СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-17721/2021-ГК

г. Пермь

11 марта 2022 года

Дело № А60-15398/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Муталлиевой И.О.,

судей Балдина Р.А., Дружининой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, акционерного общества «Предприятие водопроводно-канализационного хозяйства Свердловской области»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 19 ноября 2021 года по делу № А60-15398/2021

по иску акционерного общества «Предприятие водопроводно-канализационного хозяйства Свердловской области» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к унитарному муниципальному предприятию «Водоканал» городского округа Ревда (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

третьи лица: акционерное общество «Уральская водная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Некоммерческое партнерство «Дирекция строящихся очистных сооружений» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Администрация городского округа Ревда (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство финансов Свердловской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

о взыскании фактических затрат (задолженности), вознаграждения по смешанному договору 

при участии:

от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 11.01.2022, диплом, паспорт; 

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 12.08.2021, паспорт; ФИО4, представитель по доверенности от 11.01.2022, диплом, паспорт;

от третьих лиц: не явились, извещены,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке ст. ст. 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

установил:

акционерное общество «Предприятие водопроводно-канализационного хозяйства Свердловской области» (далее – истец, АО «Водоканал Свердловской области», исполнитель) обратилось в арбитражный суд Свердловской области с иском к унитарному муниципальному предприятию «Водоканал» городского округа Ревда (далее – ответчик, УМП «Водоканал», предприятие) о взыскании 143 038 477 руб. 64 коп. фактических затрат, в том числе 9 243 989 руб. 86 коп. вознаграждения, рассчитанного в размере 1,36% от суммы капитальных вложений по договору № 42 от 18.08.2011 (с учетом уменьшения размера иска, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определениями суда от 30.04.2021, 21.07.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: акционерное общество «Уральская водная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Некоммерческое партнерство «Дирекция строящихся очистных сооружений» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Администрация городского округа Ревда (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство финансов Свердловской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.11.2021  (резолютивная часть решения от 12.11.2021) в удовлетворении иска отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В жалобе апеллянт ссылается на не выяснение судом обстоятельств дела, отсутствие в судебном акте сведений о доказательствах, положенных в основание иска, не отражение мотивов, по которым суд отверг, представленные доказательства, неверное толкование условий договора судом в отрыве от фактических обстоятельств. В жалобе истец привел полную позицию по иску (38 листов), которую, считает, суд первой инстанции не рассмотрел.

Так, апеллянт считает, что суд не учел описания, целей и задач инвестиционного проекта, отраженного в Приложении № 2 к договору; не учел условия п. 3.3 договора, касающегося определения окончательного объема капитальных вложений. Ссылается на установление ориентировочных сведений об объемах капитальных вложений на момент заключения договора № 42 от 18.11.2011. В соответствии с положительными заключениями государственной экспертизы проектной документации инвестиционного проекта, проведенными в 2018 году, общая сметная стоимость реконструкции объекта составляет 1 662 291 160 руб.

Инвестиционный проект  состоит из двух пусковых комплексов и четырех этапов работ: пусковой комплекс № 1 включает в себя Этап 1.1. и Этап 1.2; пусковой комплекс №2 включает в себя Этап 2.1. и Этап 2.2. По каждому из этапов проекта переданы объекты, предусмотренных договором: по Этапу   1.1.   Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан ответчиком 24.12.2019; по Этапу 1.2. Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан ответчиком 19.03.2020; по этапу 2.1. Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан ответчиком 23.01.2020; по Этапу 2.2. Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан ответчиком 08.02.2021.

10.02.2021 ответчиком подписан итоговый акт по форме КС-11, в который внесены исправления, не соответствующие ранее подписанным актам.

Апеллянт настаивает, что по всем четырем актам формы КС-11затраты составили:  193 033 911 руб. 99 коп. + 712 199 935 руб. 38 коп. + 81 320 313 руб. 33 коп. + 597 844 230 руб. 99 коп. = 1 584 398 391 руб. 71 коп., в подтверждение чего были представлены платежные, первичные документы о произведенных оплатах в адрес контрагентов (т. 5 л.д.128-148, т. 6, т. 7, т. 8 л.д.1-60). При этом указывает, что общая сумма затрат ответчиком не оспаривалась. Вместе с тем, ответчиком всего оплачено 1 436 290 750 руб. 39 коп.

Ссылаясь на агентские отношения в рамках договора, апеллянт отмечает, что ответчику предъявлены фактические расходы истца на исполнение договора, которые понесены в интересах ответчика. Объясняя уменьшение размера иска, истец указывает, что часть работ и поставленных товаров оплачена истцом не полностью, имеется кредиторская задолженность перед АО «Уральская водная компания» (1 355 910 руб. 41 коп. - строки 1,7 Реестра; размере 3 713 253 руб. 85 коп. - строка 31 Реестра).

Считает, что судом не учтена суть разногласий сторон  по этапам строительства/реконструкции.

Так, размер фактических затрат истца на реализацию Этапа 1.1. составил  193 033 911 руб. 59 коп. Ответчиком признаются затраты на сумму 186 363 201 руб. 00 коп., т.е. разница составляет: 6 670 710 руб. 59 коп.

Размер фактических затрат истца на реализацию Этапа 1.2. - 712 199 935 руб. 38 коп., ответчиком признаются затраты на сумму 677 244 415 руб. 00 коп, разница составляет 34 955 520 руб. 38 коп.

Размер фактических затрат истца на реализацию Этапа 2.1. - 81 320 313 руб. 33 коп., ответчиком признаются затраты на сумму 75 940 468 руб. 00 коп., разница составляет 5 379 845 руб. 33 коп.

