1760/2019-136567(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00 

 Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-9295/2019 

Дата принятия решения – 18 июня 2019 года 

Дата объявления резолютивной части – 17 июня 2019 года.  

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи  Савельевой А.Г.,  

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания  секретарём судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Публичного акционерного  общества "Татфондбанк" в лице конкурсного управляющего - Государственной  корпорации "Агентство по страхованию вкладов", г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) к Акционерному обществу "Казанский маслоэкстракционный завод",  Лаишевский район, с.Усады (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) Акционерному  обществу "Казанский жировой комбинат", Лаишевский район, с. Усады, (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании с ответчиков в солидарном порядке  119732929 руб. 09 коп. пени за просрочку возврата кредита, 2198378 руб. 16 коп. пени за  просрочку оплаты процентов за пользование кредитом, при участии третьего лица -  ФИО2, г.Казань,  

с участием: от истца – ФИО3, доверенность от 03.12.2018г., 

от первого ответчика – ФИО4, доверенность от 06.12.2017г.   ФИО5, доверенность от 06.12.2017г.,  

от второго ответчика – ФИО4, доверенность от 28.01.2019г.   ФИО5, доверенность от 28.01.2019г.,  

от третьего лица – не явился, извещён по ст.123 АПК РФ,  

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество "Татфондбанк" в лице конкурсного управляющего -  Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", г.Казань (далее - истец),  обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к  Акционерному обществу "Казанский маслоэкстракционный завод", Лаишевский район,  с.Усады (далее – первый ответчик); Акционерному обществу "Казанский жировой комбинат",  Лаишевский район, с. Усады (далее – второй ответчик) о взыскании 119732929 руб. 09 коп.  пени за просрочку возврата кредита, 2198378 руб. 16 коп. пени за просрочку оплаты  процентов за пользование кредитом.  

В судебном заседании 25.04.2019г. истец представил ходатайство о привлечении  третьим лицом Сыровацкого Михаила Федоровича, г.Казань – ещё одного поручителя  первого ответчика. Поскольку он не обладает статусом предпринимателя, требования к нему  не заявлены в арбитражный суд.  

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  ходатайство удовлетворено.  

Первый ответчик представил письменный отзыв на иск, полагает исковые  требованиями подлежащими оставлению без рассмотрения, поскольку они, как последствия  недействительной сделки, должны рассматриваться в деле о банкротстве. Также первый  ответчик полагает, что истцом пропущен срок исковой давности. Кроме того, первый  ответчик указал, что поскольку признанная недействительной сделка является оспоримой,  неустойка не может начисляться ранее признания её недействительной. Также первым  ответчиком заявлено о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации  к неустойке, в случае признания судом обоснованности её начисления. Ответчик полагает, что  поскольку его вина в просрочке исполнения обязательств отсутствует, он просит применить  статью 404 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании 17.06.2019г. истец представил дополнительные письменные  пояснения, полагает позицию ответчика необоснованной.  

Ответчик представил дополнение к отзыву, просит применить статьи 333 и 404  Гражданского кодекса Российской Федерации в совокупности и снизить размер неустойки до  однократной ставки Банка России.  

Ответчик на вопрос суда пояснил, что им в контррасчёте ошибочно учтены не все суммы  истца.  

Исследовав представленные документы, заслушав представителей сторон, суд пришёл к  выводу о частичном удовлетворении заявленных требований в силу следующего.  

Из материалов дела следует, что «04» февраля 2016г. между АО «Казанский  Маслоэкстракционный Завод» (далее – заёмщик) и ПАО «Татфондбанк» (далее – банк) был  заключен кредитный договор «лимит выдачи» № С5/16, согласно которому банк обязался  предоставить заемщику кредитную линию с лимитом выдачи в размере 1500000000 руб.  

В соответствии с пунктом 1.5. кредитного договора кредитная линия была открыта  сроком до «27» января 2017 года.  

Согласно пункту 4.1. кредитного договора за пользование кредитом подлежали уплате  проценты из расчета 14,5 процентов годовых.  

