268/2018-86401(1) 

 АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ 

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982  

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации  

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-2774/2018

04 октября 2018 года

г. Сыктывкар

 

Резолютивная часть решения объявлена 27 сентября 2018 года, решение в полном объёме изготовлено 04 октября 2018 года. 

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А.Е., при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, с участием ФИО2 — представителя истца по доверенности от 21.03.2018 № 01/1-19/107, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску Администрации муниципального образования городского округа «Сыктывкар» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  к обществу с ограниченной ответственностью «ВИК»  

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  о взыскании пеней  

и установил:  

администрация муниципального образования городского округа «Сыктывкар»  (далее — Администрация) обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с  исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ВИК» (далее  — Общество) о взыскании 4 721 384 рублей 51 копейки пеней за просрочку  выполнения работ в рамках муниципального контракта от 27.10.2015 (с учётом  уточнений, принятых судом в определении от 09.04.2018 на основании статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением от 14.03.2018 исковое заявление принято к производству и  назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 09.04.2018.  

В отзыве (т. 1, л.д. 120) и в судебном заседании 09.04.2018 ответчик  отклонил исковые требования, указав на формальный характер иска  (Администрация обязана с ним обратиться) и на просрочку кредитора. Кроме того,  банковская гарантия уже выплачена, соответствующее решение вступило в силу.  Природа банковской гарантии иная, настоящий иск не может являться правовым  основанием для взыскания неустойки. В просрочке выполнения работ имеется  

значительная вина истца, который вовремя не предоставил документы,  необходимые для производства работ и ввода жилого дома в эксплуатацию.  

В дополнении к отзыву от 24.05.2018 (т. 2, л.д. 51-52) Общество  подчеркнуло, что рабочая документация с изменениями материалов и конструкций  была окончательно согласована сторонами только к декабрю 2016 года, то есть  более, чем через год после подписания контракта и за пределами срока его  исполнения (04.11.2016).  

Сославшись одновременно на статьи 404 и 333 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее — Кодекс), ответчик просил снизить неустойку,  поскольку истец действует недобросовестно: получив выплату по банковской  гарантии, он дополнительно просит привлечь генподрядчика к имущественной  ответственности.  

В возражениях Администрации от 22.05.2018 № 04/3-01/12052 (т. 2,  л.д. 1 — 4) указано, что  

(1) все документы, на несвоевременное предоставление которых сослался  ответчик, относятся к первому этапу работ. Градостроительный план направлен  ответчику письмом от 30.12.2015 № 06-972, так как именно по инициативе  генподрядчика произошла замена участка строительства;  

(2) отсутствие технических условий на установку телевизионных антенн, на  присоединение к абонентской сети, сети радиофикации, а также на наружное  освещение в любом случае не являлись препятствием для разработки проектной и  рабочей документации на строительство самого дома;  

(3) строительство ливневой канализации проектом не предусматривалось, в  связи с чем исключалась необходимость предоставлять генподрядчику  соответствующие технические условия;  

(4) проектирование подъездной дороги осуществлялось в рамках контракта,  заключённого с обществом «АВТОДОРПРОЕКТ» (т. 2, л.д. 30 — 38), таким  образом, ответчик не нуждался в получении технических условий на примыкание  проездов;  

(5) разработка сметной документации, в силу пункта 11 части 1 раздела 8  технического задания, являлась обязанностью Общества; переданная ответчиком  на экспертизу документацию получила замечания (письмо от 18.04.2016 № 230);  

(6) сроки производства работ были превышены ответчиком практически  вдвое (работы по второму этапу продолжались до 30.10.2017, о чём  свидетельствуют соответствующие акты КС-2 и справки КС-3); просрочка по  второму этапу повлекла ненадлежащее исполнение и по третьему этапу (акт  приёмки от 19.10.2017).  

