АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, http://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-35084/23

г. Уфа

15 октября 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 02.10.2024

Полный текст решения изготовлен 15.10.2024

 

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Нурисламовой И.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сычевой Е.В., рассмотрев дело по исковому заявлению Государственного казенного учреждения Республики Башкортостан "Информационно-аналитический центр" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ФИО1 (ИНН 

<

***>) о взыскании ущерба в размере 249 576, 25 руб., процентов в размере 1 511, 13 руб. с последующим начислением по день фактической оплаты долга, 

третье лицо: ФИО2, ФИО3,

при участии в судебном заседании: 

от истца – ФИО4 по доверенности от 09.01.2024.

от ответчика – ФИО1 по паспорту,

 

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление Государственного казенного учреждения Республики Башкортостан "Информационно-аналитический центр" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ФИО1 (ИНН 

<

***>) о взыскании ущерба в размере 249 576, 25 руб., процентов в размере 1 511, 13 руб. с последующим начислением по день фактической оплаты долга.

Определением суда от 25.10.2023 исковое заявление принято к производству.

27.11.2023 через электронную систему подачи документов «Мой арбитр» от ответчика поступил отзыв, согласно которому ответчик просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

 Определением суда от 25.01.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

 Определением суда от 12.03.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

 К дате судебного заседания от 27.06.2024 истец представил уточнения исковых требований, просит взыскать сумму причиненного ущерба в размере 249 576, 25 руб., проценты в размере 28 753, 74 руб. с последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства. Судом уточнения исковых требований приняты в порядке ст. 49 АПК РФ. 

К дате судебного заседания от 02.10.2024 от истца и ответчика поступили письменные объяснения. Представленные объяснения приобщены к материалам дела.

 В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Ответчик просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Дело рассмотрено в порядке ст. ст. 123,156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей третьих лиц, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителя истца и ответчика, суд 

 

УСТАНОВИЛ:

Как следует из искового заявления, в ходе проведения процедуры ликвидации государственного казенного учреждения Республики Башкортостан «Информационно - аналитический центр» (далее - ГКУ РБ ИАЦ) ликвидационной комиссией установлен факт причинения ГКУ РБ ИАЦ материального ущерба бывшим руководителем учреждения ФИО1

Решением Ленинского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 26 января 2023 года по делу № 2-153/2023, апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 мая 2023 года № 33-9411/2023, определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 31 августа 2023 года но делу № 88-19189/2023  в связи с незаконным увольнением ФИО2, с ГКУ РБ ИАЦ в пользу работника взысканы заработная плата за время вынужденного прогула в размере 158 426, 61 руб.; выходное пособие в размере 54 459, 24 руб.; компенсация морального вреда в размере 8 000 руб.; расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.; почтовые расходы в размере 579, 60 руб.; транспортные расходы в размере 3 110, 80 руб.

На основании предъявленного ФИО2 исполнительного листа серии ФС № 028410731, выданного 14 июля 2023 года, 2 августа 2023 года ГКУ РБ ИАЦ осуществлено перечисление указанной суммы взыскания па счет ФИО2

Согласно трудовому договору от 3 июня 2019 года № 108 (далее - трудовой договор) и приказу от 3 июня 2019 года № 112 л/с работодатель - ГКУ РБ ИАЦ принял работника ФИО2 па должность ведущего специалиста отдела развития налогового потенциала Республики Башкортостан ГКУ РБ ИАЦ,  6 февраля 2020 года ФИО2 была переведена на должность ведущего специалиста отдела методологического сопровождения (заключено дополнительное соглашение № 4 к трудовому договору), 1 сентября 2022 года ФИО2 переведена па должность главного специалиста отдела земельных и имущественных отношений и налогообложения (заключено дополнительное соглашение № 6 к трудовому договору).