Пунктом 6.2. кредитного договора установлено, что в случае, если в силу каких-либо  обстоятельств возврат кредита (транша) и/или уплата процентов за пользование кредитом не  будут произведены в полной мере в установленные настоящим договором сроки, Банк вправе  взыскать с Заёмщика неустойку в размере двойной ставки процентов за пользование кредитом  от неуплаченных в срок сумм кредита (транша) и/или процентов за пользование им.  

Факт выдачи кредита банком заёмщиком не отрицается. 

В декабре 2016 года АО «КМЭЗ» произвел досрочное погашение основного долга по  кредитному договору на сумму 1451468371 руб. 38 коп. за счет внутрибанковских операций  по списанию денежных средств с расчетного счета АО «КМЭЗ» в ПАО «Татфондбанк», а 27  января 2017 года АО «КМЭЗ» возвратил оставшуюся часть основного долга размере 48531628  руб. 62 коп. за счет платежа из другого банка.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2017г. (дата  объявления резолютивной части) по делу № А65-5821/2017 в отношении ПАО  «Татфондбанк» введена процедура конкурсного производства. Функции конкурсного  управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию  вкладов».  

В рамках дела о банкротстве № А65-5821/2017 ПАО «Татфондбанк» обратилось в  Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными  сделок по погашению задолженности по кредитному договору, совершенных в декабре 2016  

года. Конкурсный управляющий просил также применить последствия недействительности  указанных сделок в виде восстановления задолженности АО «КМЭЗ» перед ПАО  «Татфондбанк» в размере 1451468371 руб. 38 коп. по кредитному договору № С5/16 от «04»  февраля 2016 года, а также о восстановлении на счете ответчика в ПАО «Татфондбанк»  1451468371 руб. 38 коп.  

Определением от «18» июня 2018 года Арбитражный суд Республики Татарстан  удовлетворил в полном объеме заявление ПАО «Татфондбанк» о признании оспариваемых  сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от «07» февраля  2019 года определение Арбитражного суда Республики Татарстан от «18» июня 2018 года по  делу № А65- 5821/2017 было отменено в части удовлетворения заявления ПАО  «Татфондбанк» о признании недействительной операции, совершенной «06» декабря 2016  года на сумму 1250000000 рублей и применении последствий ее недействительности.  

Постановлением суда апелляционной инстанции в указанной части был принят новый  судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ПАО «Татфондбанк» о признании  недействительной операции по погашению задолженности по кредитному договору № С5/16  от 04.02.2016 в сумме 1250000000 руб., совершенной «06» декабря 2016 года, и применении  последствий недействительности указанной сделки. В остальной части определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от «18» июня 2018 года по делу № А65-5821/2017  оставлено без изменения.  

Таким образом, в результате разрешения обособленного спора в рамках дела о  банкротстве ПАО «Татфондбанк» № А65-5821/2017 было признано недействительным  погашение задолженности по кредиту в декабре 2016 года на сумму 201468371 руб. 38 коп. и  на указанную сумму была восстановлена задолженность АО «КМЭЗ» по основному долгу по  кредитному договору.  

«14» февраля 2019 года АО «КМЭЗ» произведено добровольное погашение  восстановленной задолженности по основному долгу по кредитному договору в размере  201468371 руб. 38 коп., а также процентов за пользование кредитом в размере 3673647 руб. 32  коп.  

Поскольку ответчиком погашение неустойки, начисленной на сумму долга и сумму  процентов, произведено не было, истец, в соответствии с пунктом 3.3. кредитного договора,  направил первому ответчику претензию с требованием в срок не позднее 10 (десяти)  календарных дней с момента отправки претензии погасить задолженность по оплате неустоек  в общем размере 121931307 руб. 25 коп. Данное требование исполнено не было.  

Обязательства АО «КМЭЗ» по кредитному договору были обеспечены договором  поручительства № С5/16-П-1 от «04» февраля 2016 года, заключенным между ПАО  «Татфондбанк» и АО «Казанский жировой комбинат».  

