Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-19031/2023

г. Владивосток

22 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2024 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей А.В. Гончаровой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Лидер»,

апелляционное производство № 05АП-5069/2024

на решение от 17.07.2024

судьи А.А. Фокиной

по делу № А51-19031/2023 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Лидер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании незаконным решения от 28.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10720010/200723/3059740,

при участии:

от ООО «ДВ-Лидер»: представитель ФИО1 по доверенности от 07.04.2023, сроком действия 3 года;

от ДВЭТ: представитель ФИО2 (при участии онлайн) по доверенности от 16.10.2023, сроком действия до 16.10.2024; представитель ФИО3 (при участии онлайн) по доверенности от 10.07.2024, сроком действия до 31.12.2024;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ДВ-Лидер» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Дальневосточной электронной таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 28.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/200723/3059740, после выпуска товаров.

Решением арбитражного суда от 17.07.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что представленными коммерческими и платежными документами подтверждается достоверность заявленной таможенной стоимости и, как следствие, отсутствие оснований для принятия оспариваемого решения. При этом выражает несогласие с выводом суда о невозможности идентифицировать представленное заявление на перевод со спорной поставкой, отмечая, что указание на оплату товаров, ввезенных по спорной декларации и обозначенных в инвойсе, содержалось в тексте платежного документа, и что данный платеж был отражен в ведомости банковского контроля. Обращает внимание коллегии суда на то, что в ходе таможенного контроля какие-либо дополнительные пояснения по порядку оплаты у него не запрашивались, в связи с чем вывод суда о неподтверждении данного обстоятельства противоречит имеющимся в деле документам, включая пояснения инопартнера о подтверждении оплаты скорректированных товаров №2 - №7 по спорной декларации. Также полагает чрезмерным вывод суда о необоснованном перечислении денежных средств в счет обязательств по контракту на счет третьего лица, поскольку данный вывод не был положен в обоснование решения о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ. Кроме того, приводит доводы о некорректности выбранного источника ценовой информации.

В дополнениях к апелляционной жалобе её заявитель отмечает, что сопоставимость платежа по заявлению на перевод №37 от 24.08.2023 со спорной ДТ следует из совокупности имеющихся в деле документов, в соответствии с которыми товары по спецификации №309 от 14.07.2023 с учетом приложения №1 были заявлены в трех таможенных декларациях и оплачены разными платежными документами, исходя из количества и стоимости товаров, заявленных в каждой ДТ. При этом в спорной декларации после отказа в выпуске большей части товаров остались задекларированными только товары на сумму 6374,85 долл.США, которые и были оплачены спорным заявлением на перевод. В свою очередь оплата в адрес третьего лица согласно пояснениям продавца была произведена в счет его взаиморасчетов с этим лицом.

В судебном заседании общество доводы апелляционной жалобы поддержало в полном объёме. В обоснование своих пояснений ходатайствовало о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: официальных курсов валют ЦБ РФ на 24.08.2023, 25.07.2023, 28.07.2023, 16.08.2023, заявлений на перевод №32 от 25.07.2023, №33 от 28.07.2023, №35 от 24.08.2023, ДТ №10720010/310723/3062522, документов по вопросу взаимоотношений между иностранными компаниями с переводом на русский язык.

Таможенный орган с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене. По заявленным обществом ходатайствам не возражал.

Данные ходатайства были судебной коллегией рассмотрены и на основании статей 159, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) удовлетворены, в результате чего указанные дополнительные документы были приобщены к материалам дела, как связанные с обстоятельствами настоящего спора.

При этом в судебном составе, рассматривающем настоящее дело, в связи с нахождением судьи О.Ю. Еремеевой в отпуске на основании определения суда от 04.10.2024 произведена её замена на судью С.В. Понуровскую, и рассмотрение апелляционной жалобы после отложения в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ начато сначала.

Кроме того, в судебном заседании 07.10.2024 судом апелляционной инстанции на основании статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 15.10.2024, о чём лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В июле 2023 года во исполнение внешнеторгового контракта №HLSF-2835-1 от 01.03.2023, заключенного обществом с иностранной компанией «Suifenhe Xinfa International Logistics Co., Ltd» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза из КНР на условиях FCA Суйфэньхэ обществом был ввезен товар различных наименований на общую сумму 8629,99 долл.США.

