Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-23213/2017

г. Владивосток

03 мая 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 мая 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.А. Скрипки,

судей К.П. Засорина, Е.Н. Шалагановой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу жалобу закрытого акционерного общества «Востокбункер» 

апелляционное производство № 05АП-2047/2018 

на решение от 21.02.2018 судьи Е.А. Левченко

по делу № А51-23213/2017 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению закрытого акционерного общества

«Востокбункер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к публичному акционерному обществу «СБЕРБАНК РОССИИ» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), 

третьего лица: ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» 

о признании договоров поручительства недействительными,

при участии:

от ЗАО «Востокбункер»: ФИО2, по доверенности от 21.11.2017 сроком действия на 3 года, паспорт;

от ПАО «СБЕРБАНК РОССИИ»: ФИО3, по доверенности от 12.02.2018 сроком действия до 23.04.2020, паспорт;

От ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» представители не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество «Востокбункер» (далее – ЗАО «Востокбункер», истец) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») о признании недействительными заключенные ЗАО «Востокбункер» с ПАО «Сбербанк России» следующие договоры: договор поручительства № 

<

***>-3 от 28.05.2015; договор поручительства № 

<

***>-2 от 09.07.2015; договор поручительства № 

<

***>-1 от 20.08.2015.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 12.10.2017 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельны требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Транзит-ДВ» (далее – ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ»).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 21.02.2018 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, ЗАО «Востокбункер» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просило обжалуемое решение отменить, в связи с неполным выяснением обстоятельств по делу. 

В обоснование жалобы апеллянт указал, что судом первой инстанции не дана оценка, тому, что спорные договоры поручительства заведомо отвечали признакам неисполнимости, и были заключены лишь для вида, без намерения их исполнять, в связи с чем по мнению заявителя являются недействительными на основании части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). ЗАО «Востокбункер» полагало, что факт причинения ущерба  истцу спорными сделками очевиден и заключается во взыскании суммы требований ПАО «Сбербанк России» по договорам поручительства решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 11.07.2017 по делу №Т/ВДК/17/3600.

Заявитель посчитал, что судом первой инстанции необоснованно отклонен довод истца о допущенном злоупотреблении правом и сделал ошибочный вывод об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении участников сделки. 

Апеллянт полагал, что у суда имелись основания, позволяющие квалифицировать спорную сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, со сроком исковой давности признания ее недействительной три года, в связи с чем по мнению заявителя является ошибочным и основанным на неверном толковании закона вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности. 

 ПАО «Сбербанк России» через  канцелярию суда представило отзыв, в котором возразило против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просило решение оставить без изменения.

Ответчик счел, что оспариваемыми сделками не нарушены права истца, поскольку финансовое состояние ЗАО «Востокбенкер» не подтверждает заключение сделок в ущерб обществу и, соответственно, их квалификации как недействительных на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ.  Полагал, что истцом не представлено доказательств того, что сделки посягают на публичные интересы либо права и охраняемые интересы третьих лиц, равно как не доказано злоупотребление правом или иные основания для признания сделок ничтожными, в связи с чем являются оспоримыми со сроком исковой давности один год.

ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителя в судебное заседание не обеспечило, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанного лица.

В судебном заседании представитель истца поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, обжалуемое решение суда первой инстанции просил отменить.

Представитель ПАО «Сбербанк России» по апелляционной жалобе возражал, обжалуемое решение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, согласно списку зарегистрированных лиц по состоянию на 06.05.2015 единственным акционером ЗАО «Востокбункер» являлась компания с ограниченной ответственностью «Транзит Инвест Груп Лимитед», зарегистрированная в Гонконге.

Единственным акционером истца в соответствии с протоколом № 31-СБ от 15.05.2015 одобрено заключение с ПАО «Сбербанк России» договора поручительства в обеспечение обязательств ООО «Торговый Дом Транзит-ДВ» перед ПАО «Сбербанк России» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии со следующими условиями: сумма финансирования 520 000 000 рублей, срок финансирования 18 месяцев.

Между ПАО «Сбербанк России» (кредитор) и ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» (заемщик) 28.05.2015 заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> (в редакции дополнительных соглашений № 1 от 09.03.2016, № 2 от 28.04.2016, № 3 от 13.09.2016) с лимитом в сумме 520 000 000 рублей под переменную процентную ставку 17,35-18,35 процентов годовых сроком по 28.11.2016:

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> ПАО «Сбербанк» (банк) и ЗАО «Востокбункер» в лице Вице-  президента по финансам ООО «Группа «Транзит-ДВ» (поручитель) заключен договор поручительства № 

<

***>-3 от 28.05.2015, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед банком за исполнение заемщиком ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ», всех обязательств по договору от открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 28.05.2015. 