Размер фактических затрат истца на реализацию Этапа 2.2. - 597 844 230 руб. 99 коп., ответчиком признаются затраты на сумму 504 488 321 руб. 00 коп., разница составляет 93 355 909 руб. 99 коп.

Всего по данным истца стоимость затрат на реализацию инвестиционного проекта составила: 193 033 911,99 + 712 199 935,38 + 81 320 313,33 + 597 844 230,99 = 1 584 398 391 руб. 71 коп.

Тогда как по данным ответчика: 186 363 201,00 + 677 244 415,00 + 75 940 468,00 + 504 488 321,00 = 1 444 036 405 руб. 00 коп. При этом подписывая итоговый акт, ответчик изменил указанную сумму, указав, что объект принял с учетом внесенных корректировок в общей сумме 1 436 222 640 руб. 00 коп.

Одновременно, апеллянт указывает на существенный момент, касающийся распределения сумм разногласий по статьям затрат, включенным в Акты КС-11, а именно, по статье затрат «Оборудование» разногласия в соответствии с Актами КС-11 по этапам 1.1., 1.2., 2.1. отсутствовали. В соответствии с Актом КС-11 по этапу 2.2. - разногласия составили 42 216 руб. В дальнейшем, ответчик заявил о неисправностях ранее принятого оборудования на сумму 5 339 538 руб. (в том числе: Этап 1.1. - 2 376 717 руб., Этап 1.2. - 2 917 556 руб., Этап 2.1. - 3 050 руб.)

Таким образом, из суммы уменьшенных исковых требований 143 038 477 руб. 64 коп непринятые ответчиком затраты составляют по статьям затрат:

Строительно-монтажные работы: (128 403 175 - 1 355 910 руб. 41 коп.) = 127 047 264 руб. 59 коп. 

Оборудование: (5 339 538 руб. 00 коп. - 3 713 253 руб. 85 коп.) =  1 626 284 руб. 15 коп.

Прочие затраты: 14 433 038 руб. 00 коп.

Считает, что суд не рассмотрел указанные возражения, не соотнес их с представленными доказательствами.

Апеллянт отмечает, что толкуя условия договора, суд сделал неправильный вывод относительно необходимости согласования всех затрат с ответчиком, поскольку условиями договора такая обязанность не установлена. 

Считает, что суд ошибочно сослался на п. 6.3. договора посчитав, что этот пункт относится к затратам исполнителя на реализацию инвестиционного проекта. Указывает, что данное условие регулирует дополнительные расходы исполнителя. В то время как сумма вознаграждения (п. 6.1, 6.2) в размере 1,36% входила в расчет общей суммы затрат в составе актов формы КС-11 и указывалась как «строительный контроль», в том числе:   по Этапу 1.1. - 1 460 632 руб. 87 коп.; по Этапу 1.2. - 9 361 113 руб. 55 коп.; по Этапу 2.1. - 664 122 руб. 24 коп.; по Этапу 2.2. - 8 095 185 руб. 09 коп. Всего: 19 581 053 руб. 75 коп. Указывает, что никакие дополнительные расходы истец не предъявлял, в предмет иска дополнительные расходы не входят.

Указывает, что предъявленные затраты определяются как инвестиционные в соответствии с п. g Приложения № 1 к договору, т.е. это не расходы самого истца, связанные с осуществлением им функций службы заказчика, а средства, непосредственно направленные на достижение цели инвестиционного проекта в виде уплаты этих сумм третьим лицам. Указывает, что понятие «затраты» и «дополнительные расходы» были разграничены условиями договора.  

Тогда как порядок осуществления исполнителем «инвестиционных затрат» определен в п. 1.3, 1.4 договора. Считает, что осуществление исполнителем инвестиционных затрат, в отличие от дополнительных расходов на службу заказчика, не требует предварительного согласования.

Одновременно, считает, что позиция ответчика о превышении стоимости произведенных затрат над проектно-сметной стоимостью по положительному заключению Госэкспертизы может рассматриваться только к затратам на этап 2.2. При этом по этапам 1.1., 1.2., 2.1. истцом обеспечено создание и ввод в эксплуатацию объектов по стоимости ниже проектной, то есть в «пределах утвержденной проектно-сметной документации». 

Считает неверным вывод суда о том, что по актам КС-11 ответчик принял у истца выполненные работы на общую сумму 1 436 222 640 руб. 00 коп. в связи с неверной квалификацией отношений сторон, поскольку по условиям договора  не предусмотрено выполнение исполнителем строительных работ на объекте и сдача их предприятию (п. 2.8.2 договора). Указывает, что истец не сдавал ответчику выполненные работы, а передал готовые объекты, затраты на создание которых («инвестиционные затраты») уже сформированы в соответствии с условиями договора, ссылается на акты приемки законченного строительства по каждому этапу. Апеллянт настаивает, что стороны определили акт КС-11 как форму для передачи ответчику готового результата инвестиционного проекта, а не как форму сдачи-приемки выполненных работ.

Обращает внимание, что Департаментом государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области истцу выданы Заключения о соответствии построенных и реконструированных объектов требованиями технических регламентов и проектной документации, что подтверждает отсутствие при строительстве, реконструкции объекта капитального строительства нарушений требований проектной документации, в том числе требований энергетической эффективности и требований оснащенности объекта капитального строительства приборами учета используемых энергетических ресурсов, либо такие нарушения были устранены до даты окончания проверки.

Администрацией Городского округа «Ревда» истцу выданы Разрешения на ввод объектов в эксплуатацию, что подтверждает соответствие представленных документов требованиям закона.