В целях таможенного оформления указанных товаров общество подало в таможню ДТ №10720010/200723/3059740, определив таможенную стоимость товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 29.07.2023, от 30.07.2023, от 20.09.2023 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые общество представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 28.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10720010/200723/3059740 в части товаров №2 - №7.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением суда отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия установила наличие оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов по ДТ №10720010/200723/3059740 были представлены внешнеторговый контракт №HLSF-2835-1 от 01.03.2023, спецификация №309 от 14.07.2023, инвойс №3091607 от 16.07.2023, отгрузочная спецификация №3091607 от 16.07.2023, международная товарно-транспортная накладная №3091607 от 16.07.2023 и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска товаров, общество представило сканированные копии коммерческих документов, приложение №1 к спецификации, приложение №1 к инвойсу, дополнительное соглашение к контракту от 24.08.2023, заявление на перевод №37 от 24.08.2023, экспортную декларацию, прайс-лист, выписки по движению денежных средств, ведомость банковского контроля, а также пояснения о формировании таможенной стоимости, пояснения о стоимости товаров после фактического контроля и пояснения о характеристиках ввозимых товаров.

Анализ указанных документов показывает, что на основании пункта 1.1 контракта продавец продает, а покупатель покупает на условиях Инкотермс-2010 товары различной номенклатуры, именуемые в дальнейшем товар, в соответствии с товаросопроводительными документами (приложение к контракту/спецификация, инвойс, упаковочный лист, транспортная накладная/коносамент), составляемые на каждую поставку.

Информация об условиях каждой конкретной поставки, отправителе, перечне наименований, качественных и технических характеристиках, цене за единицу товара согласуется сторонами предварительно перед каждой поставкой и содержится в указанных товаросопроводительных и коммерческих документах (пункт 1.2 контракта).

Согласно пункту 2.1 контракта цена товара устанавливается в долларах США в соответствии с инвойсом, выставляемым на каждую поставку.

Продавец поставляет товар на условиях FOB Сейшелы, Китай, Гонконг, Тайвань; FCA, CFR, DAP – пункт назначения на территорию Российской Федерации согласно Инкотермс-2010. Возможно изменений условий поставки по взаимному соглашению сторон (пункт 3.1 контракта).

Пунктом 3.6 контракта определено, что покупатель оплачивает поставленный товар в течение 170 дней со дня его получения банковским переводом в долларах США, евро, юанях КНР, рублях РФ на счет продавца, указанный в пункте 11 настоящего контракта, а в соответствии с письменным распоряжением продавца, оформленным в виде дополнительного соглашения к контракту, и на иные счета, в том числе в пользу третьих лиц. Перечисление сумм платежа из долларов США в евро, в юани КНР и рубли РФ производятся по курсу ЦБ РФ, действующему в стране покупателя на день перевода.

В рамках исполнения указанного контракта его сторонами была согласована поставка товара 108 наименований на условиях FCA Суйфэньхэ на сумму 29944,75 долл.США, что было оформлено спецификацией №309 от 14.07.2023. Условие оплаты: оплата после отгрузки партии товара из портов Китая в течение 170 дней с момента ввоза товара на таможенную территорию РФ.

По состоянию на 16.07.2023 продавец сформировал отгрузочную спецификацию №3091607 на сумму 29944,75 долл.США и выставил инвойс №3091607 на эту же сумму поставки.

В этой связи при помещении части товаров спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары №10720010/200723/3059740, в графах 22, 42, 45 которой была заявлена стоимость части ввезенных товаров в размере 8629,99 долл.США. Оставшаяся часть товаров на сумму 21314,76 долл.США была заявлена обществом в ДТ №10720010/200723/3059753.

25.07.2023 таможенным органом был проведен таможенный досмотр товаров, заявленных в ДТ №10720010/200723/3059740, в ходе которого было установлено фактическое отсутствие в грузовом отсеке транспортного средства Е309РЕ/АО0174В-4 товара №1 (сумма 323,62 долл.США) и товара №95 (сумма 9,97 долл.США) по спецификации №309 от 14.07.2023. Результаты таможенного досмотра оформлены актом №10716110/300723/100698.

