АРБИТРАЖНЫЙ СУД АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ

414014, 

<

...>

Тел/факс 

<

***>, E-mail: astrahan.info@arbitr.ru

http://astrahan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А06-5334/2024

г. Астрахань

19 июня 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 03 июня 2025 года;

Решение в полном объеме изготовлено 19 июня 2025 года

Арбитражный суд Астраханской области в составе: судьи Баскаковой И.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Тарнавчиком А.И.

рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Вимар Оффшор" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков в размере 672 539 819,89 руб.

Третье лицо: временный управляющий ФИО1

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2- представитель по доверенности, диплом, ФИО3 - по доверенности от 14.11.2024 г., диплом, ФИО4, представитель по доверенности от 03.03.2025, диплом,

от ответчика: ФИО5, доверенность от 22.12.2024 г., диплом; ФИО6 - по доверенности от 02.06.2024 (после перерыва в он-лайн), диплом; ФИО7, представитель по доверенности от 05.08.2024 (после перерыва в он-лайн), диплом; ФИО8, представитель по доверенности от 22.11.2024, диплом;

от третьего лица: не явился.

Общество с ограниченной ответственностью "Вимар Оффшор" обратилось в арбитражный суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть" о взыскании убытков в размере 672 539 819,89 руб.

Определением суда от 23.10.2024 г. судом в порядке ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - временный управляющий ФИО1

В ходе рассмотрения дела истцом дана иная квалификация взыскиваемой суммы, как денежные средства по договору подряда №19V0500 от 08.07.2019, увеличивалась сумма до 855 555 665 руб. 36 коп.

Определением от 07.04.2025 судом в порядке ст.49 АПК РФ удовлетворено ходатайство истца об увеличении суммы иска до 855 555 665 руб. 36 коп.

Временный управляющий в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в соответствии со статьей 123 АПК РФ

На основании части 3 статьи 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие не явившегося 3-его лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания.

В судебном заседании истец представил расчет затрат на сумму 775 595 097,30 руб., уменьшив сумму требований до указанного размера.

Судом данное ходатайство удовлетворено, суд рассматривает требования истца о взыскании с ответчика суммы 775 595 097,30 руб.

Представитель истца поддержал правовую позицию, изложенную в исковом заявлении, письменных пояснениях, дополнительных возражениях на отзыв на исковое заявление и письменных объяснениях, просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме с учетом уточненных в порядке ст. 49 АПК РФ требований.

Представитель ответчика исковые требования не признал, просит суд отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и письменных пояснениях.

Каждая из сторон представила по делу проекты решения. Судом проекты приобщены к делу.

В порядке ст.163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном разбирательстве по делу объявлялись перерывы с 12 мая по 21 мая и с 21 мая по 03 июня 2025 года.

Выслушав представителей сторон, изучив доводы по иску, отзыву, письменных пояснений сторон, изучив материалы дела, суд 

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, между ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» (Заказчик) и ООО «ВИМАР ОФФШОР» (Подрядчик) по результатам проведения тендерной процедуры был заключен договор подряда №19V0500 от 08.07.2019 на строительство морских межпромысловых трубопроводов месторождения им. В.И. Грайфера (далее – Договор).

Подрядчик по указанному Договору принял обязательства выполнить работы по разработке рабочей документации, закупке материалов и строительству подводных межпромысловых трубопроводов от ЛСП м/р Ракушечное до ЛСП-2 им. В. Филановского, и иные виды работ и услуг, предусмотренные Договором, в отношении объектов, указанных в пункте 1.2. статьи 1 Приложения А «Объем работ».

Согласно пункту 2.2 Раздела 2 Договора работы по Договору выполняются Подрядчиком поэтапно. Сроки выполнения работ (поэтапные и итоговый) установлены Приложением С к Договору. Сдача-приемка объектов Заказчику по Акту КС-11 НКЛ планировалась в период 01.10.2021 – 01.12.2021.

15.12.2022 стороны заключили Дополнительное соглашение № 19V0500 016 к Договору, которым в том числе продлили сроки выполнения этапов работ по Договору. Согласно Приложению C к Договору в редакции Дополнительного соглашения № 19V0500 016 (Приложение № 2 к Дополнительному соглашению № 19V0500 016) сдача-приемка объектов Заказчику по Акту КС-11 НКЛ перенесена на 30.11.2022.

Согласно актам приемки завершенного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ от 14.03.2023, представленным в материалы дела, строительство объектов было окончено в марте 2023.

В исковом заявлении истец указал, что в период исполнения Договора на стороне Истца возникли простои судов, в том числе в связи с неблагоприятными погодными условиями в море, при наличии которых возможность исполнения Договора отсутствовала.

Полагая свои права нарушенными, Истец обратился к Ответчику с требованием возместить расходы, связанные с простоями в соответствии с неблагоприятными погодными условиями, предусмотренными технической документацией. Требования Истца в размере 775 595 097,30 руб. возникли в связи с вышеуказанными обстоятельствами. Истец указал, что Договором предусмотрено возмещение, в составе переменной части, оплаты простоев, связанных с неблагоприятными погодными условиями.

Ответчик отказал в удовлетворении требований Истца в связи с тем, что полагал простои в связи с неблагоприятными погодными условиями, не попадающими под критерии возмещения в качестве переменной части цены Договора, так как такие простои ниже предельных параметров погоды, установленных Приложением Q.

Как следует из материалов дела, сторонами Договора в качестве приложений были подписаны также: Приложение А «Объем работ», Приложение N «Процедура взаимодействия Заказчика, Подрядчиков и Морского Гарантийного Сюрвейера», Приложение Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям», Приложение R «Расчет потребности в плавсредствах (форма)», Приложение J «Перечень Обязательных Технических Правил».

