ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-5303/2017

г. Самара

20 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 апреля 2021 года. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Селиверстовой Н.А., судей Львова Я.А., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

ФИО2 – паспорт, лично;

от ФИО2, - ФИО3 – паспорт, лично;

от ООО «Роял Групп» - ФИО4 по доверенности от 03.04.2020;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Самарской области от 03 февраля 2021, вынесенное по заявлению ООО «Роял Групп» к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-5303/2017 (судья Анаева Е.А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гарда», ИНН: 

<

***>, 443099, 

<

...>,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 28.07.2017 Общество с ограниченной ответственностью «Гарда», ИНН: 

<

***>, признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

ООО «СИРИУС»  обратилось в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности на сумму 3 830 007,16 руб. (вх 59665 от 11.04.2018).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.11.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО6.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.11.2018 ходатайство о назначении судебно-оценочной экспертизы – удовлетворено, проведение судебной экспертизы поручено  экспертной организации ООО «СРО Эксперт». Перед экспертом поставлен следующий вопрос: Установление срока давности изготовления инвентаризационной описи от 15.06.2015. Срок проведения экспертизы установлен до 19.12.2018.

В материалы дела от эксперта поступило экспертное заключение (вх 42578 от 11.03.2019).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.09.2019 в  удовлетворении заявления ООО «СИРИУС» к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности (вх 59665 от 11.04.2018) отказано.

Определением Одиннадцатого апелляционного суда от 18.11.2019 определение Арбитражного суда Самарской области от 09.09.2019 года оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.03.2020 определение Арбитражного суда Самарской области от 09.09.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 по делу № А55-5303/2017 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.07.2020 произведена замена ООО «СИРИУС» на ООО «Роял Групп» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Гарда».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 03.02.2021 взысканы с ФИО2 в пользу ООО «Гарда» убытки в размере 1 651 700 руб.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2021 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 15.04.2021. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В адрес апелляционного суда от ООО «Роял Групп» поступил отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

От конкурсного управляющего ФИО7 поступил отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании представитель ООО «Роял Групп» просил судебный акт первой инстанции оставить в силе, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

ФИО2 и его представитель доводы жалобы поддержали, просили судебный акт первой инстанции отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд исходит из нижеследующего.

По смыслу положений главы III.2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо может быть привлечено как к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так и к ответственности в виде возмещения причиненных им убытков.

Такая ответственность предусмотрена пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, применимой в настоящем деле) и статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума от 21.12.2017 N 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 5, 393 ГК РФ.

При повторном рассмотрении обособленного спора, с учетом указаний, данных судом кассационной инстанции в постановлении от 03.03.2020, заявитель просил взыскать с бывшего руководителя ФИО2 убытки в размере 3 830 007,16 руб., в том числе,   ссылаясь на совершение ООО «Полиспектр» (правопредшественником должника) под руководством ФИО2 в пользу ООО «ОКСИД» платежа, признанного вступившим в законную силу определением суда от 26.12.2018 недействительной (ничтожной) сделкой по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Удовлетворяя требования о взыскании убытков в размере 1 651 700 рублей, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Из дела усматривается, что 20.05.2015 на основании платежного поручения № 145 ООО «Полиспектр» перечислена сумма 1 651 700 рублей в пользу ООО «ОКСИД», назначение платежа: «Оплата согласно договора б/н от 12.05.2015 за печь полимеризации порошкового напыления на электричестве».

Доказательства поставки оборудования, за которое, согласно назначению платежа, произведена оплата, отсутствуют.

Из сведений представленных налоговым органом следует, что ООО «ОКСИД» налоговую и бухгалтерскую отчетность не представляет. В отношении указанной организации приняты решения о приостановлении расчетных операций по счетам на основании ст. 76 НК РФ за непредоставление налоговой отчетности. ООО «ОКСИД» обладает признаками недействующего юридического лица. В ходе проверки сотрудниками налогового органа установлено, что ООО «ОКСИД» отсутствует по адресу регистрации юридического лица. Налоговым органом было принято решение об исключении организации, как недействующего юридического лица.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. В пункте 87 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее совершения - прикрытие другой сделки. В предмет доказывания притворности сделки входит подтверждение того, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из формально заключенной сделки (договора купли-продажи), а именно на совершение прикрываемой сделки (договора дарения).