Данные обстоятельства послужили основанием для корректировки стоимости товарной партии путем подписания между сторонами контракта приложения №1 от 01.08.2023 к спецификации и приложения №1 от 01.08.2023 к инвойсу, в соответствии с которыми стоимость отсутствующих товаров была исключена из общей суммы товарной партии, что повлекло уменьшение общей стоимости товаров до 29611,16 руб.

Кроме того, по результатам таможенного контроля таможенный орган пришел к выводу о несоблюдении декларантом условий выпуска товаров и о невыполнении им требований таможни об изменении (дополнении) сведений, заявленных в таможенной декларации, в отношении товаров №1, №9 - №16, №18 - №31, №38 - №41, №43 - №58, №60 - №62, в связи с чем в выпуске указанных товаров было отказано 30.07.2023. Соответственно стоимость оставшихся товаров по ДТ №10720010/200723/3059740 составила 6374,85 долл.США.

31.07.2023 в отношении части товаров, не выпущенных по ДТ №10720010/200723/3059740, на сумму 1921,55 долл.США (за исключением отсутствующих товаров №1, №50 на сумму 333,59 долл.США) декларантом была подана декларация товары №10720010/310723/3062522.

В дальнейшем общество на основании дополнительного соглашения от 24.08.2023 заявлением на перевод №37 от 24.08.2023 произвело оплату товаров по контракту в сумме 154035 юаней, что эквиваленто 21074,96 долл.США, указав в качестве деклараций на товары, в счет которых произведена оплата, в том числе спорную ДТ.

Таким образом, проанализировав условия поставки товаров на сумму 6374,85 долл.США и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, коллегия приходит к выводу о том, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости.

Описание товара в спецификации, инвойсе и приложениях к ним соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товаров на сумму 6374,85 долл.США, условиям поставки и его оплаты.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает, что сведения о товаре, отраженные в коммерческом предложении продавца, а также в экспортной декларации, соответствуют представленным товаросопроводительным документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными ценовым предложением и экспортной декларацией.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

Между тем по результатам таможенного контроля таможенный орган пришел к выводу о недостоверности заявленной таможенной стоимости по мотиву значительного отклонения заявленной таможенной стоимости, отсутствия доказательств согласования цены за товар, невозможности идентификации произведенной оплаты со спорной поставкой, а также с учетом наличия сомнений в достоверности представленной экспортной декларации.

Отклоняя указанные доводы таможни, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как уже было указано выше, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Согласно разъяснениям пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Также в пункте 9 названного Постановления отмечено, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Анализ имеющихся в материалах дела коммерческих документов показывает, что информация об условиях каждой конкретной поставки согласуется сторонами в товаросопроводительных документах, к которым относится и спецификация, и инвойс.

Применительно к рассматриваемому спору такие существенные условия сделки были согласованы в спецификации №309 от 14.07.2023, согласно которой между сторонами контракта было достигнуто соглашение о поставке товаров 108 наименований общей стоимостью 29944,75 долл.США.

Данная стоимость ввозимых товаров была скорректирована в приложении №1 от 01.08.2023 к спецификации до 29611,16 долл.США за счет исключения из перечня товаров, подлежащих поставки, товаров №1, №95 на общую сумму 333,59 долл.США, фактически не поставленных в адрес общества.

Аналогичные сведения о наименовании, количестве, цене за единицу и общей стоимости товарной партии были указаны в инвойсе №3091607 от 16.07.2023 с учетом приложения №1 от 01.08.2023 к нему.

Соответственно представление указанных спецификации и инвойса в редакции приложений №1 наряду с контрактом является достаточным основанием считать достигнутым соглашение сторон по условиям поставки.

При этом сравнительный анализ ассортимента товаров и их стоимости, указанных в спецификации №309 от 14.07.2023 с учетом приложения №1, против этих же сведений, отраженных в коммерческом инвойсе с учетом приложения №1, показывает, что данные коммерческие документы содержат сведения об одних и тех же товарах в разрезе каждого наименования и аналогичной стоимостью за единицу.

С учетом изложенного следует признать, что таможенному органу были представлены документы, согласовывающие поставку данной партии товаров.

Вывод суда первой инстанции о том, что неотъемлемой частью контракта является инвойс на каждую поставку, что данный документ не содержит сведений о выбранном способе оплаты, исходя из условий контракта об оплате товаров как после ввоза товаров, так и авансовым платежом, и что инвойс оформлен в одностороннем порядке и не имеет подписи покупателя, апелляционной коллегией признается ошибочным, учитывая, что предоставление данного документа было сопряжено с предоставлением спецификации, подписанной обеими сторонами, содержащей конкретный способ оплаты товара и также являющейся товаросопроводительным документом.

