АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1945/2023

22 июня 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 июня 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кучеренко С.О.,

судей Кушнаревой И.Ф., Сецко А.Ю.

при участии:

от ФИО1 – ФИО1 по доверенности от 24.05.2022 № 41АА0822082;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023

по делу № А24-287/2021 

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «ГолдАртМаркет» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 684090, 

<

...>), ФИО2, финансового управляющего имуществом должника

о признании недействительным брачного договора от 23.09.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий его недействительности 

в рамках дела о признании индивидуального предпринимателя                   ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>,                  ИНН: 

<

***>, дата прекращения деятельности: 09.03.2021) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ГолдАртМаркет» (далее – ООО «ГолдАртМаркет», общество) и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее также должник) несостоятельным (банкротом).

Индивидуальный предприниматель ФИО3 09.03.2021 прекратил деятельность в связи с принятием им соответствующего решения, о чем в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей внесена запись ГРН 421410000060931.

Решением арбитражного суда от 10.03.2021 ФИО3 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества. В третью очередь реестра требований кредиторов (далее – реестр) включены требования ООО «ГолдАртМаркет» в размере 2 856 200 руб. и ФИО2 в размере 459 000 руб. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5.

Определением суда от 13.05.2021 в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора ФИО2 на его правопреемника - ФИО1 по требованиям в размере 459 000 руб.

Определением суда от 21.05.2021 ФИО5 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей финансового управляющего; новым финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6 (определение от 29.07.2021).

В рамках данного дела о банкротстве 11.03.2021 в арбитражный суд поступило заявление кредиторов ООО «ГолдАртМаркет» и ФИО2 о признании недействительным брачного договора от 23.09.2020, удостоверенного нотариусом Вилючинского нотариального округа ЗАТО г. Вилючинск Камчатского края (зарегистрировано в реестре № 41/36-н/41-2020-1-1453; далее – брачный договор), заключенного между должником и ФИО4 (т. № 1, л.д. 5–9).

Также в арбитражный суд 08.07.2021 поступило заявление и.о. финансового управляющего имуществом должника о признании недействительной сделки – брачного договора от 23.09.2020 и применении последствий ее недействительности в виде обязания ответчика вернуть в конкурсную массу имущество, являющееся предметом договора, за исключением ювелирных изделий, подвергнутых аресту судебными приставами-исполнителями Вилючинского ГОСП ССП (том № 3, л.д. 4–14).

Определением от 10.08.2021 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры по делу № А24-287/2021 по заявлениям ООО «ГолдАртМаркет», ФИО2 и и.о. финансового управляющего.

Определением суда от 09.09.2021 произведена замена первоначального заявителя по обособленному спору ФИО2 на его правопреемника – ФИО1

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022 в удовлетворении заявлений ООО «ГолдАртМаркет», ФИО1 и финансового управляющего о признании недействительным брачного договора от 23.09.2020, заключенного между должником и ФИО4, и применении последствий его недействительности отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с определением от 01.09.2022 и апелляционным постановлением от 28.03.2023, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, с учетом дополнений к ней, в которой просит их отменить как принятые с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, и направить спор на повторное рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя жалобы, брачный договор заключен во избежание возможности обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику, как предпринимателю, так и супругам совместно, что привело к тому, что из состава имущества должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу; доказательств наличия у должника иного ликвидного имущества, на которое может быть обращено взыскание в объеме кредиторской задолженности, материалы дела не содержат. Полагает, что оспариваемый договор является договором дарения, в результате совершения которого причинен вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем является недействительным применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) и ничтожным по пункту 2 статьи 168 ГК РФ. Указывает, что по состоянию на сентябрь 2020 года, т.е. в преддверии заключения брачного договора, ФИО3 имел многочисленные неисполненные финансовые обязательства перед ООО «ГолдАртМаркет» и ФИО2, установленные судебными актами; также в отношении должника в производстве Арбитражного суда Камчатского края на различных стадиях рассмотрения находились многочисленные споры. Полагает, что брачный договор заключен в нарушение предусмотренного семейным законодательством принципа равенства долей супругов при определении режима совместно собственности и фактически представляет собой передачу в собственность совместно нажитого имущества одному из супругов, с целью вывода принадлежащего должнику ликвидного имущества во избежание на него взыскания. Считает, что заключение брачного договора не препятствует обращению взыскания на принадлежащие должнику ювелирные изделия, поскольку ФИО3 не уведомил кредиторов о его заключении. Отмечает, что оспариваемый договор является мнимой сделкой, поскольку не влечет реальных правовых последствий и должник продолжает пользоваться и владеть переданным по брачному договору имуществом; супругой должника не осуществлялись действия характерные для лица, собирающегося самостоятельно заниматься реализацией полученных по брачному договору ювелирных изделий.

