СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                      Дело № А45-2848/2020

 

Резолютивная часть постановления суда объявлена 28 мая 2024 г.

Полный текст постановления суда изготовлен 06 июня 2024 г.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего      Сбитнева А.Ю.,

судей:                                     Дубовика В.С.,

                                               Хайкиной С.Н.

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания Сперанской Н.В., после перерыва секретарем судебного заседания Дубаковой А.А. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего акционерным обществом Банк «СИБЭС» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (07АП-5340/23(3)), конкурсного управляющего ФИО1 (07АП-5340/23(4)) на определение от 11.03.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-2848/2020 (судья Бродская М.В.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 630124, 

<

...>), 

принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 21.10.2022 (онлайн); 

от АО БАНК «СИБЭС» (АО) - ФИО3 по доверенности от 19.10.2022 (онлайн);

от ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 23.11.2023 (онлайн);

от иных лиц - не явились; 

 

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» (ООО «СМУ № 1») 02.06.2023 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя ФИО4 к субсидиарной ответственности. 

Определением суда от 11.03.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный кредитор АО Банк «СИБЭС», в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов, и конкурсный управляющий ООО «СМУ № 1» ФИО1 обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований.

Конкурсный кредитор в обоснование доводов жалобы указывает, что исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности должника проведённого конкурсным управляющим, в период с 31.12.2017 по 31.12.2020 произошло значительное снижение его активов (пассивов). При наличии просроченной задолженности перед кредитором - Банком, ФИО4 вместо расчёта по обязательствам, а также использования денежных средств для продолжения деятельности, совершил действия по их сокрытию, причинив тем самым ущерб кредиторам. ФИО4 действовал вопреки обычным условиям гражданского оборота, а именно совершил сделки, причинившие ущерб кредиторам, то есть денежные средства были выведены с банковского счёта должника, деятельность ООО «СМУ-1» фактически была прекращена. По мнению апеллянта, действия ФИО4 образуют причинно-следственную связь с прекращением деятельности должника и началом объективного банкротства. Кроме того, согласно заключению конкурсного управляющего установлено наличие признаков преднамеренного банкротства. Также указывает на неисполнение ФИО4 обязанности по передаче временному управляющему документов, что привело к невозможности получения должником 2 100 000 руб. с ООО «СтройИнвест».

Конкурсный управляющий ФИО1 в жалобе указывает, что при наличии у должника признаков неплатёжеспособности, ФИО4 не исполнил обязанность по обращению в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также не исполнил обязанность по передаче документов должника. Из данных бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2018 следует, что баланс должника составлял 7 755 тыс. руб. Размер совершенных ФИО4 сделок, которые в последующем были оспорены, в совокупности составил 27,08 % от балансовой стоимости имущества, следовательно, указанными сделками причинён существенный имущественный вред. Указанные обстоятельства образуют причинно-следственную связь с прекращением деятельности должника и началом объективного банкротства, невозможности удовлетворения требований единственного кредитора.

ФИО4 в представленном отзыве на апелляционную жалобу просит оставить определение от 11.03.2024 без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Кредитором представлены возражения на отзыв. 

Судебное заседание апелляционного суда откладывалось, при этом суд исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, постановлением от 06.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда заявление конкурсного управляющего, рассмотренное судом апелляционной инстанции по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, удовлетворено в полном объеме. Суд признал недействительным платежом перевод денежных средств, совершенный ООО «СМУ-1» в пользу ООО «СтройИнвест» в размере 1 500 000 руб. с назначением платежа «предоставление займа по договору займа № 24/07 от 24.07.2018» и применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройИнвест» денежные средства в размере 1 500 000 руб.

Постановлением от 06.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда заявление конкурсного управляющего, рассмотренное судом апелляционной инстанции по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, удовлетворено в полном объеме. Суд признал недействительным платежом перевод денежных средств, совершенный ООО «СМУ-1» в пользу ООО «СтройИнвест» в размере 600 000,00 руб. с назначением платежа «предоставление займа по договору займа № 07/08 от 07.08.2018 и применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройИнвест» денежные средства в размере 600 000 руб.

На вопросы суда представитель конкурсного управляющего пояснил, что ответчики по оспоренным сделкам ликвидированы, перспектива исполнения судебных актов отсутствует. Дебиторская задолженность управляющим не оценивалась, реализации не подлежит.

Учитывая установленные выше обстоятельства и данные конкурсным управляющим пояснения, суд апелляционной инстанции поставил на обсуждение участников процесса вопрос о наличии оснований для переквалификации требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с совершением убыточных сделок, на требование о взыскание убытков в связи с совершением данных сделок.

Пояснения конкурсного управляющего представлены в эл. виде (22.05.2024 20:39 и 24.05.2024 17:40).

Согласно устным пояснениям, апеллянты настаивают на требовании о привлечении ответчика ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, однако, при наличии оснований, не возражают против переквалификации требования на взыскание с ответчика убытков.