В дополнительных возражениях от 05.06.2018 № 04/8-01/12053 (т. 2,  л.д. 75 — 78) истец подчеркнул, что замена строительных материалов происходила  по разным причинам, но всегда по инициативе ответчика. В ряде случаев ответчик  заявил, что замена материала ускорит производство работ, поэтому ссылка на срыв  сроков в связи с соответствующими изменениями в техническом задании  несостоятельна. Оперативное рассмотрение и согласование заказчиком изменений  в проектную документацию, напротив, свидетельствует о добросовестности истца.  Кроме того, изменение проектных решений в любом случае не продляет сроков  исполнения контракта. Проектная документация получена ответчиком в  установленные сроки, возражений в порядке статьи 716 Кодекса он не заявлял.  

Предварительное судебное заседание и судебное разбирательство  неоднократно откладывались, в последний раз — до 27.09.2018, при этом явка  

сторон признана судом обязательной, ответчику предложено принять  безотлагательные меры к исполнению определения от 02.07.2018, между тем  представитель Общества вновь не явился, указаний суда не исполнил.  

К дате финального судебного заседания истец представил ходатайство об  увеличении требований до 4 900 667 рублей 34 копеек в связи с увеличением  ключевой ставки Банка России до 7,5 процента (период начисления пеней остался  без изменения — с 25.01.2017 по 29.09.2017), данное уточнение также принято  судом, как не противоречащее закону и не нарушающее прав и законных интересов  других лиц.  

Исследовав материалы дела и выслушав представителя Администрации,  поддержавшего уточнённые требования, суд установил следующее.  

Бюджетное учреждение «Управление капитального строительства  муниципального образования городского округа «Сыктывкар» от лица  Администрации (заказчик) и Общество (генподрядчик) заключили муниципальный  контракт от 27.10.2015 № 178-05/П с приложениями (т. 1, л.д. 15 — 40, 45 — 47) и  девятью дополнительными соглашениями (т. 1, л.д. 41 — 58), в силу которых  Общество обязалось построить «под ключ» многоквартирный жилой дом № 4 в  районе улицы Тентюковской в городе Сыктывкаре (в районе жилых домов   № 186 — 198).  

Состав и объём работ по каждому этапу согласованы контрагентами в  техническом задании (приложении № 1) и не оспорены в ходе судебного  разбирательства (т. 1, л.д. 28 — 37).  

Цена контракта — 66 066 661 рубль 24 копейки. 

В силу пункта 3.2 контракта работы должны были выполняться в три этапа,  причём работы по первому этапу надлежало окончить не позднее 30.12.2015 (их  стоимость — 2 684 465 рублей 56 копеек), по второму — не позднее 06.10.2016  (63 111 031 рубль 95 копеек), по третьему — не позднее 04.11.2016 (211 163 рубля  73 копейки, согласно дополнительному соглашению от 01.11.2016 № 5, — т. 1,  л.д. 52 — 54).  

График производства работ детализирован в приложении № 2 (т. 1, л.д. 38),  в частности, в третий этап включены мероприятия по вводу объекта в  эксплуатацию (изготовление и установка почтовых ящиков, аншлага с почтовым  адресом объекта, дезинфекция наружных сетей водоснабжения перед подачей воды  на дом, проведение микробиологических исследований питьевой воды и  радиологический исследований (гамма-фон, радон), исполнительная съёмка после  завершения работ по объекту для нанесения на карту города, кадастровые работы в  объёме, предусмотренном требованиями законодательства, технический паспорт) и  ввод объекта в эксплуатацию.  

Исполнение обязательств по контракту обеспечивалось банковской  гарантией от 19.10.2015 № 18310 на сумму 6 389 611 рублей 14 копеек (пункт 8.1  контракта; т. 1, л.д. 80).  

За каждый день просрочки выполнения работ в пункте 7.4 контракта  предусмотрены пени, которые исчисляются в размере не менее одной трёхсотой  действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка  Российской Федерации по формуле, предусмотренной в постановлении  Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063.  

