АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075   http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2924/22 

Екатеринбург

31 мая 2023 г.

 

Дело № А60-37249/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Плетневой В.В., Шершон Н.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Татфондбанк» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2022 по делу № А60-37249/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по тому же делу.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 30.03.2023.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Судебное заседание по ходатайству кредитора ФИО3 назначено с использованием системы веб-конференции. В установленное время ФИО3 к онлайн-заседанию не подключился, в ответ на звонок суда пояснил об отсутствии у него возможности подключиться к каналу связи по причинам, находящимся в сфере его контроля, в связи с чем уведомил суд о возможности рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие в порядке части 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Судебное заседание проведено в обычном режиме, протокол и запись заседания не велись.

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.07.2020 заявления Федеральной налоговой службы и публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк, кредитор) о признании общества с ограниченной ответственностью «Компания «Авто-Вираж» (далее – общество «Компания «Авто-Вираж», должник) несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 05.03.2021 общество «Компания «Авто-Вираж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Свердловской области 01.03.2022 поступило заявление Банка о привлечении ФИО1, ФИО5 Риватьевича, общества с ограниченной ответственностью «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» (далее – общество «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО5 – ФИО6, конкурсный управляющий обществом «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» – ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023, в удовлетворении заявления Банка отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, Банк обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 13.12.2022, постановление суда от 07.02.2023 отменить, принять новый судебный акт, удовлетворив требования – привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Компания «Авто-Вираж».

В кассационной жалобе кредитор ссылается на то, что в период с 22.12.2016 по 27.12.2018 в пользу аффилированного юридического лица – общества «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» были перечислены денежные средства в сумме 8 096 623,67 руб., в результате чего причинен значительный ущерб правам кредиторов должника. Кассатор утверждает, что ответчиками совершены сделки по выводу ликвидных активов должника, которые впоследствии признаны недействительными в рамках данного дела о банкротстве. Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что признаки банкротства у общества «Компания «Авто-Вираж» возникли с декабря 2016 года и ФИО1 как руководитель должника должна была обратиться с заявлением о признании общества банкротом не позднее 23.04.2017.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

При рассмотрении спора судами установлено и материалами дела подтверждено, что общество «Компания «Авто-Вираж» создано 25.12.2002, с момента учреждения единоличным исполнительным органом должника и единственным учредителем являлась ФИО1

Ссылаясь на то, что контролирующим должника лицом совершены действия, приведшие к банкротству общества, кредитор обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, неподачу заявления о банкротстве подконтрольного общества.

Относительно привлечения общества «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» Банк утверждал, что оно является выгодоприобретателем по перечислениям денежных средств, а ФИО5 как учредитель данного общества и бывший супруг ФИО1 – конечный бенефициар.

Возражая против заявленных требований, ФИО1 указывала на то, что сам по себе факт совершения ряда сделок не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, а по состоянию на 22.05.2019, 24.06.2019 у общества «Компания «Авто-Вираж» отсутствовали признаки неплатежеспособности, оно имело возможность за счет реализации части имущества рассчитаться с кредиторами. Относительно получения должником заемных средств ФИО1 обращала внимание на то, что целью получения кредитных средств являлось участие в тендерах на обслуживание городских маршрутов. Отмечала, что займы были досрочно погашены.

Общество «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс», возражая против заявленных требований, утверждало, что оно не является контролирующим должника лицом, а также ссылалось на недоказанность Банком его статуса конечного бенефициара должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных кредитором требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – постановление Пленума № 53).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 постановления Пленума № 53).

При исследовании причин объективного банкротства должника судами установлено, что признаки неплатежеспособности (задолженность) у должника возникли в результате оспаривания сделки по зачету встречных однородных требований между Банком и должником по кредитным договорам. Так, в 2016 году денежные средства должника в сумме 5 543 105,90 руб., находящиеся на депозитном счете Банка, были направлены на досрочное погашение по кредитным договорам, которые были заключены с Банком с целью развития бизнеса и участия в тендерах на обслуживание городских маршрутов. Впоследствии после введения в отношении Банка процедуры банкротства были оспорены списание денежных средств в счет погашения задолженности по кредитным договорам, в связи с чем должник потерял депозит в указанной выше сумме, а также у него возникли обязательства перед кредитором (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2018 по делу № А65-5821/2017), в связи с чем Банк в последующем обратился с заявлением о признании общества «Компания «Авто-Вираж» несостоятельным (банкротом).

Проверяя доводы о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с несвоевременной подачей заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве), суды установили следующее.

В обоснование заявленного довода Банк ссылался на то, что признаки неплатежеспособности у должника возникли с декабря 2016 года, а обязанность по подаче заявления о банкротстве возникла у его руководителя ФИО1 не позднее 23.04.2017.