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу считает ее не подлежащей удовлетворению ввиду безосновательности приведенных в ней доводов. Отмечает, что все правопритязания заявителей вытекают из длительного корпоративного конфликта.

Судебное заседание, проведенное 23.05.2023 по рассмотрению кассационной жалобы, на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), откладывалось на 10 часов 50 минут 20.06.2023. Информация об отложении размещалась на официальном сайте арбитражного суда кассационной инстанции в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По ходатайству представителя ФИО3 судом округа организована возможность проведения судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), которой представитель заявителя кассационной жалобы не воспользовался и участия в судебном заседании не принимал.

Представитель ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по изложенным в ней основаниям.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Заслушав участника процесса, изучив материалы дела, проверив законность определения от 01.09.2022 и постановления от 28.03.2023,                      с учетом доводов кассационной жалобы, дополнений к ней и отзыва, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 и ФИО4 состоят в браке с 26.06.2009.

Между супругами 23.09.2020 заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Вилючинского нотариального округа ЗАТО г. Вилючинск Камчатского края, согласно которому супруги договорились в соответствии со статьями 40, 42 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) изменить режим имущества, нажитого ими в период брака, а также установить режим раздельной собственности в отношении имущества, которое было приобретено ими до заключения настоящего договора, а также имущества, приобретенного после заключения настоящего договора в будущем по различным основаниям (пункт 1).

Согласно пункту 2 брачного договора гражданину ФИО3 к моменту заключения договора принадлежит следующее имущество:

- квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 91,2 кв. м. (пункт 2.1.);

- маломерное судно, тип и модель судна: моторное судно RIB 580, год и место постройки: 2013. Китай, строительный идентификационный номер: CNHH2013006, идентификационный номер: AB0130RJJS41, с подвесным бензиновым мотором SUZUKI DF140L, № 313254 (пункт 2.2.);

- ювелирные изделия с аксессуарами, оборудование, мебель и оргтехника, принадлежащие гражданину ФИО3 на праве собственности, согласно приложению № 1 к настоящему договору, являющемуся неотъемлемой частью настоящего договора (пункт 2.3.).

В приложении № 1 к брачному договору приведен перечень ювелирных изделий и аксессуаров в количестве 3 795 наименований, перечень оборудования, мебели, оргтехники и прочее.

В соответствии с пунктом 3 брачного договора от 23.09.2020 гражданке ФИО4 к моменту заключения настоящего договора принадлежит следующее имущество:

- автомобиль марки Тойота Ланд Круизер 200, 2008 года выпуска, идентификационный номер (VIN 

<

***>, тип ТС легковой универсал, модель, № двигателя 1VD 0036897, шасси (рама) № 

<

***>, кузов (кабина, прицеп) № JTMHV05IX04021789, цвет темно-красный, регистрационный знак 

<

***> (пункт 3.1.).

ФИО3 и ФИО4 в пункте 4 брачного договора установили следующий правовой режим имущества, указанного в пункте 2 брачного договора:

- имущество: квартира, маломерное судно, указанные в пунктах 2.1, 2.2, брачного договора будут являться исключительной собственностью ФИО3 Данным имуществом ФИО3 будет распоряжаться по собственному усмотрению, как в период брака, так и после его расторжения, независимо от того, по чьей инициативе, и по какой причине он будет расторгнут, без согласия ФИО4 (пункт 4.1.);

- имущество: ювелирные изделия с аксессуарами, оборудование, мебель и оргтехника, указанные в пункте 2.3 брачного договора, будут являться исключительной собственностью ФИО4                            Данным имуществом ФИО4 будет распоряжаться по собственному усмотрению, как в период брака, так и после его расторжения, независимо от того, по чьей инициативе, и по какой причине он будет расторгнут, без согласия ФИО3 (пункт 4.2.).

