Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-38320/24

28 марта 2025 года

г.Москва

 

Резолютивная часть объявлена 10 марта 2025 года

Полный текст решения изготовлен 28 марта 2025 года

Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующий судья Н.А. Чекалова ,при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Е.В.Подлипным, рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО «Топлес Рус» (ИНН 

<

***>) к ООО «РВБ» (ИНН 

<

***>),  третьи лица ООО «Вайлдберриз» (ИНН 

<

***>), УФНС России по Ивановской области (ИНН 

<

***>), о взыскании

При участии в судебном заседании- согласно протоколу.

Установил:

ООО "ТОПЛЕС РУС" (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО "РВБ" (далее – ответчик) о взыскании убытков в виде стоимости нереализованного ответчиком товара, принадлежащего истцу, в размере 63 910 729 руб. 81 коп., расходов по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, к участию в деле привлечены ООО «Вайлдберриз» и УФНС России по Ивановской области.

Представитель истца в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с невозможностью явки по причине болезни представителя ФИО1 Суд в соответствии со ст. 158 АПК РФ отклонил ходатайство об отложении, также учитывая, что данный представитель является не единственным согласно имеющейся в материалах дела доверенности от истца, возможность участия в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания, привлечения иных представителей.

В ходе судебного разбирательства представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, возражениям на отзыв, письменных объяснениях.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковом заявлении, отзыве на возражения, письменных объяснениях.

Суд, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, установил следующие обстоятельства.

Между истцом (продавец) и ответчиком (вайлдберриз) заключен договор – оферта о реализации товаров на сайте WILDBERRIES (далее – договор).

Согласно п. 3.1 и п. 3.2 договора 3.1. Продавец поручает, а Вайлдберриз принимает на себя обязательства за вознаграждение совершать от имени и за счет Продавца действия по заключению и исполнению сделок купли-продажи Товаров с покупателями – физическими лицами, использующими Сайт (далее – "покупатели"). Вайлдберриз от имени Продавца принимает оплату за Товары и передает вырученные от реализации Товаров денежные средства Продавцу

В соответствии с п. 4.1 договора Продажа Товара может осуществляться одним из следующих способов: 1) со склада Продавца, то есть Товар в момент заключения договора купли-продажи с покупателем находится на складе Продавца, с передачей Товара Вайлдберриз для доставки покупателю ("Маркетплейс"); 2) со склада Продавца без передачи Товара Вайлдберриз для доставки Покупателю("Витрина"), при этом продажа Товара способом Витрина осуществляется при условии отдельно выраженного Продавцу согласия Вайлдберриз на исполнение Договора таким способом; 3) со склада Вайлдберриз, то есть Товар в момент заключения договора купли-продажи с покупателем находится на складе Вайлдберриз.

В силу п. 4.5 договора в случае передачи Товара Вайлдберриз для продажи со склада Вайлдберриз Продавец обязан: 1) заблаговременно до передачи Товара заполнить на Портале План поставок, указав достоверные сведения об ассортименте и количестве Товаров, которые он планирует передать Вайлдберриз, а также о распределении Товаров по коробам, в которые будет упакован Товар; 2) передать Товар Вайлдберриз в ассортименте и количестве, согласованном в Плане Поставок, а также в соответствии с указанным в Плане поставок распределением по коробам в дату, время и место, указанные Продавцом в Плане Поставок и подтвержденные Вайлдберриз на Портале.

Как поясняет истец, он передал на склад ООО «Вайлдберриз» Шушары товар. При пожаре на складе 13.01.2024 товар в количестве 21884 единиц был утрачен, что подтверждено ответчиком в отчете о возмещении убытков в связи с пожаром в Шушарах.

По расчетам истца, общая сумма убытков за утраченный товар составила 63910729,81 руб.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик ссылается на то, что по отчету о возмещении убытков в связи с пожаром в Шушарах к возмещению истцу подлежит сумма 31766861,31 руб.

