АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

25 марта 2024 года

Дело №

А56-37864/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Богаткиной Н.Ю., Тарасюка И.М.,

при участии финансового управляющего ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя Слизень С.П. (доверенность от 04.04.2023),

рассмотрев 13.03.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.06.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 по делу № А56-37864/2019/сд.3,  

 

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом). 

Определением суда от 15.04.2019 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебное заседание. 

ФИО2 17.06.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом), просил ввести процедуру реализации имущества гражданина, признать обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов (далее – реестр) требование в размере 46 259 909 руб. как обеспеченное залогом имущества должника. 

Определением суда от 18.10.2019 заявление ФИО2 принято к производству с указанием к рассмотрению через 15 дней после рассмотрения по существу заявления, поступившего в суд ранее. 

Определением суда от 09.06.2020 заявление ФИО3 о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом) признано необоснованным и оставлено без рассмотрения. 

Определением суда от 06.08.2020 заявление ФИО2 принято к производству, возбуждено производство по делу и назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о признании гражданина несостоятельным (банкротом), вопроса о введении процедуры, назначении финансового управляющего. 

Решением от 19.10.2020 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО1. 

ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора займа от 23.04.2018, заключенного между ФИО4 (заемщиком), ФИО5 и ФИО2 (далее – договор займа); о признании недействительным договора залога                от 23.04.2018, заключенного между ФИО4 (залогодателем), ФИО5 и ФИО2 (далее – договор залога); о прекращении залога в отношении квартиры № 303, расположенной по адресу: 

<

...>, лит. А, с кадастровым номером 78:06:0220301:5405 (далее – квартира), в пользу ФИО5 и ФИО2

Определением от 30.06.2023 суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда               от 13.11.2023 определение от 30.06.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение               от 30.06.2023 и постановление от 13.11.2023 и принять новый судебный акт, признать недействительным договоры займа и залога от 23.04.2018, прекратить залог в отношении квартиры.

Податель кассационной жалобы указывает, что ФИО3 не принимал участия в судебных заседаниях по рассмотрению обоснованности заявления ФИО2 о признании банкротом ФИО4 и включении его требования в реестр требований кредиторов ФИО4

ФИО3 указывает, что материалами дела подтвержден и не оспаривается сторонами факт отсутствия у должника счетов, вкладов, имущества и совершения каких-либо сделок на суммы, соразмерные сумме займа, что свидетельствует о притворности оспариваемого договора займа и заключении его в целях создания ложной кредиторской задолженности в отношении должника.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель указывает, что стороны, заключая договор залога, определили предметом залога имущество, прекратившее существовать в виде, описанном указанным договором залога, еще в 2014 году, что свидетельствует об отсутствии в договоре залога существенного условия, а именно условия о предмете договора.

ФИО3 считает, что отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании оригиналов договора купли-продажи доли и акта приема-передачи лишило истца возможности доказать обстоятельство, на которое он ссылался в обоснование своих требований, что является нарушением права на судебную защиту.

В дополнение к кассационной жалобе, ФИО3 указывает, что суды не рассмотрели вопрос о том, какие сделки реально совершались и не решили вопросы о действительности реально совершенных сделок с точки зрения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации и специальных правил статьи 61.2 Закона о банкротстве, и о последствиях допущенных нарушений.

В отзывах, поступивших в суд в электронном виде, ФИО2, ФИО5 и финансовый управляющий возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания. Рассмотрев ходатайство, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что указанная в нем причина не свидетельствует о наличии оснований для отложения судебного разбирательства, что в силу положений статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) влечет отказ в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания

В судебном заседании финансовый управляющий и представитель ФИО2 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со           статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность определения от 30.06.2023 и постановления от 13.11.2023 проверена в кассационном порядке.

Как установлено судом, 23.04.2018 между ФИО2              (займодавец 1), ФИО5 (займодавец 2) и ФИО4 был заключен договор займа, согласно которому займодавец 1 и займодавец 2 предоставляют заемщику заем в размере 35 000 000 руб. (24 500 000 руб. предоставляет займодавец 1 и 10 500 000 руб. предоставляет займодавец 2), а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и уплатить причитающиеся проценты (36 % годовых) до 23.04.2019. В соответствии с пунктом 1.5 договора займа, в обеспечение исполнения своих обязательств заемщик предоставляет займодавцам в залог квартиру. 

Между ФИО2, ФИО5 и ФИО4 23.04.2018 был заключен договор залога, согласно которому залогодатель в обеспечение своих обязательств по договору займа передает залогодержателям в залог квартиру. Договор залога зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по                                     Санкт-Петербургу 27.04.2018.

