководители отделов по направлениям, сотрудник юридической службы, начальник службы безопасности, главный бухгалтер, финансовый директор и завершал процесс согласования генеральный директор. Все сделки с компанией ООО «Актра» являлись для истца прибыльными. В подтверждение этого обстоятельства в материалы дела представлены расчеты рентабельности, которые в обязательном порядке были подписаны менеджерами ответственными за конкретную сделку, руководителем отдела продаж, финансовым директором.

В ходе судебного разбирательства  по ходатайству ответчика судом истребованы  расчеты  рентабельности денежных сделок по каждой конкретной спецификации (сделке).

Расчет рентабельности сделок в АО «БМПЗ» производился затратным подходом и предполагает расчет показателя валовой рентабельности затрат, определяемого как отношение валовой прибыли к себестоимости.

В свою очередь истцом были представлены расчеты рентабельности по сделкам исключительно с не высоким процентом рентабельности.

Вместе с тем, даже при невысоком проценте рентабельности все сделки для предприятия являлись прибыльными, предприятие с данных сделок получило доход.

В последующем, когда расчеты рентабельности были представлены уже ответчиком в полном объеме, судом установлено, что ни одна сделка не являлась убыточной, напротив процент чистой прибыли по большинству сделок был весьма значительным (от 4,87 до 23,49 %), что по маржинальной прибыли составляет от 8,22 до 29,39%, а по некоторым сделкам маржинальная рентабельность доходит до 36,9%. 

Таким образом, из представленных расчётов рентабельности следует, что продукция, приобретаемая у организации ООО «Актра» фактически поставлялась в адрес третьих лиц (в рамках заключенных контрактов). А продукция, отгружаемая в адрес ООО «Актра», наоборот закупалась у третьих лиц. Никакого «обратного выкупа» между АО «БМПЗ» и ООО «Актра» не было. Кроме того, продукция покупалась и продавалась, при совершении данных сделок достигался положительный экономический результат, АО «БМПЗ» получало прибыль.

С учетом изложенного, материалами дела подтверждается добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей при принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. 

Также в материал дела приобщен акт приема передачи от 05.07.2021,  согласно  которому все финансовые документы переданы налоговой для отчетности, реестры договоров и иная первичная документация. В указанном акте также имеется ссылка о передаче аудиторских заключений за 2018, 2019 и 2020 года. Аудиторские заключения проводились, т.к. АО «БМПЗ» подпадало под требование об обязательном аудите. Аудиторские заключения содержали анализ всей деятельности истца в проверяемые периоды, в т.ч. анализировались сделки совершенные АО «БМПЗ» с контрагентами. Никаких нарушений выявлено не было.

Кроме того, решениями единственного акционера АО «БМПЗ» № 7 от 01.09.2020, № 15 от 05.04.2021, № 16 от 10.04.2021 часть прибыли была направлена на выплату дивидендов ФИО14 Общая сумма дивидендов по указанным решениям составила 34 777 552,00 руб.

Статьями 42 и 43 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "Об акционерных обществах" установлен порядок получения дохода акционером от организации при распределении чистой прибыли.

Совокупный анализ положений данных статей позволяет говорить о том, что при получении акционером Общества дивидендов наличие чистой прибыли у организации подтверждается.

Кроме того, согласно представленного в материалы дела бухгалтерского баланса чистая прибыль истца за в 2020 году составила более сорока одного миллиона рублей, а в 2021 году более одиннадцати миллионов рублей, при том, что ответчик осуществлял профессиональную деятельность в качестве генерального директора АО «БМПЗ» по 05.07.2021.

Совокупность установленных судом обстоятельств во взаимосвязи с материалами дела позволяет сделать  вывод о том, что истец, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил суду доказательств размера убытков и факта их причинения, что также исключает причинно-следственную связь, необходимую для удовлетворения требования истца.

Доводы истца об аффилированности ответчика и третьего лица (ООО «Актра») также подлежат отклонению в виду следующего.

