ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-6790/2023

Дело № А41-27886/20

25 мая 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 мая 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от АНО «ЦСРППИ» - ФИО2 по доверенности от 07.07.2022;

от конкурсного управляющего - ФИО3 по доверенности от 12.04.2022;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций» на определение Арбитражного суда Московской области от 04.03.2023 по делу № А41-27886/20, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2022 ООО «Диприз» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсным управляющим ООО «Диприз» утверждён ФИО4, член ААУ «ЦФОП АПК».

28.12.2022 конкурсный управляющий подал заявление о признании недействительной сделкой  договор аренды нежилого помещения № 05/20- КДА от 01.07.2020, заключенный между должником и Автономной некоммерческой организации «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций».

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.03.2023  заявленные требования удовлетворены, признан недействительной сделкой договор аренды № 05/20-КАД от 01.07.2020 г., заключенный между ООО «Диприз» и АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций»  (ИНН 

<

***>).

Не согласившись с указанным судебным актом, АНО «Защита Бизнеса и Инвестиций» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение.

До начала судебного разбирательства 18.05.2023 от АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций» в порядке статьи 158 АПК РФ поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 5 ст. 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

По смыслу приведенных норм права отложение судебного разбирательства является правом, но не обязанностью суда, предоставленным для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела. Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителя одной из сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Учитывая, что отложение рассмотрения апелляционной жалобы может привести к необоснованному затягиванию судебного процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, между ООО «Диприз» (арендодатель) и АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций»  (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения № 05/20-КДА от 01.07.2020.

По условиям договора ООО «Диприз» передает, а АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций» принимает во временное владение и пользование (в аренду) за плату часть нежилого помещения площадью 200 кв.м., находящееся на первом этаже здания, расположенного по адресу: 

<

...>.

Как следует из пунктов 2.2, 2.3 договора арендная плата составляет 700 000 рублей в месяц.

С момента подписания акта приема-передачи помещения у арендатора возникает обязательство по уплате арендной платы в полном объеме за весь период аренды по договору, а именно: в размере 7 700 000 рублей.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указывает на то, что оспариваемая сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и вывода денежных средств из конкурсной массы Должника, а также по основаниям статьи 10, пункта 2 статьи 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не было установлено наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в этом Законе.

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом первой инстанции установлено, что на дату заключения спорных договоров должник обладал признаком неплатежеспособности.

Однако данное обстоятельство не может однозначно свидетельствовать о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными, поскольку конкурсный управляющий не представил доказательств осведомленности ответчиков о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Также судом первой инстанции установлено, что должник и ответчик являются аффилированными лицами.

Указанное обстоятельство определением Арбитражного суда Московской области по делу №А41-27886/20 от 13.11.2022 в рамках обособленного спора по признанию недействительной сделки, совершенной между должником и АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций», установлена принадлежность их к одной группе лиц, управляемой ИП ФИО5, его братом ФИО5 и ФИО6 

Между тем, сам по себе факт аффилированности сторон таким обстоятельством не является.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства, каким образом договор аренды повлиял на имущественное состояние должника, поскольку в рамках спорных правоотношений ООО «Диприз» выступало в качестве арендодателя.

Имущество по договору аренды не выбыло из владения должника, хозяйственное положение не изменилось в худшую сторону, договор аренды не повлёк за собой банкротство ООО «Диприз».

В отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, Арбитражный суд Московской области пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания их недействительными по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 названного Кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации"). Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поскольку сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то следует установить, заключены ли они со злоупотреблением гражданскими правами, направлены ли на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ст. 68 АПК РФ).

Апелляционная коллегия также приходит к выводу об отсутствии признаков мнимости указанной сделки в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 N 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При исследовании материалов обособленного спора сторонами был составлен акт приема-передачи помещения.

Согласно выписке по счету должника, открытому в ПАО «Промсвязьбанк, 30.07.2020 от ответчика на счет должника поступили денежные средства в сумме 7 700 000 рублей, с назначением платежа «арендная плата по договору аренды нежилого помещения №05/20-КДА от 01.07.2020 (п. 2.3 договора) авансовый платеж за весь период срока действия договора.».

Указанные документы подтверждаются реальность существующих между должником и ответчиком правоотношений, возникших на основании спорного договора аренды.

Конкурсный управляющий не представил доказательств непоступления денежных средств от ответчика, не заявил о том, что денежные средства были выплачены ответчиком во исполнение иных обязательств или с целью создания видимости таких обязательств. 

При признании спорной сделки мнимой суд первой инстанции исходил из того, что спорный договор аренды был досрочно расторгнут письмом от 21.01.2020 №51-15/0120С, соответственно, цели заключения договора не были достигнуты.

Однако апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку договор аренды был расторгнут досрочно в соответствии с нормами действующего законодательства.

Из материалов дела апелляционный суд установил, что основанием для расторжения договора стало то обстоятельство, что спорный объект недвижимости находился в залоге у ООО «МФЦ Капитал» на основании договора ипотеки №12/15/310-01 от 28.08.2015. В связи с нарушением исполнения обязательств должником ООО «МФЦ Капитал» обратило взыскание на объект недвижимости, переход права собственности на объект зарегистрирован 18.09.2020.

В связи со сменой собственника спорного объекта недвижимости АНО «Центр содействия развития предпринимательства и привлечения инвестиций» не могло реализовать права арендатора, договор был досрочно расторгнут сторонами.

Довод конкурсного управляющего о том, что перечисление денежных средств должнику в рамках спорного договора преследует цель вывода ликвидного имущества из владения ООО «Диприз», не состоятелен, поскольку апелляционный суд не установил в материалах дела доказательств, что денежные средства принадлежали должнику, а расчеты между ответчиком и должником носили фиктивный характер.

Таким образом, поскольку в материалах спора отсутствуют доказательства того, что спорный договор носил мнимый характер и происходил со злоупотреблением правом, отсутствуют основания для признания сделки недействительной на основании ст. ст. 10, 168 и 170 ГК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Учитывая изложенное, определение Арбитражного суда Московской области от 04.03.2023 по делу № А41-27886/20  подлежит отмене, а заявление конкурсного управляющего – удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04.03.2023 по делу № А41-27886/20 отменить, отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявленного требования.

Взыскать с ООО «Диприз» в доход федерального бюджета судебные расходы по госпошлине по апелляционной жалобе в размере 3000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Московского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

С.Ю.  Епифанцева

 А.В.  Терешин