ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-29933/2019к16

г. Красноярск

20 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «13» июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен «20» июля 2022 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Дамбарова С.Д., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «ФОРТ НОКС»: ФИО2, представителя по доверенности, ФИО3, представителя по доверенности, ФИО4, представителя по доверенности,

от конкурсного управляющего: ФИО5, представителя по доверенности (посредством онлайн-заседания),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО6

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «22» февраля  2022 по делу № А33-29933/2019к16,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СИБТЕХАРМ» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Назаровское молоко» (далее – должник) банкротом.

Решением от 10.07.2020 общество с ограниченной ответственностью «Назаровское молоко» признано банкротом, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО6.

В Арбитражный суд Красноярского края 03.11.2020 (направлено посредством системы «Мой Арбитр») поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «ФОРТ НОКС» о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором заявитель просит суд привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общество с ограниченной ответственностью «Форт Нокс» на сумму 36 477 382 рублей 38 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 22.02.2022 по делу № А33-29933/2019к16 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО6 обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил отменить определение Арбитражного суда Красноярского края от 22.02.2022 и принять по делу новый судебный акт, которым признать доказанным наличие оснований для привлечения ООО «ФОРТ НОКС» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Назаровское молоко».

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что ООО «Форт Нокс», являлось контролирующим должника лицом, в результате созданной им схемы взаимоотношений с должником, должник полностью лишился возможности ведения хозяйственной деятельности, и всеми денежными потоками управляло ООО «Форт Нокс», активы должника также перешли к ООО «Форт Нокс».

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 18.04.2022.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 17.05.2022, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 22.03.2022 14:35:19 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание, в том числе в связи с наличием основания для сохранения режима самоизоляции (высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации принято решение о продлении режима самоизоляции, выявлено заражение коронавирусной инфекцией (COVID-19), имеется контакт с лицами, заразившимися указанной инфекцией, а также иные причины, в том числе наличие хронических заболеваний) с приложением соответствующих доказательств для разрешения вопроса об отложении судебного заседания, в материалы дела не поступили.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья - Инхиреевой М.Н., судьи Дамбаров С.Д., Яковенко И.В.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное разбирательство откладывалось.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы, просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «ФОРТ НОКС» поддержал возражения на апелляционную жалобу, просит суд оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В суд апелляционной инстанции посредством системы «Мой Арбитр» 12.07.2022 поступили дополнительные пояснения и ходатайство о приобщении дополнительных документов от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Назаровское молоко».

Суд, совещаясь на месте, в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов отказать, в связи с отсутствием обоснования невозможности представления данных дополнительных доказательств в суд первой инстанции.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование конкурсного управляющего о привлечении ООО «ФОРТ НОКС» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с тем, что в результате действий ответчика невозможно полное погашение требований кредиторов.

Конкурсный управляющий указывает, что вся прибыль от деятельности ООО «Назаровское Молоко», равно как и приобретённое им по лизинговым и кредитным договорам имущество аккумулировались внутри ООО «ФОРТ НОКС», в то время как ООО «Назаровское Молоко» несло все обязательства (по всё тем же кредитным и лизинговым договорам, по обязательным платежам).

Вся продукция, производимая на заводе ООО «Назаровское Молоко» на безвозмездной основе передавалась ООО «ФОРТ НОКС», которое занималось его дистрибуцией. ООО «Назаровское Молоко» никогда не осуществляло расчетов с контрагентами от своего имени. В выписках по расчётным счетам должника нет ни одной операции, характеризующей должника как участника коммерческого оборота. Денежные средства, вырученные от продажи продукции, не перечислялись на счета должника, а поступали на счёт ООО «ФОРТ НОКС», которое распределяло их по своему усмотрению.

ООО «ФОРТ НОКС» выплачивало заработную плату работникам должника, по своему выбору гасило задолженности перед контрагентами и по обязательным платежам, платило контрагентам ООО «Назаровское Молоко» по обязательствам, которые относятся непосредственно к производственному процессу и реализации продукции (поставка сырья, расходных материалов и прочего).

ООО «ФОРТ НОКС» владеет и распоряжается активами, ранее зарегистрированными на ООО «Назаровское Молоко». 23.12.2019 регистрирующим органом зарегистрирован переход права собственности на ряд объектов недвижимости, а именно: земельный участок, кадастровый номер 24:54:0105002:172, адрес: 

<

...>, здание №21; нежилое помещение, кадастровый номер 24:54:0105002:478, адрес: 

<

...>; нежилое помещение, кадастровый номер 24:54:0105002:479, адрес: 

<

...>. Указанные помещения использовались должником для производства продукции.

Кроме того, ООО «Форт Нокс» владеет оборудованием, прежде находившимся у ООО «Назаровское Молоко».