Результаты работ, выполненных по заданию истца генподрядчиком АО «Уральская водная компания», использовались ответчиком до даты передачи ему объектов истцом. Считает, что ответчик не доказал, что полученные им результаты работ или их часть выполнены с превышением необходимых и достаточных для надлежащего качества строящихся объектов объемов и содержания.

Указывает, что для договора на выполнение функций заказчика нормативными документами не предусмотрена обязательная форма КС-11 для передачи объектов инвестору после того, как они уже введены в эксплуатацию. Считает, что выбор такой формы акта для передачи ответчику не означает, что имеет место сдача-приемка законченного строительством объекта в смысле СП 68.13330.2017. Указывает, что нормы договора строительного подряда в части сдачи - приемки работ на отношения сторон не распространяются. В связи с чем, указывает, что доводы о принятии ответчиком у истца работ только на оплаченную сумму являются неправомерными.

Относительно ежемесячных отчетов, предусмотренных п. 5.1-5.3 договора, апеллянт отмечает, что отчет является «формой извещения предприятия о заключенных исполнителем в интересах предприятия сделках», и в случае отсутствия возражений ответчика сделки, совершенные истцом, считаются принятыми ответчиком (п. 5.7 договора).

Ссылаясь на представленные отчеты за период с 2013 по 2020 годы, апеллянт, отмечает, что со стороны ответчика «с разногласиями» подписаны отчеты №18-62 с января 2013 по август 2016 включительно, осуществляя расчеты по подписанным отчетам с разногласиями, отмечает, что фактически разногласия имелись только на сумму 2 734 679 руб. 92 коп.

Отчеты с сентября 2016 по август 2021 ответчиком не подписаны, итог возражений по представленным письмам ответчика составил 2 208 821 руб. 24 коп. Таким образом, всего возражений по имеющимся затратам имелось на общую сумму 4 943 501 руб. 16 коп.

Апеллянт указывает, что все отчеты содержат информацию о заключенных договорах с контрагентами, с указанием предмета договора, контрагента и цены договора; а также о всех произведенных платежах за отчетный период в целях инвестиционного проекта. К каждому отчету приложены все документы, подтверждающие произведенные затраты. 

Считает, что ответчиком не доказано несоответствие видов и размера затрат, отраженных в ежемесячных отчетах исполнителя, тем видам и размеру затрат, включенных истцом в Акты КС-11 для передачи объектов ответчику по этапам 1.1., 1.2., 2.1., 2.2. инвестиционного проекта.

Полагает, что исходя из п. 5.7. договора все инвестиционные затраты, за исключением суммы 4 943 501 руб. 16 коп., являются согласованными (принятыми) ответчиком, а последующий отказ их возмещать - является неправомерным.

Апеллянт не согласен с выводом суда о том, что истец неправомерно применяет индексы УРЦЭиЦС к актам выполненных работ за прошедшие периоды. Ссылаясь на положения п. 3.3 договора, приложение № 4 к договору, указывает на заключение соответствующих договоров с ООО «УРЦЭиЦС» (№ 179-и от 24.10.2016, № 57-и от 17.02.2017, № 107-и от 03.07.2017, № 38-и от 23.01.2018), в рамках которых были поквартально разработаны базовые индексы изменения стоимости строительства; разработанные индексы применялись для подготовки Актов выполненных строительно-монтажных работ генеральным подрядчиком по инвестиционному проекту.

Кроме того, в рамках договора  № 115-ир от 03.12.2018 был произведен расчет индекса изменения стоимости строительно-монтажных работ по предоставленным сметам по стадии «Р» по объекту. По договору № 627 от 23.11.2019 была произведена проверка актов выполненных работ на правильность оформления расчетов и применения индексов инфляции.

Исходя из представленных доказательств и условий договора, считает, что стоимость затрат на реализацию инвестиционного проекта, включенная истцом в Акты КС-2, затем в Акты КС-11, соответствует «инвестиционным затратам» истца (Приложение № 4 к договору), сформирована исходя из общей стоимости согласно технической документации, с соблюдением процедуры корректировки стоимости УРЦЭиЦС, установленной договором (т. 3 л. д. 100-147, т. 4 л.д.1-19).

Указывает, что повторное согласование с ответчиком индексов пересчета стоимости строительства, утвержденных УРЦЭиЦС, условиями договора не было предусмотрено; стороны не приходили к соглашению руководствоваться в части ценообразования на СМР указаниями Счетной палаты городского округа Ревда.

Считает, что закрытие актов другим подрядчиком -  АО «Дирекция строящихся очистных сооружений», не опровергает правомерность проведенной процедуры корректировки стоимости СМР, поскольку за время реализации инвестиционного проекта действовал только один договор генподряда, с учетом соглашения от 27.06.2018, одобренного ответчиком письмом от 21.06.2018 № 959.

Не имеющим правового значения считает обстоятельство того, что  первоначально работы принимались у одного лица - НП «Дирекция строящихся очистных сооружений», а затем у АО «Уральская водная компания», так как обе организация выполняли работы в рамках одного договора генподряда, с одним предметом и одним конечным результатом. При этом, удорожания в результате индексации не произошло, что не учтено судом.

Апеллянт отмечает, что ответчик со своей стороны не представил никакого расчета суммы увеличения стоимости в результате замены актов КС-2. При этом опровергая позицию ответчика истец представил два расчета, из которых первый расчет применительно к представленным ответчиком «первоначальным актам» и «актам на замену» в количестве 112 штук; второй расчет по результатам всех корректировок актов КС-2 на основании заключений ООО «УРЦЭиЦС» и актов-реестров корректировок актов КС-2, в которых отражены суммы «двойных» актов КС-2 до корректировки и после нее.