При  таких обстоятельствах сделка по перечислению денежных средств в сумме 1 651 700 рублей в пользу ООО «ОКСИД», является сделкой по безвозмездной передачи денежных средств (дарением) ООО «ОКСИД».

В силу положений статьи 572 ГК РФ договор, заключенный в целях безвозмездной передачи имущества, является договором дарения; при этом дарение в отношениях между коммерческими организациями не допускается.

Указанные обстоятельства послужили основанием для признания данной сделки недействительной, что подтверждено вступившим в законную силу определением от 26.12.2018.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

Аналогичные положения закреплены в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление N 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы 4 и 5 пункта 1 Постановления N 62).

Проанализировав вступившее в законную силу определение от 26.12.2018 по настоящему делу, суд первой инстанции обоснованно квалифицировал действия ФИО2 как убытки должника и его кредиторов.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления N 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В отсутствии доказательств исполнения судебного акта ООО «ОКСИД», вывод суда первой инстанции о наличии убытков в соответствующем размере, является правильным.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на то, что его действия нельзя расценить как неразумные и недобросовестные в отношении этой сделки, поскольку данный контрагент на момент сделки  вел  реальную хозяйственную деятельность более двух лет. Сделка являлась обычной, заключенной на среднерыночных условиях. Сумма сделки не являлась для Общества существенной, а само оборудование было необходимо для осуществления производственной деятельность должника.

Отклоняя эти возражения, судебная коллегия исходит из того, что безвозмездность сделки ответчиком не опровергнута.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 N 305-ЭС17-11710 (4).

Кроме того, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в том числе, в постановлении от 21.12.2011 N 30-П и определении от 16.07.2013 N 1201-О, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 305-ЭС15-17704).

Указание в апелляционной жалобе на то, что судом первой инстанции не дана  оценкам его доводам  о том, что он не признавал задолженность ООО «Полиспектр» перед ООО «Сириус» отклоняется, поскольку соответствующая задолженность установлена вступившим в законную силу определением от 06.02.2018.

При этом суд отклонил возражения конкурсного управляющего в отношении требований в части товарных накладных №939 от 28.01.2015, №518 от 03.02.2015, №616 от 06.02.2015, №1260 от 04.03.2015, №1443 от 11.03.2015 с указанием на то, что в  накладных имеется печать правопредшественика должника, но отсутствует расшифровка подписи лица, которое приняло товар, поскольку отсутствие в товарных накладных расшифровки подписей лиц, получивших товар, а также подписи лица, разрешившего отпуск товара, не является основанием для признания их не порождающими юридические последствия для сторон, поскольку товарные накладные скреплены печатью организаций, о том, что печать ответчика была выведена из оборота, украдена или утрачена, ответчик не заявлял и доказательства этого в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований для иной оценки соответствующих документов в рамках данного обособленного спора.

Указание ФИО2 на то, что суд первой инстанции в порядке статьи 161 АПК РФ не рассмотрено его ходатайство о фальсификации, судом апелляционной инстанции изучено, однако признается несостоятельным, поскольку в мотивировочной части обжалуемого судебного акта суд первой инстанции отклонил его со ссылкой на то, что    факт поставки товара ООО «Сириус» в адрес ООО «Полиспектр» подтвержден совокупностью доказательств.

Таким образом, судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, но они не свидетельствуют о наличии оснований для отмены судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что определение принято в соответствии с действующим законодательством, с учетом всех обстоятельств дела, поэтому оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 03 февраля 2021 по дела № А55-5303/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок.

Председательствующий                                                                         Н.А. Селиверстова

Судьи                                                                                                       Я.А. Львов

                                                                                                                  Н.А. Мальцев