Истец указал, что 17 октября 2022 года ФИО2 в ходе личной беседы с руководителем ГКУ РБ ИАЦ ФИО1 стало известно о предстоящей ликвидации ГКУ РБ ИАЦ, в связи с чем ФИО1 было предложено ФИО2 написать заявление об увольнении по соглашению сторон. ФИО2 отказалась от написания такого заявления и подписания соглашения. С 4 по 28 октября 2022 года ФИО2 находилась на больничном.

20 октября 2022 года на основании приказа № 90л/с (в качестве основания указано личное заявление ФИО2 от 17 октября 2022 года, дополнительное соглашение от 17 октября 2022 года №7, отметка о вручении его копии ФИО2 отсутствует) прекращено действие трудового договора, ФИО2 уволена 20 октября 2022 года по соглашению сторон (в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77, со статьей 78 ТК РФ).

Из содержания дополнительного соглашения от 17 октября 2022 года № 7 к трудовому договору следует, что работодатель ГКУ РБ ИАЦ и ФИО2 пришли к соглашению о расторжении трудового договора от 3 июня 2019 года № 108 на условиях, что трудовой договор расторгается 21 октября 2022 года по соглашению сторон в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77 и статьи 78 ТК РФ, на момент подписания указанного соглашения стороны подтверждают, что претензий друг к другу не имеют.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства факт подписания со стороны работника ФИО2 вышеуказанного дополнительного соглашения, а также заявления об увольнении не установлен, что и послужило основанием для удовлетворения исковых требований ФИО2

Учитывая, что в период увольнения ФИО2 из ГКУ РБ ИАЦ (20 октября 2022 года), обстоятельства которого исследовались в судебном порядке и основания которого признаны Решением, Апелляционным определением, Определением незаконными, руководителем ГКУ РБ ИАЦ в соответствии с трудовым договором от 3 октября 2018 года №50 (в редакции дополнительного соглашения от 1 сентября 2022 года № 6) являлась ФИО1, а также тот факт, что дополнительное соглашение от 17 октября 2022 года № 7 к трудовому договору от 3 июня 2019 года № 108 о расторжении 21 октября 2022 года трудового договора по соглашению сторон, не подписанное со стороны работника ФИО2 приказ от 20 октября 2022 года № 90л/с и запись в трудовой книжке об увольнении ФИО2 на основании пункта 1 части 1 статьи 77 'ГК РФ, оспоренные в рамках судебного разбирательства, подписаны руководителем ГКУ РБ ИАЦ ФИО1, в соответствии с частью второй статьи 247 и частью второй статьи 381 ТК РФ с бывшего руководителя ГКУ РБ ИАЦ ФИО1 истребованы письменные объяснения (письмо ГКУ РБ ИАЦ от 2 августа 2023 года №04-14).

ФИО1 представлены письменные объяснения от 11 августа 2023 года.

Излагаемые в объяснительной ФИО1 доводы по обстоятельствам увольнения ФИО2 исследовались и получили оценку Ленинским районным судом города Уфы Республики Башкортостан, а также судами апелляционной и кассационной инстанций, которая нашла отражение в соответствующих судебных актах, признавших увольнение указанных лиц из ГКУ РБ ИАЦ незаконным.

Кроме того, на основании постановления прокуратуры Кировского района города Уфы Республики Башкортостан от 28 июля 2023 года о проведении проверки соблюдения трудового законодательства в деятельности ГКУ РБ ИАЦ Государственной инспекцией труда в Республике Башкортостан проведена проверка указанных обстоятельств, в ходе которой постановлением Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан от 9 октября 2023 года № 2/4-813-23/ППР/12-20583-И/3144 бывший руководитель ГКУ РБ ИАЦ ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях («Нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права»).

Истец указал, что в рамках судебного процесса по гражданскому делу № 2-153/2023 Ленинским районным судом города Уфы Республики Башкортостан по трудовому спору с ФИО2 ФИО1 была привлечена в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, что подтверждается соответствующим решением суда от 26 января 2023 года и могла согласно части 1 статьи 43 ГПК РФ пользоваться процессуальными правами стороны по делу, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска, а также па предъявление встречного иска и требование принудительного исполнения решения суда. Вместе с тем, ФИО1 ни на одном судебном заседании не присутствовала.

