ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40- 256356/23-76-1810

г. Москва

20 июня 2024г.

Резолютивная часть решения объявлена 06 июня 2024г.

Полный текст решения изготовлен 20 июня 2024г.

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  Н.П. Чебурашкиной,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания 

ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ИП ФИО2 (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>)

к ООО "ТЕХНОЛОГИИ ЛИЗИНГА И ФИНАНСЫ" (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>)

о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 555 871 руб. 53 коп., полученного в результате одностороннего расторжения договоров лизинга, 

при участии: 

от истца: ФИО3 по дов. от 13.07.2023г.;

от ответчика: ФИО4 по дов. от 10.03.2023г.

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО2 (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) обратился с иском о взыскании с ООО "ТЕХНОЛОГИИ ЛИЗИНГА И ФИНАНСЫ" (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) неосновательного обогащения в размере 1 555 871 руб. 53 коп., полученного в результате одностороннего расторжения договоров лизинга.

Определением суда от 10 ноября 2023 г. исковое заявление принято к производству по общим правилам искового производства по делу, предварительное судебное заседание назначено на 11 января 2024 г.

Определением суда от 11 января 2024 г. дело назначено к судебному разбирательству 27 февраля 2024 г. в 10 час. 15 мин. в помещении суда по адресу: 115191, Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 зал 9026 этаж 9. и ответчику предложено представить отзыв на исковое заявление, который заблаговременно направить в  адрес истца, доказательства представить в заседание с предупреждением ответчика, что при неисполнении определения суда будет решен вопрос о наложении штрафа в размере 100 000 руб., истцу предложено выполнить требования ст. 125 АПК РФ, изложит предмет, основание иска – расчет сальдо встречных обязательств со ссылкой на соответствующие первичные документы по каждому договору отдельно, представить письменные пояснения по отзыву, которые заблаговременно направить в адрес ответчика, доказательства представить в заседание.  

Определением суда от 27 февраля 2024 г. рассмотрение дела отложено на 09 апреля 2024 г. на 14 час. 15 мин. и истцу предложено представить письменные пояснения по отзыву, которые заблаговременно направить в адрес ответчика, доказательства представить в заседание, сторонам предложено обеспечить явку полномочных представителей, представить письменные пояснения, которые заблаговременно направить в адрес лиц, участвующих в деле, доказательства представить в заседание, а также в материалы дела не позднее пяти рабочих дней до даты судебного заседания.

Определением суда от 09 апреля 2024 г. рассмотрение дела отложено на 06 июня 2024 г. на 12 час. 00 мин. и истцу предложено представить письменные пояснения с учетом представленных истцом документами, которые заблаговременно направить в адрес ответчика, доказательства представить в заседание, сторонам предложено обеспечить явку полномочных представителей, представить письменные пояснения, которые заблаговременно направить в адрес лиц, участвующих в деле, доказательства представить в заседание, а также в материалы дела не позднее пяти рабочих дней до даты судебного заседания.

Ответчик исковые требования не признает по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы истца и ответчика, суд установил, что предъявленный иск не подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления, между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Лизингополучатель) (истец) и ООО «ТЛФ» (лизингодатель) (ответчик) заключены следующие договоры лизинга № ДЛ 25 от 08.11.2017г. и № ДЛ 37 от 12.02.2018г. (договоры), по которым приобретено и передано в финансовую аренду (лизинг) лизингополучателю следующее имущество: по договору № ДЛ 25 от 08.11.2017г. были переданы автомобили: KIA RIO VIN -

<

***>, 2017 года выпуска и KIA RIO VIN - 

<

***>, 2018 года выпуска (предметы лизинга); по договору № ДЛ 37 от 12.02.2018г. были переданы автомобили: KIA RIO VIN -

<

***>, 2018 года выпуска и KIA RIO VIN - 

<

***>, 2018 года выпуска (предметы лизинга).

03.08.2020г. из владения индивидуального предпринимателя изъяты лизингодателем ТС переданные ему по договору № ДЛ 37 от 12.02.2018г. предметы лизинга.

11.08.2020г. из владения индивидуального предпринимателя изъяты лизингодателем ТС, переданные ему по договору № ДЛ 25 от 08.11.2017г. предметы лизинга.

Автомобили изъяты по месту их нахождения без предварительного уведомления лизингополучателя.

