ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-13490/2016

г. Ессентуки

19 декабря 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2017 года

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Параскевовой С.А. (судья-докладчик), 

судей: Белова Д.А., Афанасьевой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Пятигорску Ставропольского края на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 03.08.2017 по делу № А63-13490/2016 (судья Ермилова Ю.В.)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КМВ-Инвест» (г. Пятигорск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

к Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Пятигорску Ставропольского края (г. Пятигорск),

Управлению Федеральной налоговой службы России по Ставропольскому краю (г. Ставрополь),

о признании недействительным решения,

при участии в судебном заседании: от Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Пятигорску – ФИО2 по доверенности от 02.08.2017; ФИО3 по доверенности от 10.01.2017; ФИО4 по доверенности от 21.03.2017;

от общества с ограниченной ответственностью «КМВ-Инвест» – ФИО5 по доверенности от 01.09.2016; ФИО6 по доверенности от 01.09.2016;

от Управления Федеральной налоговой службы России по Ставропольскому краю – ФИО3 по доверенности от 18.01.2017, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «КМВ-Инвест» (далее – заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к инспекции Федеральной налоговой службы по городу Пятигорску Ставропольского края (далее – налоговый орган, инспекция) о признании недействительными решения от 14.06.2016 № 09-21-1/21, которым общество привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в размере 898 493 руб. недоимки, а также начислены пени в размере 279 660 руб. и штрафа в размере 179 698 руб.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 03.08.2017 требования заявителя удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что нет доказательств получения обществом необоснованной налоговой выгоды.

Не согласившись с решением, инспекция подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, вынести по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Одновременно инспекция ходатайствовала о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы.

Согласно части 3, 4 статьи 113 АПК РФ процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни. Течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока.

Для обжалования данного решения ст. 180 Кодекса предусмотрен месячный срок со дня вынесения решения в полном объеме.

В соответствии с приказом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.06.2011 № 66 (далее – Приказ № 66) тексты судебных актов в полном объеме должны быть размещены в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» через 24 часа с момента их подписания и передачи из систем автоматизации судопроизводства.

Несвоевременное размещение судом первой (апелляционной) инстанции судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не продлевает срока на апелляционное (кассационное) обжалование, но при наличии соответствующего ходатайства заявителя является основанием для восстановления пропущенного срока. 

Как видно из материалов дела, решение суда первой инстанции принято 03.08.2017 и опубликовано в сети интернет на сайте суда 09.08.2017.

Следовательно, срок подачи жалобы с момента вынесения решения в полном объеме истекал 04.09.2017 и 11.09.2017 с момента публикации решения в сети интернет.

Апелляционная жалоба, подана заявителем в суд 08.09.2017.

Исследовав материалы дела с учетом того, что апеллянтом не пропущен шестимесячный срок, предусмотренный ст. 259 АПК РФ, в целях реализации права на обращение в арбитражный суд, обеспечения доступности правосудия и равноправия сторон, суд считает необходимым восстановить пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы.

Определением от 13.11.2017 рассмотрение дела отложено на более поздний срок.

В составе суда произошли изменения, так в связи с отпуском судьи Цигельникова И.А., в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена судьи Цигельникова И.А. на судью Афанасьеву Л.В.

От заявителя поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, учитывая доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, изучив и оценив в совокупности материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, приходит к выводу, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно материалам дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества за период с 01.01.2012 по 31.12.2014. По результатам проверки составлен акт выездной налоговой проверки от 18.03.2016 № 13 (далее – акт от 18.03.2016 № 13)

14.06.2016 по результатам рассмотрения акта от 18.03.2016 № 13, результатов дополнительных мероприятий налогового контроля, возражений общества по акту выездной налоговой проверки от 18.03.2016 № 41 и материалов выездной налоговой проверки налоговым органом вынесено решение № 09-21-1/21 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому налогоплательщику доначисленны суммы налога, пени и штрафа в общем размере 1 357 851,6 руб., в том числе 898 493 руб. недоимки по налогу на прибыль, пени в размере 279 660 руб. и штраф в размере 179 698 руб.