Согласно пункту 5 брачного договора установлен следующий правовой режим имущества, указанного в пункте 3 настоящего договора:

- имущество: автомобиль, указанный в пункте 3.1. настоящего договора, будет являться исключительной собственностью ФИО4 Данным имуществом ФИО4 будет распоряжаться по собственному усмотрению, как в период брака, так и после его расторжения, независимо от того, по чьей инициативе, и по какой причине он будет расторгнут без согласия ФИО3 (пункт 5.1.).

В силу пункта 9 брачного договора супруги после заключения настоящего договора несут ответственность в отношении принятых на себя обязательств перед кредиторами в пределах принадлежащего каждому имущества. При недостаточности этого имущества кредитор не вправе обращать взыскание на имущество другого супруга.

Пунктом 15 брачного договора предусмотрено, что каждый из супругов имеет право пользоваться имуществом другого супруга при отсутствии возражений со стороны собственника соответствующего имущества.

В соответствии с пунктом 18 брачного договора каждый из супругов обязан уведомить своего кредитора (кредиторов) о заключении, изменении или о расторжении настоящего договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

В пункте 21 брачного договора установлено, что он вступает в силу с момента его подписания и нотариального удостоверения, его действие прекращается с момента государственной регистрации расторжения брака, за исключением тех обязательств, которые предусмотрены договором на период после прекращения брака.

Полагая, что брачный договор заключен формально, в преддверии вступления в законную силу принятых в отношении ФИО3 судебных актов, в период, когда судами в отношении должника рассматривались многочисленные материальные судебные иски, право на его заключение использовано исключительно с целью ущемления прав конкурсных кредиторов и неисполнения обязательств перед кредиторами, ООО «ГолдАртМаркет», ФИО2 (правопреемник - ФИО1) и финансовый управляющий обратились в арбитражный суд с заявлениями о признании его недействительным по правилам статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), и ничтожным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Все доводы кредиторов и финансового управляющего подробно изложены в обжалуемых судебных актах.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В статье 34 СК РФ закреплено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.

В соответствии со статьями 40 и 42 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (подпункт 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63)).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзацах втором и пятом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», финансовый управляющий вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ). Указанные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 03.02.2021, брачный договор заключен супругами 23.09.2020, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В абзац шестом пункта 8 постановления Пленума № 63 разъяснено, что по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его                                       не предусматривающие (например, договор поручительства или залога),                    не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Как следует из разъяснений пунктов 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При этом данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, отказал в удовлетворении заявленных кредиторами и финансовым управляющим требований, придя к выводу о недоказанности совокупности условий для признания спорного договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, руководствуясь следующим.

Согласно пояснениям должника и его супруги, признанным судами достоверными на основе оценки материалов дела, брачный договор был заключен с целью сохранения брачно-семейных отношений между супругами и обеспечения финансовых гарантий стабильности ФИО4 ввиду затянувшегося корпоративного конфликта между ФИО2 (правопреемник ФИО1) и ФИО3 из-за разногласий, возникших в ходе хозяйственной деятельности общества, последующих длительных судебных тяжб.

Отклоняя доводы заявителей о недействительности брачного договора, суды исходили из того, что на дату заключения брачного договора (23.09.2020) в отношении ФИО3 отсутствовали вступившие в законную силу судебные акты о взыскании с него каких-либо долгов.