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 и п. 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу п. 1 ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

К отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 настоящего Кодекса, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора (ст. 1011 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 996, п. 1 ст. 998 ГК РФ предусмотрено, что вещи, поступившие к комиссионеру от комитента либо приобретенные комиссионером за счет комитента, являются собственностью последнего. Комиссионер отвечает перед комитентом за утрату, недостачу или повреждение находящегося у него имущества комитента.

В соответствии с п. 1 ст. 991 и ст. 1011 ГК РФ комитент обязан уплатить комиссионеру вознаграждение. Комитент обязан помимо уплаты комиссионного вознаграждения возместить комиссионеру израсходованные им на исполнение комиссионного поручения суммы.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с п. 3 ст. 393 ГК РФ если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска.

Под реальным ущербом, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», являются расходы, которые потерпевший понес либо вынужден будет понести для восстановления нарушенного права: стоимость приобретения, доставки и хранения товара, а также в соответствующей доле – учитываемые при определении себестоимости товара на момент его передачи ответчику общехозяйственные расходы.

С учетом изложенного упущенная выгода применительно к тому же товару – это размер ожидаемых платежей при его реализации за вычетом себестоимости.

Таким образом, в рамках требования о взыскании реального ущерба подлежит доказыванию объем и стоимость приобретения товара, а также сопутствующих расходов, в то время как по требованию о взыскании упущенной выгоды – рыночная как наиболее вероятная цена продажи стоимость поставляемого товара и себестоимость товара на момент его передачи агенту.

При этом применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Таким образом, по общему правилу, возмещению подлежат убытки в размере реального ущерба и упущенной выгоды, определенные с разумной степенью достоверности.

Распределяя бремя доказывания, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возложение бремени доказывания заявленной стоимости товара на продавца подтверждается Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.08.2024 в деле № А41-80472/2023, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2024 по делу № А41-52286/2023, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.08.2024 по делу № А41-22795/2023.

Таким образом, бремя доказывания размера убытков лежит на истце.

Истцом в обоснование расчета исковых требований представлены: Отчет № 57769340 о возмещении убытков, расчет убытков на основании предполагаемой истцом себестоимости и расчет убытков на основании цен из отчетов о продажах. Ответчиком представлены Отчет № 57769340 о возмещении убытков, Заключение специалиста № 02-03/24/0177 от 26.07.2024, контррасчет исковых требований исходя из средних цен на товары.

Судом расчеты проверены, исходя из чего суд приходит к следующим выводам.

Таким образом, реальным ущербом в данном случае является либо стоимость утраченного имущества либо расходы, понесенные для восстановления нарушенного права.

Надлежащих доказательств стоимости утраченного имущества истец не представил.

Определением от 10.06.2024 суд предлагал истцу представить универсальные передаточные документы, товарно-транспортных накладные и иные документы, подтверждающие закупочные / производственные цены на спорный товар, а также размер наценки Истца. Документы бухгалтерского учета - ОСВ, карточка и анализ счета (по субсчетам и субконто, по кор. субсчетам и субконто) 20 "Основное производство", 21 "Полуфабрикаты собственного производства", 23 "Вспомогательные производства", 26 "Общехозяйственные расходы", 25 "Общепроизводственные расходы", 28 "Брак в производстве", 44 "Издержки обращения", 10 "Материалы", 41 "Товары", 43 "готовая продукция", 45 "Товары отгруженные", 40 "Выпуск продукции", 43 "Готовая продукция", а также иные документы, подтверждающую себестоимость спорного товара.

Суд относится критически к расчету себестоимости, представленного Истцом.

В силу ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Оценивая представленные Истцом Договор оказания услуг от 01.09.2022 с ИП ФИО2 (Приложение № 11 к Ходатайству от 12.08.2024) и Договор оказания услуг по пошиву текстильных изделий от 21.09.2020 с ООО «Текстильный дом» (Приложение № 9 к Ходатайству от 12.08.2024). суд приходит к следующему.