Акт приёмки законченного строительством объекта по форме КС-11  подписан 29.09.2017 (т. 1, л.д. 62-63), разрешение на ввод объекта в эксплуатацию  получено 03.10.2017 (т. 1, л.д. 59 — 61).  

По требованию истца гарант осуществил выплату 6 369 894 рублей 93  копеек — суммы, которая по состоянию на 24.01.2017 покрыла неустойку за  допущенную Обществом просрочку.  

Рассчитав пени с 25.01.2017, Администрация обратилась к Обществу с  соответствующими требованиями от 15.11.2017 № 07-086 (т. 1, л.д. 64 — 69) и  от 10.01.2018 № 04/3-01/012053 (т. 1, л.д. 70 — 79), которые оставлены без  удовлетворения, что и явилось для заказчика основанием для обращения за  судебной защитой.  

При рассмотрении настоящего дела и оценке доводов сторон суд исходил  из следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 740 Кодекса по договору строительного подряда  подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию  заказчика определённый объект либо выполнить иные строительные работы, а  заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения  работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.  

Из пункта 1 статьи 716 Кодекса следует, что подрядчик обязан немедленно  предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу  при обнаружении непригодности или недоброкачественности технической  документации и иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые создают  невозможность её завершения в срок.  

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (пункт 1  статьи 329 и пункт 1 статьи 330 Кодекса); кредитор не вправе требовать уплаты  неустойки, если должник не несёт ответственности за неисполнение или  ненадлежащее исполнение обязательства (пункт 2 статьи 330 Кодекса).  

В соответствии со статьёй 332 Кодекса кредитор вправе требовать уплаты  неустойки, определённой законом (законной неустойки), независимо от того,  предусмотрена ли обязанность её уплаты соглашением сторон. Размер законной  неустойки может быть увеличен соглашением сторон, если закон этого не  запрещает.  

На основании части 4 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013   № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для  обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон № 44) в  контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и  поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее  исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.  

Согласно части 6 статьи 34 Закона № 44 в случае просрочки исполнения  поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе  гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных  случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком  (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом,  заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате  неустоек (штрафов, пени).  

В части 7 статьи 34 Закона № 44 предусмотрено, что пеня начисляется за  каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем)  обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после  дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и  устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном  Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трёхсотая  действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка  

Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму,  пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных контрактом и  фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).  

В соответствии с пунктом 6 правил, утверждённых упомянутым  постановлением Правительства Российской Федерации (далее — Правила), пеня  начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (исполнителем,  подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом, и устанавливается в  размере не менее одной трёхсотой действующей на дату уплаты пени ставки  рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта,  уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств,  предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком  (подрядчиком, исполнителем), и определяется по формуле, указанной в Правилах.  

Закон № 44 и Правила устанавливают только нижний предел  ответственности подрядчика в виде пеней, и не содержат запрета на договорное  увеличение размера имущественной ответственности, поэтому пункт 7.4 контракта  следует признать соответствующим действующему правовому регулированию  спорных отношений.  

Данная позиция согласуется с изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 31.03.2016 № 306-ЭС15-15659 по делу А55-30563/2014.  

Исследовав и оценив доказательства, представленные в дело истцом (в  числе которых контракт, приложения, дополнительные соглашения к нему, акты  КС-2, справки КС-3, акт КС-11, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию,  переписка между контрагентами, а также протоколы совещаний, акты осмотра,  фиксирующие процесс решения текущих вопросов в рамках исполнения контракта)  в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд признал каждое из них относимым,  допустимым и достоверным. С учётом пояснений представителя ответчика,  подтвердившего действительность суммы исполненных обязательств, их объёма и  сроков выполнения, указанные доказательства в своей совокупности с надлежащей  достаточностью подтверждают размер имущественной ответственности  генподрядчика, предусмотренной контрактом.  