Возникший спор между Истцом и Ответчиком связан с тем, что Ответчик полагает отсутствующей обязанность по возмещению простоев в связи с неблагоприятными погодными условиями в соответствии с технической документацией, так как приложением Q к Договору установлены иные параметры неблагоприятных погодных условий. При этом, по мнению Ответчика, безусловное подписанием им актов простоев в связи с неблагоприятными погодными условиями в соответствии с технической (тендерной) документацией не свидетельствует о наличии оснований для принятия таких простоев к возмещению Ответчиком. Ответчик также настаивает на том, что буквальное толкование Договора подразумевало исключительно удовлетворение требований в соответствии с критериями, установленными Приложением Q. Подписание Договора с такими условиями соответствовало воле сторон.

Сторонами не оспаривается, что заявленные к возмещению простои не отвечают критериям, установленным в Приложении Q к Договору. Также обеими Сторонами признается, что простои были зафиксированы с указанием сведений о скорости ветра и высоте волны и приняты подписанием соответствующих актов.

Договором предусмотрена твердая и переменная часть цены Договора.

Согласно ст. 2 Договора переменная часть цены должна включает простои вследствие неблагоприятных погодных условий, согласованных в Приложении Q, или иных оснований, предусмотренных Договором, если их наступление привело к превышению плановых периодов работ в море. 

Судом установлено и не отрицается сторонами, что перед заключением Договора в составе тендерной документации на выполнение работ по строительству морских межпромысловых трубопроводов ООО «ВИМАР ОФФШОР» со стороны ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» была передана проектная документация Заказчика, на основании которой, в соответствии с условиями раздела 11 Договора Подрядчик разрабатывает Рабочую и Исполнительскую документацию.

Также установлено и не опровергается Истцом и Ответчикам, что на момент заключения договора Заказчик и Подрядчик не могли знать точные параметры ограничений работы судов по погодным условиям, поскольку их установление было связано с необходимостью уточнения перед началом производства морских операций.

Данное обстоятельство подтверждается п. 2.5. Проекта организации строительства подводных трубопроводов. Пояснительная записка. 757-П-90-ПОС-3-014-0371-001-ПЗ, разработанного ООО «ВолгоградНИПИморнефть» в 2017 году по заказу ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», представленного в материалы дела. Судом также установлено, что вышеуказанный Проект был передан Истцу в составе тендерной документации Заказчика на этапе отборочной процедуры, а также впоследствии после подписания Договора – для целей разработки на его основе документации Подрядчика. 

В соответствии с п.п.11.1.3., 11.1.4. Договора разработанная подрядчиком документация подлежала согласованию заказчиком после ее согласования классификационным обществом в лице Российского Морского Регистра Судоходства, а в отдельных случаях и с сюрвейером. Это же следует из п.п. 2.1.7., 2.1.14., 2.4.2., 2.4.3., 2.4.5., 2.5.5. Приложения А к Договору.

Согласно п. 11.3.1. Договора, документация Подрядчика, выполняемые Работы и завершенный строительством Объект должны соответствовать техническим регламентам, строительным нормам и правилам (СНиП), нормативным правовым актам РФ, а также иным государственным стандартам (ГОСТ), руководящим документам, сводам правил по проектированию и строительству, входящим в неисключительный перечень Обязательных Технических Правил, являющийся Приложением J «Перечень Обязательных Технических Правил».

При этом Приложением J к Договору Подрядчик гарантировал Заказчику, что Документация Подрядчика, выполняемые им Работы и завершенный строительством Объект будут соответствовать Обязательным Техническим правилам, перечень которых поименован в указанном Приложении.

К таким техническим правилам относились, в частности, следующие.

Правила технической эксплуатации морских судов. Основное руководство РД 31.20.01-97. (МИНИСТЕРСТВО ТРАНСПОРТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ). (Документ № 5 Раздела № 10 Приложения J к Договору), которые на основании п.1.1.1. определяют основы технической эксплуатации морских судов и других плавсредств, направленные на безопасность мореплавания, сохранение человеческой жизни на море, предотвращение загрязнения окружающей среды и сохранность перевозимого груза. Данные правила, как следует из их п.1.1.2., 1.1.3., 1.2.3., 1.2.5., устанавливают понятие технической эксплуатации, которая должна обеспечивать конструктивную, техническую, технологическую, санитарную, экологическую и эксплуатационную надежность и безопасность судна, судовых технических средств, корпусных конструкций и систем; безаварийное использование судна, и к которой допускаются суда, имеющие, в том числе класс российского Морского Регистра судоходства. Пункт 3.2.1. данных Правил закрепляет, что классификационное общество осуществляет государственный технический надзор за выполнением требований нормативных актов к техническому состоянию судов, освидетельствует суда, выдает, возобновляет, продлевает или подтверждает сроки действия соответствующих документов.

Правила классификации и постройки морских подводных трубопроводов НД № 2-020301-003. (Документ №18 Раздела №10 Приложения J к Договору), в соответствии с п.1.5.1. которых до начала строительства подводного трубопровода на рассмотрение Регистру должна быть представлена техническая документация, позволяющая удостовериться, что требования правил Регистра по отношению к данному подводному трубопроводу выполняются. На основании п.1.5.3.2. указанных Правил среди прочего представляются сведения и расчеты, в том числе содержащие описание способа укладки подводного трубопровода на морское дно, сведения для определения внешних нагрузок (сил и моментов) от ветра, течений, волн, ледовых образований и других параметров, учитываемых при анализе прочности трубопровода, включая случайные нагрузки (от рыболовных тралов, якорей и т. д.), результаты модельных испытаний, расчет прочности трубопровода в процессе укладки. Регистр одобряет проектную документацию с учетом оценки рисков, делает выводы и рекомендации по их результатам, учитывая соблюдение нормативных внешних условий, включая ветер, волнение, течение (п. 8.1.2.), одобряет схему укладки подводного трубопровода, которая, в том числе должна соответствовать ограничениям по производству работ по гидрометеорологическим условиям (п.8.5.6.1.), одобряет расчет прочности трубопровода при укладке (п.8.5.6.3.). При этом, должны быть одобрены техническая документация (п.1.5.19), оборудование трубоукладочного судна (п.8.1.4.), а судно-трубоукладчик должно иметь класс Регистра или признанного Регистром классификационного общества с оснащением всеми необходимыми системами, устройствами и оборудованием для выполнения операций по укладке трубопроводов с учетом обеспечения соответствующей безопасности (п.8.4.1.)  