Согласно списку зарегистрированных лиц по состоянию на 26.06.2015 единственным акционером ЗАО «Востокбункер» являлась компания с ограниченной ответственностью «Транзит Инвест Груп Лимитед», зарегистрированная в Гонконге.

Протоколом № 32-СБ от 09.07.2015 единственным акционером истца одобрено заключение с ПАО «Сбербанк России» договора поручительства в обеспечение обязательств ООО «Торговый Дом Транзит-ДВ» перед ПАО «Сбербанк России» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии со следующими условиями: сумма финансирования 800 000 000 рублей, срок финансирования 36 месяцев.

ПАО «Сбербанк России» и ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» (заемщик) 09.07.2015 заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 

<

***> с лимитом в сумме 800 000 000 рублей под переменную процентную ставку 13,5-12,5 процентов годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> ПАО «Сбербанк»  с ЗАО «Востокбункер» в лице Вице-  президента по финансам ООО «Группа «Транзит-ДВ» заключен договор поручительства № 

<

***>-2 от 09.07.2015 на срок по 01.07.2019 с истцом по настоящему делу.

Пунктом  1.1 договора поручительства № 

<

***>-2 установлено, что поручитель принял на себя обязательство отвечать перед банком за исполнение заемщиком всех обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 09.07.2015.

ПАО «Сбербанк России» (кредитор) и ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» (заемщик) 20.08.2015 заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> на срок по 19.08.2019 с лимитом в сумме        2 170 000 000 рублей под 12,5 % годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> ПАО «Сбербанк» и ЗАО «Востокбункер» в лице Вице-  президента по финансам ООО «Группа «Транзит-ДВ» заключен договор поручительства № 

<

***>-1 от 20.08.2015, из условий договора следует, что поручитель принял на себя обязательство отвечать перед банком за исполнение заемщиком всех обязательств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 20.08.2015.

Из протокола от 01.09.2015 следует, что единственным акционером истца одобрено заключение с ПАО «Сбербанк России» договора поручительства № 

<

***>-1 от 20.08.2015 в обеспечение обязательств ООО «Торговый Дом Транзит-ДВ» перед ПАО «Сбербанк России» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии со следующими условиями: сумма финансирования 2 170 000 000 рублей, срок финансирования по 19.08.2019.

Полагая, что договор поручительства № 

<

***>-3 от 28.05.2015; договор поручительства № 

<

***>-2 от 09.07.2015; договор поручительства № 

<

***>-1 от 20.08.2015 заключены с нарушением норм действующего законодательства истец обратился с иском в Арбитражный суд Приморского края.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых договоров поручительства недействительными, а также в связи с пропуском срока исковой давности.

Апелляционный суд, повторно исследовав имеющиеся в деле доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, исходил из следующего.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

         В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление от 23.06.2015 № 25), пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Согласно разъяснениям подпункта 2 пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения сделок с заинтересованностью, обязано доказать нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Таким образом, суд первой инстанции верно исходил из того, что иск может быть удовлетворен лишь в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для общества или его акционеров, а целью обращения в суд является восстановление нарушенных прав и интересов.

Доказательств наличия сговора при заключении договоров поручительства истцом не представлено. ЗАО «Восткбункер» в обоснование своих требований указывало, что оспариваемая сделка совершена на невыгодных для истца условиях, в результате совершения сделки поручитель не получает встречного обеспечения, что привело к явному ущербу для ЗАО «Восткбункер».

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 361, пункта 1 статьи 363 ГК РФ поручитель обязывается перед кредитором другого лица солидарно отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства.

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора (пункт 1 статьи 365 ГК РФ).

Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Из указанных норм следует, что у поручителя обязанность отвечать за исполнение обязательства основного заемщика возникает только в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств основным заемщиком. И в последующем к нему переходят права и обязанности кредитора по основному обязательству.

Из содержания прав и обязанностей сторон договора поручительства следует, что поручитель никогда не получает встречное предоставление при заключении договора. Договор поручительства является односторонне обязывающим, поскольку при определенных условиях у поручителя возникает гражданско-правовая ответственность. Таким образом, договор поручительства является экономически нецелесообразным, поскольку экономическая выгода для поручителя в нем отсутствует по определению.