Возражая против исковых требований и ходатайствуя о снижении  контрактной неустойки, ответчик сослался на виновные действия Администрации  и в доказательство сослался на письма, направленные в адрес истца (т. 1,  л.д. 121 — 140). По исследовании этих документов, суд согласился с оценкой  изложенных в них обстоятельств, которая дана Администрацией в упомянутых  возражениях (от 22.05.2018 № 04/3-01/12052 и от 05.06.2018 № 04/8-01/12053) и  подкреплена приложением соответствующих доказательств.  

В двух письмах Общества — от 19.10.2016 № 591 и от 16.12.2016 № 963  (т. 1, л.д. 136, 139-140) — имеется ссылка на пункт 1 статьи 716 Кодекса: в первом  случае речь идёт о возможности возникновения не зависящих от подрядчика  обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов (лабораторных  анализ выбранного грунта показал наличие суглинков, непригодных для  устройства проездов), а во втором — об установлении крайне неблагоприятных  погодных условий, которые не зависят от генподрядчика и также создают угрозу  для результата работ.  

Отклоняя приведённые доводы, суд отмечает следующее. Ответчик  является профессиональным участником строительного рынка в Республике Коми,  а также постоянным участником конкурсных процедур, связанным отношениями с  

Администрацией и по иным контрактам, поэтому объём обычных рисков, которые  являются следствием систематического получения прибыли (абзац третий пункта 1  статьи 2 Кодекса), для Общества расширяется.  

Приняв участие в конкурсе и подписав очередной муниципальный контракт  (стандартный по своим условиям и содержанию для Общества), ответчик не был  лишён возможности проявить обычную осмотрительность и провести  подготовительную (в том числе и преддоговорную) работу по оценке вероятных  рисков (например, отобрать пробы грунта и сопоставить предлагаемые к принятию  конкурсные кондиции о видах работ и сроках их исполнения с климатическими и  иными условиями, в которых предполагалось проводить строительные работы,  проанализировать предложенные в конкурсном предложении проектные решения,  в том числе и относительно строительных материалов).  

Поскольку в деле отсутствуют доказательства того, что ответчик заключил  контракт под влиянием заблуждения, постольку неверная оценка рисков  генеральным подрядчиком не может быть квалифицирована как вина  муниципального заказчика.  

Обстоятельств, которые бы обязывали ответчика приостановить работу и  свидетельствовали бы о невозможности её завершения в срок (пункт 1 статьи 716  Кодекса), не установлено, таким образом, утверждение ответчика о меньшем  периоде просрочки не подтверждено совокупностью относимых, допустимых,  достоверных и достаточных доказательств.  

Иные письма Общества в адрес Администрации представляют собою  ординарную рабочую переписку заказчика и подрядчика с информацией о ходе  исполнения договора и не могут быть квалифицированы как предупреждение,  осуществлённое по правилам статьи 716 Кодекса (постановление Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.2013 № 6373/13).  

Суд не установил в поведении муниципального заказчика таких действий  (бездействия), которые привели к нарушению конечного срока строительства  объекта, напротив, генподрядчик, несвоевременно приступивший к выполнению  работ и замедлявший нормальные темпы строительства (как указала  Администрация, вследствие того, что Общество приняло на себя обязательства  сразу по нескольким аналогичным контрактам), такие действия допустил, поэтому  должен отвечать за просрочку (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.09.2008 № 5103/08, определение  Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2015 № 307-ЭС15-5546).  

Исходя из изложенного, требование о привлечении генподрядчика к  предусмотренной контрактом имущественной ответственности правомерно.  

Расчёт неустойки проверен судом и признан правильным. 

Вместе с тем установленная контрактом неустойка может быть уменьшена  судом при наличии оснований, предусмотренных статьёй 333 Кодекса.  

С учётом компенсационного характера гражданско-правовой  ответственности в виде неустойки под соразмерностью суммы неустойки  последствиям нарушения обязательства предполагается выплата кредитору такой  компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным  интересом. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае — при  явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.  