УФНС России по Ставропольскому краю решением от 22.09.2016 года № 07-20/017213@ оставило жалобу общества без удовлетворения.

Считая, что решение инспекции является недействительным, общество обратилось в суд с заявлением.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования заявителя в связи со следующим.

В соответствии со ст. 421 Гражданского Кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

В силу ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными нормативно-правовыми актами.

Согласно ст. 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

Как установлено п. 1 ст. 105.1 НК РФ, взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных п. 2 ст. 105.1 Кодекса, в частности, по основаниям, связанным с участием в капитале, осуществлением функций управления, служебной подчиненностью.

В соответствии с аб. 3 п. 1 ст. 105.3 НК РФ для целей применения норм НК РФ цены, применяемые в сделках, сторонами которых являются лица, не признаваемые взаимозависимыми, а также доходы (прибыль, выручка), получаемые лицами, являющимися сторонами таких сделок, признаются рыночными. Таким образом, при отсутствии признаков взаимозависимости между обществом и третьими лицами, налоговый орган не вправе ставить под сомнение цену покупки (продажи) квартиры, определенную сторонами сделки.

Помимо указанных формально-юридических признаков взаимозависимости п. 7 ст. 105.1 НК РФ суду предоставлено право признавать лица взаимозависимыми по иным основаниям - если отношения между этими лицами содержательно (фактически) обладают признаками, указанными в п. 1 ст. 105.1 Кодекса, то есть имеется иная возможность другого лица определять решения, принимаемые налогоплательщиком.

Разрешая вопрос о применении данной нормы, суд учитывает, что признание участников сделки взаимозависимыми в силу п. 1 ст. 105.3, п. 1 ст. 105.14 Кодекса имеет своей основной целью определение круга таких операций налогоплательщика, в отношении которых существует риск их совершения на коммерческих или финансовых влияющих на цену условиях, отличных от тех, которые бы имели место в отношениях между независимыми друг от друга контрагентами, действующими самостоятельно и на строго предпринимательских началах, то есть в своих собственных экономических интересах.

Поэтому на налоговом органе лежит бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, что при отсутствии предусмотренных пунктом 2 данной статьи признаков контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ним лица) тем не менее имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит (к выгоде третьих лиц), был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок

Указанная позиция поддержана Президиумом Верховного Суда РФ в утвержденном 16.02.2017 обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса Российской Федерации.

По общему правилу в случаях, не предусмотренных разделом V.1 НК РФ, налоговые органы не вправе оспаривать цену товаров (работ, услуг), указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении. Несоответствие примененной налогоплательщиком цены рыночному уровню не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды. Однако многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, указывающими на несоответствие между оформлением сделки и содержанием финансово-хозяйственной операции.

Отличие примененной налогоплательщиком цены от уровня цен, обычно применяемого по идентичным (однородным) товарам, работам или услугам другими участниками гражданского оборота, не может служить самостоятельным основанием для вывода о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, возникновении у него недоимки, определяемой исходя из выявленной ценовой разницы, поскольку судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности. Если налоговым органом оспаривается соответствие отраженной в налоговом учете операции ее действительному экономическому смыслу, то многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, порочащими деловую цель сделки (взаимозависимость сторон сделки, создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции, использование особых форм расчетов и сроков платежей и т.п).

Конституционный суд Российской Федерации в пункте 3.3 определения от 04.12.03 № 441-О ограничил возможность признания в судебном порядке взаимозависимыми лиц по основаниям, не предусмотренным п. 1 ст. 20 Налогового Кодекса Российской Федерации. Признание взаимозависимыми лицами возможно лишь при условии, что эти основания указаны в других правовых актах, и отношения между этими лицами могли объективно повлиять на результаты сделок, чего в материалами настоящего дела не установлено.

Как видно из материалов дела, при проведении выездной налоговой проверки установлено, что инвестор общества заключил с заказчиком-застройщиком ОАО Региональное предприятие «Кавминводыавто» инвестиционный договор от 06.03.2007 № 3-жс/07 на строительство объекта недвижимости жилищного назначения (39-квартирного жилого дома) по адресу: 

<

...>.