Оценка договора поручительства с точки зрения его экономической целесообразности противоречит существу договора поручительства, делает невозможными защиту прав кредитора и обеспечение стабильности гражданского оборота.

Оценка договора поручительства должна быть дана не с точки зрения экономической целесообразности, а с точки зрения цели договора с учетом действительной общей воли сторон.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

При заключении договора поручительства банк преследовал цель получения обеспечения по кредиту. Поручительство ЗАО «Восткбункер» выступало в качестве одной из форм обеспечения исполнения ООО «Торговый дом «Транзит-дв» (заемщик) обязательств по кредитным договорам, при помощи которой банк был намерен минимизировать риск неисполнения заемщиком указанных обязательств. Кроме того, судом первой инстанции установлено, что ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ», заключившее договоры кредитной линии в качестве заемщика, и ЗАО «Востокбункер», выступающее поручителем в оспариваемых сделках, входят в одну группу лиц ООО «Группа «Транзит-ДВ», объединенных общими корпоративными и экономическими интересами.

Кроме того, заявители указывают на ничтожность договоров поручительства на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорные договоры, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Экономическая нецелесообразность, безвозмездность сделки, одновременное заключение договоров поручительства с несколькими поручителями и договоров залога не являются самостоятельными признаками злоупотребления правом.

Из пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

В данном случае заключение оспариваемого договора с учетом экономической целесообразности его заключения не может свидетельствовать о справедливости лишения таких договоров юридической силы. Поручительство, как правило, и выдается при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах, сам по себе не подтверждает порочность сделок по выдаче такого обеспечения.

 Как верно отметил суд первой инстанции, в нарушении пункта 1 статьи 65 АПК РФ заявителями не представлено доказательств наличия злоупотребления правом ответчика и ООО «Торговый  дом «Транзит-ДВ», а потому заявленные требования по указанным основаниям удовлетворению не подлежат.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Действующее гражданское законодательство не ставит возможность заключения договора поручительства в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для исполнения такого обязательства на момент заключения договора, а также наличия экономической выгоды.

При таких обстоятельствах оснований для истребования у поручителя при заключении договора поручительства доказательств его платежеспособности или наличия экономической выгоды не имелось.

С учетом этого, не истребование банком выше названной информации не является доказательством недобросовестности поведения банка и не может быть расценено как действия, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред поручителю.

Иное документальное подтверждение недобросовестности поведения сторон при подписании оспариваемого договора поручительства отсутствует.

Таким образом, истцом в материалы дела не представлено доказательств недобросовестного поведения банка при подписании договора поручительства.

При заключении договора и в процессе его исполнения участниками сделки совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих содержанию договора правовых последствий, с момента заключения договора до предъявления к поручителю требования об уплате возникшей по обеспеченному обязательству задолженности, истец договор поручения не оспаривал.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Следовательно, истец, заключая договор поручительства, предвидел наступление для себя последствий в виде предъявления кредитором непосредственно к нему требования об исполнении основных обязательств вместо должника. Подписание договора с целью формального соблюдения требований действующего законодательства не означает мнимости оспариваемой сделки.

Доказательств того, что при подписании договора поручительства стороны действовали против своей воли, не представлено.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности наличия у договоров поручительства признаков недействительной (ничтожной) сделки.

В рамках настоящего спора ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Пункт 2 статьи 181 ГК РФ устанавливает, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.11.2015 по делу №89-КГ15-13, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. Следовательно, началом течения срока исковой давности по иску о признании договора поручительства недействительным, следует считать дату заключения договора.

Оспариваемые истцом договоры заключены сторонами 28.05.2015, 09.07.2015, 20.08.2015, исковое заявление подано в Арбитражный суд Приморского края 26.09.2017, то есть за пределами срока исковой давности.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции на законных основаниях отказал в удовлетворении заявления.

Доводы подателей жалобы, аналогичные доводам, приводимым в суде первой инстанции, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им была дана основанная на материалах дела оценка, оснований для пересмотра которой, у апелляционного суда не имеется.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено. 

Обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Исходя из результата рассмотрения спора, в силу положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины остаются на заявителе.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 21.02.2018  по делу №А51-23213/2017  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.А. Скрипка

Судьи

К.П. Засорин

Е.Н. Шалаганова