Согласно расчетам Истца, стоимость услуг, оказанных ИП ФИО2 и ООО «Текстильный дом», составила 24 857 750 руб. 35 коп. (47% от рассчитанной Истцом себестоимости) из которых: 17 167 605 руб. 35 коп. пошив ООО «Текстильный дом»; 3 422 765 руб. услуги по упаковке изделий ООО «Текстильный дом»; 4 267 380 руб. услуги по комплектации заказов ИП ФИО2

Из представленных ответчиком доказательств следует, что ИП ФИО2 и ООО «Текстильный дом» (ФИО2 является 100% участником и генеральным директором) являются аффилированными лицами по отношению к ООО «Топлес Рус» в лице ФИО3 (учредителя с долей 81%).

Вывод об аффилированности суд основывает на следующем: совпадение фамилии и отчества ФИО2 и ФИО3, регистрация ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>) в городе Вичуга Ивановской области совпадает с городом регистрации ООО «Текстильный дом»; в интервью порталу «Известно.ру», принадлежащему БУ «Ивановские газеты» ФИО2 утверждает, что ООО «Текстильный дом» является «общим делом» братьев Сергея и Руслана.

Отдельно суд отмечает, что ФИО2 различных источниках именуется как «куратор проекта по развитию бренда женской одежды TOPLES» (принадлежит истцу), а также освещал ход настоящего судебного разбирательства в личном телеграмм канале.

Истцом доказательства опровергающие аффилированность лиц не представлены.

На основании вышеприведенных обстоятельств суд делает вывод, что ФИО3 и ФИО2, не смотря на формальную независимость, управляют единым имущественным комплексом, в группу которого входит ООО «Топлес Рус», ООО «Текстильный дом», ИП ФИО2, целью которого является пошив и продажа товара под брендом «Toples», который является предметом настоящего спора.

В силу позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005 обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и предполагает признание обоснованным требованиям истца или возражениям ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности, подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

Однако в случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных формально-юридической или фактической аффилированностью лиц), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

В результате такого перераспределения слабая сторона представляет в обоснование требований и возражений минимально достаточные для подтверждения своей позиции доказательства, принимаемые судом при отсутствии их опровержения другой стороной спора, которая, в свою очередь, реализует бремя доказывания по повышенному стандарту, что предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований и возражений.

В случаях, когда обстоятельства спора осложняются аффилированностью (формально-юридической или фактической) лиц, чьи правоотношения противопоставлены обязательствам другой стороны спора, подлежит применению еще более высокий (наиболее строгий) стандарт доказывания - достоверность за пределами разумных сомнений.

Тесная экономическая связь позволяет аффилированным лицам настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что их процессуальный оппонент в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, основанных на договорных связях аффилированных лиц, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности (реальности) соответствующих хозяйственных операций (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-17063(3), № 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2)), когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Такая проверка должна быть еще строже, чем при использовании стандарта «ясные и убедительные доказательства», то есть суд для удовлетворения требований не только должен провести анализ, свойственный предыдущему стандарту, убедившись в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, поведение сторон в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 10.06.2020, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве.

На стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687, № 306-КГ16-13672, № 306-КГ16-13671, № 306-КГ16-13668, № 306-КГ16-13666).

Из вышеизложенного следует, что поскольку установлен факт аффилированности между истцом и его контрагентами, именно истец должен представить доказательства экономической целесообразности сделок, а также их рыночный характер.

Как установлено судом, ООО «Текстильный дом», находясь под контролем ФИО2 оказывало услуги по пошиву и упаковке изделий, при этом отдельно сам ИП ФИО2 оказывал дополнительную услугу по комплектации заказов: за 195 руб. за 1 единицу товара.

Суд соглашается с ответчиком, что действия по упаковке и комплектации заказов фактически представляют звенья одной логической цепи: товар упаковывается в специальный пакет, на него наклеивается соответствующая маркировка (упаковка заказа), в последующем упакованные заказы пакуются в короба (комплектация). Целесообразность данной экономической операции внутри группы взаимозависимых лиц вызывает обоснованные сомнения, поскольку будучи единым технологическим процессом, отсутствует очевидная целесообразность передавать данный процесс нескольким лицам, поскольку это порождает дополнительные затраты на транспортировку, приемку и передачу товара обратно истцу.