Источником финансирования служили денежные средства физических лиц, которые поступали на расчетный счет ОАО Региональное предприятие «Кавминводыавто» в рамках вышеуказанного инвестиционного договора. Общество оформляло недвижимость самостоятельно в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю. Впоследствии обществом с физическими лицами, предоставлявшими займы, заключались договоры купли-продажи квартир. Цена реализованных квартир определялась как сумма займа физического лица, увеличенная на незначительную оценку.

Квартиры с номерами 13, 14, 15, 16 проданы ФИО7, являющейся дочерью учредителя ООО «КМВ-Инвест» ФИО8 с долей участия в уставном капитале в размере 10%. Налоговым органом сделан вывод о том, что ФИО8 и ФИО7 являются взаимозависимыми лицами в соответствии с пп. 11 п. 2 ст. 105.1 НК РФ. По мнению инспекции в рассматриваемом случае сделки по реализации квартир с номерами 13, 14, 15 и 16 заключены между лицами, способными оказывать влияние на условия и (или) результаты совершаемых ими сделок и (или) экономические результаты деятельности друг друга.

Для определения рыночной цены спорных квартир в ходе выездной налоговой проверки инспекцией было вынесено постановление от 16.11.2015 о назначении экспертизы определения рыночной стоимости квартир на первичном рынке жилой недвижимости в районе расположения 39-квартирного жилого дома по адресу: 

<

...>.

Экспертизу провела ФИО9 Согласно выписке из реестра саморегулируемой организации оценщиков от 21.07.2015 № 00953 ФИО9 является действительным членом и включена в реестр членов СРО РАО.

По результатам экспертизы (отчет от 27.11.2015 № 204/15) экспертом установлено, что реализация квартир ФИО7 осуществлена ниже рыночной стоимости. Рыночная стоимость квартир определена в сумме 9 498 464,0 руб.

С учетом результатов проведенной экспертизы налоговым органом сделан вывод о том, что поведение налогоплательщика при определении условий сделок продиктовано, прежде всего, целью получения налоговой экономии.

Согласно оспариваемому решению налоговой проверки общество и ФИО7 признаны взаимозависимыми на основании положений ст. 105.1 НК РФ.

Ссылаясь на пп. 1 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, налоговый орган не учел, что указанная норма устанавливает взаимозависимость ФИО7 и ФИО8, являющегося владельцем 10 % уставного капитала общества.

При этом данный подпункт не является самостоятельным, действует в системной связи с пп. 2 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, и должен трактоваться только лишь в совокупности с ним. То есть в силу указанных норм взаимозависимыми признаются физическое лицо (в данном случае ФИО8) и организация (в данном случае ООО «КМВ-Инвест»), если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия составляет более 25 %.

Для доначисления налога к уплате и применения инспекцией в отношении общества санкций за занижение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций налоговый орган должен был установить взаимозависимость сторон гражданско-правового договора.

В данном случае сторонами являются дочь учредителя, обладающего 10 % уставного капитала общества, и не имеющего в соответствии с уставом общества, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», и ГК РФ полномочий (кворума) по принятию решений в отношении финансово-хозяйственной деятельности общества при отсутствии согласия других учредителей, либо без учета их голосов.

Такое основание признания лиц взаимозависимыми не указано в ст. 20, 105.1 НК РФ.

Анализ ст. 269 НК РФ в совокупности с п. 1 ст. 105 НК РФ позволяет сделать вывод о том, что в данном случае признаки взаимозависимости, указанные в данных статьях отсутствуют, поскольку ФИО8 и ФИО7 не могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых обществом, и (или) экономические результаты ее деятельности этих лиц, так как ФИО8 является учредителем общества с долей участия в уставном капитале в размере 10%.

Суд первой инстанции правильно отклонил довод инспекции о наличии родственных отношений между ФИО7 и ФИО8, поскольку указанные отношения не устанавливают взаимозависимости между обществом и ФИО7, являющимся сторонами сделки.