Для целей классификации судов, для оценки условий выполнения работ в море в ходе Согласования и Одобрения проектной документации РМРС руководствуется Документом №5 Раздела №11 Приложения J к Договору: Российский Морской Регистр Судоходства. СПРАВОЧНЫЕ ДАННЫЕ ПО РЕЖИМУ ВЕТРА И ВОЛНЕНИЯ БАРЕНЦЕВА, ОХОТСКОГО И КАСПИЙСКОГО МОРЕЙ.

Разработанная документация Подрядчика в рамках Этапа №1 Договора, согласованная с Заказчиком, РМРС, МГС, предшествовала выполнению работ на объекте и тем самым фактически определяла погодные условия перед началом производства морских операций, при этом в полной мере соответствовала базовым параметрам Технической документации Заказчика (Проект организации строительства подводных трубопроводов. Пояснительная записка. 757-П-90-ПОС-3-014-0371-001-ПЗ, далее – ПОС).

Пункты 2.8.5, 2.8.6., 2.8.7. ПОС устанавливают обязанность прекращения укладки с трубоукладочного судна во избежание разрушения трубопроводов при проявлении в момент укладки волн, превышающих допустимые, и возобновления укладки после получения благоприятного прогноза погоды по решению руководителя работ на трубоукладочном судне.

Техническая документация и приложение Q к Договору предусматривали возможность выполнения работ при определенных погодных условиях, устанавливая критерии допустимых показателей высоты волны, скорости ветра, иных параметров погоды для выполнения каждого отдельного вида работ.

Как следует из материалов дела, в составе документации подрядчика разработан Проект производства работ по строительству водовода 273х12,7 х60 ПКО+52-ПК74+88, который одобрен РМРС 24.05.2021 и согласован ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть». Проектом в его п.13.5 предусмотрено, что в случае поступления сводок о плохой погоде, которые, как ожидается, превысят пределы, безопасные для укладки водовода производится аварийный спуск трубопровода. Решение, когда начинать подъем/спуск водовода принимается Суперинтендантом после консультации с Капитаном ТУБ. Также необходима консультация с МГС перед принятием решения о подъеме/спуске. Представители Заказчика должны быть проинформированы о принятии такого решения.

Кроме того, в составе документации подрядчика разработан Проект производства работ по строительству трубопровода газлифта 168,3х12,7 х65 ПКО+47-ПК74+93 88, который одобрен РМРС 31.05.2021 и согласован Заказчиком, содержащий аналогичный указанному выше п.13.5 об аварийном спуске трубопровода и о решении, когда начинать подъем/спуск водовода.

Также, в соответствии с материалами дела подрядчиком были разработаны, а РМРС и Заказчиком одобрены и согласованы также иные документы и процедуры, содержащие обязательные требования к погодным условиям, а именно: Процедура разработки и обратной засыпки котлованов и траншей 757-СПМТ-СР-ПРО-008, Проект производства работ по строительству водовода 273,1х12,7. 757-СПМТ-СР-ПРО-003, Анализ швартовки трубоукладочной баржи «UR-2» во время строительства трубопроводов 757-СПМТ-ОР-ПРО-007, Анализ начала укладки МПТ от ОБ ЛСП м/р им. В.И. Грайфера. 757-СПМТ-СР-ПРО-193, Проект производства работ по строительству трубопровода газлифта 168,3х12,7. 757-СПМТ-СР-ПРО-004, Технологические карты при работе с кранами 757-СПМТ-СР-ПРО-013, Процедура подводно-технических работ 757-СПМТ-ОД-ПРО-008, Процедура по пересечению (протаскиванию строящихся МПТ под действующим нефтепроводом Ду300 мм и газопровод Ду400 мм 757-СПМТ-СР-ПРО-006, Техническая записка по протаскиванию строящегося трубопровода газлифта 168,3х12,7. 757-СПМТ-ТГ-ПРО-1129, Анализ швартовки баржи «Сулейман Везиров» для операций по выполению стыков захлеста строящихся МПТ 757-СПМТ-МО-ПРО-005, Technical Note 010 - Revised initiation analyses for 10.75in pipe, Процедура изготовления и монтажа трубных вставок. 757-СПМТ-СР-ПРО-007, Сертификат одобрения DNV №LC35496 от 30.11.2021. Операция: Установка-Начало укладки трубопровода газлифта 6,6; Сертификат одобрения DNV №LC35491 от17.11.2021. Операция: Установка-Начало укладки трубопровода водовода 10,75; Техническая записка 012 – пересмотренный анализ линейной укладки для 6,6 дюймового трубопровода; Техническая записка 013 – пересмотренный анализ линейной укладки для 10,75 дюймового трубопровода, Сертификат одобрения PR#22-1577. Выполнение надводного захлеста 6- и 10 – дюймового трубопровода, Сертификат одобрения PR#22-1657. Установка вставки для запуска воды на трубопроводе ЛСП-2 им. В. Филановского, Техническая записка 010 – Ревизия анализа начала укладки трубы 10,75 дюймов.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

С учетом положений п. 1 ст. 743 ГК РФ, цена договора строительного подряда определяется путем составления сметы, представляющей собой постатейный перечень затрат на выполнение работ. 

Смета вместе с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, образует проектно-сметную документацию, являющуюся неотъемлемой частью договора строительного подряда. При этом предполагается, что технической документацией учтен весь комплекс работ, а в согласованной сторонами смете учтены все затраты по предстоящим работам.