В соответствии с пунктом 1.1. договора поручительства АО «Казанский жировой  комбинат» обязался солидарно отвечать перед ПАО «Татфондбанк» за исполнение АО  «КМЭЗ» обязательств по кредитному договору «лимит выдачи» № С5/16 от «04» февраля  2016 года.  

Все условия кредитного договора были указаны в Приложении № 1 к договору  поручительства. Согласно пункту 2.1.1. АО «Казанский жировой комбинат» принял на себя  обязательства отвечать за АО «КМЭЗ» как по сумме основного долга, так и по процентам за  пользование кредитом, неустойкам, расходам на возмещение судебных издержек по  взысканию долга и других убытков кредитора. При этом указанным пунктом был установлен  лимит ответственности поручителя в размере 675 000 000 рублей.  

На претензию истца о необходимости выплаты неустойки, второй ответчик также не  ответил, что послужило основанием для предъявления настоящего иска.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29.1 Постановления № 63, если суд  признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия  должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами  

(статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании  пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения  суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или  должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в  соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее  недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он  узнал или должен был узнать об этом. По аналогичным правилам определяется момент, с  которого начисляются предусмотренные законом (например, статьей 395 ГК) или договором  проценты (с учетом статей 4 и 126 Закона о банкротстве) на восстановленное требование  кредитора.  

 Данные разъяснения предоставляют возможность начисления процентов за пользование  чужими денежными средствами (а также договорных процентов) на сумму признанного  недействительным денежного исполнения. Обязанность уплатить подобные проценты по  смыслу названного пункта лежит на кредиторе, выступающем в качестве ответчика и  обязанном осуществить возврат полученного предоставления.  

В рассматриваемом же случае кредитор (банк) является истцом, а предметом спора  является взыскание кредитной задолженности и процентов за пользование кредитом,  неустоек. Следовательно, каких-либо оснований для применения пункта 29.1 постановления   № 63 к правоотношениям банка, заемщика и поручителя, в которых банк является кредитором  по обязательству, а не должником, не имеется.  

В абзаце 2 пункта 25 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в случае признания  на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий  должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также  иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного  однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство  должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента  совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к  должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац 1 пункта  4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).  

Учитывая изложенное, в связи с признанием недействительной сделки по списанию  денежных средств в счет погашения долга по кредитному договору обязательства заемщика  перед банком являются неисполненными и банк, помимо возврата суммы основного долга,  вправе требовать уплаты начисленных процентов и пени за ненадлежащее исполнение  заемщиком условий кредитного договора за весь период, а не с даты вступления в законную  силу судебного акта о признании сделки недействительной. Данный подход согласуется с  правовой позицией Верховного Суда РФ изложенной в Определении Верховного Суда РФ от  14 марта 2018 г. № 310-ЭС17-19733.  

В связи с изложенным, отклоняется довод первого ответчика о возможности начисления  неустойки исключительно с момента признания недействительными сделок в рамках  обособленного спора.  

Довод первого ответчика о необходимости рассмотрения данного спора в рамках дела о  банкротстве, со ссылкой на практику Верховного суда Российской Федерации, судом  отклоняется, поскольку в указанных первым ответчиком делах и в настоящем деле различные  предмет, основания и обстоятельства спора. Требование о взыскании, заявленное истцом в  рамках настоящего иска, вытекает не из недействительной сделки, а из реального договора по  выдаче кредита. В рамках обособленного спора недействительным было признано исполнение  договора ответчиком, но не сам договор.  

Кроме того, обособленный спор, рассмотренный в рамках дела А65-5821/2017, имел  своим последствием не взыскание задолженности, а восстановление обязательств, то есть,  суды установили, что дальнейшие обязательства сторон должны определяться условиями  кредитного договора № С5/16 от 04.02.2016г.  

Таким образом, требование о взыскании неустойки по гражданско-правовому  договору, не признанному недействительным, с лица, в отношении которого отсутствует  производство по делу о банкротстве, рассматривается в исковом порядке, несмотря на  банкротство истца.  

