АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-33315/2018

г. Уфа

20 мая 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 13.05.2019

Полный текст решения изготовлен 20.05.2019

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Шамсутдинова Э. Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску 

акционерного общества "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к публичному акционерному обществу "Козельский механический завод" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании неустойки в размере 2 976 914 руб. 12 коп.

по встречному иску 

публичного акционерного общества "Козельский механический завод" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к акционерному обществу "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании убытков в размере 1 869 900 руб.(с учетом уточнения)

при участии в судебном заседании:

от истца по первоначальному иску – ФИО2 по доверенности № 10-19-08 от 09.01.2019 г.

от ответчика по первоначальному иску – явки нет, уведомлены надлежащим образом;

Акционерное общество "Транснефть - Урал"  обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к публичному акционерному обществу "Козельский механический завод" о взыскании неустойки в размере 2 976 914 руб. 12 коп.

После принятия иска к производству публичное акционерное общество "Козельский механический завод" обратилось со встречным иском к акционерному обществу "Транснефть - Урал" о взыскании убытков в размере 1 869 900 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 32 148 руб. 60 коп.

Определением суда от 30.01.2019 встречное исковое заявление принято к производству для рассмотрения совместно с первоначальным в порядке ст.132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец по первоначальному иску поддержал исковые требования.

Ответчик по первоначальному иску первоначальные требования отклонил по доводам отзыва, заявил ходатайство о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец по встречному иску в процессе рассмотрения дела уточнил встречные требования, поддержав их только в части размера убытков, в части заявленных процентов за пользование чужими денежными средствами не поддержал. Судом уточнение встречных исковых требований принято в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено с учётом уточнения.  

Ответчик по встречному иску встречные требования отклонил по доводам отзыва.

В судебном заседании был объявлен перерыв, после которого ответчик по первоначальному иску (истец по встречному иску) явку в судебное заседание не обеспечил.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Из материалов дела следует, что 12.04.2018 между АО «Транснефть-Урал» (покупатель) и ПАО «КОМЗ» (поставщик) заключен договор поставки (закупки) транспортных средств и специальной техники № ТУР-21-05-18-1110, согласно которому поставщик обязуется поставить и передать покупателю, а покупатель оплатить и обеспечить приемку транспортных средств и специальной техники, оборудования на шасси (продукция), указанных в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора.

К договору были оформлены спецификации:

- № 00003698-РЭН-ТУР-2018 на сумму 14 451 038 руб. 44 коп. (2 позиции по 7 225 519 руб. 22 коп. каждая)

- 00003699- РЭН-ТУР-2018 на сумму 14 451 038 руб. 44 коп. (2 позиции по 7 225 519 руб. 22 коп. каждая)

- 00003700-РЭН-ТУР-2018 на сумму 14 451 038 руб. 44 коп. (2 позиции по 7 225 519 руб. 22 коп. каждая)

- 00003701-РЭН-ТУР-2018 на сумму 21 676 557 руб. 66 коп. (3 позиции по 7 225 519 руб. 22 коп. каждая)

- 00003702-РЭН-ТУР-2018 на сумму 7 225 519 руб. 22 коп. (1 позиция)

В силу п. 14.1 договора в случае нарушения сроков поставки продукции покупатель вправе предъявить поставщику требование об уплате неустойки, а поставщик обязан такое требование удовлетворить из расчета 0,05% при просрочке до 30 календарных дней включительно и 0,1% при просрочке более 30 календарных дней от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки.

Обязательства по Договору Поставщиком не были исполнены надлежащим образом. Так, по указанным спецификациям Продукция поставлена с нарушением установленного срока.

По спецификациям срок поставки продукции установлен 10.06.2018 (поскольку это был нерабочий день, срок поставки переносится на первый рабочий день – 13.06.2018).

Фактически товар ответчиком был поставлен: по спецификациям №00003698-РЭН-ТУР-2018, 00003699- РЭН-ТУР-2018,00003700-РЭН-ТУР-2018 – 16.07.2018, по спецификациям № 00003701-РЭН-ТУР-2018, 00003702-РЭН-ТУР-2018 – 08.08.2018, что подтверждается товарными накладными №№ 163-168 от 16.07.2018 и №№ 169-172 от 08.08.2018 (т. 1 л.д. 33-42).