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её  чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена  на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации,  

согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно  нарушать права и свободы других лиц. В пункте 1 статьи 333 Кодекса закреплена  обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой  ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба,  причинённого в результате конкретного правонарушения (определение  Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О «Об отказе  в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Наговицына Юрия  Александровича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи  333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям  нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд  вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения  и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статей 71 и 162  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судом учтено, что ответчик выступал подрядчиком на объектах,  строительство которых осуществлялось в рамках реализации муниципальной  адресной программы по переселению граждан из аварийного жилищного фонда с  учётом необходимости развития малоэтажного жилищного строительства на  территории муниципального образования городского округа «Сыктывкар» (2013 —  2017 годы). Непосредственное участие в исполнении такой социально значимой  программы, патронируемой на государственном уровне, является обстоятельством  особого характера, которое специальным образом должно учитываться при  применении правил статьи 333 Кодекса.  

На Администрации лежит обязанность следовать принципу эффективности  использования бюджетных средств (статья 34 Бюджетного кодекса Российской  Федерации). В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 162 того же кодекса получатель  бюджетных средств обеспечивает результативность, целевой характер  использования предусмотренных ему бюджетных ассигнований.  

Комплекс работ, предусмотренный контрактом, выполнен Обществом с  существенной просрочкой, основные негативные последствия которой выразились  в том, что, во-первых, аварийный жилищный фонд, находящийся в местности,  приравненной к районам Крайнего Севера (постановление Совмина СССР  от 03.01.1983 № 12), был расселён с серьёзной задержкой, а во-вторых,  Администрация как участник бюджетного процесса не освоила бюджетные  средства в срок, предусмотренный контрактом.  

При изложенных обстоятельствах уменьшение неустойки не только  стимулировало бы должника к будущему неисполнению принятых обязательств и  означало бы, что лицо, не исполнившее своего обязательства, не претерпевает  никаких негативных последствий, но и противоречило бы назначению института  ответственности за нарушение обязательств, которое заключается в  восстановлении имущественной сферы потерпевшего, представляющего  государство и защищающего законные интересы неограниченного круга лиц,  пользующихся или тех, которые могли бы пользоваться жилым фондом.  

Руководствуясь названными дискреционными полномочиями и учитывая  изложенное, суд признал аргументы Общества о несоразмерности неустойки  несостоятельными. Заявленная Администрацией сумма неустойки отражает  реальную стоимость восстановления имущественной сферы заказчика в условиях  нормального хозяйственного оборота.  

Имущественный интерес бенефициара в гарантии состоит в возможности  получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений должника, в  тех случаях, когда кредитор полагает, что срок исполнения обязательства либо  иные обстоятельства, на случай наступления которых кредитор себя обеспечивал,  наступили (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 02.10.2012 № 6040/12, определение Верховного Суда Российской  Федерации от 28.07.2016 № 305-ЭС16-3999). В случае необоснованного взыскания  бенефициаром денежных средств по банковской гарантии подрядчик вправе  впоследствии предъявить заказчику (бенефициару) требование о взыскании  неосновательного обогащения, возникшего у бенефициара вследствие получения  необоснованной выплаты по банковской гарантии. Такого требования ответчиком  не заявлялось.  

Выплата по банковской гарантии покрыла неустойку, подлежавшую уплате  Обществом за период до 24.01.2017. В рамках настоящего спора ко взысканию  заявлена неустойка за последующий период (нарушение длящееся). Таким  образом, довод ответчика о двойной ответственности за одну и ту же  неисправность несостоятелен.  

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить полностью. 

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВИК»  (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в пользу Администрации  муниципального образования городского округа «Сыктывкар» (ИНН: 

<

***>,  ОГРН: 

<

***>) 4 900 667 рублей 34 копейки пеней.  

3. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВИК»  (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 47 503  рубля государственной пошлины.  

4. Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную  силу.  

5. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй  арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд  Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.  

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд  Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления  его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в  арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд  апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи  апелляционной жалобы.  

Судья А.Е. Босов