Соответствующие пояснения были даны обществом 14.09.2023.

Следовательно, в спорной ситуации соглашение сторон контракта о поставке товаров на общую сумму 29611,16 долл.США было оформлено совокупностью указанных документов, а не только инвойсом, что не позволяет исключить данный документ, а равно спецификацию, из числа документов, подтверждающих соглашение сторон по спорной поставке.

Указание таможенного органа на то, что в представленных коммерческих документах отсутствовали сведения о товарных знаках, тогда как соответствующие сведения были заявлены в таможенной декларации, судебной коллегией не принимается, поскольку в спорной ДТ обществом не были заявлены сведения о товарных знаках.

Факт отсутствия на ввезенных товарах сведений о товарных знаках нашел отражение в акте таможенного досмотра. Кроме того, по тексту своих пояснений от 27.09.2023 общество указало на отсутствие в его распоряжении сведений об артикулах и моделях товара, поскольку таковые товарам не присваивались.

В этой связи следует признать, что данное обстоятельство необоснованно было учтено таможней в качестве признака недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Давая оценку выводу таможенного органа о невозможности идентифицировать заявление на перевод №37 от 24.08.2023 со спорной поставкой, поддержанному судом первой инстанции, судебная коллегия отмечает, что данным платежным документом была произведена оплата по контракту №HLSF-2835-1 от 01.03.2023 на сумму 154035 юаней (или 21074,96 долл.США), включая товары, заявленные в ДТ №10720010/200723/3059740.

При этом возможность осуществления оплаты поставленного товара в  юанях была согласована продавцом и покупателем в пункте 3.6 контракта, а необходимость оплаты конкретной суммы – 154035 юаней, что составляет 21074,96 долл.США – в дополнительном соглашении от 24.08.2023.

Анализ имеющегося в материалах дела заявления на перевод №37 от 24.08.2023 показывает, что указанным платежным документом произведена оплата товаров по конкретным таможенным декларациям, в том числе по ДТ №10720010/200723/3059740 на сумму 46593,21 юаней.

Как определено в пункте 3.6 контракта, перечисление денежных средств в счет обязательств по контракту в иной валюте осуществляется по курсу Центрального банка РФ, действующего в стране покупателя на день перевода.

Соответственно, используя установленные Банком России курсы 1 китайского юаня (12,9215 руб.) и 1 доллара США (94,4421 руб.) на дату платежа (24.08.2023), судебной коллегией установлено, что отраженная в спорной декларации сумма денежных средств – 46593,21 юаней составляет 6374,85 долл.США (45593,21 юаней * 12,9215 руб./94,4421 руб.), что соответствует стоимости товаров, заявленных в ДТ №10720010/200723/3059740, за минусом не выпущенных товаров.

Данные сведения нашли отражение в ведомости банковского контроля, также представленной декларантом на этапе проверки документов и сведений, а именно: в разделе II «Сведения о платежах» была отражена валютная операция по перечислению 154035 юаней или 21074,96 долл.США, как и было указано в дополнительном соглашении и заявлении на перевод, а в разделе III «Сведения о подтверждающих документах» - ДТ №10720010/200723/3059740 на сумму 6374,85 долл.США, как и установлено судом.

Кроме того, спорная валютная операция по перечислению денежных средств в указанном размере была отражена в выписке по счету за период с 03.07.2023 по 15.09.2023, также представленной таможней в ходе контрольных мероприятий.

С учетом изложенного следует признать, что спорный платеж по контракту имеет прямое отношение к поставке товаров по ДТ №10720010/200723/3059740, и что возможность его идентификации с товарами, заявленными в указанной декларации, следует из совокупности коммерческих и банковских документов, представленных таможенному органу, и алгоритма перевода валюты, закрепленного в условиях контракта.

То обстоятельство, что размер платежа по заявлению на перевод №37 от 24.08.2023 не соответствует стоимости товаров, оформленных по спорной ДТ, названных выводов суда не отменяет, учитывая, что данным платежным документом была произведена оплата нескольких деклараций и нескольких коммерческих инвойсов, о чем указано в тексте заявления на перевод.