Просрочка поставки составила 32 дня по спецификациям №00003698-РЭН-ТУР-2018, 00003699- РЭН-ТУР-2018,00003700-РЭН-ТУР-2018 и 55 дней по спецификациям № 00003701-РЭН-ТУР-2018, 00003702-РЭН-ТУР-2018 соответственно.

За просрочку поставки товара истцом была насчитана неустойка применительно к п. 14.1 договора, составившая в общей сумме 2 976 914 руб. 12 коп.

В порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия № ТУР-21-10- 15-778 от 29.08.2018 и № ТУР-21-10-15-886 от 28.09.2018, оставленные без удовлетворения.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком в добровольном порядке требования о выплате неустойки, истец обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик с заявленными требованиями не согласился, в отзыве указал, что в просрочке поставки готовой продукции есть вина истца.

Так, в процессе производства и укомплектования спецтехники выяснилось, что входящие в состав спецтехники дизель - генераторы GENELEC являются импортными, поставляются на территорию РФ из Франции единственным дистрибьютором ЗАО «Энергоспецтехника», в связи с чем их поставка займёт длительный срок поставки, превышающий согласованные сторонами в договоре сроки поставки продукции.

Ответчик с целью соблюдения сроков поставки предложил укомплектовать спецтехнику аналогичными дизель - генераторами, которые имелись в наличии у поставщиков, более того, по своим характеристикам превосходят запрашиваемые, однако истец отказался, что подтверждается протоколом совещания по вопросам поставки от 21.05.2018 (т. 1 л.д. 77-78).

Кроме того, ответчик указал, что изготовил всю остальную продукцию по Договору поставки ранее согласованных сроков, что подтверждается Актом осмотра от 07.06.2018 года (т. 1 л.д. 70.

После осмотра Ответчик предлагал Истцу принять спецтехнику с выдачей гарантийных писем о доукомплектовании дизель - генераторами в местах нахождения спецтехники с указанием конкретных дат доукомплектования, но истец также отказался от данного предложения.

Таким образом, ответчик полагает, что Истец в сложившейся ситуации при планировании закупки не учел сроки поставки импортного оборудования и малое количество её поставщиков на российском рынке, при этом после обнаружения данной проблемы возложил все бремя ответственности на Ответчика.

Кроме того, ответчик указал, что истец в нарушение п. 14.1 договора рассчитывает неустойку, исходя из размера 0,1 % с самого первого дня просрочки, а не с 31 как предусматривает данный пункт.

Также, полагая, что заявленная истцом сумма неустойки явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, ответчик заявил ходатайство о её снижении в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец, возражая на вышеприведенные доводы, пояснил, что Договор заключен в результате проведения закупочных процедур в соответствии с требованиями Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Ответчик с техническим характеристиками поставляемой продукции, сроках поставки был ознакомлен при проведении закупочных процедур. Подавая заявку на участие в закупке, Ответчик ознакомился с документацией о закупке, и знал о сроках поставки сварочных агрегатов (10.06.2018) и необходимости укомплектования их дизель- генераторами иностранного производства.

В составе документации о закупке по лоту № 0001-209-К-02-04038-2018 «Автотранспортная техника (агрегаты сварочные передвижные)» в Единой информационной системе размещен был опросный лист № ОГМ-11 (ТН-Урал-(2018)-БП.САРЕХ.11), согласно которому фургон должен быть оборудован дизель-генератором Energo ED 50/400 IV.

Пунктом 2.3 Договора предусмотрена обязанность Поставщика поставить Продукции в комплектации с учетом дополнительного оборудования в соответствии с опросным листом.

Согласно п. 3.6 Договора Поставщик обязан письменно известить Покупателя о готовности Продукции к отгрузке не позднее чем за 3 дня до даты отгрузки.

Поставщик письмами от 05.07.2018 № 1298, от 03.08.2018 № 1598 (прилагаются) сообщил о готовности к приемке и отгрузке сварочных агрегатов на 16.07.2018 и 08.08.2018 соответственно с просрочкой установленного срока поставки.

Таким образом, с учетом изложенного, Поставщиком допущена просрочка поставки Продукции.

Довод же об умышленных действиях Истца по содействию в росте ответственности Ответчика несостоятелен.

Сроки поставки Продукции определены Покупателем с учетом потребности.

Учитывая, что закупка по вышеуказанному лоту проходила в марте 2018 года, договор заключен 12.04.2018, на поставку Продукции было 60 дней, что вполне достаточно даже для такой многокомпонентной Продукции.