Все указанные заявителями споры о взыскании с должника денежных средств приняты в рамках разрешения корпоративного конфликта, длящегося с 2016 года между ФИО2 (правопреемник ФИО1) и ФИО3, как учредителями ООО «ГолдАртМаркет» (с долями участия в уставном капитале общества по 50% каждый), либо непосредственно связаны с ним.

На момент заключения оспариваемого брачного договора, не вступили в законную силу судебные акты по делам №№: А24-9110/2020, А24-351/2020, А24-7734/2019 Арбитражного суда Камчатского края о взыскании с должника в пользу участников корпоративного спора (ФИО2 и общества) судебных расходов на общую сумму 483 000 руб., на которые в том числе ссылаются заявители.

Данные судебные расходы не заявлены к включению в реестр требований кредиторов должника. Более того, указанная сумма не превышает порогового значения, установленного статьями 33, 213.3 Закона о банкротства для возбуждения дела о банкротстве должника-гражданина, учитывая также наличие у должника активов, за счет которых возможно было удовлетворение этих требований.

В частности, из имеющегося в материалах дела заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, в котором проанализировано движение денежных средств по счетам должника, следует, что в 2020 году ФИО3 осуществлял предпринимательскую деятельность и имел от нее доход (т. 13, л.д. 31-48).

Согласно приложенным к заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» о включении требований в реестр документам (размещены в Картотеке 08.04.2021), дата образования просроченной задолженности по основному долгу - 01.03.2021; в соответствии с выпиской по счету, представленной акционерным обществом «АТБ» к аналогичному заявлению (размещена в Картотеке 30.04.2021), ФИО3 до 26.04.2021 продолжал осуществлять погашение задолженности перед банком.

Из отчета финансового управляющего от 10.01.2023, размещенного 09.01.2023 в Картотеке, следует, что в конкурсную массу должника включены: охотничье гладкоствольное ружье «FABARN XLR 5» калибр 12/76 серии FA/CA/AR № 026547/026547/002147; охотничье ружье с нарезным стволом «Beretta cx 4 storm» калибр 9х19 серии сх № 48005; охотничье ружье с нарезным стволом «MANNLICHER AUG» калибр 223 REM (5,56х45) серии SAZ № 1828. Определением суда от 19.08.2022 отказано в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об утверждении положения о порядке, сроках и условиях продажи движимого имущества должника (огнестрельного оружия), включенного в конкурсную массу, в представленной финансовым управляющим редакции в связи с необоснованным определением последним рыночной стоимости оружия. Из данного определения следует, что суд принял во внимание письмо ООО АФК «Концепт» от 06.06.2022 № 2431 «О рыночной стоимости оружия», согласно которому наиболее вероятная рыночная стоимость данного оружия по состоянию на май 2022 года может составлять 715 000 руб.

Апелляционным судом также принято во внимание, что в производстве арбитражного суда находится заявление финансового управляющего об утверждении положения о порядке, сроках и об условиях продажи дебиторской задолженности гражданина ФИО2 перед ФИО3 в размере 1 482 020,11 руб. (определением суда от 02.03.2023 заявление принято к производству), которая подтверждена вступившими в законную силу судебными актами.

Из пояснений конкурсного управляющего ООО «ГолдАртМаркет» и ФИО3, следует, что по протоколу очередного общего собрания участников ООО «ГолдАртМаркет» от 18.04.2019, не признанному судом недействительным, ФИО3 переданы в личную собственность ювелирные изделия стоимостью 10 000 000 руб. (из которых в настоящее время остались в наличии изделия на сумму 4 000 000 руб.), которые фактически находятся в магазине «Ювелирный».

Приняв во внимание стоимость имевшихся у должника активов, которые не вошли в брачный договор, часть из которых уже включена в конкурсную массу должника, суды пришли к выводу о недоказанности наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности/несостоятельности, как и того, что ФИО3 в результате совершения сделки стал отвечать этим признакам, признав, что предполагаемая стоимость указанного выше имущества свидетельствует о возможности существенного пополнения конкурсной массы должника.

