АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4233/2013

Дело № А12-3374/2012

г. Казань

07 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Зориной О.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Комитета земельных ресурсов и градостроительства администрации городского округа – город Волжский Волгоградской области  

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 06.02.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024

по делу № А12-3374/2012

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МК-Инвест», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.08.2012 общество с ограниченной ответственностью «МК-Инвест» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 06.11.2015 в рамках дела о банкротстве должника утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.03.2019 мировое соглашение расторгнуто, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возобновлено, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 30.01.2020 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.01.2022 процедура внешнего управления в отношении должника прекращена и введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником назначена ФИО2

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.03.2022 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.04.2024 конкурсное производство в отношении должника завершено.

Конкурсный управляющий 19.07.2023 обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО4 и ФИО5.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 06.02.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

В кассационной жалобе Комитет земельных ресурсов и градостроительства администрации городского округа – город Волжский Волгоградской области (далее – Комитет) просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить. Заявитель жалобы указывает на следующее: обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом у руководителей и учредителей должника возникла с 11.09.2011 – с даты вступления в законную силу решения Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 2-5847/2011 о взыскании с должника в пользу ФИО6 суммы займа в размере 165 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 3164,79 руб., расходов на оплату государственной пошлины в размере 4544 руб., в то время как заявление кредитора – ФИО6 о банкротстве должника было подано 10.02.2012, то есть позже указанного срока, в связи с чем уполномоченными лицами указанная обязанность не исполнена и они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности; трехлетний срок исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не пропущен в связи с тем, что он был утвержден конкурсным управляющим определением суда от 25.03.2022.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО4 являлся руководителем должника в период с 16.05.2008 по 09.09.2012 и учредителем должника в период с 16.05.2008 по 23.09.2013, ФИО5 является учредителем должника с 16.05.2008.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ввиду наличия просроченной задолженности перед кредитором ФИО6 в размере 165 000 руб. на основании решения Центрального районного суда г. Волгограда от 31.08.2011 по делу № 2-5847/2011, у контролирующих должника лиц ФИО4 и ФИО5 11.09.2011 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), однако не позднее 11.10.2011 уполномоченными лицами указанная обязанность не исполнена, что в соответствии с положениями статей 9 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) является основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, обратился с настоящими требованиями в суд.

Суд первой инстанции, проанализировав обстоятельства вменяемого ФИО5 деяния по необращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), исходя из того, что на дату совершения вменяемых деяний положения статьи 9 Закона о банкротстве не содержали обязанности учредителей о созыве такого собрания, а такая обязанность у участника должника возникла с момента введения пункта 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), пришел к выводу об отсутствии основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Рассматривая доводы конкурсного управляющего в отношении ФИО4, суд первой инстанции приняв во внимание, что на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения, согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 27.02.2012 № 01/051/2012-720, должнику принадлежало на праве собственности имущество: здание административно-бытового корпуса; здание главного корпуса с антресольным этажом, пристройками и пешеходным тоннелем; здание склада ГСМ; строение насосной станции передачи ливневых вод; строение насосной станции передачи фекальных вод; строение склада метизов; строение трансформаторной подстанции; нежилое помещение площадью 39 866,1 кв.м; нежилое помещение площадью 15 411,7 кв.м, расположенные по адресу: Волгоградская область, г. Волжский, Автодорога 6,4, а также нежилое помещение, расположенное по адресу: Волгоградская область, г. Волжский, бул. Профсоюзов, 16, стоимость которого существенно превышала размер неисполненных должником обязательств, пришел к выводу о том, что на указанную конкурсным управляющим дату (11.09.2011) должник не отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

С учетом приведенного конкурсным управляющим расчета задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции установил, что у должника с его контрагентами имелись длящиеся хозяйственные отношения, возникшие на основании договоров, заключенных еще до указанной конкурсным управляющим даты банкротства (обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве), и отсутствуют обязательства должника, возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьей 9 Закона о банкротстве, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии наличия совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за неподачу в суд с заявления о признании должника банкротом.

Также суд первой инстанции отметил, что конкурсным управляющим не указано, какие именно действия (бездействие) контролировавших должника лиц оказали негативное влияние на финансовое состояние должника, способствовали увеличению его кредиторской задолженности и последующему банкротству.

Кроме того, суд первой инстанции, руководствуясь положениями абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям, о применении которого было заявлено ФИО4 и ФИО5, и установил, что годичный срок (субъективный) на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц истек не позднее 25.08.2013, а исходя из того, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц направлено в суд первой инстанции 19.07.2023, то заявителем пропущен и объективный трехгодичный срок на обращение в суд с соответствующим заявлением.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего том, что срок исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности не пропущен в связи с тем, что конкурсный управляющий был утвержден определением суда от 25.03.2022, апелляционный суд указал, что начало срока на реализацию права на обращение с заявлением о привлечении контролирующих лиц к ответственности определяется по первому арбитражному управляющему или кредитору, которые узнали или должны были узнать о наличии указанных выше обстоятельств.

Суд округа оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не находит.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

С учетом того, что обстоятельства, которые указаны конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за не исполнение в срок до 11.10.2011 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которым Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (далее – Закон № 73-ФЗ).

Закон о банкротстве в редакции как Закона № 73-ФЗ, так и в редакции Закона № 266-ФЗ предусматривал возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие спорные отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как правильно отмечено судами, само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника – юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Установив, что конкурсный управляющий не представил доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, являющихся основанием для обязательного обращения бывшего руководителя должника с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в период до 11.10.2011, суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Кроме того, судами правомерно учтена сложившаяся судебная практика Верховного Суда Российской Федерации для целей расчета размера субсидиарной ответственности за неподачу контролирующим должника лицом заявления о признании должника банкротом, согласно которой момент возникновения обязательства должника связывается именно с моментом возникновения договорных отношений, то есть заключения договора, и именно по состоянию на данный момент должен исследоваться вопрос о том, имел ли место обман кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления в суд является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

В соответствии с указанным подходом, длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности за неподачу заявления в суд о признании должника банкротом, поскольку обязательства по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.

Аналогичная правовая позиция изложена и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, согласно которой задолженность по периодическим платежам по договорам, заключенным должником до наступления даты объективного банкротства, в размер субсидиарной ответственности не входит.

Судами установлено, что обязательства должника перед кредиторами после заявленной конкурсным управляющим даты объективного банкротства не являются новыми обязательствами, а иные обязательства, возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, отсутствуют.

В отношении учредителя должника ФИО5, суды правильно отметили, что действующее в период вменяемого правонарушения законодательство не возлагало обязанности на иных лиц (помимо непосредственного руководителя) обязанности по обращению или инициированию процесса обращения в суд с заявлением должника о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения оснований для обращения должника с заявлением о банкротстве, субъектом ответственности по основанию неподачи заявления о банкротстве должника в суд признавался руководитель должника.

Положений, обязывающих участников хозяйственного общества созывать собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принимать такое решение, а также предусматривающих возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае несовершения названных действий, Закон о банкротстве в прежней редакции (подлежащей применению в настоящем споре) не содержал.

Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающий обязанность собрания участников принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при неисполнении такой обязанности руководителем, введен в действие только Законом № 266-ФЗ.

Учитывая, что ФИО5 являлась учредителем должника, оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по указанному основанию не имелось.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, принимая во внимание, что требования Комитета, включенные в реестр требований кредиторов должника, основаны на договоре аренды от 10.11.2009, суды пришли к правильному выводу о недоказанности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения бывшего руководителя и учредителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки судов, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 06.02.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024 по делу № А12-3374/2012 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

 

                                                                                              О.В. Зорина