Представитель ответчика возражал против требования о привлечении к ответственности, а также указал на отсутствие оснований для взыскания убытков.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, личное участие и явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел жалобу при существующей явке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.08.2021 по делу № А45-2848/2020 должник – ООО «Строительно-монтажное управление № 1» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Обращаясь с требованием о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, управляющий указала, что согласно данным ЕГРЮЛ ответчик являлся генеральным директором должника с 03.11.2005 до даты открытия конкурсного производства, тем самым ответчик подпадает под признаки контролирующего должника лица, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В качестве оснований для привлечения к ответственности управляющий указывает на непередачу бухгалтерской и иной документации, неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 и статья 61.12 Закона о банкротстве).

Присоединившись к требованию управляющего, в отзыве (в эл. виде 02.10.2023 13:08) кредитор АО Банк «СИБЭС» дополнительно указал о наличии оснований для привлечения к ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с действиями ФИО4, повлекшими наступление негативных последствий в виде возникновения признаков объективного банкротства ООО «СМУ-1», совершение действий по сокрытию денежных средств, чем причинен ущерб кредиторам.

Отказывая в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал на отсутствие оснований для удовлетворения требований.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Ответчик, будучи в течение длительного периода руководителем должника, нес предусмотренную пунктами 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, пунктами 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» обязанность действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

При этом, в силу подпункта 2 данной статьи следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. 

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», существенность определяется через критерии значимости и существенной убыточности. Критерий значимости подлежит раскрытию конкурсным управляющим должника, но в качестве минимальности стандарта значимости подлежит применению положения, установленные в отношении крупных сделок.

В этой связи с учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20-25% общей балансовой стоимости имущества должника (пункт 4.1.1 Письма ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ»). 

Согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» для определения крупности сделки учитывается балансовая стоимость активов общества на последнюю отчетную дату.

Под последней отчетной датой следует считать последнюю отчетную дату, которая предшествовала недействительной сделке. 

В качестве основания привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, управляющий сослался на признанные судом недействительными договоров займа, заключенных 07.08.2018 и 24.07.2018 между ООО «СМУ-1» и ООО «СтройИнвест» в общей сумме в размере 2 100 000 руб. 

Из содержания представленного в материалы дела баланса за 2018 год следует, что в его состав входит следующие активы:

- нематериальные финансовые и другие внеоборотные активы – 0, (в предыдущий период 2017 год - 120), 

- запасы - 0, ( в предыдущий период 2017 год - 0), 

- денежные средства - 0, (в предыдущий период 2017 год - 98), 

- финансовые и другие оборотные активы 7755, (в предыдущий период 2017 год - 38012),

- долгосрочные заемные средства 5835, (в предыдущий период 2017 год - 30356), 

- краткосрочные заемные средства 2922, (в предыдущий период 2017 год - 946), 

- кредиторская задолженность 13889, (в предыдущий период 2017 год - 3316), 

- соответственно, Баланс - 7755, (в предыдущий период 2017 год - 38230),

- прочие доходы 9051, (в предыдущий период 2017 год - 18877),

- прочие расходы 14617, (в предыдущий период 2017 год - 17357),

- чистая прибыль (убыток) – (6003), (в предыдущий период 2017 год - (1188).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что из сведений баланса следует: в 2018 году у должника имелись совершенно иные показатели его деятельности, в частности, имелись денежные средства, финансовые и другие оборотные активы были почти в 5 раз больше, доходы в 2 раза больше, а кредиторская задолженность – в 4 раза меньше, даже убыток был в 5 раз меньше, чем в 2017 году и принятие для квалификации сделки с учетом 20-25% балансовой стоимости на основании баланса за 2018 год является не корректным.

Следовательно, исходя из данных бухгалтерского баланса за 2017 год, на последнюю отчетную дату предшествующую заключению сделок на сумму 2 100 000 руб., балансовая стоимость активов ООО «СМУ-1» составляла 38 230 000 руб., что относительно к 2 100 000 руб. составляет 5,5% и не может являться существенным ущербом.

С учетом изложенного, следует согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию подпункта 1 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Далее, в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности указан подпункт 2 пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно данной норме, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трёх дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

После введения в отношении должника процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим был направлен запрос о предоставлении бухгалтерской и иной документации, а также печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника, однако запрашиваемая документация передана не была конкурсному управляющему. 

Определением от 19.11.2021 суд обязал ФИО4 предать конкурсному управляющему документы ООО «СМУ № 1». 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвёртого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искажённых сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Между тем, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, управляющим по сути не раскрыто каким образом непередача документов повлияла на затруднение проведения процедуры банкротства, суду не указаны, в том числе ссылаясь на баланс, о необходимости передачи документов по конкретным строкам баланса из имеющихся в нем сведений. В жалобах апеллянты лишь констатируют данный факт, не приводя конкретных доводов, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Пунктами 1 и 2 статьи 61.12 Закона установлено следующее.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Применение санкции в виде субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, возможно только в том случае, если разумный руководитель, сознавая факт наступления неплатежеспособности организации, принял на нее новые обязательства, исполнение которых заведомо не представляется возможным. При этом от новых кредиторов была скрыта информация о неблагоприятном положении общества и наличии признаков неплатежеспособности.