По этому же основанию отклоняется довод первого ответчика о пропуске истцом срока  исковой давности по применению последствий недействительности сделки, поскольку  кредитный договор, по которому производится взыскание, недействительной вделкой не  признавался, а взыскание неустойки по нему не связано с признанием недействительным  факта исполнения договора первым ответчиком.  

С учетом положений пунктов 3 и 52 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации   № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при  разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" и по  смыслу ст.352 и ст. 367 ГК РФ, правовой позиции, изложенной в определении ВАС РФ от  06.05.2013 N ВАС-5190/13 по делу № А40-76637/12-4-252, при признании недействительной  сделки (банковской операции) восстанавливается не только основное обязательство (по  кредитному договору), но также восстанавливаются права требования банка по  обеспечительным сделкам.  

Изложенное согласуется с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 №  8094/13.  

Заключение договора поручительства было призвано обеспечить исполнение кредитных  обязательств, сделки по исполнению которых являются недействительными. Следовательно,  при признании недействительными сделок по погашению кредитов подлежат восстановлению  права по обеспечительным договорам.  

Таким образом, в силу Постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного  суда от «07» февраля 2019 года считаются частично восстановленными не только  обязательства АО «КМЭЗ» по кредитному договору, но и обязательства поручителя АО  «Казанский жировой комбинат» с момента совершения сделок по погашению задолженности,  признанных недействительными.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк обязуется  предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях,  предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму  и уплатить проценты на нее.  

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке,  которые предусмотрены договором займа.  

Сумма займа считается возвращенной с момента передачи или зачисления  соответствующих денежных средств на банковский счет займодавца (пункт 1 статьи 810 ГК  РФ). В соответствии со статьями 309 и 314 ГК РФ обязательства должны исполняться  надлежащим образом и в надлежащие сроки.  

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться  неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией,  задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или  договором.  

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается  определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить  кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности  в случае просрочки исполнения.  

Согласно пункту 6.2. кредитного договора в случае, если в силу каких-либо  обстоятельств возврат кредита (транша) и/или уплата процентов за пользование кредитом не  будут 5 произведены в полной мере в установленные настоящим договором сроки, Банк  

вправе взыскать с Заёмщика неустойку в размере двойной ставки процентов за  пользование кредитом от неуплаченных в срок сумм кредита (транша) и/или процентов за  пользование им.  

В силу пункта 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или  солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования  предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета  обязательства.  

В соответствии со статьей 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении  должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают  перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена  субсидиарная ответственность поручителя (пункт 1). Поручитель отвечает перед кредитором в  том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по  взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим  исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором  поручительства (пункт 2).  

Таким образом, АО «Казанский Маслоэкстракционный Завод» и АО «Казанский  жировой комбинат» являются солидарными должниками и несут солидарную ответственность  перед ПАО «Татфондбанк» за исполнение кредитного договора, в том числе в части  задолженности по оплате неустоек.  

Первым ответчиком также заявлено ходатайство о применении статьи 333 Гражданского  кодекса Российской Федерации и применении статьи 404 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Судом рассмотрен данный вопрос. 

Согласно пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых  вопросах применения статьи 333 ГК РФ» разрешая вопрос о соразмерности неустойки  последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину,  достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной  ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для  обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства,  каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по  краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными  организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника  в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России,  существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким  образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная  сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена па сумму долга исходя из  однократной учетной ставки Банка России.  

Согласно пункту 4.1. кредитного договора № С5/16 от 04.02.2016г., заключенного между  Истцом и Ответчиком, за пользование кредитом подлежали уплате проценты из расчета 14,5%  годовых.  

В последующем первым ответчиком был заключен договор об открытии  невозобновляемой кредитной линии № НКЛ-85170036 от 13.03.2017г., с ПАО «Сбербанк»,  процентная ставка по которому установлена 11% годовых.  