О факте изъятии автомобилей из владения истцу стало известно из смс сообщения, которое  направлено ему уже после осуществления изъятия без ведома и участия лизингополучателя.

При этом,  ответчик, в нарушение п. 13.3. договоров, никаких письменных уведомлений о расторжении договоров истцу не направлял. Лишь из телефонного разговора с представителем ответчика истец узнал о факте расторжения договоров в одностороннем порядке.

В результате расторжения договоров лизинга и изъятия предметов лизинга Лизингополучателем была утрачена возможность получения предметов лизинга в собственность, в связи чем возникает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договорам лизинга, совершенные до их расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой стороны. Полученная при расчете разница подлежит взысканию по правилам о взыскании неосновательного обогащения.

Информации как о дате реализации Ответчиком изъятых Предметов Лизинга, так и об условиях, на которых они были реализованы,  от Ответчика получить не удалось.

С целью расчета сальдо встречных обязательств, Истцом была произведена независимая оценка рыночной стоимости предметов лизинга на даты их изъятия. В соответствии с результатами отчетов об оценке, копии которых приложены к иску, рыночная стоимость изъятых Предметов Лизинга по Договору № ДЛ 25 от 08.11.2017г. составляет 890 000,00 рублей, рыночная стоимость изъятых Предметов Лизинга по Договору № ДЛ 37 от 12.02.2018г. составляет 998 000.00 рублей.

Истец полагает, что ответчик неосновательно обогатился за счет выплаченных лизингополучателем в счет доли выкупных стоимостей автомобилей денежных средств в совокупности со стоимостью изъятых предметов лизинга

Размер неосновательного обогащения, полученного ответчиком в результате досрочного одностороннего расторжения договоров лизинга, рассчитан Истцом по формуле сальдо встречных обязательств на основании Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» и составляет 1 555 871 рубль 53 копейки.

Ответчик не признает исковые требования последующим основаниям.

Согласно пункту 23 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021) исковая давность по требованиям как лизингополучателя, так и лизингодателя об исполнении завершающего обязательства одной стороны в отношении другой в случае расторжения договора лизинга, по общему правилу, исчисляется с момента реализации предмета лизинга.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В исковом заявлении истец признает факт того что ему стало известно о нарушении его права и указывает дату 11.08.2020 г. как дату возврата финансирования.

Срок исковой давности с учетом вышеуказанных письменных утверждения истца в три года истек 11.08. 2023г., в то время как обращение с иском последовало 07.11.2023, то есть за пределами срока исковой давности.

Реализация предметов лизинга состоялась 24.08.2020г. путем торгов. Информация о торгах общедоступна и торги проводились трижды, о чем истцу не могло быть неизвестно.

При установлении разумного срока на реализацию предмета лизинга нельзя рассчитывать срок исковой давности с более поздней даты. Иной подход прямо противоречит пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истцом пропущен срок исковой давности при обращении с настоящим иском и ответчик заявляет о его применении.

Ответчик в своем отзыве ссылается на то, что истцу дважды направлялась телеграмма о расторжении договора и возврате имущества, а именно: 25.03.2020г. и 24.07.2020г., то есть, истец надлежащим образом уведомлен о расторжении договора.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Пунктом 3.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 установлено, что если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Таким образом, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой и истец с даты расторжения договора и изъятия предметов лизинга должен был знать о праве сопоставить сальдо встречных обязательств и предъявить настоящий иск.

Истец в своем исковом заявлении ссылается на недостоверные сведения, что имущество было изъято по его месту нахождения и тут же пишет, что сразу об этом не узнал. Данные утверждения являются взаимоисключающими.

При этом  Истец  не знал где находятся машины, которые он в нарушение п. 5.1 Договоров лизинга передал третьим лицам и не обеспечил место нахождение по согласованному сторонами адресу, грубо нарушив условия договоров и с целю сокрытия своей вины в иске привел недостоверные сведения.

Кроме того, доказательством того, что истец знал о праве на предъявление настоящего иска с даты расторжения договора, свидетельствуют его же доводы о том, что он осуществил оценку автомашин 31 августа 2020г. только по полису страхования для того, чтобы соотнести сальдо встречных обязательств.

При этом, сделал это  по истечении трехлетнего срока давности.