По первому расчету по Этапу 1.1 имеется разница 3 039 921 руб. 88 коп., тогда как ответчик отказался признавать затраты по СМР на сумму 6 670 709 руб.; по Этапу 1.2 разница составила 9 258 424 руб. 78 коп., тогда как ответчик отказался признавать затраты на СМР на сумму 34 955 520 руб. 00 коп.; по Этапу 2.1 разница 447 438 руб. 48 коп., тогда как ответчик отказался признавать затраты по СМР на сумму 93 355 909 руб. 99 коп.

По второму расчету истец, приведя подробные расчеты в жалобе,  указывает, что по всем этапам в совокупности произошло уменьшение затрат на сумму 653 932 руб. 95 коп.

Кроме того, учитывая возражения ответчика о том, что пуско-наладочные работы (ПНР) «вхолостую»  относятся не к СМР, а к «Прочим затратам»,  истец произвел еще один расчет, по результатам которого замена повлекла увеличение итоговой стоимости СМР, включенных истцом в акты КС-11, всего на 8 256 937 руб. 43 коп.

Осуществляя все расчеты, в том числе не признанные ответчиком затраты на строительно-монтажные работы на сумму 127 047 264 руб. 59 коп., непризнанную сумму СМР по этапу 2.2. - 87 328 146 руб. 58 коп. (в виду «превышения над лимитом затрат по статьям, определенным заключением Госэкспертизы»), а также учитывая итоговую сумму на  8 256 937 руб. 43 коп.  (127 047 264 руб. 59 коп. - 87 328 146 руб. 58 коп. - на  8 256 937 руб. 43 коп.), истец указывает, что в оставшейся сумме 31 462 180 руб. 558 коп. решение никак не мотивированно.

Относительно затрат истца по этапу 2.2 по сравнению с проектной стоимостью по положительному заключению Госэкспертизы, апеллянт указал следующее.

Проектная   документация   получила   положительное   заключение       государственной экспертизы, что подтверждается Положительным заключением экспертизы № 66-1-1-2- 0518-18 от 25.06.2018 (по Пусковому комплексу № 1), Положительным заключением экспертизы № 66-1-1-2-009069-2018 от 27.12.2018 (по Пусковому комплексу № 2), (т. 3 л. д. 19-71).

Апеллянт отмечает, что обязательность точного соответствия сметной стоимости работ по проектной документации стадии П, и стоимости выполненных работ по рабочей документации (стадия Р), нормативными актами не установлена.

Применительно к этапу 2.2. Инвестиционного проекта рабочая документация была разработана с учетом проектной документации, определяющей параметры объекта капитального строительства, и без отклонения от этих параметров, влекущего необходимость внесения изменений в проектные решения. Необходимость изменения конкретных технических решений при выполнении работ была указана истцом в «Перечне расхождений стадии П и стадии Р с примечаниями истца относительно причин расхождения». Изменения технических решений, содержащиеся в рабочей документации, не повлекли отступления от проектных значений параметров объекта капитального строительства, не снижают конструктивных характеристик его надежности и безопасности, подтверждается Заключением о соответствии реконструируемого объекта капитального строительства, выданное Департаментом государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области от 09.12.2020 года № 903-СН по этапу 2.2. 2 ПК и Разрешением на ввод объекта в эксплуатацию, выданное Администрацией ГО Ревда от 17.12.2020 года № 66-323-0015-2019 года по этапу 2.2. 

Ссылаясь на совокупность условий п. 1.3., 1.4., 2.2., 2.3.2., 2.7.4., 5.7. договора считает, что изменения технических решений в проектной документации были осуществлены в пределах полномочий истца, привели к достижению требуемого результата, были согласованы с учетом отсутствия соответствующих возражений на ежемесячные отчеты.

Апеллянт особо акцентирует внимание на то, что  общий размер затрат на реализацию всего инвестиционного проекта составил 1 584 398 389 руб. 71 коп. и не превысил общую сметную стоимость по проектной документации. Указывает на соотношение общего размера фактических затрат на реализацию пускового комплекса № 1 (Этапы 1.1. и 1.2.) и пускового комплекса № 2 (Этапы 2.1. и 2.2.) - 1 584 398 391 руб. 71 коп. - и размера затрат по заключению государственной экспертизы - 1 662 291 160 руб. Указывает, что превышение первоначальной сметной стоимости имело место только по заключительному этапу 2.2., что не повлекло превышения общей сметной стоимости строительства всего объекта. 

Апеллянт полагает, что ответчик действует недобросовестно. Указывает, что в интересах ответчика скорректировал проектную документацию применительно к этапам строительства и представил ее на повторную государственную экспертизу (Раздел 3.1.2. Положительного заключения экспертизы № 66-1-1-2-009069-2018 от 27.12.2018), чтобы ответчик имел возможность не останавливать технологический процесс водоподготовки.  Настаивает, что  понес фактические затраты на ввод в эксплуатацию Этапа 2.2. в том размере, который указан в акте КС-11.

Обращает внимание, что оплата по договору производилась путем исполнения графика платежей, поэтому платежные поручения со стороны ответчика на конкретные акты выполненных работ отсутствуют. Договором не было предусмотрено  финансирование ответчиком затрат  на реализацию инвестиционного проекта отдельно по каждому этапу строительства.

Относительно этапов работ, обращает внимание, что строительство пусковых комплексов и выделенных этапов строительства не осуществлялось последовательно, а происходило одновременно. Указывает, что генподрядчик не имел возможности приступить к строительству Этапа 2 только после получения Положительного заключения экспертизы № 66-1-1-2-009069-2018 от 27.12.2018.  Ссылаясь на представленные доказательства указывает, что работы по Этапу 2.2. фактически производились начиная с 2013 года. В связи с чем, отмечает, что истец не имел возможности предварительно получить согласие ответчика на размер финансирования конкретно на Этап 2.2. и в случае несогласия отказаться от исполнения договора № 42.