В 2017 году, когда в отношении ООО «Назаровское молоко» ряд контрагентов подали заявления о признании должника банкротом, ООО «Форт Нокс» погасило банкротообразующую задолженность, в связи с чем производство по делу о банкротстве прекращено (дело № А33-2721/2017).

После принятия к производству заявления о признании должника банкротом, ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>) прекратило свою деятельность, но фактически деятельность продолжилась  в связи с созданием иного юридического лица. Так, 06.12.2019 директором ООО «Драйв» стал ФИО7, также работавший в ООО «Форт Нокс». Указанное лицо руководит данной компанией по сегодняшний день. 17.12.2019 ООО «Драйв» сменило свое наименование на ООО «Назаровское Молоко». 25.12.2019 ООО «Драйв» сменило свой ОКВЭД на «10.51. Производство молока (кроме сырого) и молочной продукции». 18.02.2020 место нахождения ООО «НМ» (ИНН 

<

***>) было изменено - с 660079, 

<

...> Л, корп. 13 - на 662202, 

<

...>. Данное помещение ранее использовалось должником, а на момент регистрации уже находилось в собственности ООО «Форт Нокс», то есть данная смена адреса была осуществлена с согласия ООО «Форт Нокс».

ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>) продолжило выполнять ту же функцию по производству продукции, что и должник.

Неоднократное (системное) воспроизведение одних и тех же результатов хозяйственной деятельности у последовательно сменяющих друг друга производственных единиц с конкретным функционалом внутри корпоративной группы в виде накопления значительной долговой нагрузки перед независимыми кредиторами с периодическим направлением этой единицы в процедуру банкротства для списания долгов и созданием новой, не обремененной долгами,  указывает на  цикличность  бизнес  процессов  внутри  группы  с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные и прибыльные (компании) центры.

О том, что вновь созданное ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>) также как и должник является лицом, подконтрольным ООО «Форт Нокс» говорит и тот факт, что ООО «ФОРТ НОКС» отправляет корреспонденцию и от себя и от ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>).

Интересы ООО «Назаровское Молоко» (должника) к ООО «Форт Нокс» в суде представляет одно лицо - ФИО3.

В материалы дела от ответчика поступили возражения, в которых ответчик указывает, что взаимоотношения между ООО «Форт Нокс» и ООО «Назаровское Молоко» носят характер обычной хозяйственной деятельности. Производимая на заводе должника продукция на безвозмездной и бездоговорной основе никогда не передавалась, между сторонами существовали договорные обязательства.

Между ООО «Форт Нокс» (покупатель) и ООО «Назаровское Молоко» (поставщик) 11.11.2015 заключен договор поставки № 233/2015, по условиям которого поставщик обязуется осуществлять поставку товара, а покупатель принимать и оплачивать. Товаром по договору является товарная продукция, указанная в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. Количество, ассортимент и цена товара, порядок и срок уплаты товара, условия поставки товара определяются в спецификациях к договору. Срок и порядок поставки товара оговорен сторонами в разделе 2 договора. Покупатель обязуется оплатить поставляемый поставщиком товар посредством 100% предоплаты на основании выставленного счета, либо стороны могут согласовать иной порядок оплаты товара в соответствующей спецификации. Покупатель оплачивает поставляемый товар любым способом, не противоречащим законодательству РФ. Обязательства по оплате считаются выполненными надлежащим образом с момента зачисления денежных средств на расчетный счет либо в кассу поставщика. В случае, когда покупатель не оплачивает переданный товар в срок, установленный пунктом 5.1 договора, покупатель уплачивает неустойку в размере 0,3% от стоимости товара, оплата которого просрочена, за каждый день просрочки. Договор действует до 31.12.2015. В случае если сторона не заявит о желании его расторгнуть, договор пролонгируется сроком на один год и на тех же условиях.

В качестве доказательств поставки продукции в материалы дела ответчиком представлены универсальные передаточные акты.

Между ООО «Форт Нокс» (поставщик) и ООО «Назаровское Молоко» (покупатель) 11.11.2015 заключен договор поставки № 224/2015, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателю упаковочные материалы, упаковочное оборудование, сырье и ингредиенты для производства продуктов питания (далее товар), а покупатель принимать и оплачивать товар в соответствии с условиями договора. Количество, ассортимент и цена товара, порядок и срок уплаты товара, условия поставки товара определяются в спецификациях к договору. Срок и порядок поставки товара оговорен сторонами в разделе 2 договора. Покупатель обязуется оплатить поставляемый поставщиком товар посредством 100% предоплаты на основании выставленного счета, либо стороны могут согласовать иной порядок оплаты товара в соответствующей спецификации. Покупатель оплачивает поставляемый товар любым способом, не противоречащим законодательству РФ. Обязательства по оплате считаются выполненными надлежащим образом с момента зачисления денежных средств на расчетный счет либо в кассу поставщика. Договор действует до 31.12.2015. В случае если сторона не заявит о желании его расторгнуть, договор пролонгируется сроком на один год и на тех же условиях.