Согласно официальным статистическим сведениям о процентных ставках по кредитам  для юридических лиц (нефинансовых организаций), опубликованным на сайте Банка России,  процентные ставки с 2016 года по 2019 год планомерно снижались банками, более того,  процентные ставки по кредитам на период свыше 1 года ниже процентных ставок по  кредитам до одного года, в том числе и в 2016 году. Следовательно, Кредитный договор   № С5/16 от 04.02.2016г. предполагал срок кредитования до 1 года и процентная ставка 14,5%  была обоснована исключительно в 2016 году для кредитования до 1 года. При определении  обоснованной процентной ставки для кредитования свыше одного года, полагаем необходимо  руководствоваться процентными ставками для кредитов компаниям на срок от 1 года до 3 лет.  

Среднеарифметическое значение процентной ставки за период с февраля 2017  года по февраль 2019 года по кредитам на срок до 1 года составляет 10,12% годовых.  

Среднеарифметическое значение процентной ставки за период с февраля 2017 года по  февраль 2019 года по кредитам от 1 года до 3 лет составляет 9,93% годовых.  

Суд с учётом указанных доводов ответчика пришёл к выводу, что предъявленный  истцом размер неустойки в размере 29% годовых является несоразмерным последствиям  нарушения обязательства.  

Пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016г. № 7 предусмотрено, что  бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора  возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в  частности в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть  вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1  статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).  

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ» критериями для  установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий  процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков,  вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.  

Согласно пункту 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ» к последствиям  нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и  денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие  имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в  соответствии с законодательством и договором.  

Согласно п.2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками  понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет  произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при  обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная  выгода).  

Убытки кредитной организации могут быть выражены как в неполученном доходе от  вложения тех денежных средств, которые должен был в январе 2017 года вернуть АО  «КМЭЗ» в полном объеме, так и в том, что эти денежные средства могли пойти на погашение  обязательств ПАО «Татфондбанк» перед своими кредиторами, что сэкономило бы банку  проценты и неустойки за этот период на аналогичную сумму задолженности.  

Однако, судом учтено, что свою предпринимательскую деятельность ПАО  «Татфондбанк» прекратил практически еще в декабре 2016 года. В январе 2017 года ПАО  «Татфондбанк» уже не осуществлял расчетно-кассовое обслуживание своих клиентов.  

Ранее 15.12.2016г. приказом ЦБ РФ были введены меры по предупреждению  банкротства банка: мораторий на исполнение требований клиентов банка и введена временная  администрация в лице ГК Агентство по страхованию вкладов.  

Приказом от 03.03.2017г. № ОД-542 Банк России отозвал у кредитной организации ПАО  «Татфондбанк» с 03.03.2017г. лицензию на осуществление банковских операций.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.04.2017г. по делу № А65- 5821/2017 по заявлению Центрального Банка Российской Федерации Банк признан  несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного управления сроком на один  год, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию  «Агентство по страхованию вкладов». Определением Арбитражного суда Республики  Татарстан от 17.10.2018г. срок конкурсного производства в отношении ПАО «Татфондбанк»  продлен до 12.03.2019г.  

Соответственно ПАО «Татфондбанк» в течение всего периода начисления неустойки,  предъявленной ПАО «Татфондбанк» в рамках настоящего спора, не могло обеспечивать  

предоставление кредита иным лицам и тем самым обеспечивать получение процентов при  предоставлении кредита по причинам не связанным с непогашением задолженности по  кредиту АО «КМЭЗ». Следовательно, убытки ПАО «Татфондбанк» в форме упущенной  выгоды в данном случае отсутствуют.  