Кроме того, в связи с проводимой проверкой (служебным расследованием) 4 сентября 2023 года были получены пояснения ФИО2, подтверждающие факты, заявленные и озвученные в ходе судебного разбирательства и послужившие причинами и обстоятельствами взыскания в судебном порядке с ГКУ РБ ИАЦ в пользу ФИО2 средств в размере 249 576,25 руб. и причинения в связи с этим ГКУ РБ ИАЦ материального ущерба.

Согласно позиции истца, понесенные ГКУ РБ ИАЦ расходы, взысканные в судебном порядке по упомянутому трудовому спору, являются прямым действительным ущербом, причиненным ГКУ РБ ИАЦ, а проведение проверки для установления размера ущерба, причин его взыскания и виновных лиц, при наличии таких расходов, является обязанностью учреждения республики.

ГКУ РБ ИАЦ письмом от 12 сентября 2023 года №04-26 ФИО1 направлено предложение о добровольном возмещении материального ущерба в установленный срок.

В письме от 14 сентября 2023 года ФИО1 отказалась от добровольного возмещения материального ущерба.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с рассматриваемым иском в суд.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что ГКУ РБ ИАЦ не может быть причинен убыток, так как оно не имеет имущество и самостоятельно им не распоряжается. Оценку факта убытка/ущерба может дать исключительно уполномоченный орган Республики Башкортостан, наделенный таким правом, либо должно быть принято решение Правительством Республики Башкортостан о наделении представителя и/или ГКУ РБ ИАЦ подобными полномочиями. В силу Конституции Республики Башкортостан руководит деятельностью Правительства Республики Башкортостан Глава Республики Башкортостан. Документов, уполномочивающих от лица Правительства Республики Башкортостан выступать в интересах бюджета Республики Башкортостан Истцом не приведены (доверенность или Указ Главы РБ).

По мнению ответчика, в отношении казенных учреждений не может применяться понятие убыток, так как ими не осуществляется деятельность, связанная с извлечением доходов. Функциями администратора доходов согласно Бюджетному кодексу РФ ГКУ РБ ИАЦ не наделено. Выплаты ФИО2 являются обычным расходом в рамках сметы ГКУ РБ ИАЦ,  выплаты ФИО2 не являются ни убытком, ни ущербом для ГКУ РБ ИАЦ, реализованы в рамках предусмотренных сметой средств, уменьшение наличного имущества ГКУ РБ ИАЦ нет.

Ответчик отметил, что ФИО1 с 12.11.2022 года не является руководителем ГКУ РБ ИАЦ, а с 26.10.2022 изменены сведения в ЕГРЮЛ об единоличном органе- назначен ФИО3. Издано распоряжение Правительства Республики Башкортостан №1327-р от 20.10.2022 года о ликвидации государственного казенного учреждения Республики Башкортостан «Информационно-аналитический центр» и Приказ МЭР и ИП РБ от 24.10.2022 года №196 об образовании ликвидационной комиссии ГКУ РБ ИАЦ.

 Согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) с 26.10.2022 года по данным налоговых органов сведения учтены и ГКУ РБ ИАЦ присвоен статус «ликвидируемое», единоличным исполнительным органом ГКУ РБ ИАЦ определен ФИО3 (далее - ликвидатор). 

В связи с увольнением ФИО1, как указал ответчик, не могла знать о наличии претензий со стороны бывших сотрудников. Входящей корреспонденции в ГКУ РБ ИАЦ от ФИО2 не поступало до 26.10.2022 года включительно. Соответственно оснований принять меры по устранению и нивелированию правовых последствий у ФИО1 в отношении ФИО2 как у единоличного исполнительного органа не было (о несогласии с приказами ФИО1 было неизвестно). Соответственно ФИО1 о наличии спора не знала в период своего руководства, полагала свои действия верными. Возможности представлять доказательно интересы в суде ФИО1 не могла ввиду отсутствия допуска к документам и личным делам уволенных по причине своего увольнения (в заявленном процессе ФИО1 была привлечена в качестве третьего лица).