В качестве доказательств поставки сырья в материалы дела ответчиком представлены счета-фактуры.

Ответчик указывает, что Компания «Форт Нокс» является крупным дистрибьютером продуктов питания с собственной торговой сетью и большим ежемесячным оборотом. Организация активно сотрудничает с производственными предприятиями, в том числе сотрудничала с ООО «Назаровское молоко» - заводом по производству и переработке молока, изготовлению молочных продуктов.

Ответчик обращает внимание, что конкурсным управляющим в материалы дела представлены выписки только с 01.01.2016, в то время как должник зарегистрирован в качестве юридического лица 08.07.2010. При этом в деле отсутствует информация по оборотам по счетам предприятия за 2015, 2017 годы, в выписках за 2016 год отражена выручка, поступившая на счет от покупателей. Ответчик указывает, что информация из выписок по счетам должника противоречит общедоступной информации о бухгалтерской отчетности ООО «Назаровское молоко».

Так, по данным портала https://zachestnyibiznes.ru/ в бухгалтерской отчетности ООО «Назаровское молоко» (ИНН 

<

***>) на конец финансового года отражен следующий остаток денежных средств: 2018 - 534 000 рублей 2017 - 981 000 рублей. 2016 - 981 000 рублей, 2015 - 2 000 рублей, 2014 - 1 015 000 рублей. В представленных в дело выписках по расчетным счетам за 2017, 2018 год отсутствует остаток, превышающий 1 тыс. рублей.

По данным портала https://pb.nalog.ru/ должник не имеет задолженности по уплате налогов, превышающей 1000 рублей. Сумма уплаченных в 2019 году налогов составила 8 365 869 рублей.

ООО «Форт Нокс» указывает, что действительно перечисляло за ООО «Назаровское молоко» денежные средства третьим лицам, однако это происходило по письменному обращению руководителя ООО «Назаровское молоко» ФИО8 в счет погашения задолженности по договору № 224/2015 от 11.11.2015. В качестве подтверждение данного довода в материалы дела ответчиком представлены письма, в которых содержатся просьбы должника произвести оплату в счет погашения задолженности перед третьими лицами. Представлены платежные поручения, подтверждающие факт оплаты за должника. В назначении платежных поручений содержатся ссылки на письма, оплата по которым производилась.

В материалы дела также представлены акты сверки взаимных расчетов за период с 2017 по 2019 гг. Оплата за должника производилась в счет оплаты за поставленную продукцию.

При оплате поставщикам ООО «Форт Нокс» в сумме 2,4 - 2,5 млрд. рублей в год, платежи за ООО «Назаровское молоко» в счет оплаты за поставленную продукцию по договору поставки № 223/2015 от 11.11.2015 за период 2017-2020 гг. составляют несущественную сумму - 1% от годовой суммы оплаты поставщикам ООО «Форт Нокс».

ООО «Форт Нокс» и ООО «Назаровское молоко» не входят в одну группу компаний, поскольку ведут разную деятельность. Так, основной вид деятельности ООО «Назаровское молоко» согласно ЕГРЮЛ - производство молочной продукции, а основной вид деятельности ООО «Форт Нокс» - торговля оптовая неспециализированная незамороженными пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями.

Заключение договоров между двумя указанными субъектами являлось экономически целесообразным для обеих сторон, как участников рынка. ООО «Назаровское молоко» имело производственные ресурсы, в то время как ООО «ФОРТ НОКС» имеет развитую собственную торговую сеть, а также партнерские отношения с крупными ритейлерами. После заключения договоров поставок от 11.11.2015 № 224/2015 от 11.11.2015, № 223/2015, прибыль у ООО «Назаровское молоко» значительно выросла.

Согласно анализу деятельности ООО «Назаровское молоко» в период с 2014 года по 2019 год, отмечается положительная динамика после 2015 года. При этом на начало 2016 года сумма кредиторской задолженности ООО «Назаровское молоко» составляла 227 869 тысяч рублей, при этом сумма заемных средств - 40 254 тысячи рублей, а на 2018 год -178 733 тысячи рублей, сумма заемных средств - 16 250 тысяч рублей, что подтверждается данными бухгалтерского баланса. Таким образом, ООО «Назаровское молоко» получало прибыль и исполняло свои долговые обязательства перед кредиторами, в связи с чем довод конкурсного управляющего о том, что вся прибыль аккумулировалась в ООО «ФОРТ НОКС» опровергается сведениями из бухгалтерской отчетности должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего, пришел к выводу, что заявителем не доказан факт того, что ООО «Форт Нокс» являлось контролирующим должника лицом, не представлены доказательства причинно-следственной связи между действиями ответчика и банкротством должника, не опровергнуты возражения ответчика о том, что заключенные договора соответствовали обычаям делового оборота.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства суд по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, что предполагает право апелляционного суда на переоценку доказательств по делу.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта ввиду следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Положениями Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве введена глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Пунктом 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 4 статьи 4 ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Соответствующие действия (бездействие), в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2015 по 2019 гг.

Положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и положениями пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к несостоятельности следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона № 127-ФЗ).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

При этом контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующие нормы статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

Поэтому разъяснения, сформулированные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), подлежат применению в части, не противоречащей статье 10 Закона о банкротстве.

По смыслу пунктов 4, 16 постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве регламентировано, что если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу положений пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В обоснование наличия у ответчика статуса контролирующего должника лица приведены следующие доводы.

Вся продукция, производимая на заводе ООО «Назаровское Молоко» на безвозмездной основе передавалась ООО «ФОРТ НОКС», которое занималось его дистрибуцией. ООО «Форт Нокс» являлось единственным приобретателем продукции должника. ООО «Назаровское Молоко» никогда не осуществляло расчетов с контрагентами от своего имени. В выписках по расчётным счетам должника нет ни одной операции, характеризующей должника как участника коммерческого оборота. Денежные средства, вырученные от продажи продукции, не перечислялись на счета должника, а поступали на счёт ООО «Форт Нокс», которое распределяло их по своему усмотрению.

ООО «Форт Нокс» выплачивало заработную плату работникам должника, по своему выбору гасило задолженности перед контрагентами и по обязательным платежам, платило контрагентам ООО «Назаровское Молоко» по обязательствам, которые относятся непосредственно к производственному процессу и реализации продукции (поставка сырья, расходных материалов и прочего).

ООО «Форт Нокс» владеет и распоряжается активами, ранее зарегистрированными на ООО «Назаровское Молоко» (как движимым, так и недвижимым имуществом, составляющим производственный комплекс по изготовлению молока).

В 2017 году, когда в отношении ООО «Назаровское молоко» ряд контрагентов подали заявления о признании должника банкротом, ООО «Форт Нокс» во избежание введения процедуры банкротства, погасило банкротообразующую задолженность, в связи с чем производство по делу о банкротстве прекращено (дело № А33-2721/2017).

После принятия к производству заявления о признании должника банкротом, ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>) прекратило свою деятельность, но фактически деятельность продолжилась  в связи с созданием иного юридического лица. Так, 06.12.2019 директором ООО «Драйв» стал ФИО7, также работавший в ООО «Форт Нокс». Указанное лицо руководит данной компанией по сегодняшний день. 17.12.2019 ООО «ДРАЙВ» сменило свое наименование на ООО «Назаровское Молоко». 25.12.2019 ООО «Драйв» сменило свой ОКВЭД на «10.51. Производство молока (кроме сырого) и молочной продукции». 18.02.2020 место нахождения ООО «НМ» (ИНН 

<

***>) было изменено - с 660079, 

<

...> Л, корп. 13 - на 662202, 

<

...>. Данное помещение ранее использовалось должником, а на момент регистрации уже находилось в собственности ООО «Форт Нокс». ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>) продолжило выполнять ту же функцию по производству продукции, что и должник.

Вновь созданное ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>), также как и должник является лицом, подконтрольным ООО «ФОРТ НОКС», поскольку ООО «ФОРТ НОКС» отправляет корреспонденцию и от себя и от ООО «Назаровское Молоко» (ИНН 

<

***>).

Интересы ООО «Назаровское Молоко» (должника) и ООО «ФОРТ НОКС» в суде представляет одно лицо - ФИО3.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Субъектами названного вида ответственности в спорный период для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являются также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

Учитывая, что ответчик - ООО «Форт Нокс» не являлся непосредственно ни участником (учредителем), ни руководителем должника, суд приходит к выводу о том, что он подлежит отнесению к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника или руководителя, имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью, а также действовали сообща в едином экономическом интересе.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Закрепленная в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями по совершению сделки соответствует презумпции, закрепленной в абзаце 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

При этом бремя опровержения данной презумпции возлагается на контролирующее должника лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, презумпции, содержащиеся в абзацах 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ответчиком опровергнуты не были.

Между ООО «Форт Нокс» и ООО «Назаровское молоко» заключено два рамочных договора поставки от 11.11.2015.