Поэтому в силу разъяснений, данных в пункте 14 постановления Пленума № 53, по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 ГК РФ, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Сам же по себе факт замещения должности руководителя организации-должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность поведения соответствующего лица, а возникновение у уполномоченного органа расходов, связанных с делом о банкротстве, не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника. В частности, неподача руководителем должника заявления о банкротстве возглавляемой им организации может быть обусловлена конкретными обстоятельствами ее деятельности.

Таким образом, установление состава гражданского правонарушения требуется при привлечении к гражданско-правовой ответственности, даже если бездействие, повлекшее возникновение убытков, вызвано нарушением специальных норм Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Как следует из обстоятельств настоящего дела должник ООО «СМУ № 1» имеет единственного кредитора АО Банк «СИБЭС», основанием для возникновения задолженности перед которым послужило соглашение об открытии кредитной линии № 05-09-2654 от 19.08.2015, согласно которому Банк «СИБЭС» (АО) приняло на себя обязательство открыть ООО «СМУ-1» кредитную линию в сумме 36 500 000 рублей под 12% годовых со скором возврата до 20.08.2018.

Дополнительными соглашениями от 26.04.2017 была понижена процентная ставка до 9% годовых и увеличен срок возврата кредита до 10.10.2027.

Определением Арбитражного суда Омской области от 17.04.2018 дополнительные соглашения о продлении срока возврата займа были признаны недействительными, в связи с чем срок возврата займа - 27.04.2018.

10.10.2018 Банк обратился в Искитимский районный суд Новосибирской области с иском к поручителю ФИО4 о взыскании всей задолженности по кредиту с поручителя. 28.03.2019 судебный акт о взыскании с поручителя задолженности перед Банком вступил в законную силу.

Как указывает управляющий, критическая задолженность перед Банком образовалась с 2019 года, согласно бухгалтерскому балансу должника на 31.12.2019 баланс должника составлял 0 руб., соответственно, ответчик должен был обратиться с заявлением не позднее 31.01.2020.

Как было указано ранее, субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, однако, в связи с отсутствием таких кредиторов, основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленным управляющим и кредитором основаниям.

Между тем, в силу пункта 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (пункт 1 статьи 10 Закона о банкротстве, статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как было указано ранее, постановлениями от 06.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по настоящему делу признаны недействительными платежи - переводы денежных средств от должника в пользу ООО «СтройИнвест» в размере 2 100 000 руб.

Суд пришел к выводу об аффилированности должника и ООО «СтройИнвест», поскольку ФИО4 одновременно являлся генеральным директором ООО «СтройИнвест».

ООО «СтройИнвест», как аффилированное с должником лицо, на момент получения денежных средств от должника было осведомлено о наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами (требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника), о недостаточности у должника имущества и денежных средств для осуществления расчетов с кредиторами в полном объеме.

В контексте требования о взыскании убытков возможно предполагать, что в результате совершения сделки должник лишился денежных средств в размере 2 100 000 руб., что свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредиторов.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

С учетом приведенных норм и разъяснений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истцом (в данном случае управляющим, инициировавшим спор о привлечении к субсидиарной ответственности, и присоединившемуся к нему кредитором) не доказан факт причинения убытков должнику действиями ФИО4, осуществившим от имени должника перевод денежных средств в ООО «СтройИнвест».

Из содержания судебных актов следует, что ФИО4 настаивал, что между должником и ООО «СтройИнвест» существовали заемные отношениями, им в материалы дела приобщены договоры займа, банковская выписка, подтверждающие перечисление заемных денежных средств должнику от ООО «СтройИнвест». При этом, сам по себе судебный акт о признании недействительными перечислений денежных средств по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не является безусловным основанием для взыскания убытков. Доказательств наличия состава, предусмотренного статьей 15 ГК РФ, заявителями по требованию не доказано.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО4 убытков.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, полно, детально, подробно, достоверно описав представленные в материалы дела доказательства, верно оценил в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, правильно применив нормы материального, процессуального права сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела, принял по делу правомерный и обоснованный судебный акт, содержащий правильные выводы.

Иные доводы апелляционных жалоб, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не могли повлиять на правильное по существу определение суда.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 06.03.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-2848/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего акционерным обществом Банк «СИБЭС» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

 

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

 

Председательствующий                                                                                    А.Ю. Сбитнев

 

Судьи                                                                                                                   В.С. Дубовик

 

                                                                                                                             С.Н. Хайкина