Из положений статей 740, 743, 758 ГК РФ следует, что подрядчик обязан осуществлять работы в объеме, определенном заданием заказчика, которое в виде предмета содержится не только в тексте договора, но и в технической документации.

Согласно положений статей 740, 748 ГК РФ подрядчик обязан в ходе строительства соблюдать условия договора, согласованные сторонами, с соблюдением строительных норм и правил с целью достижения согласованного результата работ, положения технической документации, а также правила промышленной, пожарной безопасности, охраны труда и охраны окружающей среды в соответствии с условиями договора и требованиями действующего законодательства, регулирующего данные правоотношения.

В связи с чем, суд считает обоснованными доводы Истца о том, что, проектная (техническая) документация, являясь составной частью предмета договора, была не только обязательна к исполнению, но имела приоритет над иными положениями договора, включая приложения к нему.

Нарушение Подрядчиком условий, предусмотренных технической документацией, не позволило бы исполнить Договор, то есть противоречило бы самой цели совершенной между Истцом и Ответчиком сделки. 

В этой связи суд отклоняет как несостоятельные доводы Ответчика о несоответствии проектной (технической) документации требованиям относимости доказательств. 

Реализация проекта (исполнение обязательств по Договору) в отсутствии проектной документации не являлась возможной, соответственно, условия, прямо предусмотренные Договором и разработанной технической документацией, являются обязательными для Сторон, при этом между ними не должно иметься противоречий.

Истец полагает, что возмещение простоев должно быть произведено в составе переменной части цены Договора. Напротив, Ответчик исходит из невозможности производить такое возмещение, так как оно не предусмотрено в соответствии с буквальным толкованием ст. 431 ГК РФ.

Но, учитывая все вышеизложенное, суд не соглашается с позицией ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» о наличии приоритета положений договора о компенсации простоев над проектной документацией.

Суд приходит к выводу о том, что требования в отношении санкционированных Заказчиком простоев по погоде в приложении Q и приложении N отличались. При этом технические требования являются частью проектной документации и соблюдение указанных требований является обязательным для Подрядчиков.

Позиция Ответчика относительно отсутствия необходимости учитывать требования технической и проектной документации противоречит существу подрядных правоотношений, которые формируются между Заказчиком и Подрядчиком в том числе на основании проектной документации.

Доказательства того, что технические требования не являются частью Договора и необязательны для исполнения Подрядчиком в материалы дела не представлено.

При этом судом учтено, что условия Договора первоначально формировались ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», являющего профессиональным участником аналогичных правоотношений. При таких же обстоятельствах Заказчиком без предъявления условий и каких-либо оговорок производилось подписание актов простоя (аналогично актам простоя по погоде по Приложению Q, которые впоследствии были возмещены Заказчиком).

Судом учтено, что простои в связи с неблагоприятными погодными условиями были вызваны требованиями, предъявляемыми к работам, проводимым в море.

Так, допустимые погодные параметры в соответствии с положениями приложения N к Договору устанавливал в пределах своей компетенции Морской Гарантийный Сюрвейер (далее – МГС), который, согласно разделу 1 Договора «Определения», представляет собой привлекаемого страховщиком квалифицированного эксперта для проведения инспекции судов подрядчика, контроля выполнения работ по договору.

В силу п.п. 16.10.1., 19.9.3.1. Договора исполнение обязанностей по договору с учетом Приложения N «Процедура взаимодействия Заказчика, Подрядчиков и МГС» является обязательным в рамках договорных отношений между заказчиком и подрядчиком, а нарушение обязательств, указанных в Приложении N, выполнение операций без соответствующего одобрения МГС является основанием для уплаты штрафа.

На основании п.19.9.3.2. Договора МГС в рамках взаимодействия с Подрядчиком, удостоверившись в безопасности проведения операций, выдает Сертификат Одобрения, который может содержать условия, обязательные к выполнению подрядчиком на протяжении всего времени выполнения операций. При этом, как следует из п.5.3.1. Приложения N, выдача Сертификата Одобрения, в том числе зависит от приемлемых погодных условий и прогноза соответствующих одобренным процедурам.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что взаимодействие с сюрвейером и исполнение его требований, в частности, содержащихся в Сертификатах Одобрения, Технических записках являлось для подрядчика – ООО «ВИМАР ОФФШОР» обязательным.

ООО «ВИМАР ОФФШОР» при исполнении Договора руководствовалось как ограничениями, закрепленными в технической документации, в Приложении Q (на основании Договора, подписанного Истцом и Ответчиком), так и ограничениями, устанавливаемыми МГС, привлечение которого и согласование проведения работ с которым является также частью обязательств Подрядчика на основании Договора, подписанного Истцом и Ответчиком.

При этом техническая документация, сюрвейер в выдаваемых Сертификатах Одобрения и Технических записках и приложение Q устанавливали различные требования к условиям приостановления работ вследствие погодных условий.

Приостановление работ в море было обусловлено невозможностью проведения отдельных этапов работ, невозможностью использования морских технических средств, мобилизованных ООО «ВИМАР ОФФШОР», при определенных погодных условиях.

В подтверждение периодов простоя Подрядчик представил расчеты затрат, акты о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями, а также первичную документацию о расчетах Подрядчика с третьими лицами.

Ответчик, возражая в указанной части, указывает, что простои в связи с неблагоприятными погодными условиями не могут быть возмещены ООО «ВИМАР ОФФШОР», так как Подрядчиком при исполнении Договора привлечены морские суда, не способные выполнять работы в соответствии с условиями заключенного Договора.

Довод Ответчика не нашел своего подтверждения в материалах дела, ввиду чего отклоняется судом как несостоятельный.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, используемые подрядчиком морские технические средства были изначально согласованы заказчиком, сюрвейером, надзорным органом.

Предельные неблагоприятные погодные условия, установленные в Приложении Q, не являются исключительными, при превышении которых возможно возмещение Истцу, при условии, когда Заказчиком производится согласование морских судов, предельные технические условия проведения работ по погоде на которых ниже, чем установленные Договором.