Ответчик, участвуя в закупке, изучив и оценив документацию о закупки, мог предположить и оценить свои возможности по поставке Продукции.

Ответчиком действительно предлагался Истцу аналог дизель-генератора.

Вместе с тем Истец, действуя в рамках проведенной закупки, согласно технической документации к которой аналоги дизель-генераторов предусмотрены не были, отклонил предложения Ответчика и потребовал выполнения обязательств в соответствии с условиями Договора.

Расчет суммы неустойки произведен в соответствии с условиями заключенного Договора.

Исходя из толкования п. 14.1 Договора в соответствии с требованиями ст. 431 ГК РФ, в том числе в сопоставлении с другими условиями договора, по смыслу и цели регулирования. Покупатель вправе предъявить требование поставщику об уплате неустойки 0,1% при просрочке более 30 календарных дней от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки от даты поставки, указанной в Спецификации, до даты отгрузки.

Таким образом, неустойка за просрочку поставки Продукции на 32 и 55 календарных дней, рассчитанная из ставки 0,1 %, соответствует условиям заключенного Договора.

На основании изложенного истец просит взыскать в полном объёме начисленную им неустойку, поскольку ответчик доказательств её чрезмерности не представляет.

Как указал суд выше, в процессе рассмотрения дела ООО «КОМЗ» заявило встречные требования к ООО «Транснефть-Урал» о взыскании убытков в размере 1 869 900 руб.

В обоснование встречного иска указал, что согласно подпункту 12.2.1. Договора поставки Покупатель, в счет оплаты поставок Продукции, производит Поставщику авансовый платеж (авансовые платежи) в размере 30% от стоимости Продукции (Партии Продукции), указанной в подписанных сторонами Спецификациях, только после предоставления Поставщиком обеспечения (в соответствии с пунктами 13.1 и 13.2 настоящего Договора), генерального полиса (договора) страхования (в соответствии п. 10.4 настоящего Договора), а также после согласования Покупателем перечня заводов-изготовителей (в соответствии с п. 4.3 настоящего Договора), подтверждающих возможность изготовления Продукции.

По условиям подпункта 12.2.2 Договора поставки авансовые платежи перечисляются Покупателем не позднее 30 рабочих дней с даты полного исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных п.п. 4.3, 10.4, п. 13.1 и 13.2 Договора.

Поставщик выполнил свои обязательства, предусмотренные п.п. 4.3, 10.4, п. 13.1 и 13.2 Договора поставки, а именно:

- п. 4.3. договора: поставщик обязан в течение 5 рабочих дней с момента заключения договора письменно согласовать с Покупателем перечень производителей продукции, а Поставщик обязуется поставлять Продукцию только тех производителей, которые вошли в данный перечень.

Поставщик письмом № 765 от 11.05.2018г. сообщил Покупателю о производителях продукции, тем самым исполнил свое обязательство.

- п.10.4. договора: поставщик обязан заключить Генеральный полис на страхование продукции на полную её стоимость от рисков случайной гибели и/или порчи с даты отгрузки до даты перехода права собственности от Поставщика к Покупателю. Однако пунктом 10.6. договора предусмотрено, что при Самовывозе положения п. 10.4 настоящего Договора не применяются.

Таким образом, в связи с тем, что спецификацией к договору поставки предусмотрен самовывоз, данный пункт сторонами не применяется.

- п.13.1. договора: поставщик в период срока действия настоящего Договора обязан предоставить Покупателю обеспечение исполнения Договора. Способы обеспечения исполнения Договора указаны в пп. 13.1.1, 13.1.2 Договора. Выбор одного из способа обеспечения исполнения Договора осуществляется Поставщиком.

Истец по встречному иску указывает, что им был выбран способ обеспечения в виде предоставления банковской гарантии. Сумма гарантии составляет 5 % общей стоимости поставляемой Продукции по Спецификации при условии отсутствия выплаты аванса Покупателем. Размер банковской гарантии при условии выплаты аванса Договором предусмотрен не был.

В связи с тем, что стороны договорились о выплате аванса, истец по встречному иску запросил у АО «Транснефть-Урал» и других подразделений ПАО  «Транснефть» письменное разъяснение о сумме банковской гарантии (письмо № 539 от 11».04.2018 – т.1 л.д. 141).