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в Определениях от 22.04.2004 № 154-0 и от 21.12.2000 № 263-0, а так же в  Определении от 26.05.2011 N 683-0-0, пункт 1 статьи 333 ГК РФ закрепляет право суда  уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям  нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между  применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного (а не  возможного) ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что отвечает  принципу юридического равенства, предусмотренного п.1 ст.1 ГК РФ, и согласуется с  положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с  которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и  свободы других лиц. Уклонение же судов от установления такого баланса путем формального  указания на отсутствие доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения  обязательств является нарушением норм права согласно Определению Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда РФ от 11.09.2018 N 41-КП8-27.  

Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и  противоречит ее компенсационной функции.  

Необходимость учета размера реальных убытков от нарушения обязательства и  возможность применения однократной учетной ставки Банка России, действовавшей в  спорный период, для расчета неустойки при несоразмерности убытков размеру заявленной  неустойки подтверждается сложившейся судебной практикой (Постановление Арбитражного  суда Поволжского округа от 30.04.2019 N Ф06-44474/2019 по делу N А55-11807/2018,  Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа № Ф01-1348/2018 от 04.04.2018г.  по делу № А28-1949/2017, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа № Ф01- 4003/2015 от 02.10.2015г. по делу № А82-16090/2014, Постановление Арбитражного суда  Московского округа № Ф05-5280/2016 от 29.04.2016г. по делу № А40-69318/2015,  Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа № Ф07-13293/2017, № Ф-07- 15599/2017 от 24.01.2018г. по делу № А56-11366/2017).  

Довод истца о том, что с 28.01.2017г. первому ответчику не начисляются проценты за  пользование кредитом, не является основанием для отказа в применении статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку проценты по кредиту изначально не  являются мерой ответственности и не могут быть отождествлены с неустойкой.  

В соответствии с пунктом 81 Постановления Пленума Верховного суда Российской  Федерации от 24.03.2016г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского  кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если  неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон  либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера  неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть  уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 ГК РФ, что в  дальнейшем не исключает применение статьи 333 ГК РФ.  

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, суд пришёл к выводу, что  наряду со снижением размера неустойки (статья 333 ГК РФ) также имеются основания и для  уменьшения ответственности Ответчика (статья 404 ГК РФ) в связи с наличием вины истца в  ненадлежащем исполнении обязательства ответчиком в силу следующего.  

Решение о применении крайней меры воздействия - отзыве лицензии на осуществление  банковских операций - принято Банком России в связи с неисполнением кредитной  организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также  нормативных актов Банка России, значением нормативов достаточности собственных средств  (капитала) ниже двух процентов, снижением размера собственных средств (капитала) ниже  

минимального значения уставного капитала, установленного на дату государственной  регистрации кредитной организации, учитывая неоднократное применение в течение одного  года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской  Федерации (Банке России)».  

При неудовлетворительном качестве активов ПАО «Татфондбанк» неадекватно  оценивало принятые риски. Надлежащая оценка кредитного риска и объективное отражение  стоимости активов в отчетности кредитной организации привели к полной утрате ее  собственных средств (капитала). Руководство и собственники банка не предприняли  действенные меры по нормализации его деятельности.  

Ввиду низкого качества активов осуществление процедуры финансового оздоровления  ПАО «Татфондбанк» с привлечением государственной корпорации «Агентство по  страхованию вкладов» и его кредиторов на разумных экономических условиях не  представлялось возможным. В сложившихся обстоятельствах Банк России на основании  статьи 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» исполнил обязанность  по отзыву у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций.  

В связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций деятельность  временной администрации по управлению ПАО «Татфондбанк», функции которой были  возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» приказом  Банка России от 15.12.2016 № ОД-4536, прекращена приказом Банка России от 03.03.2017 №  ОД-543».  

Введение мер по предупреждению банкротства и отзыв лицензии, стали последствиями  действий Истца (ПАО «Татфондбанк») по нарушению нормативов и ведению  высокорискованной кредитной политики.  

Невозможность возврата кредитных средств путём внутрибанковских операций,  вызвана, в том числе, действиями самого банка, как кредитора по кредитным договорам, у  которого была отозвана лицензия из-за нарушений законодательства Российской Федерации,  в связи с чем, ответчик был лишен возможности распоряжаться своим счетом в банке, на  котором должны были находиться денежные средства в достаточном количестве.  