При этом стоимость услуг является завышенной и не отвечает требованиям экономической обоснованности. Так, в целях проверки обоснованности стоимости упаковки и комплектации заказов ответчик обратился к независимому подрядчику Атико, согласно предварительному расчету стоимость упаковки товара составляет от 4 руб. за единицу товара, вместо средней в 160 руб. у ООО «Текстильный дом», стоимость комплектации транспортировочного короба от 50 руб. за 25 единиц товара, при цене у ИП ФИО2 в 195 руб. за единицу или 4 875 руб. за 25 единиц товара.

При этом сам факт подписания первичной документации, проведения платежей между аффилированными лицами не может являться достаточным основанием для признания таких доказательств достаточными, поскольку отсутствуют доказательства фактического исполнения договоров контрагентами истца, не доказан факт наличия у них соответствующего оборудования, работников и т.д.

В силу изложенных выше правовых позиций, именно на истце лежит обязанность по опровержению любых обоснованных сомнений, возникающих при проверке обстоятельств, основанных на договорных связях аффилированных лиц.

Опровержение вышеизложенных сомнений, а также самого факта аффилированности истцом не представлено.

В соответствии с изложенным суд полагает, что истцом не доказано, что Договор оказания услуг от 01.09.2022 с ИП ФИО2 и Договор оказания услуг по пошиву текстильных изделий от 21.09.2020 с ООО «Текстильный дом» отвечают критериям ст. 71 АПК РФ.

В отношении иных доказательств стоимости материалов отдельных товаров суд отмечает следующее.

В материалы дела истцом представлена первичная документация закупки ткани и фурнитуры, представлена «Сводная таблица по ткани» (Приложение № 40 к Ходатайству от 12.08.2024) и Расчет себестоимости товара по системе «Пошив РФ» (Приложение № 13 к Ходатайству от 12.08.2024).

Расчет истца в части затрат материалов не подтверждён какими-либо доказательствами, включая выкройки или иные конструкторские документы, которые бы позволили суду проверить объем затраченного материала на единицу продукции и таким образом проверить расчет истца.

Так же суд отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что представленные закупочные документы обеспечивали закупку товаров, используемых при производстве спорных товаров: не подтверждена связь между материалами, их характеристиками с конкретными позициями.

Суд так же соглашается с ответчиком в том, что временные интервалы закупки и поставки товаров не согласуются между собой, так в материалы дела истцом представлена закупочная документация в отношении артикулов 54737904/43043 (Приложение № 7 к Ходатайству от 12.08.2024) и 16633642/43010 (Приложение № 5 к Ходатайству от 12.08.2024). Однако судом установлено, что закупка товара с артикулом 43010 истцом подтверждается Договором от 23.03.2023, Товарной накладной от 13.06.2023, при этом согласно актам приемки товара, сгоревший товар под данным артикулом был поставлен в том числе 15.12.2022 и 18.12.2022, закупка товара с артикулом 43043 истцом подтверждается Договором от 30.01.2023, Товарной накладной от 28.03.2023, при этом согласно актам приемки товара, сгоревший товар под данным артикулом был поставлен в том числе 11.02.2023, 04.03.2023, 08.03.2023, 15.03.2023 и т.д., то есть истцом представлены доказательства закупки иного товара, так как сгоревший товар был поставлен раньше закупки.

В соответствии с изложенным суд полагает, что истцом не представлены доказательства связи между заявленными документами и спорными товарами.

В отношении взыскания косвенных расходов суд отмечает следующее.

При расчете себестоимости истцом учтены «косвенные расходы» в размере 150 руб. на единицу товара (общий размер 3 282 600 руб.), расчет которых отражен в Приложении № 43 к Ходатайству от 12.08.2024.