Полный состав документов по делам ФИО2, подтверждающий правовую позицию ФИО1 как руководителя ГКУ РБ ИАЦ в период руководства, передан Учредителю (Министерство экономического развития и инвестиционной политики Республики Башкортостан). После своего увольнения ФИО1 за сохранность данных документов нести ответственность не может.

Следующим должностным лицом ГКУ РБ ИАЦ действия ответчика в отношении ФИО2 признаны обоснованными, так как он представлял интересы в суде, хотя мог согласиться с позицией ФИО2 и удовлетворить их требования в досудебном порядке или в ходе процесса, тем самым исключить возникновение выплат в размере 249 576,25 рублей. Причины почему ликвидатором ГКУ РБ ИАЦ не была профессионально и полно представлена позиция в суде ответчику не известны.

Таким образом, по мнению ответчика, именно действия ликвидатора ГКУ РБ ИАЦ привели к возникновению данного размера выплат.

Как указал ответчик, доводы Истца строятся на тезисах, изложенных в решении судов по ФИО2 В решениях судов не содержится информация и/или решение прямо указывающие и позволяющие предполагать ущемление прав ФИО2 именно ФИО1   Вместе с тем, действия ФИО1 могут быть оценены как «крайняя необходимость». Тем более, что информация о принятом решении о ликвидации (издании распоряжения Правительством Республики Башкортостан №1327-р от 20.10.2022 года) была получена ФИО1 после выхода в отпуск и увольнения. С документами о ликвидации ГКУ РБ ИАЦ ознакомилась 27.03.2023 года.   ФИО1 о нарушении прав ФИО5 не знала и устранить его не могла в связи с увольнением. В связи с увольнением из ГКУ РБ ИАЦ последним днем работы являлся 26.10.2022 года.

Полный состав документов по делам ФИО2, подтверждающий правовую позицию ГКУ РБ ИАЦ в период руководства, передан Учредителю (Министерство экономического развития и инвестиционной политики Республики Башкортостан). После своего увольнения ФИО1 за сохранность данных документов нести ответственность не может.

Ответчик указал, что вопросы кадров, бюджетного бухгалтерского учета и иные вопросы, связанные с материальной ответственностью, осуществлялись структурными подразделениями ГКУ РБ ИАЦ и его сотрудниками, а не ФИО1 лично, согласно договорам и приказам о материальной ответственности и требований ГКУ РБ ЦФО.  

По совокупности всех приведенных доводов ответчика следует, что Истцом не доказаны вина ФИО1, не установлена причинно-следственная связь между событиями установленными судом по ФИО2 и размером возникших материальных претензий к ФИО1, не установлен сам факт убытка/ущерба, не обоснованы доводы о полной материальной ответственности, не доказаны обстоятельства умысла, недобросовестности, неразумности ФИО1, не проведена оценка материального, семейного положения ФИО1, не соблюдены процедуры предъявления прямого действительного ущерба ГКУ РБ ИАЦ к ФИО1, основания нанесения именно «прямого действительного ущерба» ФИО1 не обоснованы, а значит и требования к уплате процентов по нему. При этом имеются признаки того, что иск подан ненадлежащим Истцом (ГКУ РБ ИАЦ) к ненадлежащему ответчику (ФИО1), а также наблюдаются признаки недобросовестного поведения Истца к ответчику.

На основании изложенного ответчик просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Оценив  все  представленные  доказательства  в  отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению,  основанному  на  всестороннем,  полном,  объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению на основании следующего.  

