ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

27.01.2020

                      Дело № А40-36699/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2020 года 

Полный текст постановления изготовлен 27 января 2020 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, В.Я. Голобородько,  

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Авто – Алеа» - ФИО1, конкурсный управляющий, лично,

рассмотрев 20.01.2020 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Авто – Алеа Л» 

на определение от 10.09.2019

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 07.11.2019 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по требованию ООО «Авто – Алеа» в размере 6 079 052, 35 руб., 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Авто – Алеа Л», 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2019 должник – ООО «Авто – Алеа Л» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 

ООО «Авто – Алеа» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 6 079 052, 35 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2019 , оставленным без изменения постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2019, требование ООО «Авто – Алеа» в размере 6 079 052, 35 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Авто – Алеа Л»  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2019.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Так, по – мнению конкурсного управляющего, имеются доказательства аффилированности и корпоративных отношений между должником и кредитором.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Заявитель кассационной жалобы не явился в суд округа.

В судебном заседании представитель ООО «Авто –Алеа» возражал против доводов кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие фактические обстоятельства дела.

          Между кредитором и должником заключены Договоры займа №ААЛ/0812/2017 от 08.12.2017, №ААЛ/0504/2017 от 05.04.2017, №ААЛ/0307/2017 от 03.07.2017, №ААЛ/2809/2017 от 28.09.2017, №ААЛ/0910/2017 от 09.10.2017, №ААЛ/2601/2018 от 26.01.2018, №ААЛ/2702/2018 от 27.02.2018.

В пункте 6.1  вышеуказанных Договоров суммы займов согласована процентная ставка в размере под 8,5 процентов годовых, а также сроки возврата займов.

В подтверждение факта выдачи кредитором займов должнику по договорам №ААЛ/0812/2017 от 08.12.2017, №ААЛ/0504/2017 от 05.04.2017, №ААЛ/0307/2017 от 03.07.2017, №ААЛ/2809/2017 от 28.09.2017, №ААЛ/0910/2017 от 09.10.2017, №ААЛ/2601/2018 от 26.01.2018, №ААЛ/2702/2018 от 27.02.2018 в материалы дела представлены копии платежных поручений, в связи с чем суды признали исполненными договоры со стороны кредитора и отклонили возражения конкурсного управляющего должника и ПАО АКБ «Урал ФД», изложенные в отзывах на требование о нереальности займов.

Судами  также установлено, что по истечении срока возврата должник займы не вернул, проценты не уплатил, в связи с чем за ним числится долг по невозвращенным займам: 190 000 рублей - по договору займа №ААЛ/03 07/2017 от 03.07.2017; 340 000 рублей - по договору займа №ААЛ/2809/2017 от 28.09.2017; 1 450 000 рублей - по договору займа №ААЛ/0910/2017 от 09.10.2017; 1 100 000 рублей - по договору займа №ААЛ/0812/2017 от 08.12.2017; 800 000 рублей - по договору займа №ААЛ/2601/2018 от 26.01.2018; 360 000 рублей - по договору займа №ААЛ/2702/2018 от 27.02.2018; а также невыплаченная сумма процентов на сумму невозвращенного займа: 7 824,65 рублей - по договору займа №ААЛ/0504/2017 от 05.04.2017; 46 708,06 рублей - по договору займа №ААЛ/0307/2017 от 03.07.2017; 22 011,50 рублей - по договору займа №ААЛ/2809/2017 от 28.09.2017; 90 158,23 рублей - по договору займа по договору займа №ААЛ/0910/2017 от 09.10.2017; 53 026, 04 рублей - по договору займа №ААЛ/0812/2017 от 08.12.2017; 29 086,29 рублей - по договору займа №ААЛ/2601/2018от  26.01.2018;   10  563,28  рублей  -  по  договору займа №ААЛ72702/2018 от 27.02.2018.

Представленный кредитором расчет договорных процентов судами проверен, признан обоснованным и соответствующим положениям Закона о банкротстве.

Суды, рассмотрев возражения конкурсного управляющего должника и ПАО АКБ «Урал ФД», заявленные со ссылкой на то обстоятельство, что ООО «АВТО-АЛЕА» является аффилированным по отношению к должнику лицом, поскольку на момент заключения договоров займа ФИО3 являлся генеральным директором ООО «УК АЛЕА», которая выполняла функции управляющей компании,  как кредитора,  так и должника, а также на то, что характер займа носил корпоративный характер, пришли к выводу о несостоятельности таких возражений ввиду следующего.

Суды согласились с доводами о наличии аффилированности должника и кредитора на момент заключения договоров займа и его исполнения со стороны Кредитора.

При этом судами обоснованно отмечено, что сама по себе аффилированость не является безусловным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов, а также суды указали,  что доказательств наличия признаков неплатежеспособности должника, либо каких-либо финансовых затруднений в обществе в момент заключения договоров займа с ООО «АВТО-АЛЕА», являющихся основанием заявленного требования, в материалы дела заявителями возражений не представлено.

Кроме того, суды установили, что заявителями возражений не представлено доказательств наличия негативных результатов воздействия ООО «АВТО-АЛЕА» в лице управляющей компании ООО УК «АЛЕА» на хозяйственную деятельность Должника в период, предшествующий заключению договоров займа №ААЛ/0812/2017 от 08.12.2017, №ААЛ/0504/2017 от 05.04.2017, №ААЛ/0307/2017 от 03.07.2017, №ААЛ/2809/2017 от 28.09.2017, №ААЛ/0910/2017 от 09.10.2017, №ААЛ/2601/2018 от 26.01.2018, №ААЛ/2702/2018 от 27.02.2018 и нерыночных условий заключенных договоров.