Задолженность АО «КМЭЗ» по кредитному договору возникла в результате признания  части платежей по погашению кредита, совершенных в период после возникновения у ПАО  «Татфондбанк» картотеки, недействительными сделками по основаниям ст.61.3 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Так же длительность технической просрочки погашения кредита связана с  длительностью рассмотрения обособленного спора в рамках дела № А65-5821/2017 о  признании недействительными сделками платежей АО «КМЭЗ» в счет погашения кредита по  Кредитному договору № С5/16 от 04.02.2016г. По результатам рассмотрения данного спора,  не все сделки первого ответчика по погашению кредита были признаны недействительными.  

В связи с указанным, Ответчик считает, что наряду со снижением неустойки на  основании статьи 333 ГК РФ в связи с несоразмерностью размера заявленной неустойки  убыткам/потерям кредитора (ПЛО «Татфондбанк»), имеются основания для уменьшения  ответственности Ответчиков на основании статьи 404 ГКРФ ввиду наличия вины Истца в  возникновении задолженности по кредиту и в длительности срока непогашения  задолженности.  

Возможность применения как статьи 333 ГК РФ, так и статьи 4040 Гражданского  кодекса Российской Федерации одновременно, нашла своё отражение также в  Постановлении одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2017г. по делу   № А65-4326/2015, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 28.02.2018 N  Ф05-21117/2017 по делу N А40-234338/2016, Постановлении Арбитражного суда Волго- Вятского округа от 23.01.2018 N Ф01-6186/2017 по делу N А82-6793/2016, Постановлении  Арбитражного суда Центрального округа от 26.02.2019 N Ф10-4513/2017 по делу N А09- 5643/2016, Постановлении Арбитражного суда Центрального округа N Ф10-6027/2018 от  

18.01.2019 по делу N А68-1870/2018, Постановлении Арбитражного суда Северо- Западного округа от 03.07.2018 N Ф07-7559/2018 по делу N А56-14690/2017.  

Учитывая компенсационную природу неустойки, суд в данном случае пришёл к выводу,  что неустойка подлежит уменьшению применительно к нормам статей 444 и 404  Гражданского кодекса Российской Федерации и может быть взыскана исходя из  однократной учетной ставки Банка России, действовавшей в спорный период.  

Судом произведен перерасчёт предъявленной к взысканию неустойки, исходя из  указанных истцом сумм и периодов.  

После произведенного перерасчёта, размер подлежащей взысканию неустойки за  просрочку возврата долга составил 33783210 руб. 05 коп., за просрочку возврата процентов  за пользование кредитом - 621230 руб. 66 коп.  

Поскольку просрочка исполнения обязательств ответчиком в указанные истцом  периоды подтверждается материалами дела, неустойка подлежит взысканию в определенном  судом размере.  

Госпошлина по иску в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации с учётом положений пункта 9 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда РФ от 22 декабря 2011 г. N 81 "О некоторых вопросах применения статьи  333 Гражданского кодекса Российской Федерации" подлежит отнесению на ответчика.  

При этом суд в порядке статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации полагает возможным исправить описку, допущенную при  составлении резолютивной части и указать верную госпошлину, подлежащую взысканию  ответчика.  

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,  

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с Акционерного общества "Казанский маслоэкстракционный завод",  Лаишевский район, с.Усады (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) и Акционерного  общества "Казанский жировой комбинат", Лаишевский район, с. Усады, (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в солидарном порядке в пользу Публичного  акционерного общества "Татфондбанк" в лице конкурсного управляющего -  Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", г.Казань, (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) 33783210 руб. 05 коп. неустойки по долгу, 621230 руб.  66 коп. неустойки по процентам, 200000 руб. расходов по госпошлине.  

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.  Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.  

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый Арбитражный апелляционный суд  в месячный срок.  

Судья А.Г. Савельева  

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 12.04.2019 10:08:27

 Кому выдана Савельева Алла Геннадьевна