Из условий данных договоров следует, что весь производственный процесс и предпринимательская деятельность ООО «Назаровское молоко» сводилась к следующему: ООО «Форт Нокс» поставляет сырье, упаковочный материал, ингредиенты, которые используются ООО «Назаровское молоко» для производства молочной продукции. В свою очередь, ООО «Назаровское молоко» всю произведенную продукцию по договору поставки передает в ООО «Форт Нокс» для реализации.

Денежные средств от реализации поступают в ООО «Форт Нокс» и расходуются обществом в интересах общества и в необходимом порядке и очередности оплаты счетов.

Согласно представленным в дело документам, ООО «Форт Нокс» на регулярной основе производило платежи за ООО «Назаровское молоко» на основании писем, о чем свидетельствуют представленные документы.

Так, из представленных в дело актов сверки, подписанных между ООО «Форт Нокс», ООО «Назаровское молоко», сформированных по состоянию на апрель 2018 года, апрель 2017 года, 1 квартал 2017 года, декабрь 2018 года, ноябрь 2018 года, октябрь 2018 года, март 2018 года, март 2018 года, февраль 2018 года, июнь 2019 года, июнь 2019 года, май 2019 года, апрель 2019 года, апрель 2019 года, август 2019 года, следует, что расчеты между организации производись путем взаиморасчетов и оплаты ООО «Форт Нокс» платежей за ООО «Назаровское молоко».

Согласно выпискам по счетам ООО «Назаровское молоко» все самостоятельные расчеты были прекращены после заключения договоров поставки, исключающих самостоятельную реализацию товара и распоряжение собственными денежными средствами.

Так, расчеты по счету ООО «Назаровское молоко» №40702810614120000489, открытому в Филиале Азиатско-Тихоокеанском банке АО г. Улан – Удэ, прекращены с 03.03.2015, по счету №40702810900504665679 - 02.04.2015, по счету №40702810400600002949 с 30.05.2015, после указанной даты по счету отражено только списание в принудительном порядке исполнения исполнительных документов. Между тем, до 30.05.2015 ООО «Назаровское молоко» осуществляло активные самостоятельные платежи с контрагентами.

Таким образом, с одной стороны, выстроенный порядок взаимоотношений по безналичному расчету позволил ООО «Назаровское молоко» на какой-то период времени отстрочить момент возбуждения дела о банкротстве, а с другой стороны, лишил полностью самостоятельности, предоставив ООО «Форт Нокс» право распоряжения всеми производственными ресурсами и производимыми товарами.

В результате достигнутой договоренности, в распоряжение ООО «Форт Нокс» попадают все ресурсы и денежные средства, позволяющие как пользоваться всей денежной массой, извлекать доход от поступающих в оборот денежных средств, так и иметь возможность направлять денежные потоки по собственному усмотрению.

По существу такая схема работы - прямое подчинение и использование в качестве «сырьевого придатка» ООО «Назаровское молоко» свидетельствует о подконтрольности должника обществу с ограниченной ответственностью «Форт Нокс».

При этом, активы ООО «Назаровское молоко» перешли к ООО «Форт Нокс».

Так, 23.12.2019 регистрирующим органом зарегистрирован переход права собственности на ряд объектов недвижимости, а именно: земельный участок, кадастровый номер 24:54:0105002:172, адрес: 

<

...>, здание №21; нежилое помещение, кадастровый номер 24:54:0105002:478, адрес: 

<

...>; нежилое помещение, кадастровый номер 24:54:0105002:479, адрес: 

<

...>.

Указанные объекты недвижимости ранее принадлежали должнику и были переданы должником в залог банку ВТБ (ПАО)  в связи с заключением кредитного договора в 2013 году.

20.12.2017 ООО «Форт Нокс» приобрело права требования к должнику у Банка ВТБ (ПАО), в связи  чем стало залогодержателем имущества. По соглашению от отступном от 08.06.2018 данные активы оценены в 22,8 млн.руб. и  перешли в собственность ООО «Форт Нокс» в счет гашения выкупленного долга.

Указанные помещения использовались должником для производства продукции.

Кроме того, ООО «ФОРТ НОКС» владеет оборудованием, прежде находившимся у ООО «Назаровское Молоко»: линия по производству молока, система приемки молока, машина закаточная, установка для охлаждения жидкости, установка заквасочная, насос вакуумный, паровой стерилизатор, и пр.

Так, ООО «Форт Нокс» выкупает у лизинговой компании ООО «Балтийский лизинг» оборудование, ранее находившееся у должника (автоматическая линия по переработке молока) по договору купли-продажи 19.05.2017 за 18 млн.руб.

У должника с 2013 года был заключен договор лизинга оборудования с ООО «Кедр Лизинг». 27.02.2017 ООО «Форт Нокс» заключает с ООО «Кедр Лизинг» договор уступки, по условиям которого к ответчику переходят права требования по договору лизинга оборудования (комплект холодильного оборудования, горизонтальная формирующе-фасовочная машина). Собственником данного оборудования впоследствии становится ООО «Форт Нокс».