Обратный подход приводил бы к ситуации, когда Заказчик намеренно увеличивает предельные показатели в Приложении Q и согласовывает привлечение морских судов и субподрядчиков с меньшими предельными показателями неблагоприятных погодных условий, дабы избежать возмещения простоев в связи с неблагоприятными погодными условиями или максимально уменьшить размер такого возмещения.

В проектной документации «Проект организации строительства подводных трубопроводов. Пояснительная записка» № 757-П-90-ПОС-3-014-0371-001-ПЗ на листах 81-85 приведены таблицы, содержащие перечень основных судов и специальных плавучих технических средств на 2019-2020 как с учетом вынужденных простоев, так и без их учета, который, в том числе использовался ООО «ВИМАР ОФФШОР» при привлечении морских технических средств 

В соответствии с п.п. 2.6.2., 2.6.5., 2.6.6. Приложения А к Договору подрядчик был обязан привлечь достаточное количество судов с техническими характеристиками, позволяющими выполнять работы на глубинах, указанных в технической документации Заказчика, при изменении состава судов согласовать их с Заказчиком, согласовать список судов, подлежащих инспекции с Заказчиком и МГС и организовать такую инспекцию с МГС.

На основании п.3.4.1. Приложения N одной из обязанностей МГС как сюрвейера является освидетельствование всех судов, предполагаемых к использованию в проекте, к которым относятся суда, буксиры, баржи и т.д. МГС подтверждает их пригодность для проведения операции, для чего проводит осмотр в порядке, установленном п.3.2. Приложения N. К данной обязанности отсылает и сам текст Договора в п. 19.10.7.5. Само по себе Приложение N является неотъемлемой частью Договора, и подлежит исполнению, в том числе в силу п.19.9.3.1.

В силу п.6.1. Приложения А дополнительно устанавливалось требование при мобилизации морских средств подрядчика получить разрешение от надзорных контролирующих органов и государственных органов на выход морских средств подрядчика на участок работ.

Кроме того, Приложение R «Расчет потребности в плавсредствах» подлежало подписанию со стороны ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть».

Таким образом, список подлежащих мобилизации судов привлекаемых для выполнения работ предварительно должен был быть одобрен МГС, надзорным органом, а также согласован Заказчиком.

Мобилизованные суда были согласованы в предусмотренном договором порядке. 

Суд приходит к выводу о необоснованности довода ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» о том, что простои являются следствием привлечения подрядчиком морских технических средств, неспособных обеспечить его надлежащую работу, поскольку заказчик сам согласовал весь перечень таких средств. Следовательно, согласовывая морские технические средства, ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» подтверждало их соответствие требованиям условий договора, зная условия использования привлеченных морских технических средств. 

Учитывая наличие противоречий в условиях Договора, согласованных сторонами, и тендерной и технической документации, являющейся основанием для заключения Договора и исполнения Подрядчиком обязательств по нему, суд считает необходимым дать оценку поведению сторон при заключении и исполнении Договора в части погодных условий.

Как следует из материалов дела, на этапе уточнения условий тендерной документации на запрос ООО «ВИМАР ОФФШОР» о различии погодных условий был представлен ответ от ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», содержащий указание на необходимость безусловно руководствоваться при проведении работ Приложением Q, устанавливающим параметры погодных ограничений существенно выше, чем техническая документация и сюрвейер.

Также в материалы дела представлен ответ № 141-413-01-188876 от 06.09.2024 Российского Морского Регистра Судоходства (осуществляет надзор за строительством и согласование документации) на запрос ООО «ВИМАР ОФФШОР», о том, что ограничения по максимально допустимым значениям параметров погодных условий рассчитываются для каждого отдельного проекта, включая участки трасс с различными глубинами и особенностями проведения трубоукладочных работ, и устанавливаются в соответствии с одобренной РС на основании требований 8.5.6. части I Правил МПТ технической документации.

Таким образом, учитывая положения ст.ст. 740, 743, 748, 758 ГК РФ, разъяснения Российского Морского Регистра Судоходства, приложение Q не могло иметь приоритет над проектной (технической) документацией.

Согласно представленным в материалы дела документам, ООО «ВИМАР ОФФШОР» неоднократно обращалось к ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» с просьбой привести условия выполнения работ к проектным, что подтверждается письмами от 12.04.2022, 01.07.2022, 30.01.2023, 04.10.2023, 26.12.2023. Однако, ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» все обращения ООО «ВИМАР ОФФШОР» оставило без удовлетворения.

При этом Ответчику было известно о наличии ограничений по погоде для работ в море, предусмотренных технической документацией. 

В связи с вышеизложенным, суд соглашается с доводом ООО «ВИМАР ОФФШОР» об отсутствии какого-либо приоритета у Приложения Q в части устанавливаемых погодных ограничений.

Суд также отмечает, что Приложение Q содержало примечание, согласно которому при выполнении работ капитан судна принимает решение о необходимости приостановки работ, если по его обоснованному мнению выполнение Работ будет не безопасным, опасным для экипажа или Объектом.

Указанное примечание соответствовало требованиям документа № 4 раздела № 10 Приложения J: «РД 31.60.14-81. Наставление по борьбе за живучесть судов (НБЖС)», согласно п.6.8.3. которого при плавании в штормовых условиях капитан обязан: прекратить судовые работы на открытых палубах (абзац 3); в случае невозможности по гидрометеорологическим причинам продолжать рейс следовать в порт-убежище, а также оставаться в порту, у причала или на рейде, выбрать способ штормования (абзац 7).

Аналогичное требование закреплено и в ст. 61 Кодекса торгового мореплавания РФ (документ № 9 раздела № 1 Приложения J), обязывающего капитана судна принимать меры по обеспечению безопасности мореплавания, защите морской среды от загрязнения, поддержанию порядка на судне, предотвращению причинения вреда судну, находящимся на судне людям и грузу.