В материалы дела не представлено какое-либо документальное подтверждение расчета, у суда отсутствует возможность проверить обоснованность и реальность несения истцом расходов в таком размере, а также их связь с производством конкретных товаров, которые были утрачены в результате происшествия.  Более того, истцом в состав убытков включены: амортизация, командировочные расходы, налоговые сборы, расходы на охрану и обеспечение нормальных условий труда, услуги подбора персонала, услуги сопровождения 1С. Подобные расходы, в каком бы размере они не были бы понесены, являются условно-постоянными расходами, обеспечивают коммерческую деятельность Истца независимо от исполнения договора с ответчиком, следовательно не являются убытками по смыслу ст. 15 ГК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что расчет себестоимости, представленный истцом, не подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

С учетом того, что материалами дела не подтвержден размер себестоимости, суд приходит к невозможности применения положений п. 8.6 Оферты об ограничении ответственности. В связи с этим суд полагает не имеющими значения для рассмотрения настоящего дела при имеющихся в деле доказательствах ссылку истца на положения п. 4 ст. 401 ГК РФ и п. 2 ст. 428 ГК РФ.

В ходатайстве о назначении судебной экспертизы истец просил поставить вопрос об определении себестоимости утраченных товаров, между тем, суд с учетом ст. 82 АПК РФ пришел к выводу о том, что данный вопрос не требует специальных познаний, поскольку себестоимость может быть определена на основании документов, между тем надлежащих документов, из которых мог бы быть сделан вывод о себестоимости спорных товаров, истцом не представлено.

Таким образом, суд полагает возможным рассчитать размер убытков в соответствии с принципом полного возмещения.

Поскольку между сторонами существуют договорные правоотношения, то его расходы по восстановлению нарушенного права представляют собой денежные средства, которые продавец получил бы, если бы ООО «Вайлдберриз» исполнило договор надлежащим образом.

Такой расчет произведен ответчиком в отчете о возмещении убытков, согласно которому суммы к возмещению рассчитаны исходя из продажной стоимости товара на момент пожара за вычетом сумм вознаграждения, услуг по логистике и хранению, налога на добавленную стоимость.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 393 ГК РФ, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (позитивный интерес).

Указанный принцип полного возмещения убытков обеспечивает восстановительный характер гражданско-правовой ответственности: в результате нарушения обязательства кредитор обязан возместить должнику убытки в таком размере, чтобы кредитор оказался в положении, как если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

При этом компенсационный характер возмещения убытков как меры ответственности проявляется не только в полном возмещении убытков потерпевшему, но и в том, что потерпевший должен получить не больше того, что необходимо для защиты его позитивного интереса во избежание возникновения у него неосновательного обогащения.

Это также означает, что в случае заведомой убыточности договора по закупке товара, взыскание убытков в размере, превышающем сумму надлежащего исполнения Ответчиком агентского договора (позитивный интерес), способно привести к неосновательному обогащению на стороне истца.

Кредитор, по общему правилу, за счет возмещения убытков не должен оказаться в положении лучшем, чем он находился бы, если бы договор был надлежащим образом исполнен (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2022 по делу № № А40-78186/2020.).

Под надлежащим исполнением обязательств в соответствии с условиями Оферты следует понимать реализацию товаров, то есть получение продавцом денежных средств от реализации товаров (п. 6.1 Оферты) за вычетом вознаграждения (п. 6.2 Оферты), возмещаемых Продавцом издержек (п. 6.3 Оферты), стоимости оказанных услуг (п. 6.7 Оферты).

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, абз. 3 п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 отмечено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, который он получил бы с учетом разумных расходов на его получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы нарушения не было. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

То есть при определении потерь кредитора должна быть учтена и необходимость несения расходов, которые возникли бы при надлежащем исполнении договора. Иное не отвечало бы компенсационному характеру убытков, приводило бы к обогащению кредитора за счет контрагента (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.08.2023 по делу № А40-180355/2021).

Истцом в материалы дела не представлено обоснование того, что продажа товаров по обозначенной им цене не требовала несения расходов, в том числе на услуги агента.