Таким образом, в 2017 году ответчик стал собственником как недвижимого имущества, так и оборудования для производства молока, т.е. фактически всего производственного комплекса ООО «Назаровское молоко», необходимого для производства продукции.

При этом, с того момента, как ответчик стал собственником оборудования и недвижимого имущества, данное имущество ответчик передал должнику по договору аренды в целях продолжения ведения хозяйственной деятельности.

Таким образом, дорогостоящие активы должника, необходимые для ведения производственной деятельности в результате действий ответчика перешли в собственность ООО «Форт Нокс», однако должник продолжил их использование для производства продукции. При этом, в случае продолжения должником самостоятельной хозяйственной деятельности, должник имел бы возможность рассчитаться по кредитным договорам и договорам лизинга самостоятельно, в связи с чем движимое и недвижимое имущество осталось бы в собственности должника. С учетом того, что имущество дорогостоящее (недвижимое имущество выкуплено за 22 млн., движимое имущество выкуплено за 18 млн.), за счет реализации данных активов могло произойти погашение долга перед кредиторами.

Анализ производственного процесса и сложившихся между кредитором и должником взаимоотношений, свидетельствует об отсутствии самостоятельного ведения должником производственной деятельности, об использовании в деятельности (бизнесе) кредитора ООО «Назаровское молоко» в качестве «сырьевого придатка» и его подконтрольности ООО «Форт Нокс».

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что взаимоотношения должника и ответчика являлись предметом оценки судов в постановлении Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.01.2022 по делу № А33-29933/2019к18, постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 12.05.2022 по тому же делу.

Ответчик в обоснование сложившейся схемы взаимоотношений с должником приводит доводы о том, что указанная модель взаимоотношений была выгодна для всех сторон сделки, поскольку все действия ООО «Форт Нокс» были направлены на то, чтобы ООО «Назаровское молоко» вышло из кризиса и выплатило долги ООО «Форт Нокс».

При этом, исходя из представленных ответчиком актов сверки по договорам поставки продукции и поставки сырья, должник всегда выступал лицом, который имел крупную задолженность перед ООО «Форт Нокс» по договору поставки сырья. Фактически, исходя из представленных документов, с момента заключения договоров от 11.11.2015, должник приобретал у ООО «Форт Нокс» сырье для производства молока на суммы, всегда превышающие стоимость поставленного в адрес ООО «Форт Нокс» молока, т.е. должник во взаимоотношениях в ответчиком всегда был должен ответчику крупные суммы, и указанное сальдо расчетов никогда не было положительным в сторону должника, несмотря, в том числе и на передачу должником практически всех имевшихся у него активов в адрес ООО «Форт Нокс» в качестве оплаты образовавшейся задолженности.

В результате взаимоотношений сторон, долг ООО «Назаровское молоко» перед ООО «Форт Нокс» периодически уменьшался (после передачи активов в собственность ответчика), но всегда существовал, несмотря на то, что должник поставил ответчику продукцию на сумму порядка 1 млрд.руб. Ответчик привел расчеты, где указал, что им за должника осуществлены платежи в адрес третьих лиц на сумму порядка 22 млн.руб., при этом должник поставил ответчику продукцию на сумму порядка 986 млн.руб., а реализована эта продукция ООО «Форт Нокс» в адрес третьих лиц на сумму 1,072 млрд. руб., т.е. положительное сальдо от продажи, полученное ответчиком составило не менее 60 млн.руб. Помимо продукции в собственность ответчика перешли активы должника.

Действия ответчика, повлекшие несостоятельность должника, вызывают объективные сомнения в том, что между должником и ответчиком существовали обычные деловые отношения, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ответчика переходит бремя доказывания того, что негативные последствия таких действий явились следствием обычного делового оборота. Между тем ответчик не привел убедительных доводов и не представил доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности его действий, не опроверг презумпцию несения ответственности за деятельность должника, повлекшую его объективное банкротство.

Ответчик не привел каких-либо разумных доводов в обоснование причин поставки должнику сырья без оплаты, и продолжения такой поставки на протяжении многих лет. Из пояснений ответчика следует, что он начал поставлять сырье должнику, в связи с чем у должника образовалась задолженность по оплате за соответствующее сырье. При этом, вместо того, чтобы производить взыскание данной задолженности, ответчик с 2016 по 2019 гг. продолжает поставлять сырье в очень значительных объемах (объемы поставки составляли десятки млн.руб. ежемесячно), однако не получая по прежнему оплаты за поставленную продукцию. Обосновывая экономический смысл сделки, ответчик указал, что за поставленное сырье он получал готовую продукцию, которую потом реализовывал. Между тем, по данным бухгалтерских документов, готовая продукция от должника поступала на меньшие суммы, нежели в его адрес поставлялось сырье, в связи с чем на стороне должника всегда был долг. Более того, помимо поставки сырья без оплаты, ООО «Форт Нокс» выкупает ряд долгов ООО «Назаровское молоко», заключая договора цессии с контрагентами, цена уступки соответствует размеру долга (договор уступки требования (цессии) от 20.12.2019 № 20/12/2019/1, договор уступки от 19.04.2017), впоследствии, должник передает ответчику свои активы в счет уплаты данных долгов.