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, чье право нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Главой 43 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации (статьи 273 - 281).

Частью 1 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством (часть 2 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце первом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21 разъяснено, что в соответствии с частью 1 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. Под прямым действительным ущербом в силу части 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации (главы 37 "Общие положения" и 39 "Материальная ответственность работника") (абзац второй пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21).

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании части 2 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и др.). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21).

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Из нормативных положений статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с общими нормами этого кодекса о материальной ответственности сторон трудового договора и материальной ответственности работника, а также положений Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. При этом руководитель организации привлекается к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, в том же порядке и на тех же условиях, что и остальные работники. Кроме того, в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода).

Исходя из этого необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причиненных его руководителем (в том числе бывшим) ущерба или убытков являются: факт противоправного поведения руководителя, недобросовестность или неразумность его действий; наступление негативных последствий для юридического лица в виде причиненного ущерба или убытков, их размер; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением руководителя и ущербом, убытками юридического лица; вина руководителя в причинении ущерба или убытков юридическому лицу.

Решением Ленинского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 26 января 2023 года по делу № 2-153/2023, апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 мая 2023 года № 33-9411/2023, определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 31 августа 2023 года по делу № 88-19189/2023  в связи с незаконным увольнением ФИО2, с ГКУ РБ ИАЦ в пользу работника взысканы заработная плата за время вынужденного прогула в размере 158 426, 61 руб.; выходное пособие в размере 54 459, 24 руб.; компенсация морального вреда в размере 8 000 руб.; расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.; почтовые расходы в размере 579, 60 руб.; транспортные расходы в размере 3 110, 80 руб.

Судом в рамках дела № 2-153/2023 установлено, что 20 октября 2022 года на основании приказа №90 л/с прекращено действие трудового договора от 03 июня 2019 года №108 и ФИО2 уволена 20 октября 2022 года по соглашению сторон (п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ). В приказе указано основание: личное заявление ФИО2 от 17 октября 2022 года, дополнительное соглашение от 17 октября 2022 года №7. 

На приказе об увольнении отсутствует отметка о вручении его копи ФИО2

В материалы дела № 2-153/2023 представлена копия дополнительного соглашения №7 от 17 октября 2022 года к трудовому договору №108 от 03 июня 2022 года, из содержания которого следует:        работодатель ГКУ РБ ИАЦ и ФИО2 пришли к соглашению о расторжении трудового договора №108 от 03 июня 2019 года на условиях: трудовой договор расторгается 21 октября 2022 года по соглашению сторон в соответствии с п.1 части 1 ст. ТК РФ и ст.78 ТК РФ; на момент подписания настоящего соглашение стороны подтверждают, что претензий друг другу не имеют.

При этом суд отметил, что при достижении соглашения о расторжении договора, оно должно быть подписано обеими сторонами, тогда как со стороны работника ФИО2 дополнительное соглашение не подписано. Кроме того, в соглашении указано о расторжении трудового договора 21 октября 2022 года, а на основании приказа ФИО2 уволена 20 октября 2022 года.

Личное заявление об увольнении со стороны ответчика не представлено, факт его написания ФИО2 отрицается.

При таких обстоятельствах суд в рамках дела № 2-153/2023 пришел к выводу о том, что стороны трудового договора не достигли согласия на прекращение трудовых отношений по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ. Достигнутое соглашение между работником и работодателем о прекращении трудовых отношений по указанному основанию не нашло своего подтверждения материалами дела. Как следствие, увольнение ФИО2 по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ и последующее издание приказа №90 л/с от 20 октября 2022 года являются незаконными.