Определяя размер необходимых, но не понесённых истцом расходов суд исходит из следующего.

Сторонами согласован размер и порядок выплаты вознаграждения агента, услуг по доставке товара покупателям, по хранению и складской обработке Товара на складе Вайлдберриз (п. 5.5, 5.6, 6.4, 6.5 Оферты), который в том числе опубликован обществом в личном кабинете продавца. При надлежащем исполнении договора, то есть при реализации товаров, стоимость данных издержек и услуг подлежит вычету из денежных средств, вырученных от реализации товаров и подлежащих перечислению продавцу (п. 6.1 Оферты).

Определяя размер убытков, суд исходит из того, что в случае надлежащего исполнения обязательства в форме продажи товару покупателю, Истец бы получил стоимость товара за вычетом НДС, комиссионного вознаграждения и стоимости услуг логистики и хранения, поскольку эти расходы носят характер необходимых, но не понесённых в связи с утратой товара.

В отношении налога на добавленную стоимость суд отмечает следующее.

В силу пп. 1 п. 1. ст. 146 НК РФ объектом налогообложения для целей взыскания НДС признается  реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

В силу п. 1 ст. 39 НК РФ реализацией товаров организацией признается передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами) права собственности на товары.

В силу п. 10 Постановления пленума ВАС РФ от 30.05.2014 № 33 при определении налоговых последствий выбытия (списания) имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика (утрата имущества по причине порчи, боя, хищения, стихийного бедствия и тому подобных событий), необходимо иметь в виду, что исходя из содержания пункта 1 статьи 146 НК РФ такое выбытие не является операцией, учитываемой при формировании объекта налогообложения.

Следовательно, возмещение стоимости товара в рамках взыскания убытков не относится к реализации товара, и как следствие не облагается НДС.

В силу п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 указанного Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В материалы дела истцом не представлены доказательства уплаты НДС в отношении спорных товаров, а также не представлены доказательства невозможности получения соответствующего налогового вычета по вине ответчика, статус плательщика НДС истцом не отрицается.

В силу того, что возмещение убытков не облагается НДС, выплата НДС в составе убытков приведет к неосновательному обогащению на стороне истца, поскольку данные денежные средства вместо расходной части (уплаты в бюджет) приобретут доходный статус и сохранятся в имущественной массе истца.

Таким образом, суд полагает обоснованным уменьшение размера убытков на сумму НДС.

При этом вычитание расходов, в том числе вознаграждения агента, логистики и НДС не приводит к неосновательному обогащению на стороне Ответчика: продавец получает от ответчика возмещение стоимости товара в таком же размере, как если бы товар был реализован. То есть продавец поставлен в положение исполненного обязательства. В противном случае складывается ситуация, в которой агент, выплачивает продавцу дополнительные денежные средства из собственного фонда, которые не причитались продавцу, и которые продавец никогда бы не получил.

В рассматриваемом случае при возмещении убытков без исключения издержек общества, продавец будет поставлен в то положение, при котором уничтожение товаров для него выгоднее продажи товаров, что не согласуется с положениями п. 2 ст. 393 ГК РФ.

Оценивая расчет убытков, представленный истцом, суд приходит к следующему.

Суд относится критически к представленному истцом расчету на основании цен из отчетов о продажах, поскольку данный расчет учитывает цену относительно единичной продажи товара, то есть не является результатом вычисления средней цены, а отражает конкретную торговую операцию, цена которой могла быть обусловлена конкретной рыночной обстановкой. При этом истец не раскрыл принцип отбора конкретных операций, который бы мог подтвердить правильность выбранной методологии.

В расчете исковых требований истец включает в предполагаемые убытки реальный ущерб (стоимость каждой единицы товара, которую истец уплатил при производстве или покупке у производителя), а также упущенную выгоду (наценку к действительной стоимости товара, которую бы истец мог установить при продаже третьим лицам, возможные расходы), что в совокупности и составляет рыночную стоимость при розничной продаже единицы товара.