Вывод суда первой инстанции о том, что соответствующие пояснения об идентификации спорного платежа применительно к товарам, заявленным в спорной ДТ за минусом невыпущенных товаров, не были представлены обществом в ходе таможенного контроля, судебная коллегия оценивает критически, учитывая, что данная идентификация была указана в тексте заявления на перевод, и что какие-либо пояснения по спорному вопросу дополнительно таможней в порядке пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС не запрашивались.

При этом, не соглашаясь с выводом суда первой инстанции об отсутствии доказательств оплаты товаров №2 - №7, стоимость которых была скорректирована оспариваемым решением таможни, апелляционный суд отмечает, что соответствующие пояснения инопартнера были представлены обществом в ходе судебного разбирательства, и что сопоставимость данных пояснений с информацией об оплате товаров, заявленных в спорной ДТ, следует из ассортимента ввезенных товаров, указанных в коммерческих документах, и наименований товаров №2 - №7 в таможенной декларации.

Соответственно документальное подтверждение заявленной стоимости товаров подтверждается соответствующими коммерческими и платежными документами по спорной поставке, имевшимися в распоряжении таможни на дату принятия оспариваемого решения.

Что касается вывода арбитражного суда о невозможности считать спорный платеж исполнением обязательства покупателя перед продавцом по мотиву перечисления денежных средств на счет иного лица, то суд апелляционной инстанции учитывает, что соответствующий вывод отсутствует в оспариваемом решении таможни, тем более, что данные действия декларанта были основаны на дополнительном соглашении от 24.08.2023 к контракту, недостоверность которого не нашла подтверждение материалами дела.

При этом, как следует из документов, полученных обществом в рамках взаимодействия с продавцом, необходимость совершения действий по оплате товаров по спорной ДТ на счет другого лица была обусловлена не участием такой иностранной компании в исполнении сделки по спорной поставке, а обязательствами продавца перед ней, исходя договора купли-продажи товара от 31.07.2023 и дополнительного соглашения от 23.08.2023 к нему.

При этом оценка судом апелляционной инстанции содержания указанных документов, направленных в адрес декларанта сопроводительным письмом от 24.09.2024 и представленных в суд апелляционной инстанции, согласуется с разъяснениями пунктов 11, 14 Постановления Пленума ВС РФ №49, учитывая, что данные документы не были представлены обществом в ходе таможенного контроля по объективным причинам (данные документы у декларанта не запрашивались, указанное обстоятельство не было отражено в оспариваемом решении таможни).

Оценивая позицию таможни относительно невозможности рассматривать представленную экспортную декларацию в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость, судебная коллегия учитывает следующее.

Из буквального прочтения имеющейся в материалах дела экспортной декларации следует, что данный документ оформлен по факту вывоза из КНР товаров 108 наименований весом брутто/нетто 5629,240 кг/5484,992 кг общей стоимостью 29944,75 долл.США, что полностью соотносится со сведениями о товаре, его весе и стоимости, указанными в коммерческих документах и заявленными в таможенной декларации в части товаров на сумму 6374,85 долл.США. Кроме того, в данном документе содержится информация о номере контракта, на основании которого осуществлялась поставка товара, полностью соответствующая сведениям о товаре, указанным в ДТ.

Таким образом, указанный документ позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными коммерческими документами, а также свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о том, что информация о цене сделки соотносится с характеристиками ввезенного товара.

Суждение таможни о несоответствии представленной в материалы дела экспортной декларации порядку её заполнения апелляционной коллегией не принимается, поскольку заявление в графе экспортной декларации «Форма сделки» условий поставки FOB не нарушает Порядок заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенный письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, в соответствии с которым классификатор типов сделок содержит следующие типы: CIF (код - 1), C&F (код - 2), FOB (код - 3), C&I (код - 4), рыночная цена (код - 5), цена со склада (код - 6), EXW (код - 7).

При этом тип сделки CIF, применяемый по китайскому классификатору, соответствует терминам CIP, DAP, DPU, DDP, DAF по Инкотермс; FOB – терминам FCA, FAS.