Займодавец 1 и займодавец 2 свои обязанности по договору займа выполнили, что подтверждается расписками должника о получении денежных средств от 23.04.2018 и 28.04.2018. 

Обязательства должника по возврату денежных средств не исполнены. 

Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 28.03.2019, вступившим в законную силу 07.05.2019, указанные требования кредиторов к должнику подтверждены, с должника взыскано: 46 259 909 руб. (основной             долг – 24 500 000 руб., проценты – 6 717 699 руб., неустойка по основному  долгу – 12 000 000 руб., неустойка по процентам 3 000 000 руб., расходы по госпошлине – 42 210 руб.), а также обращено взыскание на заложенное недвижимое имущество – квартиру – путем проведения открытых торгов в форме аукциона, установлена начальная продажная цена 89 883 840 руб. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.10.2020 и определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2021 по делу № А56-37864/2019 требования ФИО2 и ФИО5 включены в реестр требований кредиторов ФИО4 как обеспеченные залогом имущества. 

В рамках настоящего обособленного спора ФИО3 ссылается на недействительность договора займа и недействительность права залога по основаниям, предусмотренным статьей 10, пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), полагая, что денежные средства по договору займа на самом деле передавались ФИО6 (сыну ФИО4), собственником заложенного имущества фактически продолжал оставаться ФИО6, а также ссылается на безденежность договора займа. В обоснование заявленного требования ФИО3 ссылался на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 по делу № А56-65001/2017/сд.8, которым был признан недействительной сделкой договор дарения спорной квартиры от 21.05.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО4, и применены последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры в конкурсную массу ФИО6 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалы дела не представлены доказательства наличия совокупности условий для признания сделки недействительной, в связи с чем в удовлетворении заявленных требований отказал.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Суды не усмотрели в договорах займа и залога признаков подозрительной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу            пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Правильно применив указанные нормы материального права и оценив имеющиеся в деле доказательства, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии противоправного интереса, злонамеренности, а также цели причинить вред кредиторам должника при совершении спорных сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений пункта 87 Постановления № 25, квалифицирующим признаком недействительности сделки по пункту 2                статьи 170 Закона о банкротстве является согласованность намерений всех ее участников на совершение сделки на иных условиях, нежели указаны в тексте соответствующего соглашения.

ФИО3 не представил доказательств сговора между должником и кредиторами, равно как и тесной личной связи между ними. Факт передачи денежных средств подтвержден материалами дела, в том числе и видеофиксацией, кредиторы подтвердили финансовую возможность предоставить заем. 

В данном случае для квалификации сделки в качестве мнимой суду необходимо выявить однонаправленность намерений обеих сторон, не желающих порождения правового результата. Существенными признаками мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; стороны преследуют иные цели, нежели предусмотренные в сделке. ФИО3 не привел доказательств осведомленности ответчиков о неправомерности договоров займа и залога.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды верно исходили из реальности заемных отношений, подтвержденных решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 28.03.2019, решением от 19.10.2020 и определением суда первой инстанции от 31.03.2021 по настоящему делу.

Суд кассационной инстанции не учитывает ссылку ФИО3 на постановление апелляционного суда от 01.03.2022 по делу                                  № А56-65001/2017/сд.8, поскольку названное постановление отменено постановлением суда кассационной инстанции от 09.06.2022, спор направлен на новое рассмотрение. При новом рассмотрении определением суда первой инстанции от 13.10.2022 по делу № А56-65001/2017/сд.8, вступившим в законную силу, в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО7 о признании недействительными сделками договоров дарения квартир, которые впоследствии стали предметом оспариваемого в настоящем споре залога, между ФИО6 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) было отказано. В указанном обособленном споре также установлено, что ФИО4 являлась полноправным собственником квартиры.

Приведенные должником в жалобе доводы о том, что изменения вследствие реконструкции технических характеристик выступающей предметом залога квартиры и ее назначения имеют существенное значение для вопроса сохранения/утраты залогового обеспечения им, что указанные обстоятельства свидетельствуют об утрате предмета залога в натуре и, соответственно, об утрате кредитором права на залог, подлежат отклонению как основанные на ошибочном толковании норм права (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге»).

С учетом всех обстоятельств дела суды верно отклонили довод            ФИО3 о том, что ФИО4 являлась ординарной пенсионеркой, неспособной исполнить принятые на себя обязательства. 

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами первой и апелляционной инстанций установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.06.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 по делу № А56-37864/2019/сд.3 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

И.М. Тарасюк