Кроме того, ФИО8 стороной сделки не являлся, при заключении договоров купли-продажи квартир не участвовал, документы по сделке не подписывал, и не имеет полномочий (кворума) по принятию решений в отношении финансово-хозяйственной деятельности общества при отсутствии согласия других учредителей, либо без учета их голосов.

Договоры купли-продажи квартир, заключенные в 3 квартале 2013 года между обществом и ФИО7, соответствуют обязательным правилам, установленным для данного вида сделок. Как установлено судом, в указанных договорах отражены все обязательные существенные условия договоров купли-продажи недвижимости, обязательства сторон выполнены в полном объеме, расчеты между сторонами произведены в полном объеме в соответствии с условиями достигнутых договоренностей, стороны договора претензий друг к другу не имеют.

Согласно п. 1 ст. 105.1 НК РФ для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенными между ними соглашениями либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

Инспекция при определении взаимозависимости сторон по договору купли-продажи квартир ошибочно ссылается на пп. 1 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, в которой указано, что взаимозависимыми лицами являются физическое лицо, его супруг (супруга), родители, дети и прочие, так как данный подпункт устанавливает взаимозависимость физических лиц дочери ФИО7 и отца ФИО8 при том, что второй стороной по договору является не ФИО8, а общество и уставной капитал ФИО8 в обществе составляет всего 10%

В тоже время, согласно с пп. 2 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, взаимозависимыми признаются физическое лицо (в данном случае ФИО8), и организация (в данном случае общество), если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия составляет более 25 %.

Признание инспекцией ФИО7 и общества в качестве взаимозависимых лиц без учета факторов, указанных Конституционным судом Российской Федерации в п. 3.3 определения от 04.12.03 № 441-О, незаконно, поскольку лица, заключившие сделки по реализации квартир, не являются взаимозависимыми, налоговый орган не вправе проверять правильность применения цен в указанных сделках по этому основанию.

В качестве доказательства взаимозависимости и занижения налогооблагаемой базы инспекцией в материалы дела представлен отчет об оценке, согласно которому рыночная стоимость одного квадратного метра жилья выше той, по которой квартиры реализованы ФИО7

Данный отчет об оценке не свидетельствует, о наличии правонарушения со стороны общества, поскольку при составлении отчета оценщиком использованы сведения из открытых источников, а именно, из средств массовой информации, интернета, где указана цена предложения продажи, но не цена фактической реализации, которая в подавляющем большинстве случаев значительно отличается при заключении конкретных сделок; при обработке информации оценщиком использованы виртуальные объекты недвижимости, расположенные в различных частях города, без учета конкретных характеристик объектов недвижимости (качества объекта строительства, места нахождения, этажности, и иных индивидуальных характеристик).

При этом в материалы дела представлена сравнительная таблица, из которой усматривается, что ряд квартир имеющих абсолютно идентичные индивидуальные характеристики расположенных в том же многоквартирном жилом доме, где находились квартиры, реализованные ФИО7, реализованы по цене ниже цены, установленной для ФИО7 Данный факт подтверждается представленными в материалах дела договорами купли-продажи указанных квартир.

Кроме того, соответствие цены реализации спорных квартир ФИО7 рыночным ценам подтверждается дополнительно еще и тем обстоятельством, что впоследствии ФИО7 реализовала данные квартиры по той же стоимости, либо ниже стоимости приобретения у общества.

В связи с изложенным, инспекция пришла к необоснованному выводу о занижении обществом налогооблагаемой базы и взаимозависимости ФИО7 и общества.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что заявленные требования общества подлежат удовлетворению, а решение инспекции подлежит признанию недействительным.

Следовательно, решение суда первой инстанции является правильным, а апелляционная жалоба инспекции, не подлежащей удовлетворению.

Вопрос о распределении судебных расходов, понесенных при подаче апелляционной жалобы, не был предметом рассмотрения, поскольку апеллянт в соответствии со статьей 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 258, 266, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,  

 

ПОСТАНОВИЛ:

восстановить пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы.

Решение Арбитражного суда Ставропольского края от 03.08.2017 по делу № А63-13490/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                               С.А. Параскевова 

 

Судьи                                                                                                             Д.А. Белов

 

                                                                                                                        Л.В. Афанасьева