По результатам исследования материалов дела суды констатировали, что по состоянию как на 23.04.2017, так и позднее (в т.ч. 24.06.2019) у общества «Компания «Авто-Вираж» отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, у него имелось дорогостоящие активы (автопарк из более чем 25 автобусов, 9 объектов недвижимости в г. Екатеринбурге, а также действующая лицензия на перевозку пассажиров). Общество имело возможность за счет реализации части имущества и продолжения деятельности рассчитаться с кредиторами. Задолженность по своим обязательствам у общества «Компания «Авто-Вираж» в 2019 году была не более 6 млн. руб., а большая часть требований, включенных в реестр требований кредиторов – задолженность по договорам поручительства.

Кроме того, судами фактически констатировано, что ФИО1, несмотря на временные финансовые затруднения в 2018-2019 гг., добросовестно рассчитывала на их преодоление в разумный срок, приложила необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 53), элементами которого выступили продолжение ведения должником хозяйственной деятельности до конца 2019 года включительно, а также рассрочка исполнения решения Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 23.01.2019 по делу № 2-41/2019 по иску Банка к должнику и поручителям по кредитным договорам, вступившего в законную силу 22.05.2019 (погашено по графику более 1 млн. руб.).

Рассматривая обоснованность довода о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по мотиву совершения подконтрольным ей обществом сделок, которые причинили ущерб имущественным правам кредиторов должника (презумпция в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), суды двух инстанций установили, что в рамках дела о банкротстве общества «Компания «Авто-Вираж» судом первой инстанции, действительно, признан недействительным ряд сделок по отчуждению транспортных средств на общую сумму порядка 1 млн руб. Между тем, исследовав и оценив заявленный довод, представленные в его обоснование документы и возражения ответчика, учитывая показатели балансовой стоимости имущества должника по состоянию на 2019 г. (48 577 000 руб.), суды первой и апелляционной инстанций сочли, что признанные недействительными сделки не причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, а также не явились причиной объективного банкротства должника, поскольку не оказали существенное воздействие на стабильность его финансового положения.

Проверяя довод о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по мотиву непередачи конкурсному управляющему финансово-хозяйственных документов общества «Компания «Авто-Вираж» (презумпция в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), суды установили, что в рамках настоящего дела о банкротстве рассмотрен обособленный спор (определения Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021, 20.12.2021), в котором конкурсному управляющему было отказано в удовлетворении заявлений об истребовании документации должника, а также материальных и иных ценностей, поскольку судами констатирован факт передачи конкурсному управляющему должником всех имеющихся у руководителя материальных ценностей и документов должника. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что вся необходимая документация общества «Компания «Авто-Вираж» к моменту введения наблюдения имелась, документы не были искажены либо утрачены, а потому факт существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, не доказан.

Отклоняя доводы о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности общества «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» как фактического выгодоприобретателя от перечисленных должником денежных средств в общей сумме 8 090 623 руб. и ФИО5 как конечного бенефициара названного общества, суды приняли во внимание представленные ответчиками в опровержение презумпции доводы и документы, свидетельствующие о том, что указанные лица длительный период времени обслуживали пассажирские маршруты в г. Екатеринбурге. Так, суды нижестоящих инстанций пришли к выводу, что заявленные Банком как подозрительные операции (с назначением платежа «по договору купли-продажи», «выкуп автобусов», «аренда маршрута») не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, поскольку между организациями, подконтрольными супругам ФИО8 и входящими в одну группу компаний, на постоянной основе заключались договоры купли-продажи, аренды маршрутов, агентские договоры по приобретению и обслуживанию валидаторов. Более того данные операции совершены в 2016-2018 гг., когда активы должника по бухгалтерской отчетности составляли 60-70 млн. руб.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание обстоятельства, которые привели к банкротству общества «Компания «Авто-Вираж», придя к выводу об отсутствии вины ФИО1 в этом, поскольку данный ответчик не мог предвидеть банкротство кредитной организации (Банка), то есть банкротство вызвано внешними объективными причинами, не связанными с поведением ответчиков; учитывая, что выдача поручительств является обычной практикой и объясняется тарифами и требованиями банковских организаций, отметив, что кредитные обязательства перед Банком обществом «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс» также исполнялись, были обеспечены залогом имущества как должника, так и названного общества, суды двух инстанций не усмотрели оснований для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5 и общества «Ю-ВИ-ЭЙ-Транс».

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Все доводы кассатора, изложенные в кассационной жалобе, аналогичные доводам, заявленным при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке доказательств, тогда как переоценка таковых выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2022 по делу № А60-37249/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Татфондбанк»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                      Д.Н. Морозов 

 

Судьи                                                                                   В.В. Плетнева 

 

                                                                                             Н.В. Шершон