АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-31533/2019

09 декабря 2019 г.

г. Уфа

Резолютивная часть решения объявлена 02.12.2019

Полный текст решения изготовлен 09.12.2019

Арбитражный суд Республики Башкортостан в лице судьи Салиевой Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1 рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Оригами» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП  319028000074583),

при участии в судебном заседании представителя истца – ФИО3 по доверенности от 12.11.2019; ответчика – ФИО2, паспорт, представителя ответчика – ФИО4 по доверенности № 02 АА 5123930 от 13.11.2019.

Общество с ограниченной ответственностью «Оригами» (далее – ООО «Оригами», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – индивидуальный предприниматель ФИО2, ответчик) о взыскании компенсации за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 690119, принадлежащего истцу.

До рассмотрения спора по существу истец уточнил исковые требования, просил взыскать компенсацию в размере 82 052 руб. за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 690119.

Уточнение судом принято в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ответчика поступил отзыв на исковое заявление, в котором индивидуальный предприниматель ФИО2 просит снизить размер взыскиваемой компенсации до 42 000 руб.

Истцом представлены возражения на отзыв ответчика.

Истец исковые требования с учетом уточнения поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Ответчик поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Исследовав материалы и обстоятельства дела, выслушав представителей  сторон, суд УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, ООО «Оригами» является правообладателем товарного знака № 690119 «суши-лавка БУШИДО», зарегистрированного 26.12.2018 с приоритетом от 14.02.2018 в том числе в отношении услуг 43 класса МКТУ «услуги по обеспечению пищевыми продуктами и напитками; услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом».

Товарный знак № 690119 используется истцом при осуществлении деятельности ресторана доставки японской кухни «БУШИДО», находящегося по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, 

<

...> (сайт: bushido102.ru).

ООО «Оригами» указывает, что ответчик использует обозначение «BUSHIDO» в качестве названия ресторана доставки «BUSHIDO», находящегося в 

<

...>, без заключения лицензионного договора на использование товарного знака, тогда как, используемое обозначение является сходным до степени смешения с товарным знаком № 690119.

Истец считает, что ответчиком была получена выручка от деятельности с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим истцу, на сумму не менее 1 000 000 руб. В связи с этим, истец имеет право на компенсацию в размере 2 000 000 руб., равной двукратному размеру стоимости оказанных услуг с использованием товарного знака (знака обслуживания) истца.

14.08.2019 ООО «Оригами» было направлено досудебное предложение об урегулировании спора.

От ответчика поступило письмо № 01-26.08/2019 от 26.08.2019, в котором индивидуальный предприниматель ФИО2 указал, что демонтировал вывеску с обозначением «BUSHIDO».

Однако компенсация оплачена не была. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Оригами» в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Изучив представленные в дело доказательства, заслушав представителей сторон, суд считает заявленные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исходя при этом из следующих обстоятельств дела, норм материального и процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса). 

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Согласно пункту 21 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017) снижение размера компенсации, исчисленного исходя из двукратной стоимости контрафактных экземпляров (товаров) или двукратного размера стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 постановления от 13 .12.2016 № 28-П, положения подп. 1 ст. 1301, подп. 1 ст. 1311 и подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 17 (ч. 3), 19 (чч. 1 и 2), 34 (ч. 1) и 55 (ч. 3) в той мере, в какой в системной связи с п. 3 ст. 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно признания равенства участников регулируемых им отношений (ст. 1 ГК РФ), определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего размера компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, допустимо не только в отношении индивидуальных предпринимателей и физических лиц, но и в отношении юридических лиц.

Учитывая системную связь подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ с п. 3 ст. 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. 

Исследование указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на товарный знак (знак обслуживания) № 690119 со словесным обозначением «суши-лавка БУШИДО» согласно свидетельству (л.д. 13).

Истец ссылается на то, что ответчик использует коммерческое обозначение, содержащее словесное обозначение  «BUSHIDO», сходное до степени смешения со словесным обозначением в товарном  знаке истца.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Вопрос сходства товарных знаков является вопросом факта, разрешаемым судом с позиций среднего потребителя.

В то же время разрешение такого вопроса не предполагает произвольное усмотрение суда, а должно быть основано на приведенных нормах и методологических подходах.

Как следует из правовой позиции постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 №  3691/06, вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

Согласно абзацу 2 пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482; далее - Правила) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 данных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В материалы дела представлены доказательства того, что ответчик осуществлял деятельность по предоставлению услуг общественного питания,  используя при этом коммерческое обозначение: «BUSHIDO». Данное обозначение было размещено на вывеске ресторана ответчика. Кроме того, данные обозначения использовалось при размещении рекламной информации о заведении ответчика в сети «Интернет». Факт использования ответчиком спорных обозначений подтвержден материалами дела и не оспаривается ответчиком.

Основным видом деятельности истца также является деятельность в сфере услуг по обеспечению пищевыми продуктами и напитками.

Товарный знак истцом используется при осуществлении деятельности 

ресторана доставки японской кухни «БУШИДО», находящегося по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, 

<

...> (сайт: bushido102.ru).

Как уже было отмечено выше, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что для потребителя смешение обозначений предполагает ассоциацию обозначений в целом, в данном случае существенное значение имеет не только установление сходности до степени смешения обозначений товарного знака «БУШИДО» со словесным обозначением «BUSHIDO», при сопоставлении товарного знаков истца и словесного обозначения, используемого ответчиком, но и сходство обозначений с точки зрения графического, семантического и визуального, поскольку учитывается основное правило, согласно которому вывод о нарушении исключительных прав истца на товарный знак делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое может сложиться у потребителей соответствующих товаров и услуг.

Звуковое сходство словесного товарного знака истца «БУШИДО» и словесного обозначения «BUSHIDO» является полным. 

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель, обратившийся за защитой исключительного права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Судом установлен факт нарушения ответчиком исключительных прав на товарный знак истца, в связи с чем, истец вправе в качестве одного из способов защиты прав требовать компенсации за допущенное нарушение.

Истец просит взыскать компенсацию в размере 82 052 руб.

Ответчик в отзыве просит снизить компенсацию.

В обоснование заявления указывает, что фактическая деятельность ресторана в названии, которого использовалось обозначение «BUSHIDO» осуществлялась в период с 16.05.2019 по 29.08.2019. Ответчиком была получена выручка в указанный период в размере 41 026 руб. Ответчик добровольно прекратил использование принадлежащего истцу товарного знака. Информация о наименовании была удалена также с интернет страницы.

Суд счел возможным, с учетом незначительного срока незаконного использования товарного знака, первичности выявленных истцом нарушений, отсутствия системности нарушения, а также добровольного прекращения использования принадлежащего истцу товарного знака,  а также исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, снизить размер компенсации до 20 000 руб. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по госпошлине относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Оригами» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП  319028000074583)  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Оригами» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) компенсацию за нарушение права на товарный знак в сумме 20 000 руб., в возмещение расходов по уплате госпошлины 800 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения суда в законную силу.

Выдать обществу с ограниченной ответственностью «Оригами» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) справку на возврат из федерального бюджета госпошлины в сумме 11 718 руб.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий месяца со дня вынесения решения (изготовления его в полном объеме). Подача жалоб осуществляется через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья                                          Л.В. Салиева