Соответственно, указанное Приложение Q само по себе применительно к п. 3.1.2. Договора не ограничивалось параметрами скорости ветра и высоты волны, указанными в нем, оно также предусматривало и возможность приостановки работ при иных параметрах, которые капитан судна посчитал бы небезопасными.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что скорость ветра и высота волны не являлись исключительными параметрами при разрешении вопроса о наличии оснований для компенсации затрат при наступлении неблагоприятных погодных условий, вопреки утверждениям ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть».

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что не приведение в соответствие положений договора и технической документации создало ситуацию, в которой заказчик получает необоснованную выгоду, ограничивая подрядчика в получении компенсации затрат при наличии погодных ограничений на проведение работ в технической документации, которую он не учитывает, ссылаясь на приоритет Приложения Q.

В соответствии со статьей 11.3.1. Договора - документация Подрядчика, выполняемые Работы и завершенный строительством Объект должны соответствовать техническим регламентам, строительным нормам и правилам (СНиП), нормативным правовым актам РФ, а также иным государственным стандартам (ГОСТ), руководящим документам, сводам правил по проектированию и строительству, входящим в неисключительный перечень Обязательных Технических Правил, являющийся Приложением J «Перечень Обязательных Технических Правил».

Приложением №J к Договору «Перечень обязательных технических правил» Подрядчик гарантирует Заказчику, что Документация Подрядчика, выполняемые и Работы и завершенный строительством Объект будут соответствовать Обязательным Техническим правилам, к числу которых относится: 1. Федеральные законы (40 наименований); 2. Постановления Правительства РФ. Приказы (39 наименований); 3. Международные правила и руководства (22 наименований); 4. Методические рекомендации (2 наименования); 5. Общие нормативно правовые акты, стандарты, своды правил, руководящие документы и т.д. (231 наименование); 6. Требования в области промышленной безопасности (25 наименований); 7. Требования в области Безопасности труда и охраны труда (18 наименований); 8. Мероприятия гражданской обороны. Мероприятия по предупреждению чрезвычайных ситуаций (10 наименований); 9. Требования в области организации и условий труда. Управления производством на предприятии (12 наименований); 10. Флот обеспечения и безопасность мореплавания (18 наименований); 11. Морские инженерно-строительные изыскания (5 наименований); 12. Системы управления и контроль. Связь (27 наименований); 13. Сметная документация и ПОС (23 наименования); 14. Охрана окружающей среды (47 наименований); 15. Бетоны (14 наименований).

При этом, суд отклоняет доводы ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» о свободе договора в связи со следующим.

Принцип свободы договора, закрепленный в статье 421 ГК РФ, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения. В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 3 - 4 статьи 1, пункты 1 - 2 статьи 10 ГК РФ).

В частности, если условия договора определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, то применительно к пунктам 1 - 2 статьи 428 ГК РФ договор не должен содержать условий, лишающих эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключать или ограничивать ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержать другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума вытекает, что в ситуации, когда сторона договора не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения, суд не вправе отклонить возражения такой стороны относительно применения спорного условия договора только по той причине, что при заключении договора в отношении этого условия не были высказаны возражения.

Если спорное условие договора грубо нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора, не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства.

Указанная правовая позиция соответствует п. 15 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2024)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.05.2024) (ред. от 27.11.2024).

Как указывалось выше и следует из материалов дела, заключение договора между ООО «ВИМАР ОФФШОР» и ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» происходило при проведения тендерной процедуры путем направления в адрес ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» заполненной в порядке, установленном им, формы тендерного предложения.

При этом, анализ доводов ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», а также представленных в дело документов, равно как и отсутствие в материалах дела обоснования того, почему были закреплены конкретные погодные параметры в приложении Q, позволяет сделать вывод, что Заказчиком могли быть установлены любые параметры неблагоприятных погодных условий, на которые Подрядчик не мог повлиять.

Подобный подход мог создавать ситуацию, когда Подрядчик, находясь длительное время в простое по неблагоприятным погодным условиям, но которые бы не соответствовали утвержденным приложением Q параметрам, не получил бы компенсацию затрат, претерпевая негативные последствия независимо от собственного поведения и воли. При этом Заказчик, установивший соответствующие параметры для компенсации, получал бы необоснованную выгоду. 

Обязательность соблюдения погодных ограничений приводила к тому, что ООО «ВИМАР ОФФШОР» вынуждено было приостанавливать выполнение работ, когда погодные условия превышали установленные договором, приложениями, МГС допустимые параметры. Такая приостановка оформлялась актами о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями, подписываемыми совместно заказчиком и подрядчиком, которые были представлены в материалы дела со стороны ООО «ВИМАР ОФФШОР».

Анализ данных актов позволяет суду прийти к выводу, что, несмотря на предусмотренное договором право заказчика отклонить акты простоя в ситуации, когда считает их необоснованными применительно к п.4.2.4. Договора, ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» соответствующим правом не воспользовалось.

Более того, подписанием каждого из актов, учитывая их содержание и наименование, заказчик фактически подтверждал параметры неблагоприятных погодных условий, в том числе отличающихся от приложения Q, а также законность вынужденного прекращения работы морских транспортных средств при заданных параметрах.

Все представленные в рамках настоящего дела акты о простое поименованы в качестве актов о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями. 

Таким образом, подписывая каждый из актов о простое, ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» подтвердило отнесение указанных в них параметров к числу неблагоприятных погодных условий, которые не предусмотрены приложением Q, но, являясь неблагоприятными погодными условиями, могут быть компенсированы за счет переменной части цены договора как иные основания, предусмотренные Договором, если их наступление привело к превышению Плановых периодов работ в море.

В связи чем, учитывая, что представленные в материалы дела акты подписаны обеими сторонами договора, претензий, связанных с приостановкой выполнения работ от ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» в адрес ООО «ВИМАР ОФФШОР» не поступало, суд приходит к выводу, что приостановка работ является обоснованной и признанной Заказчиком, а, соответственно, Заказчик был осведомлен, как о факте приостановки выполнения работ со стороны подрядчика, так и о его причинах.