Напротив, судами установлены рыночные условия в части процентов, под которые были предоставлены заемные денежные средства.

Также судами оценены и отклонены возражения конкурсного управляющего и кредитора о злоупотреблении правами сторонами сделки, как недоказанные.

Судами установлено, что обязательства должника перед кредитором в сумме 1 579 674,30 руб. основано на исполнении им перед КБ «ЛОКО-Банк» (ЗАО) обязательств по договорам поручительства №ДП 2015-151/0688 от 31.08.2015, №ДП 2015-149/0600 от 31.08.2015 обязательств Должника по кредитным договорам 

<

***> от 31.08.2015, №2015-Ф2Р/149 от 31.08.2015.

Согласно п. 2.1.1 договоров поручительства в случае неисполнения или неполного исполнения Должником Обязательств, обеспеченных поручительством, перед Кредитором (Банком) отвечает поручитель.

В соответствии с п. 2.3 договоров поручительства Кредитор вправе в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения Должником Обязательств, обеспеченных поручительством: списывать денежные средства, находящиеся на банковских счетах в валюте РФ Поручителя в КБ «ЛОКО-Банк» (ЗАО), с целью исполнения обязательств Поручителя по настоящему Договору. Предоставление Поручителем указанного права Кредитору является заранее данным акцептом Поручителя на списание денежных средств со счетов; конвертировать по курсу Кредитору денежные средства, находящиеся на банковских счетах в иностранно валюте Поручителя в КБ «ЛОКО-Банк» (ЗАО), с целью их дальнейшего списания в счет погашения обязательств Поручителя по настоящему Договору. Предоставление Поручителем указанного права Кредитору является заранее данным акцептом Поручителя на списание денежных средств со счетов.

Суды установили, что заявителем произведено погашение в безакцептном порядке требований КБ «ЛОКО-Банк» (ЗАО) на общую сумму 1 579 674,30 руб., которые он и просил включить в реестр требований кредиторов основного заемщика - должника по настоящему делу.

Оценив представленные по делу доказательства, представленные в подтверждение того, что ООО «Авто Алеа» в счет исполнения обязательств должника перечислило КБ «ЛОКО-Банк» (ЗАО) денежные средства в общем размере 1 579 674,30 руб., суды пришли к выводу, что на стороне ООО «Авто Алеа» возникло право требования указанной суммы денежных средств с ООО «Авто-Алеа Л», а на стороне ООО «Авто-Алеа Л» в соответствии с пунктом 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации возникла задолженность в соответствующем размере. Доказательств возвращения должником указанных денежных средств ООО «Авто Алеа» в материалы дела не представлено.

На основании изложенного требования ООО «Авто-Алеа» в общем размере 6 079 052,35 руб. признаны судами обоснованными и подлежащими включению в заявленной сумме в реестр требований кредиторов ООО «Авто-Алеа Л».

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из норм статей 71 , 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от их исполнения не допускается.

Согласно статье 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа. Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (п. 1 ст. 810 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса (п.1 ст. 811 ГК РФ).

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734 (4,5) действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа акционером должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Так, например, пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные акционеры, голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, если мажоритарный акционер вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный акционер осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) по делу N А32-19056/2014 при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Как установлено пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое, в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №35-ФЗ "О защите конкуренции", входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991г. N948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Как установлено пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно статье 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Исходя из пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Согласно пункту 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017)В ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение.

При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый ст. 387 ГК РФ).

Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325  Гражданского кодекса Российской Федерации о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого. Аналогичный вывод следует из смысла правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзацах втором и третьем п. 27 постановления от 12 июня 2012 г. N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" (далее - постановление N 42).

С учетом вышеизложенного суды пришли к обоснованному выводу, что  в  данном случае,  установив, что требование предъявлено к основному должнику по обязательству, частично исполненному кредитором, к ООО «Авто-Алеа» перешло право требования денежных средств в порядке суброгации (абзац четвертый ст. 387 ГК РФ), а ссылка кредитора в данном случае на невозможность предъявления частично исполненного требования к другим выдавшим обеспечение членам группы является несостоятельной,  не относящейся к данным, конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления N 35).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве). Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 постановления N 35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. 

В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры N 1(2017), N 3(2017), N 5(2017), N 2(2018) со ссылками на определения N 305-ЭС16-12960, N 305-ЭС16-19572, N 301-ЭС17-4784 и N 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей  конкретные судебные споры (определения N 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС18-413, N 305-ЭС16-20992(3), N 301-ЭС17-22652(1), N 305-ЭС18-3533, N 305-ЭС18-3009, N 305-ЭС16-10852(4,5,6), N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344; Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 №305-ЭС16-10852 (4, 5, 6),  и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012.

Если требования кредитора включаются в реестр на основании судебного акта, принятого вне рамок дела о банкротстве (пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве), принцип достаточности доказательств и соответствующие повышенные стандарты доказывания реализуются судом более углубленной и проверкой по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание судов на то, что сама по себе аффилированность не является безусловным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов.

В данном случае суд округа соглашается с выводами нижестоящих судов, поскольку к своим обоснованным выводам суды пришли как раз  исходя из оценки совокупности представленных кредитором первичных документов, доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам  не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2019 по  делу №А40-36699/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Н.Я. Мысак 

                                                                  В.Я. Голобородько