По общему правилу признаком аффилированности является возможность влиять на принципиальные решения юридического лица. Понятие аффилированности следует из норм статьи 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон №948-1). К основному признаку аффилированного лица относится возможность оказывать непосредственное влияние на решения, принимаемые органами управления юридического лица.

Так, аффилированными лицами компании являются член ее совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член ее коллегиального исполнительного органа, а также ее руководитель; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов голосующих акций либо вкладов, долей уставного или складочного капитала компании; организация, в которой данная компания имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; члены советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников, руководители финансово-промышленной группы - если компания является участником финансово-промышленной группы; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данная компания.

Системный анализ приведенных норм права позволяет судить о том, что необходимым условием отнесения лица к числу аффилированного является наличие у него фактической возможности давать компании обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

При этом не всякие косвенные доказательства должны создавать фактическую презумпцию аффилированности лиц, а только лишь те, которые с помощью согласующихся между собой доказательств могут подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания или подтверждать факт получения лицом какой-либо значительной выгоды.

В материалы дела не представлено доказательств того, что ответчик относится к какой-либо из приведенных категорий, предусмотренных статьей 4 Закона№948-1. В материалы дела также не представлено доказательств того, что ответчик влиял на решения, принимаемые третьим лицом (ООО «Актра»), что исключает отнесение ответчика к числу аффилированных лиц по отношению к третьему лицу.

Из содержания Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016                  № 309-ЭС15-13978 следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Реализуемая участниками процесса состязательность заключается, прежде всего в представлении собственных доказательств, а также опровержении доказательств своего процессуального оппонента, которые позволяют суду прийти к внутреннему убеждению о правоте занимаемой позиции по делу.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

В данном случае, вопреки требованиям статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальная обязанность истцом не реализована, в связи с чем возникает недоказанность причинения убытком ответчиком.

Судом неоднократно предлагалось истцу представить доказательства наличия убытков, их размера, причинно-следственной связи и винновых действий ответчика как необходимых элементов состава деликтной ответственности, однако ответчиком таких доказательств в материалы дела не представлены.

Заключение специалиста № 37-22 от 20.09.2022, приобщенное к материалам дела по ходатайству истца, не может оцениваться в качестве доказательства, обосновывающего заявленные требования, поскольку, ходатайствуя о приобщении приведенного заключения, истец не исполнил процессуальную обязанность, предусмотренную частью 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российский Федерации. 

Кроме того, представленное истцом заключение не позволяет достоверно установить происхождение объекта исследования, а также установить относимость представленного доказательства к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по настоящему делу с учетом иных материалов дела, в том числе акта приема передачи от 05.07.2021, согласно которому объект исследования – портативный компьютер (ноутбук марки НР (IMEI 359731102398010) отсутствовал в АО «БМПЗ» на момент прекращения деятельности ответчика в должности генерального директора, что было установлено в ходе описи имущества АО «БМПЗ», которая проводилась с привлечением независимого аудитора ФИО15, по итогам которой был составлен приведенный акт приема передачи, подписанный непосредственно вновь назначенным директором и ответчиком.

Судом не принимаются доводы истца относительно того, что ответчик уклоняется от передачи документов, связанных с хозяйственной деятельностью истца, поскольку судом был исследован акт приема передачи от 05.07.2021, которым достоверно подтверждается факт осуществления передачи документов, на которые указывает истец. Более того, утверждая об уклонении ответчика от передачи названных документов, истец не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие попытки получения вновь назначенным директором истца документов первичного учета либо доказательств отсутствия таких документов и иной документации, на которую ссылается истец.

Исследовав обстоятельства дела и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика ответственности по возмещению убытков ввиду недоказанности истцом наличия убытков, иных неблагоприятных последствий в результате исполнения ответчиком обязанностей директора,               о недоказанности наличия в спорных правоотношениях условий, необходимых для взыскания убытков с ответчика.

При таких обстоятельствах, исковые требования удовлетворению не подлежат.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, по оплате экспертизы по делу  относятся на истца, поскольку судебный акт принят не в его пользу.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным участвующим лицам посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края                в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск                       в течение месяца со дня принятия решения. Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                                              А.Н. Винникова