Как указано в п. 23 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021), в случае возврата предмета лизинга наличие у одной из сторон права требовать исполнения денежного обязательства определяется в момент, когда истцу должна была стать известна стоимость возвращенного предмета лизинга.

Стоимость предмета лизинга определяется из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17)).

Истец, зная о реализации имущества на торгах 24.08.2020г., определил стоимость изъятого предмета лизинга 31.08.2020 года на основании отчета об оценке без указания повреждений, учета технического состояния автомашин. 

О том, что началось течение срока давности и машины реализованы истец знал, поскольку в отчетах указано, что цель оценки — предоставление в суд.

Исковая давность по требованию об исполнении завершающего обязательства как лизингополучателя, так и лизингодателя в случае расторжения договора выкупного лизинга по общему правилу исчисляется с момента реализации предмета лизинга. Предметы лизинга реализованы лизингодателем 24.08.2020г..

Таким образом, срок исковой давности по требованию лизингополучателя об исполнении завершающего обязательства в случае расторжения договора выкупного лизинга, истек: 24.08.2023 г..

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске - абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ. если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских   правоотношений,    поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов, защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 года № 3-П).

Таким образом, на момент обращения истца в суд 29.09.2023 года с исковыми требованиями к ответчику истцом пропущен срок исковой давности, в виду чего заявленные истцом к ответчику исковые требования удовлетворению не подлежат, в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Ссылка на Постановление Пленума Верховного суда РФ №43 от 29.09.2015г. несостоятельна, поскольку, как подтверждает сам истец претензия им была направлена после истечению срока давности — 28.08.2023г.

При этом, в соответствии с п. 12 Постановление Пленума Верховного суда РФ №43 от 29.09.2015г, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Объективных доказательств пропуска срока давности истцом в дело не представлено.

Истец является индивидуальным предпринимателем, настоящий спор связан с осуществлением истцом предпринимательской деятельности, поскольку автомашины брались в лизинг для использования в качестве такси.

Верховный суд РФ в данном постановлении неоднозначно указал, что по смыслу указанной нормы (ст. 205 ГК РФ — восстановление срока давности для физических лиц не являющихся юридическим лицом и не имеющих статус Индивидуального Предпринимателя, а также в соответствии пунктом 3 статьи 23 ГК РФ срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином-индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Поскольку уважительных причин пропуска срока у истца не имеется, он имел возможность обратиться в суд в течение установленного срока, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Таким образом, исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку заявлены по истечении сроков исковой давности.

При этом, доводы истца о недействительности торгов не принимаются во внимание с учётом отсутствия соответствующего решения по оспоримой сделки, заявление о фальсификации документов истца о проведении торгов не заявлено.

Кроме того, возражая против доводов ответчика о пропуске сроков исковой давности истец ссылается на дату – 09.04.2024г., когда узнал о реализации.

При этом, претензия заявлена 28.08.2024г. по результатам оценки, претензия заявлена также после истечения срока исковой давности.

Таким образом, истец вправе решить вопрос предъявления исковых требований с учётом оценки в пределах срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм права, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

В пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны - пункт 2 статьи 10 ГК РФ.

Истец, действует недобросовестно в целях получения выгоды, предъявляя данные исковые требования, неправомерно ссылаясь на недобросовестность ответчика, который не известил о сроках реализации.

Данные обстоятельства опровергаются представленными доказательствами ответчика по торгам и датам предъявления претензии с учётом оценки по истечении срока исковой давности, именно данная претензия является основанием для обращения в суд.

При этом истцом представлено ходатайство в соответствии со ст.49 АПК РФ об увеличении размера исковых требований до суммы 1 628 021 руб. 23 коп., которое подлежит удовлетворению в соответствии с требованиями ст.49 АПК РФ.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных ко взысканию исковых требований не имеется.

Учитывая, что требования истца не обоснованы, документально не подтверждены, исковые требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 4, 27, 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать ИП ФИО2 (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) во взыскании с ООО "ТЕХНОЛОГИИ ЛИЗИНГА И ФИНАНСЫ" (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) неосновательного обогащения в размере 1 628 021 руб. 23 коп., полученного в результате одностороннего расторжения договоров лизинга.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья                                                                                     Н.П. Чебурашкина