Апеллянт отмечает, что по Этапам строительства 1.1, 1.2., 2.1. фактические затраты на ввод в эксплуатацию составили менее сметной стоимости по проектной документации, что по мнению апеллянта доказывает, что в рамках договора № 42 истец строго соблюдал интересы ответчика как инвестора проекта.

Отмечает, что ответчик не оспорил указанный истцом в Акте КС-11 от 08.02.2021 размер затрат на реализацию Этапа 2.2., лишь ссылался на отсутствие своей обязанности оплачивать превышение над сметной стоимостью, указанной в Положительном заключении госэкспертизы, или «лимитом затрат».

Из Акта КС-11 от 08.02.2021 ответчик исключил «превышение над лимитом затрат по статьям, определенным заключением Госэкпертизы» 92 022 742 руб. 77 коп., в том числе СМР - 87 328 146 руб. 58 коп, Прочие - 4 694 596 руб. 19 коп.

Однако в ходе рассмотрения дела ответчик дополнительно представил тот же «Перечень отклонений проектной документации этапа 2.2. ПК №2 между стадией «Р» и стадией «П» после Госэкспертизы от 28.12.2018», дополнив его графой «Стоимость внесенных изменений». В результате ответчик указал: «Итого: примерная сумма превышения: + 65 571 916 руб.». Таким образом, указывает, что приведенная сумма не соответствует той сумме затрат, которую ответчик отказался возмещать по этапу 2.2.

Апеллянт указывает на необоснованность вывода суда о том, что сумма  исковых требований включает в себя невыполненные, некачественно выполненные работы, от приемки которых ответчик отказался и исключил их из актов КС-11. Указывает, что ответчик заявлял о том, что стоимость затрат составляет 9 122 041 руб. 00 коп.

В приведенном ответчиком «Перечне невыполненных и некачественных работ» большая часть подлежащих устранению недостатков  относится к неисправностям оборудования по уже ранее принятым ответчиком этапам 1.1. и 1.2. инвестиционного проекта. Причиной неисправностей указаны «авария и выход этого оборудования из строя в процессе эксплуатации». В связи с чем считает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о гарантийных обязательствах АО «ВСО» по ремонту либо замене неисправного оборудования, не являются основанием к отказу в оплате. 

Обращаясь к Перечню недостатков, составленных ответчиком, отмечает, что в него включены: По этапу 1.1.- 2 451 911 руб.; По этапу 1.2. - 5 358 098 руб.; По этапу 2.1.- 3 757 руб.; По этапу 2.2. - 1 308 275 руб. При этом «Перечень..2 составлен при передаче объектов по этапу 2.2. 

Ссылаясь на условия п. 1.6,  1.7 договора, считает, что последствия обнаружения недостатков в уже переданных работах и оборудовании - это обязанность устранения истцом этих недостатков за свой счет, а не отказ ответчика от полной оплаты этих работ и оборудования. Указывает, что  фактическая стоимость устранения неисправностей не может совпадать с полной стоимостью приобретения оборудования. В связи с чем, отказ ответчика от уже принятых затрат нарушает права истца, является неправомерным. 

Апеллянт не согласен с выводом суда об отсутствии оснований к взысканию вознаграждения; указывает на отсутствие оснований для зачета  (письмо от 28.01.2020 № 236).

Указывает, что определенный договором размер вознаграждения 1,36% от суммы капитальных вложений ответчиком не выплачен. 

Поясняет, что сумма вознаграждения 1,36% от суммы капитальных вложений были указаны в составе Актов формы КС-11 как «Строительный контроль - 1,36%», в том числе: по Этапу 1.1. - 1 460 632 руб. 87 коп.;  по Этапу 1.2. - 9 361 113 руб. 55 коп.; по Этапу 2.1. - 664 122 руб. 24 коп.; по Этапу 2.2. - 8 095 185 руб. 09 коп. Всего: 19 581 053 руб. 75 коп.

Указывает, что по ноябрь 2018 года включительно ответчик производил оплату вознаграждения в соответствии с установленным договором порядком. 

В соответствии с «Актом сверки взаимных расчетов за январь 2018 - ноябрь 2018 между истцом и ответчиком по договору № 42 от 18.08.2011 по данным истца  на 30.11.2008 задолженность составляет 3 486 614 руб. 38 коп.; по данным ответчика - задолженность составляет 3 168 404 руб. 04 коп.

После 30.11.2018 оплата вознаграждения не производилась, удержание вознаграждения из средств целевого финансирования также не производилось, что подтверждается Реестром выполненных работ по всем этапам. 

С 01.12.2018 размер вознаграждения по расчетам истца составил 6 470 189 руб. 49 коп.

В связи с чем, истец настаивает на наличии задолженности по выплате вознаграждения в размере 9 956 803 руб. 86 коп. (размер задолженности по выплате вознаграждения на 30.11.2018 (3 486 614 руб. 38 коп.) + размер задолженности с 01.21.2018 (6 470 189 руб. 49 коп.). 

Одновременно, истец указывает, что признал уменьшение суммы подлежащего выплате вознаграждения на основании Акта взаимозачета № 24 от 31.12.2019 на сумму 712 814 руб. 00 коп.

Считает, необоснованным письмо ответчика от 28.01.2020 № 236 о зачете суммы 9 000 000 руб., которым ответчик предложил зачесть средства, списанные 10.01.2020 с расчетного счета Уральского банка Сбербанк России по договору поручительства № 80764 от 01.11.2013 в счет оплаты вознаграждения исполнителя по договору № 42 от 18.08.2011. Указывает на необоснованность такого зачета, поскольку истец фактически направил эту сумму на выплаты третьим лицам за строительство/реконструкцию объекта, а не удерживал в качестве своего вознаграждения.