В результате выбранной схемы взаимоотношений, на стороне ООО «Назаровское молоко» образовалась кредиторская задолженность, которая не могла быть погашена, поскольку должник самостоятельно не распоряжался денежными потоками, при этом все активы должника перешли в собственность ООО «Форт Нокс», что позволило ООО «Форт Нокс» при банкротстве ООО «Назаровское молоко» обеспечить продолжение производственной деятельности по изготовлению молочной продукции под тем же брендом, но с использованием иной организации. Построенная модель не отвечает критерию добросовестного ведения предпринимательской деятельности.

В 2017 году, когда в отношении ООО «Назаровское молоко» ряд контрагентов подали заявления о признании должника банкротом, ООО «Форт Нокс» погасило банкротообразующую задолженность, в связи с чем производство по делу о банкротстве прекращено (дело № А33-2721/2017).

В данном случае структура рассматриваемых взаимоотношений позволяет отнести ООО «Назаровское молоко» и ООО «Форт Нокс» к категории аффилированных лиц по признаку фактической аффилированности посредством вхождения в одну экономическую группу.

Фактически ООО «Форт Нокс» использовало ООО «Назаровское молоко» в качестве своего структурного производственного подразделения.

Такая структура предполагает аккумулирование денег должника и распоряжение ими управляющей компанией с проведением расчетов из управляющего центра, которым является ООО «Форт Нокс».

В рассматриваемом случае с 2015 года ООО «Назаровское молоко» по существу выполняет функцию производственного цеха, подконтрольного ООО «Форт-Нокс».

Доказательства ведения должником самостоятельной деятельности вне связи с кредитором, в материалы деле не представлены.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что контролирующим должника лицом – ООО «Форт Нокс» последовательно реализовывалась модель перевода активов должника - ООО «Назаровское молоко» на ответчика, с созданием модели, по которой расходы на изготовление продукции и сопровождение процедуры производственного цикла возлагались на должника, с переводом спроса и прочих активов на подконтрольное общество - ООО «Форт Нокс». Указанная модель начала создаваться и реализовывалась после заключения договоров от 11.11.2015, после чего должник полностью перестал вести какую-либо самостоятельную деятельность.

В результате заключения договора поставки, все денежные потоки стали проходить минуя должника. Фактически, полностью контроль над всеми денежными потоками находился у ООО «Форт Нокс», которое от имени должника оплачивало платежи, необходимые для ведения производственной деятельности. При этом, выборочное гашение задолженности вело к образованию кредиторской задолженности перед рядом контрагентов. В случае ведения должником самостоятельной деятельности, соответствующая задолженность могла быть погашена, поскольку фактически должник вел производственную деятельность (в адрес ответчика поставлено молока на сумму порядка 1 млрд.руб.), соответственно, в случае самостоятельного ведения деятельности, за счет поступающих от продажи молока денежных средств могла быть погашена кредиторская задолженность, а также сохранены активы.

Судом установлено, что контролирующее должника лицо последовательно совершило ряд действий, сделок, решений, которые в конечном итоге привели ООО «Назаровское молоко» к несостоятельности (банкротству), с отсутствием активов, достаточных для удовлетворения требований кредиторов, с наращиванием кредиторской задолженности.

Ответчик приводит доводы о том, что исходя из бухгалтерской отчетности должника, деятельность должника всегда была прибыльной, например в 2018 году чистая прибыль составила 4,9 млн.руб., основные средства – 44,716 млн.руб., баланс 187,593 млн.руб.

Конкурсный управляющий пояснил, что бухгалтерская документация у него отсутствует, руководителем не передана, в связи с чем сделать выводы о достоверности бухгалтерской отчетности  не представляется возможным.

Суд также относится критически к отраженным в бухгалтерском балансе сведениям, исходя из того, что в рамках конкурсного производства у должника выявлено имущество (оборудование) на сумму 1,6 млн.руб. (что отражено в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности), тогда как в балансе размер основных средств отражен – 44 млн.руб., счета должника были арестованы с 2016 года. Указанное не позволяет сделать однозначный вывод о достоверности бухгалтерской отчетности.