Частью 3 статьи 69 АПК РФ установлено, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из материалов дела следует, что в период увольнения ФИО2 из ГКУ РБ ИАЦ (20 октября 2022 года) руководителем ГКУ РБ ИАЦ в соответствии с трудовым договором от 3 октября 2018 года № 50 (в редакции дополнительного соглашения от 1 сентября 2022 года № 6) являлась ФИО1, а приказ ГКУ РБ ИАЦ от 20 октября 2022 года № 90 л/с об увольнении работника и дополнительное соглашение от 17 октября 2022 года № 7 к трудовому договору от 3 июня 2019 года № 108 о расторжении трудового договора с работником по соглашению сторон (не подписанное со стороны ФИО2) были подписаны бывшим руководителем ГКУ РБ ИАЦ ФИО1, что не оспаривается ответчиком.

Таким образом, действиями ФИО1 Учреждению причинены убытки, в сумме, взысканной с Учреждения на основании вступившего в законную силу решения от 26 января 2023 года по делу № 2-153/2023.

Доводы ответчика, изложенные в отзыве, отклоняются судом как противоречащие  материалам дела.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Как указано в подпунктах 1, 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) неразумность действий органа управления считается доказанной, в частности, когда он принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

В данном случае при принятии решения об увольнении ФИО2 к такой информации, имеющей значение в данной ситуации, можно отнести информацию о не подписании ФИО2 дополнительного соглашения     расторжении трудового договора, отсутствии подписанного ФИО2 заявления об увольнении по соглашению сторон, а также информацию о возможном наличии у ФИО2 открытого листа нетрудоспособности. Пояснения свидетеля ФИО6, опрошенного в судебном заседании 02.05.2024 года, не могут служить доказательством наличия подписи ФИО2 на заявлении об увольнении по соглашению сторон.

 Действия ФИО1 противоречили интересам Учреждения, не являлись добросовестными и разумными,  повлекли взыскание с Учреждения соответствующих денежных сумм и возложение на него обязанности по возмещению понесенных в рамках названного дела судебных расходов.

Судом установлено, что допущенные ФИО1 нарушения трудового законодательства при увольнение ФИО2 носят явный и очевидный характер.

Кроме того, ФИО1 не представлено доказательств того, что практика толкования судами общей юрисдикции норм Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующих увольнение работников, не является единообразной.

При таких обстоятельствах суд находит требования истца о взыскании убытков в размере 249 576, 25 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании процентов  в размере 28 753, 74 руб. за период с 30.09.2023 по 16.10.2023, с 17.10.2023 по 27.06.2024 с последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства.

Согласно части 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами следствии их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате, либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Вместе с тем в силу статьи 395 ГК РФ по отношению к убыткам проценты, так же как и неустойка, носят зачетный характер, в связи с чем поглощаются суммой убытков.

Начисление процентов, равно как и неустойки на сумму убытков закон не допускает, проценты, как и убытки, являются одним из видов ответственности за нарушение обязательства (часть 1 статьи 394, часть 2 статьи 395 ГК РФ, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2007 N 420/07).

Согласно пункту 57 Постановления N 7 обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Таким образом, исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму убытков до признания их в судебном порядке таковыми (за период с 30.09.2023 по 16.10.2023, с 17.10.2023 по 27.06.2024) удовлетворению не подлежат.

Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 48 постановления N 7).

Согласно указанному пункту Постановления N 7, обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьи 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Таким образом, поскольку доказательств уплаты ответчиком суммы убытков истцу в материалы дела не представлено, суд признает подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ за период с момента вступления решения в законную силу по день фактического возмещения убытков.

Поскольку при подаче иска государственная пошлина не была уплачена ввиду освобождения истца от уплаты государственной пошлины в соответствии с ч. 3 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 4 ч. 1 ст. 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу Государственного казенного учреждения Республики Башкортостан "Информационно-аналитический центр" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки в размере 249 576, 25 руб., проценты по ст. 395 ГК РФ на сумму убытков, начисленные с момента вступления решения в законную силу до погашения задолженности.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 7 682 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя. 

Исполнительный лист на взыскание государственной пошлины в доход федерального бюджета выдать после вступления решения в законную силу.

 Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

 

Судья                                                                                   И.Н. Нурисламова