Все подразделения ПАО «Транснефть» кроме Покупателя, разъяснили, что по условиям Договора поставки, в случае выплаты аванса, банковская гарантия в обеспечение исполнения договора не предоставляется, в связи с тем, что ее размер не определен заключенным Договором. АО «Транснефть-Урал» на письмо не ответил и аванс не выплачивал.

21.05.2018г. было проведено совещание по вопросам поставки, по результатам которого АО «Транснефть-Урал» было принято решение о предоставлении Поставщиком одной банковской гарантии - только в обеспечение возврата аванса.

Таким образом, истец по встречному иску полагает, что поставщик не был обязан предоставлять Покупателю банковскую гарантию в обеспечение исполнения Договора поставки.

В силу п. 13.2 договора поставщик в период срока действия договора обязан предоставить покупателю безусловную и безотзывную банковскую гарантию в обеспечение возврата аванса.

Поставщик оформил безусловную и безотзывную банковскую гарантию в обеспечение возврата аванса № 780344/780349 от 08.05.2018г. (т. 1 л.д. 144) и 15.05.2018г. направил ее Покупателю. При этом ПАО «КОМЗ»  уплатил выдавшему гарантию ПАО «Совкомбанк» вознаграждение за предоставление гарантии в сумме 1 869 900 руб., что подтверждается Соглашением о выдаче банковской гарантии № 780344 от 23.04.2018 и платежным поручением № 64942 от 28.04.2018г.

Истец по встречному иску пояснил, что конечной датой исполнения обязательства является 17.05.2018, когда АО «Транснефть-Урал» получил оригинал банковской гарантии. Таким образом, в силу п. 12.2.2. договора он обязан был перечислить аванс в течение 30 рабочих дней, то есть не позднее 28 июня 2018 года. 

Однако покупателем аванс был перечислен 23.07.2018, то есть уже после изготовления и отгрузки продукции по спецификациям №00003698-РЭН-ТУР-2018, 00003699-РЭН-ТУР-2018, 00003700-РЭН-ТУР-2018 (платежные поручения от 23.07.2018 № 55353, № 55354, № 55357, № 55358, № 55360 – т. 1 л.д). 

По мнению ПАО «КОМЗ» перечисление денежных средств в качестве аванса уже после поставки части продукции невозможно, и перечисленные на вышеназванным платежным поручениям денежные средства авансом не являются. В связи с изложенные, истец по встречному иску полагает, что понесенные им расходы на предоставление банковской гарантии оказались бесполезными, ведь если бы он знал, что аванс покупателем не будет произведен своевременно (п. 12.2.2 договора), то не стал бы нести данные расходы.

На основании изложенного, истец по встречному иску полагает, что понесенные им на предоставление банковской гарантии расходы понесены из-за АО «Транснефть-Урал», в связи с чем являются убытками в виде реального ущерба.

05.10.2018 в адрес ответчика по встречному иску была направлена претензия исх. № 2108, оставленная последним без удовлетворения.

На основании изложенного ПАО «КОМЗ» просит взыскать с АО «Транснефть-Урал» по встречному иску убытки в размере 1 869 900 руб.

Ответчик по встречному иску с доводами истца не согласился, в отзыве указал, что истцом по встречному иску банковские гарантии предоставлены в следующие сроки:

-17.05.2018 - банковская гарантия в обеспечение возврата аванса (письмо исх.№ 764 от 11.05.2018)

-16.07.2018 - банковская гарантия исполнения условий договора (письмо № 1379 от 11.07.2018)

После предоставления поставщиком всех предусмотренных п. 12.2.2 договора документов, оплата аванса была произведена покупателем 23.07.2018 - в максимально короткие сроки.

Доводы истца по встречному иску об отсутствии обязанности предоставления банковской гарантии в обеспечение исполнения Договора и просрочки выплаты аванса покупателем несостоятельны, поскольку дополнительного соглашения к Договору в части изменения условий выплаты аванса сторонами не заключалось.

Ответчик указал, что предоставляя банковскую гарантию в обеспечение возврата аванса, истец по встречному иску исполнял взятые на себя по договору поставки обязательства. И даже если бы покупателем аванс был выплачен ранее, до начало поставок продукции, то обязанность по предоставлению банковской гарантии в обеспечение возврата аванса у поставщика всё равно бы сохранилась. 