Доводы о том, что поскольку большая часть кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника образовалась до 2015 года, в связи с чем ответчик не может иметь никакого отношения к данным долгам, поскольку договор поставки и переход на безденежные расчеты начался в ноябре 2015 года, отклонен. Исходя из анализа материалов дела, соответствующие долги, накопленные с 2015 года, не могли быть выплачены должником, поскольку всеми денежными потоками с указанного периода руководил ответчик, на счета должника были наложены аресты. Соответственно, созданная должником и ответчиком схема взаимоотношений позволила аккумулировать долги ООО «Назаровское молоко» и исключить возможность их взыскания даже в рамках исполнительного производства, поскольку движения по счетам у должника отсутствовали.

Контролирующим должника лицом 11.11.2015 создается схема работы (заключение договоров от 11.11.2015) с целью беспрепятственной торговли продукцией, произведенной должником, минуя исполнительное производство и ограничения в виде ареста расчетного счета должника.

Фактически с 2016 должник перестает вести собственную производственную деятельность, поскольку ООО «Форт Нокс» полностью контролирует денежные потоки должника, по своему усмотрению производит платежи за должника, прибыль от реализации продукции перераспределяется на ООО «Форт Нокс». При этом, по сведениям ответчика, объем поставленной в адрес ответчика продукции составлял с 2017 года - 986 млн.руб., а реализована эта продукция ООО «Форт Нокс» в адрес третьих лиц на сумму 1,072 млрд. руб.

При указанных объемах производства продукции, при ведении должником самостоятельной деятельности, вся имеющаяся кредиторская задолженность могла быть погашена.

При этом в течении периода взаимоотношений с ответчиком, должник лишается практически всех активов для производства молока, которые переходят в собственность ответчика, а должник арендует соответствующее имущество у контролирующего должника лица - ООО «Форт Нокс».

С учетом совокупности установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что фактически в корпоративной группе была реализована бизнес-модель, предполагающая не получение должником выручки от осуществляемой им деятельности, а получение такой выручки ответчиком. Несмотря на то, что получение дохода ниже объективного потенциала прибыли от производственной деятельности само по себе не является незаконным и находится в сфере ведения органов управления корпорации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 N 8989/12), однако, с точки зрения законодательства о банкротстве такая деятельность приобретает недобросовестный характер в момент, когда она начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки.

Неоднократное (системное) воспроизведение одних и тех же результатов хозяйственной деятельности у последовательно сменяющих друг друга производственных единиц с конкретным функционалом внутри корпоративной группы в виде накопления значительной долговой нагрузки перед независимыми кредиторами с периодическим направлением этой единицы в процедуру банкротства для списания долгов и созданием новой, не обремененной долгами, указывает на цикличность бизнес процессов внутри группы с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные (должник ООО «Назаровское молоко») и прибыльные центры - ООО «Форт Нокс».

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении не может быть проигнорирована сущность конструкции юридического лица, предполагающая имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность (статьи 48, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпорации и иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой дискреции при принятии (согласовании) управленческих решений в сфере бизнеса. В то же время контролирующие и действующие с ними совместно лица не вправе злоупотреблять привилегиями, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через юридическое лицо, намеренно причиняя вред независимым участникам оборота (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная в рамках настоящего дела бизнес-модель выходит за пределы предпринимательского риска и подтверждает подобное злоупотребление корпоративной формой.

Проанализировав представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, оценив в совокупности характеристики последовательных и согласованных действий контролирующих должника лиц по избранию модели ведения бизнеса в период наступления финансового кризиса должника, принимая во внимание, что конкурсным управляющим доказаны все обстоятельства, необходимые для привлечения к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ООО «Форт Нокс»  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «Назаровское молоко».

С учетом возможности определения размера субсидиарной ответственности только после окончательного формирования конкурсной массы производство в части определения размера субсидиарной ответственности по обязательствам должника обоснованно приостановлено судом на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона N 127-ФЗ до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 3 абзаца 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить определение суда первой инстанции полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Оценив указанные обстоятельства в их совокупности и сопоставив их, исходя из того, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию, коллегия судей пришла к выводу, что несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, в силу 1, 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является основанием для отмены определения определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» февраля 2022 года по делу № А33-29933/2019к16 с разрешением вопроса по существу об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6, признании доказанным наличия оснований для привлечения общества с ограниченной ответственностью «ФОРТ НОКС» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Назаровское молоко».

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» февраля 2022 года по делу № А33-29933/2019к16 отменить. Разрешить вопрос по существу.

Заявление конкурсного управляющего ФИО6 удовлетворить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения общества с ограниченной ответственностью «ФОРТ НОКС» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Назаровское молоко».

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами».

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

 

М.Н. Инхиреева

Судьи:

 

С.Д. Дамбаров

 

И.В. Яковенко