Таким образом, апеллянт указывает, что всего вознаграждение выплачено  в сумме 8 983 852 руб. 08 коп., в результате чего имеется задолженность = 9 243 989 руб. 86 коп. (9 956 803 руб. 86 коп. - 712 814 руб. 00 коп.).

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, а также дополнительные возражения, согласно которых ответчик просил оставить решение без изменений. 

В отзыве ответчик считает, что истец неверно толкует условия договора, указывает, что оплата возможна только в пределах сметной стоимости. Ответчик считает, что истец не привел должного расчета иска.  Полагает, что истец представив документы о понесенных затратах не согласовал их с ответчиком. Считает, что выплата денежных средств сверх суммы, утвержденной государственной экспертизой, не обоснована. Указывает, что истец не доказал необходимость выполнения работ сверх указанной цены. Ответчик настаивает, что часть работ не выполнена, часть работ выполнена некачественно, часть не подлежит оплате в виду превышения суммы сметы, утвержденной госэкспертизой. Считает, что требования истца ведут к перерасходу бюджетных средств. Настаивает, что условия п. 3.1, 3.2, 3.3 договора предусматривают не цену (сумму) договора, а  объем капитальных вложений, которые не являются суммой платежа за исполнение договора. Указывает, что договор предусматривает не передачу результата инвестиционного проекта, а передачу вновь созданных объектов, ссылается на дополнительное соглашение от 07.07.2013 № 5.

Ответчик применительно к вопросу проведения корректировки стоимости СМР, применения индивидуально разработанных индексов «задним числом» считает необоснованным.  Считает, что проведенная истцом корректировка в одностороннем порядке проведена в нарушение приложения № 4 к договору.

Кроме того, ответчик ссылается на наличие преюдициальных судебных актов по делу № А60-51718/2016.  Полагает, что в рамках указанного дела было доказано отсутствие задолженности ответчика перед истцом.

Дополнительно ответчик выражает несогласие с позицией третьего лица АО «Уральская водная компания», полагает, что занятая третьим лицом правовая позиция по делу необходима последнему для рассмотрения иных дел.

От третьего лица АО «Уральская водная компания» поступил отзыв, согласно которому третье лицо считает, что судом первой инстанции по существу спор не рассмотрен, а выводы суда не соответствуют условиям договора. Третье лицо поддерживает доводы истца по приведенным выше основаниям. В дополнениях к возражениям третье лицо указывает на искажение ответчиком фактов, указывает, что ответчику известно о том, что истец произвел всю оплату третьему лицу за исключением предусмотренного договором отложенного платежа на гарантийный период; решение по настоящему делу не влияет на расчеты истца и третьего лица. Третье лицо полагает недобросовестным поведение ответчика в вопросах ведения спора.

От третьего лица Министерства финансов Свердловской области поступил отзыв, согласно которому, ссылаясь на закон Свердловской области от 15.07.2005 № 70-ОЗ и постановление Правительства Свердловской области от 17.09.2014 № 790-ППП,  указывает, что не участвует в отношениях по реализации мероприятий по исполнению указанной государственной программы; просит рассмотреть дело в отсутствие своих представителей.

В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции истец на доводах жалобы настаивал, ответчик против жалобы возражал.

Определением суда апелляционной инстанции от 14.02.2022 судебное заседание отложено на 03.03.2022 на 17 час. 00 мин.  в порядке ст. 158 АПК РФ.

После отложения судебного заседания представитель истца представил дополнительные пояснения, акт сверки по всем этапам, аналогично свой акт сверки представил ответчик.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 03.03.2022 суд приобщил документы представленные истцом, а также акт сверки ответчика и акт сверки  № 1 от 08.02.2021 на «Прочие затраты по Этапу 2.2» на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

В ходе судебного заседания представитель истца на доводах жалобы настаивал, представители  ответчика – возражали.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 18.11.2011 между истцом (исполнителем) и ответчиком (предприятием) был заключен договор № 42 на выполнение функций заказчика при реализации инвестиционного проекта "Реконструкция и модернизация очистных сооружений хоз-питьевого водоснабжения, производительностью 45000,0 м/сут., расположенных в жилом районе Петровские дачи 

<

...>", в соответствии с условиями которого исполнитель, за соответствующее вознаграждение обязуется осуществить в интересах и за счет УМП "Водоканал" городского округа Ревда, именуемое в дальнейшем предприятие, юридические и иные действия с целью реализации мероприятия инвестиционной программы предприятия, в том числе: организация: рабочего проектирования (при необходимости, по дополнительному согласованию сторон), строительства (реконструкции/модернизации) объектов в соответствии с утвержденной проектно-сметной документацией с последующей передачей (включая пуско-наладочные работы) вновь созданных объектов предприятию в порядке и сроки, установленные настоящим договором, взаимодействия с надзорными и контролирующими органами, авторского надзора и строительного контроля; осуществление страхования, в том числе строительных рисков, организации и проведения конкурсных отборов.

При выполнении обязательств по настоящему договору исполнитель вправе выступать от своего имени в интересах предприятия.

Согласно п. 1.8 договора договор заключен в соответствии с требованиями ГК РФ, ГрК РФ, НК РФ, Закона «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», ФЗ «Об инвестиционной деятельности в РФ, осуществляемой в форме капитальных вложений», ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» и является смешанным, с преобладающими элементами агентского договора.