Таким образом, требование о взыскании суммы убытков необоснованно и не соответствует условиям заключенного договора.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и выслушав доводы сторон в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает первоначальные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, а встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.ст. 64, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. 

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением, либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск; определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела,   к  которым   относятся   обстоятельства,   свидетельствующие  о   заключенности  и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших. 

Согласно ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием (статья 506 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор поставки является одним из видов договора купли-продажи и к нему в силу пункта 5 статьи 454 ГК РФ применяются положения параграфа 1 главы 30 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса об этом виде договора.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Условие договора купли-продажи считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455).

Существенным условием договора поставки является также срок исполнения обязательства поставки (статья 506).

Вместе с тем, существенные условия договора по смыслу статей 160, 434 ГК РФ могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и в нескольких взаимосвязанных документах, в случае, если закон прямо не предусматривает заключение договора в виде одного документа.

В спецификациях поставщик и покупатель согласовали наименование, количество, ассортимент, цену и стоимость товара, а также сроки поставки.

Таким образом, учитывая положения статей 160, 434, пункта 5 статьи 454, пункта 3 статьи 455, статьи 506 ГК РФ, принимая во внимание наличие в материалах дела доказательств согласования сторонами существенных условий договора поставки во взаимосвязанных документах (договор, спецификации), суд приходит к выводу о заключенности договора поставки (закупки) транспортных средств и специальной техники № ТУР-21-05-18-1110 от 12.04.2018.

Предметом основного иска является взыскание неустойки за нарушение сроков поставки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В силу ст. 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

Условие об ответственности поставщика за нарушение сроков поставки согласовано сторонами в п. 14.1 договора.

Истцом по основному иску начислена неустойка за несвоевременную поставку товара в общем размере 2 976 914 руб. 12 коп.

Факт нарушения сроков поставки подтвержден материалами дела, сторонами не оспаривается, в связи с чем имеются основания для начисления неустойки.

Расчёт неустойки судом проверен, признан верным.

  Доводы  ответчика  по основному иску о  проведении  расчета  с нарушением условий  договора отклоняется  судом,  как  основанном на  неверном  толковании пункта  14.1  договора.

  Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации  при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В соответствии с пунктом 14.1. договора, в случае нарушения сроков поставки продукции, покупатель вправе предъявить поставщику требование об уплате неустойки, а поставщик обязан такое требование удовлетворить из расчета 0,05 % при  просрочке  до 30 календарных  дней включительно  и 0,1% при просрочке более 30 календарных дней от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки.

В пункте 14.1 договора нет оговорки о том, что при просрочке более 30 календарных дней от стоимости недопоставленной продукции за каждый день просрочки неустойка начисляется в размере 0,1% с 31 дня просрочки.

Из буквального толкования указанного пункта следует, что неустойка во льготном размере 0,05% начисляется в случае небольшой просрочки поставки, то есть до 30 календарных дней. То есть подразумевается, что до истечения 30 календарных дней с момента установленного срока поставки включительно продукция поставлена.

Как указано выше, просрочка поставки ответчиком по основному иску составила 32 дня по спецификациям №00003698-РЭН-ТУР-2018, 00003699-РЭН-ТУР-2018, 00003700-РЭН-ТУР-2018 и 55 дней по спецификациям № 00003701-РЭН-ТУР-2018, 00003702-РЭН-ТУР-2018.

В связи с чем суд делает вывод о том, что  размер  неустойки  0,1% ко всему периоду просрочки  применен истцом верно. 

Представленный истцом по первоначальному иску расчет неустойки судом проверен. Признан верным, оснований для перерасчета не имеется.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. 

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Ответчик завил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивируя изложенными в отзыве обстоятельствами.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ N 7).

Суд на основе предоставленных ему полномочий с учетом доводов и возражений сторон вправе дать оценку фактическим обстоятельствам конкретного дела и определить, насколько заявленная кредитором договорная неустойка обеспечивает защиту его имущественных интересов от допущенного должником правонарушения и компенсирует его потери в результате нарушения обязательства.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" критериями для установления несоразмерности неустойки в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Взаимосвязанные положения пункта 71 Постановления Пленума ВС РФ N 7 и пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" не исключают права суда снизить размер заявленной к взысканию договорной неустойки при наличии соответствующего ходатайства ответчика и установленного факта несоразмерности неустойки.