Отклоняя ссылку заявителей на наличие в сентябре 2020 года в арбитражном суде многочисленных споров о взыскании с ФИО3 денежных средств в пользу ООО «ГолдАртМаркет», суды исходили из того, что инициирование обществом и ФИО2 судебных споров в отношении ФИО3 (как до, так и после совершения оспоренной сделки и в процедуре банкротства должника) фактически является следствием возникшего между участниками общества ФИО2 и ФИО3 корпоративного конфликта, длящегося вплоть до настоящего времени, что подтверждается, в том числе судебными спорами в рамках дела о банкротстве общества (определение суда от 28.04.2022 по делу № А24-7228/2018) и в рамках настоящего дела.

При вышеназванных обстоятельствах, с учетом наличия у должника имущества, не отчужденного супруге по брачному договору и подлежащего включению в конкурсную массу; отсутствия на момент заключения брачного договора вступивших в законную силу судебных актов или неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, требования которых включены в реестр; отсутствие доказательств недобросовестности должника и его супруги при заключении брачного договора, принимая во внимание характер настоящего обособленного спора и всего дела о банкротстве должника, суды не установили наличие у должника цели причинения вреда кредиторам при заключении брачного договора.

Отказывая в признании брачного договора заключенным при наличии признаков мнимости, суды исходили из отсутствия в материалах дела доказательств того, что ФИО3 самостоятельно распоряжался ювелирными изделиями супруги без ее согласия. Заявителями доказательств продажи ювелирных изделий от имени ФИО3, и поступления денежных средств на его счет, в нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Притворность оспариваемого договора была предметом рассмотрения в совокупности с цепочкой сделок (алиментным соглашением, договором дарения), которые, по мнению заявителей, фактически прикрывают отчуждение имущества должника в пользу супруги и их малолетнего сына; однако, вступившими в законную силу определениями по делу № А24-287/2021 от 01.02.2022, 02.02.2022, в удовлетворении заявлений кредиторов и финансового управляющего о признании алиментного соглашения от 30.10.2020 и договора дарения от 03.02.2020 отказано.

Кроме того, суды приняли во внимание не опровергнутые пояснения супругов, согласно которым ювелирные изделия с согласия ФИО4 частично проданы в виде лома через ИП ФИО3 по субагентскому договору с ООО «ЛОТ-Золото», и в розницу через ООО «Ювекам» для погашения кредитов и снятия залога квартиры и машины, что позволило произвести погашение обязательств по договору залога от 26.05.2020 № 178-З, договору об ипотеке от 06.02.2018 № РК-2-З, договору залога от 17.01.2019 № 2-З в целях снятия обременения с имущества; автомобиль использовался супругами совместно в зависимости от необходимости ухода за ребенком.

Вместе с тем, как верно отмечено судами, совместное пользование имуществом не запрещено брачным договором и не может свидетельствовать о его мнимости.

В обоснование недействительности сделки заявители сослались также на положения статей 10, 168 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях Верховного Суда РФ от 29.04.2016 № 304-ЭС1520061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, предоставленная возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, распространяется только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок оговоренных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное при отсутствии равноценного встречного предоставления по сделке, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды обоснованно заключили, что для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о действительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2. Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым (определение Верховного Суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

По результатам проверки приведенных доводов и оценки представленных документов, судами не усмотрено пороков оспоренной сделки, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве. С учетом изложенного, принимая во внимание разъяснения постановления Пленума № 63, обоснованно отклонены доводы заявителей о недействительности брачного договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций являются правильными, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

По мнению коллегии, установленные в рамках обособленных споров по настоящему делу и учтенные судами при рассмотрении заявленных требований обстоятельства, свидетельствуют о намерении кредитора воспользоваться механизмами банкротства для целей разрешения корпоративного конфликта, что является недопустимым исходя из целей и задач института банкротства.

Приведенные в кассационной жалобе доводы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о нарушении (неправильном применении) судами норм материального или процессуального права, являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, данные доводы, заявленные вновь в кассационной жалобе, направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 по делу № А24-287/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                       С.О. Кучеренко

 

Судьи                                                                                И.Ф. Кушнарева

А.Ю. Сецко