Приостановка работ приводила к образованию затрат ООО «ВИМАР ОФФШОР» в связи с простоем арендованных морских технических средств, оборудования, персонала, которые, как считает ООО «ВИМАР ОФФШОР» подлежали компенсации за счет переменной части цены Договора в подтверждение чего были представлены совместно с договором и приложениями к нему техническая документация, акты о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями за период с 2020 по 2022, расчет затрат подрядчика.

Как следует из ст.2 Договора Цена Договора состоит из твердой и переменной части. Переменная часть Цены Договора включает в себя затраты по простоям Подрядчика вследствие неблагоприятных погодных условий, согласованных сторонами в приложении Q, или возникновения иных оснований, предусмотренных договором, если их наступление привело к превышению плановых периодов работ в море, а также представляет собой резерв заказчика по договору, и включает в себя стоимость дополнительных работ и/или затрат подрядчика, возникших в результате внесения заказчиком изменений и дополнений в техническую документацию после заключения договора, повлекшую за собой изменения в объеме работ. Аналогичное положение закреплено в п.3.1.2. Договора.

Таким образом, переменная часть цены договора включала не только компенсацию затрат при наступлении условий, согласованных в приложении Q, но и по иным основаниям, предусмотренным договором. 

Поскольку техническая документация является частью договора, в ней установлены погодные ограничения, обязательные к соблюдению, а их соблюдение приводит к превышению плановых периодов работ в море, то соответствующие простои образуют иные основания для компенсации затрат применительно к п.3.1.2. Договора, составляя необходимый для компенсации по условиям Договора состав. Аналогично и с требованиями сюрвейера, которые обязательны к исполнению в силу прямого указания Договора, а также приложения N, а, следовательно, могут быть отнесены к иным основаниям, предусмотренным договором.

Порядок компенсации затрат урегулирован п.4.2.4. Договора, согласно которому он зависит от того превышают ли затраты выделенную в расчете цены договора переменную часть цены договора или нет. В первом случае после рассмотрения и согласования дополнительных работ и затрат заказчик компенсирует их подрядчику путем подписания акта выполненных работ с выделением переменной части в составе акта. Оплата затрат переменной части цены договора производится на 45 календарный день после подписания заказчиком без замечаний акта выполненных работ, на основании представленного счета на оплату и счета-фактуры на принятый Акт о завершении работ, в размере 90% от стоимости дополнительно выполненных работ подрядчиком работ. Во втором случае – при превышении выделенной в расчете цены договора – требуется заключение соответствующего дополнительного соглашения, которым выделяется дополнительная стоимость переменной части в графике платежей, т.е. фактически предусматривается возможность компенсации затрат подрядчика сверх установленных лимитов.

Акты о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями датированы 2020-2022, исчерпание переменной части цены договора ни в тот период, ни позднее не произошло, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается сторонами настоящего спора. 

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Буквальное толкование п.3.1.2., п.4.2.4 Договора свидетельствует о том, что ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» обязался возместить имущественные потери другой стороны в случае наступления простоев в связи с неблагоприятными погодными условиями, согласованными в приложении Q, при возникновении иных оснований, предусмотренных Договором, если их наступление привело к превышению плановых периодов работ в море, а сами простои оформлены актами о простое с обязательным указанием причин и его продолжительность с подписью представителя Заказчика.

Соответственно, на данные правоотношения распространяются положения п.1 ст. 406.1 ГК РФ, поскольку Договором определены обстоятельства, в случае наступления которых заказчик обязуется возместить затраты подрядчика, они не связаны с нарушением основного обязательства, установлен порядок определения размера возмещения, соглашение является явным и недвусмысленным.

Как следует из п.15 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», возмещение потерь по правилам ст. 406.1 ГК РФ осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств.

Условиями Договора весь предусмотренный переменной частью Цены Договора размер компенсации имущественных потерь подрядчика использован не был. Более того, п.4.2.4. Договора предусматривает возможность компенсации имущественных затрат подрядчика и сверх установленной переменной части цены при условии их согласования.

Однако, как следует из материалов дела, до момента исполнения договора указанные затраты так и не были компенсированы Заказчиком, а переменная часть договора, из которой должна была производиться компенсация не была исчерпана.

Из материалов дела следует, что оплата простоев ООО «ВИМАР ОФФШОР» производилась за счет переменной части цены договора, первоначальный размер которой составлял 1 915 200 000 руб. на основании ст. 2 Договора.

Вместе с тем, совокупностью платежных поручений, представленных в материалы дела со стороны ООО «ВИМАР ОФФШОР», и не оспоренных со стороны ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» подтверждается использование переменной части цены договора на общую сумму 994 204 206, 29 руб.

Таким образом остаток неиспользованной переменной части составляет сумму денежных средств в общем размере: 1 915 200 000 руб. - 994 204 206,29 руб. = 920 995 793, 71 руб.

ООО «ВИМАР ОФФШОР» направляло в адрес ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» письмами от 27.04.2023, 27.06.2023, 04.10.2023, 16.12.2023 требования о возмещении расходов, вызванных простоем при соблюдении требований технической документации и ограничений сюрвейера в части погодных условий.

ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» письмом от 07.09.2023 сообщило о том, что заказчиком рассмотрены представленные документы и сведения в части заявленных дополнительных затрат по проекту, условиями договора не предусмотрен порядок и основания возмещения заявленных дополнительных расходов, окончательное решение в отношении обращения может быть принято только после получения в установленном корпоративными требованиями порядке согласования ПАО «ЛУКОЙЛ».

ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» не представило мотивированный отказ от возмещения, но указало на корпоративные процедуры согласования таких расходов.