Указанный вывод согласуется с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении Президиума от 15.07.2014 N 5467/14, а также с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 22.04.2004 N 154-О, от 21.12.2000 N, согласно которой право суда на уменьшение неустойки призвано обеспечить баланс прав и интересов должника и кредитора в части соотношения меры ответственности и размера действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Довод ответчика по основному иску о наличии вины истца в просрочке поставки судом не принимается. Как обоснованно указал истец, условия поставки были размещены в общем доступе ещё на стадии закупочных процедур, и ответчик был ознакомлен с условиями поставки ещё перед подачей заявки на участие.

Поскольку предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли (ст. 2 ГК РФ), ответчик должен был рассчитать свои силы и возможности на исполнение условий договора перед его заключением.

Вместе с тем суд при рассмотрении ходатайства о снижении неустойки учитывает в совокупности все обстоятельства дела.

Рассмотрев заявленный истцом по основному иску размер неустойки, суд находит его несоразмерным последствию нарушения обязательства, поскольку период просрочки не является очень длинным (менее 2 месяцев), ответчик принимал меры по недопущению появления просрочки, предлагал истцу иные дизельные генераторы с аналогичными характеристиками, вся остальная продукция была изготовлена ответчиком в установленные договором сроки.

Истец по основному иску доказательства несения негативных последствий в связи с просрочкой поставки ему продукции не представил. 

С учетом перечисленных обстоятельств, оценив соразмерность заявленной суммы неустойки и возможные финансовые последствия для каждой из сторон, а также принимая во внимание доводы отзыва ответчика, суд приходит к выводу о наличии оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера неустойки.

Суд считает возможным в данном случае с учётом доводов ответчика и обстоятельств дела снизить размер начисленной неустойки до 800 000 руб.

При этом суд считает, что неустойка в размере 800 000 руб. компенсирует потери истца по основному иску в связи с несвоевременным исполнением ответчиком своих обязательств, а также считает эту сумму справедливой, достаточной и соразмерной, принимая во внимание, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника. 

На основании изложенного первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению на сумму 800 000 руб.

Рассмотрев уточнённые встречные исковые требования, суд не находит оснований для их удовлетворения.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

При этом в соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Кодекса.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу указанных норм Кодекса обязанность возмещения убытков является мерой гражданско-правовой ответственности.

Для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков истцу необходимо доказать нарушение ответчиком принятых на себя обязательств, причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и размер убытков, возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств.

Недоказанность одного из указанных условий свидетельствует о невозможности удовлетворения заявленных требований о взыскании убытков.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (ч. 2 ст. 9, ч. 1 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истец по встречному иску заявляет убытки в виде реального ущерба, мотивируя тем, что его траты на получение банковской гарантии в обеспечение возврата аванса оказались ненужными.

Тем не менее, расходы поставщика на предъявление обеспечения обязательства в виде банковской гарантии прямо предусмотрены спорным договором поставки (п. 13.2).

В силу п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации  Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Таким образом, подписывая договор поставки (закупки) транспортных средств и специальной техники № ТУР-21-05-18-1110 от 12.04.2018, поставщик (истец по встречному иску) принял на себя все предусмотренные договором обязательства.

Условия о том, что в случае позднего перечисления аванса покупателем поставщик имеет право требования возмещения затрат по банковской гарантии на обеспечение возврата аванса, спорный договор поставки не содержит.

На основании изложенного, суд делает вывод о том, что расходы на предоставление банковской гарантии являются обязательными расходами поставщика, понесенными в силу условий договора, а, значит, не могут являться убытками.

На основании изложенного встречные исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые  требования акционерного общества "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества "Козельский механический завод" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу акционерного общества "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) неустойку в размере 800 000 руб., судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 37 885 руб.

В удовлетворении остальной части иска акционерного общества "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  отказать.

В удовлетворении уточненного встречного иска публичного акционерного общества "Козельский механический завод" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к акционерному обществу "Транснефть - Урал" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков в размере 1 869 900 руб. отказать.

Возвратить публичному акционерному обществу "Козельский механический завод" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета госпошлину в сумме 321 руб., излишне уплаченную по платежному поручению № 99305 от 21.11.2018 г.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его  в  полном  объеме)  через  Арбитражный  суд  Республики Башкортостан.                                   

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья Э.Р. Шамсутдинов