Учитывая, что действующим таможенным законодательством в стране отправления предусмотрено отражение классификатора типа сделки FOB по коду 3 при условиях поставки FCA, суд апелляционной инстанции считает, что данное обстоятельство безосновательно интерпретировано таможней как несоответствие представленной экспортной декларации порядку ее заполнения, тем более, что достоверность заявленной таможенной стоимости определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

В части вывода таможенного органа о непредставлении обществом прайс-листа изготовителя товара суд апелляционной инстанции отмечает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период). При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

В спорной ситуации, как подтверждается материалами дела, коммерческое предложение продавца отражает уровень отпускных цен на спорный товар различных моделей, согласующийся со стоимостью товара, заявленного в ДТ №10720010/200723/3059740.

При этом совпадение данных стоимостных показателей не свидетельствует о его неактуальности для других покупателей, тем более, что обществом в ходе таможенного контроля наряду с указанным прайс-листом были представлены выписки с Интернет-сайтов аналогичных товаров, а также документы о внутренней реализации ввозимых товаров, что следует из соответствующих ответов на запрос таможни.

Таким образом, непредставление прайс-листа производителя товаров не отменяет актуальность иной ценовой информации, представленной обществом в ходе таможенного контроля.

Давая оценку указанию таможни на то, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости товаров по спорной декларации, судебная коллегия учитывает разъяснения пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ №49, согласно которым примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как установлено судом апелляционной инстанции, по итогам сравнительного анализа таможней были выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости товаров №2 - №7 со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

Соответственно выявленные отклонения в заявленной таможенной стоимости по сравнению со стоимостью идентичных, однородных товаров по сведениям таможенного органа могли послужить основанием для направления декларанту в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС запроса о предоставлении дополнительных документов и сведений в подтверждение заявленной таможенной стоимости товаров.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления дополнительных документов, что свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по исполнению запроса таможенного органа.

В частности, стоимость ввезенного товара нашла отражение в коммерческом предложении, экспортной декларации, документах по внутренней реализации ввезенных товаров, а также сведений о ценовых предложениях на аналогичный товар.

При этом наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта №HLSF-2835-1 от 01.03.2023, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Учитывая изложенное и представление обществом в ходе таможенного контроля дополнительных документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость и ее сопоставимость с ценовыми характеристиками аналогичных товаров на рынке, суд апелляционной инстанции считает, что декларант предпринял достаточные меры для устранения сомнений таможни.

Таким образом, принимая во внимание, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений настоящего Кодекса при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/200723/3059740.

В этой связи следует признать, что недоказанность таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости свидетельствует о противоречии оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

Доводы апелляционной жалобы о некорректности выбранного источника ценовой информации судом апелляционной инстанции не оцениваются, как не влияющие на правильность разрешения настоящего спора.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконным.

Принимая во внимание, что аргументы таможенного органа о недостоверности заявленной таможенной стоимости не нашли подтверждение материалами дела, судебная коллегия приходит к выводу том, что оспариваемое решение не соответствует закону и нарушает права и законные интересы декларанта, в связи с чем заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Кроме того, учитывая обстоятельства настоящего спора и предмет заявленных требований, коллегия считает, что соразмерным и адекватным способом устранения нарушения прав и законных интересов заявителя является обязание таможенный орган возвратить обществу излишне уплаченные таможенные платежи по спорной декларации, что соотносится с разъяснениями пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ №49.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований на основании пункта 2 статьи 269, части 1 статьи 270 АПК РФ подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований. Соответственно апелляционная жалоба общества подлежит удовлетворению.

Нарушения норм процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы подлежат перераспределению судебные расходы по уплате госпошлины по заявлению в сумме 3000 руб. и по апелляционной жалобе 1500 руб., которые на основании статьи 110 АПК РФ относятся судом апелляционной инстанции на таможенный орган.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 17.07.2024 по делу №А51-19031/2023 отменить.

Признать незаконным решение Дальневосточной электронной таможни от 28.09.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/200723/3059740, после выпуска товаров как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Дальневосточную электронную таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ДВ-Лидер» излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по декларации на товары №10720010/200723/3059740, окончательный размер которых определить на стадии исполнения постановления суда апелляционной инстанции по делу №А51-19031/2023.

Взыскать с Дальневосточной электронной таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Лидер» судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе в сумме 4500 руб. (четыре тысячи пятьсот рублей).

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Анисимова

Судьи

А.В. Гончарова

 

С.В. Понуровская