В приложении № 1 к договору стороны определили «Термины и определения». Описание, цели, задачи инвестиционного проекта, а также показатели объектов, подлежащих созданию (реконструкции/модернизации) согласованы в Приложении № 2 к договору.

Согласно п. 2.1 договора обязательства сторон определяются следующими этапами реализации инвестиционного проекта, если иное не вытекает из существа обязательства: 

- обеспечение строительства (реконструкции/ модернизации) необходимой Технической документацией (I этап);

- организация строительства (реконструкции/ модернизации) объектов (II этап);

- сдача-приемка в эксплуатацию вновь созданных (реконструированных/модернизированных) объектов и передача предприятию (III этап).

Права и обязанности сторон по каждому этапу определены и согласованы в статье II договора.

В соответствии с положительными заключениями государственной экспертизы проектной документации инвестиционного проекта, проведенными в 2018 году, общая сметная стоимость реконструкции объекта составляет 1 662 291 160 руб. 00 коп.

Из материалов дела следует, что Инвестиционный проект  состоит из двух пусковых комплексов и четырех этапов работ: 

- пусковой комплекс № 1 включает в себя Этап 1.1. и Этап 1.2;

- пусковой комплекс №2 включает в себя Этап 2.1. и Этап 2.2. 

Дополнительным соглашением № 10 от 26.04.2018 стороны согласовали поэтапную передачу объектов по оформленному акту КС-11 (т. 1 л. д. 87).

Согласно акту от 10.02.2021 исполнителем указана стоимость объекта по утвержденной проектно-сметной документации – 1 662 921 160 руб., стоимость принимаемых основных фондов – 1 584 398 391 руб. (т. 1 л. д. 109-114). 

В свою очередь в указанный итоговый Акт приемки законченного строительством объекта производственного назначения от 10.02.2021 предприятием внесены различные исправления, в том числе в п. 15 «стоимость принимаемых основных фондов» - 1 436 222 640 руб. (т. 1 л. д. 109-114).

В соответствии с п. 6.1 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1) за оказанные в рамках исполнения настоящего договора услуги предприятие выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 1,36% от суммы капитальных вложений...

Ссылаясь на наличие неисполненных обязательств по оплате понесенных исполнителем расходов на исполнение договора (фактических затрат), а также задолженности по выплате вознаграждения, ссылаясь на отсутствие возможности урегулировать спор в досудебном порядке, исполнитель обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении иска в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что затраты исполнителя подлежат возмещению  в пределах утвержденной проектно-сметной документации при условии выполнения всех работ, предусмотренных проектно-сметной документацией, в полном объеме и с надлежащим качеством. Ссылаясь на Постановления администрации городского округа Ревда от 21.09.2018 № 2298 и от 28.12.2018 № 3236, суд установил, что  утверждена сметная стоимость объекта капитального строительства «Реконструкция и модернизация очистных сооружений хоз-питьевого водоснабжения, производительностью 45000 м3/сут., расположенных в жилом районе Петровские дачи 

<

...>» - пускового комплекса № 1 в текущих ценах по состоянию на 1 квартал 2018 года в размере 1 061 559,05 тыс. руб.; - пускового комплекса № 2 в текущих ценах соответствующего периода по состоянию на IV квартал 2018 года в размере 601 362,11 тыс. руб., соответственно. При этом по актам формы КС-11 ответчик принял от истца выполненные работы на общую сумму 1 436 222 640 руб., оплату которых произвел.

Отказывая в иске, суд первой инстанции указал, что истец не подтвердил необходимость выполнения всех спорных (работ, товаров) в рамках заключенного договора, не согласовал их предприятием. В состав иска включены затраты по уже оплаченным работам, цена которых истцом была пересчитана в 2018 году за предыдущие годы, а также включают в себя невыполненные, некачественно выполненные работы, от приемки которых ответчик отказался и исключил их из акта КС-11.

Суд первой инстанции  указал, что истец неправомерно применяет индексы УРЦЭиЦС к актам выполненных работ за прошедшие периоды, поскольку это противоречит Приложению № 4 к договору № 42, кроме того, в спорные периоды акты были закрыты с другим подрядчиком - АО «Дирекция строящихся очистных сооружений». При этом предъявленная к взысканию сумма вознаграждения не может быть взыскана ввиду произведенного зачета (письмо от 28.01.2020 № 236), а также необоснованности требований о возмещении затрат.

Повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, спор между сторонами возник в связи с разным толкованием условий договора при определении окончательного объема капитальных вложений, инвестиционных затрат, определения суммы фактически затрат исполнителя и подлежащего взысканию вознаграждения исполнителя.

Исходя из предмета заявленного требования о взыскании расходов на исполнение договора (фактических затрат), а также взыскания задолженности по выплате вознаграждения, при рассмотрении дела подлежали применению условия договора, предусматривающие основания и порядок определения соответствующих расходов и вознаграждения.

В соответствии с положениями ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - Пленум о толковании договора) условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса, другими положениями Гражданского кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Согласно пункту 11 постановления Пленума № 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее - Пленум о свободе договора) при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 Гражданского кодекса), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции при выяснении вопроса о том, какой из сторон была предложена редакция договора, получены взаимоисключающие ответы. Так, истец утверждал, что предложенная редакция договора составлена ответчиком, в свою очередь ответчик утверждал обратное. Судом приняты во внимание разные позиции сторон по данному вопросу, дата подписания договора 18.11.2011.  

 Заявитель апелляционной жалобы полагает, что выводы суда не соответствуют условиям договора, не учитывают цели договора и положении сторон при его заключении, искажают буквальное значение условий договора, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и правоотношениям сторон, длящимся в период с 2011 по 2021 годы, позволяют ответчику извлекать преимущество из неправомерного уклонения от оплаты по договору.