При этом суд считает необоснованным довод ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» о пропуске ООО «ВИМАР ОФФШОР» срока давности на обращение в суд, поскольку применительно к ст.200 ГК РФ подрядчик не мог узнать о нарушении своего права на получение компенсации за приостановку выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями ранее получения ответа ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» от 07.09.2023, т.е. ранее 2023, учитывая также подписания обеими сторонами актов о простое, а также завершения исполнения Договора в 2023 году.

После подписания акта КС-11 оформление каких-либо дополнительных соглашений не имело юридического значения, тогда как понесенные подрядчиком расходы так и не были компенсированы со стороны ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», информация о результатах рассмотрения обращения ООО «ВИМАР ОФФШОР» в ПАО «ЛУКОЙЛ» Заказчиком раскрыта не была. На самостоятельные обращения Истца в ПАО «ЛУКОЙЛ», представленные в материалы дела, ответы также получены не были (Письма: №855-6123 от 04.10.23, №11656-6123 от 26.12.23, № 47 от 29.01.24 и №162 от 26.02.24).

При этом Ответчик, возражая по заявленным требованиям, ссылался на то, что Истец не предпринял действий по внесению изменений в приложение Q. Указанное опровергается материалами дела. При этом требования Подрядчика о внесении изменений в условия Договора остались без ответа. 

Ответчик ссылается на Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 по делу № А06-2160/2024, которым с Истца в пользу Ответчика взыскана неустойка за нарушение сроков исполнения обязательств по договору, как преюдициальное для рассматриваемого дела.

Однако, суд считает необходимым указать следующее.

Как неоднократно подчеркивалось Верховным Судом Российской Федерации, правовые выводы, квалификация сделки или обстоятельств дела, данная арбитражным судом по ранее рассмотренному делу, не имеет преюдициального значения при рассмотрении арбитражным судом другого дела. Преюдициальное значение имеют только обстоятельства, установленные в другом деле, а не правовые выводы (Определение Верховного Суда РФ от 18.06.2024 № 305-ЭС23-26109 по делу № А40-143247/2022, Определение Верховного Суда РФ от 29.01.2019 № 304-КГ18-15768 по делу № А46-18028/2017, Определение Верховного Суда РФ от 11.08.2022 по делу № 310-ЭС22-5767, А09-1667/2020).

Положения статьи 69 АПК РФ касаются лишь вопроса освобождения от доказывания обстоятельств дела, а не их правовой квалификации, которая может быть различной и зависит в том числе от характера конкретного спора.

Соответственно, положение о преюдициальности установленных обстоятельств не исключает возможности различной правовой оценки фактических обстоятельств дела (Определение Конституционного Суда РФ от 06.11.2014 № 2528-О, Постановление Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 № 3318/11 по делу № А40-111672/09-113-880).

Применительно к судебным актам, принятым по делу № А06-2160/2024, на которое ссылается ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» в качестве преюдициального, юридическими фактами являются обстоятельства, связанные с нахождением ООО «ВИМАР ОФФШОР» в простое по тем или иным основаниям, а также сам факт просрочки исполнения обязательств Истцом.

Следующие из этого заключения о виновности лиц в форме действий или бездействия, являются выводами, основанными на исследовании доказательств, представленных в материалы конкретного дела, что прямо следует из текстов судебных актов.

В настоящем деле, ставится вопрос о наличии противоречий в параметрах погодных ограничений на выполнение работ в море: в технической документации, приложении Q, требованиях сюрвейера, – которым безусловно должен был следовать подрядчик. Данные обстоятельства не исследовались при рассмотрении дела № А06-2160/2024, правовая оценка им не давалась.

В связи с этим суд не соглашается с доводами ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» о том, что Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 по делу № А06-2160/2024 имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела. 

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п.п. 1, 25 Постановления Пленума ВС РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», с учетом положений ст. 9, ч. 2 ст. 65 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, и при необходимости вправе вынести на обсуждение сторон вопрос об обстоятельствах, имеющих значение для дела, а также решить, какие нормы права подлежат применению.

В связи с чем, суд считает возможным квалифицировать спорные отношения как задолженность, подлежащую компенсации Подрядчику Заказчиком за счет переменной части цены Договора.

Согласно п. 1 ст. 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Судом проверен и признан верным расчет задолженности, заявленный истцом при обращении с иском, на сумму 672 539 819,89 рублей.

При рассмотрении спора данный расчет ответчиком фактически не оспорен, контррасчет не представлен.

Вместе с тем истцом заявлено об увеличении суммы требований до 775 595 097,30 руб. за счет курсовой разницы валюты, и как следует из материалов дела и письменных объяснений ООО «ВИМАР ОФФШОР», увеличение размера заявленных требований обусловлено валютными колебаниями.

Правомерно квалифицируя в настоящем случае требования по иску в качестве задолженности, подлежащей взысканию за счет переменной части цены договора, Подрядчик требует присуждения тех средств, на которые он мог рассчитывать при надлежащем исполнении контрагентом своих обязанностей.

В соответствии с п.3.1.2., п.4.2.4. Договора ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» обязалось в полном объеме компенсировать расходы, которые понесло ООО «ВИМАР ОФФШОР» при наступлении простоев, если их наступление привело к превышению плановых периодов работ в море. 

Однако, валютой договора являются рубли, что подтверждается материалами дела.

И, исходя из условий Договора ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» не принимало на себя обязательства компенсировать валютные риски Подрядчика в случае простоев, приведших к превышению плановых периодов работ в море.

В связи с чем, требования истца суд признает подлежащими удовлетворению в сумме первоначального расчета затрат в размере 672 539 819,89 руб.

В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по госпошлине относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110., 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Вимар Оффшор" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) задолженность по расчетам по договору подряда №19V0500 от 08.07.2019 в сумме 672 539 819 руб. 89 коп.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 173 425 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Вимар Оффшор" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 26 575 рублей. 

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Астраханской области.

Информация о движении дела может быть получена на официальном интернет – сайте Арбитражного суда Астраханской области: http://astrahan.arbitr.ru

Судья

И.Ю. Баскакова