В данном случае истец не доказал, что получил бы за спорный товар денежные средства, превышающие указанные в отчете суммы.

Кроме того, пунктом 8.4 договора предусмотрено, что Вайлдберриз не несет ответственности за косвенные убытки или упущенную выгоду Продавца или третьих лиц, независимо от того, могло ли Вайлдберриз предвидеть причинение таких убытков.

В ходатайстве о назначении судебной экспертизы истец просил поставить вопрос об определении рыночной стоимости утраченных товаров в виде реального ущерба и упущенной выгоды.

Между тем, каких-либо доказательств, опровергающих стоимость товаров, содержащуюся в отчете ответчика о возмещении убытков, истец в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил.

Заявленное истцом ходатайство направлено на определение рыночной стоимости товаров. Однако, суд полагает, что данное обстоятельство может быть установлено на основании доказательств, представленных в дело, а именно расчета средних цен продажи, представленного ответчиком.

В силу ч. 1 ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Нежелание второй стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы первой стороны, представившей доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент (Постановления Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14).

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Данная правовая позиция в отношении нераскрытия доказательств закреплена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472 по делу № А33-1677/2013.

В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны (часть 1 статьи 68 ГПК РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ).

Истец расчет средних цен не опроверг, свой расчет средних цен не представил.

Более того, суд отмечает, что ходатайство истца предполагает установление рыночной стоимости товара без учета определения обязательных расходов, которые по изложенным выше мотивам подлежат обязательному вычитанию из рыночной стоимости.

Оценивая контррасчет ответчика, суд приходит к следующему.

Согласно Отчету № 57769340 о возмещении убытков размер убытков с учетом вычета необходимых расходов составляет 31 766 861 руб. 31 коп.

В целях проверки Отчета № 57769340 о возмещении убытков судом исследованы доказательства стоимости товара, а также необходимых расходов. Стоимость утраченного товара после его продажи потребителю составляет 53 276 537 руб. 48 коп. Стоимость проверена на основании средних рыночных цен, представленных Ответчиком, на основании анализа отчетов о продажах за весь период отношений сторон (Приложение № 3 к Письменным объяснения ООО «РВБ» от 30.11.2024 – на эл. носителе). Размер комиссии для заявленных товаров составляет 24,5%, размер логистики 35 руб. за первый литр + 8,5 руб. за каждый последующий литр на одну операцию. Ответчиком представлен расчет логистики и комиссионного вознаграждения, на основании которого комиссионное вознаграждение 24,5%, логистика по 35 руб., налог на добавленную стоимость (20%). В случае расчета убытков на основании средних цен за вычетом вышеуказанных расходов размер убытков составит 28 802 538 руб. 30 коп.

С учетом необходимости защиты прав истца, подтверждения истцом цен из отчета о возмещении убытков, отсутствия доказательств большего размера убытков, а также согласия ответчика, путем добровольного направления Отчета № 57769340 о возмещении убытков в досудебном порядке, суд полагает возможным установить размер возмещения на основании Отчета № 57769340 о возмещении убытков.

Таким образом, суд признает доказанным размер убытков в количестве 21 884 ед. в размере 31 766 861 руб. 31 коп.

В силу п. 5 ст. 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

При этом, удовлетворение требований о возмещении убытков исходя из цен, существующих в день вынесения решения, является правом, а не обязанностью суда.

Истец не представил доказательств, что убытки, рассчитанные ответчиком, меньше фактически понесенных истцом убытков, контррасчет также не представлен.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что расчет убытков истца произведен с учетом принципов справедливости, соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства, размер убытков установлен с разумной степенью достоверности.

При данных обстоятельствах заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины распределены судом в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

            Взыскать с ООО «РВБ» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Топлес Рус» (ИНН 

<

***>) убытки в размере 31766861,31 руб. и судебные расходы по государственной пошлине в размере 99410,10 руб.

            В удовлетворении остальной части иска отказать.

            Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца.

Судья                                                                                                          Н.А. Чекалова