Из материалов дела следует, что представленный договор № 42 от 18.11.2011 (далее – договор) заключался между сторонами с целью реализации инвестиционного проекта "Реконструкция и модернизация очистных сооружений хоз-питьевого водоснабжения, производительностью 45000,0 м/сут., расположенных в жилом районе Петровские дачи 

<

...>", описание цели и задачи которого определены в Приложении № 2.

Из описания инвестиционного проекта (Приложение № 2 к договору) следует, что состав работ по реконструкции и модернизации сооружений включал в себя не только строительство новых зданий и сооружений, но и реконструкцию зданий и сооружений, снос здания и сооружения.

В силу п. 1.8 договора стороны исходили из того, что договор является смешанным.

Исходя из предмета договора и обязательств сторон суд исходит из того, что схема отношений, выбранная сторонами, соответствовала Федеральному закону от 25.02.1999 № 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений".

Вне зависимости правовой квалификации подлежат применению нормы материального права с учетом конкретных условий и обязательств сторон рассматриваемого договора № 42 от 18.08.2011.

В соответствии с п. 1 ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

В силу п. 1 ст. 432, ст. 779 ГК РФ для договора возмездного оказания услуг существенным условием будет предмет.

При этом условие о сроке оказания услуг не является существенным, при отсутствии условия о сроке, подлежат применению правила п. 2 ст. 314 ГК РФ (п. 8 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165), равно как и при отсутствии в договоре такого условия как цена, которая определяется по правилам п. 3 ст. 424 ГК РФ (п. 54 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996).

На основании ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу п. 1 ст. 711 ГК РФ заказчик обязан оплатить подрядчику выполненные им работы после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

В силу ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Исходя из условий договора п. 1.1 при выполнении обязательств исполнитель (истец) вправе выступать от своего имени в интересах предприятия (ответчика).

Согласно п. 1.3 договора на период и в пределах полномочий, установленных настоящим договором, исполнитель вправе осуществлять затраты на новое строительство и реконструкцию (модернизацию) действующих объектов, приобретение машин, оборудования, инструмента, инвентаря, проектно-изыскательские работы и другие затраты, необходимые для реализации инвестиционного проекта в пределах утвержденной проектно-сметной документации.

Таким образом, из буквального толкования п. 1.3 договора следует, что  исполнитель вправе осуществлять затраты в пределах утвержденной проектно-сметной документации.

В соответствии с п. 1.4 договора исполнитель свободен в решении организационных, финансовых, технических и иных вопросов, связанных с реализацией инвестиционного проекта, при условии соблюдения требований, содержащихся в Приложении № 2 к настоящему договору, нормативно-технической документации (СНиПы, технические регламенты и пр.), проектной документации, сметной документации, а также положений действующего законодательства, если возможность отступления от указанных требований не предусмотрена условиями настоящего договора.

Из буквального содержания условия п. 1.4 договора исполнитель наделен свободой при решении задач, поставленных договором.

Согласно п. 2.8.2 договора исполнитель не в праве выполнять в рамках настоящего договора работы, связанные с реализацией инвестиционного проекта своими силами (без привлечения подрядных организаций). 

В приложении № 1 к договору стороны определили «термины и определения», смысл которых учтен текстом договора.   

Согласно п. g Приложения № 1 к договору «инвестиционные затраты» - стоимость работ (услуг, товара), выполненных третьими лицами по договорам с исполнителем с целью реализации инвестиционного проекта, без учета НДС и платы за предоставление коммерческого кредита (при его наличии).

В соответствии с п. h Приложения № 1 к договору «капитальные вложения» - собственные и/или привлеченные денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые предприятием в проектирование и строительство (реконструкцию/модернизацию) объектов в рамках реализации инвестиционного проекта. 

Таким образом, заложенное понятие «капитальных вложений» является более широким и охватывает, по сути, «инвестиционные затраты».

Согласно п. n Приложения № 1 к договору «проектная документация» - документация, содержащая материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющая архитектурные, функционально-технические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства (реконструкции/модернизации) объектов и/или их частей и необходимая для проведения государственной экспертизы;

«рабочая документация» - документация, разрабатываемая в целях реализации в процессе строительства (реконструкции/модернизации)  архитектурных, технических и технологических решений, содержащихся в проектной документации, состоящая из документов в текстовой форме, рабочих чертежей, спецификации оборудования и изделий – п. о  Приложения № 1 к договору. 

В соответствии с п. 3.1 договора исполнитель обязуется осуществить реализацию инвестиционного проекта в сроки, определенные инвестиционной программой "Развитие систем коммунальной инфраструктуры УМП "Водоканал" городского округа Ревда на 2010-2020 годы", утвержденной решением Думы Городского округа Ревда от 25.11.09 № 228, при условии своевременного финансирования капитальных вложений со стороны предприятия.

В соответствии с п. 3.2 договора на момент заключения настоящего договора ориентировочный объем капитальных вложений, необходимый для реализации инвестиционного проекта, составляет 1 200 000 000 (один миллиард двести миллионов) рублей в ценах 2011 года с учетом налога на добавленную стоимость, но без учета платы за подключение/присоединение объектов к сетям инженерно-технического обеспечения, которая подлежит включению в объем капитальных вложений по фактическим данным.

Согласно п. 3.3 договора окончательный объем капитальных вложений, необходимый для реализации инвестиционного проекта, определяется после разработки всего комплекса необходимой Технической документации на основании выполненных сметных расчетов и корректируется в процессе реализации инвестиционного проекта с учетом правил, предусмотренных Приложением № 4 к настоящему договору.

В соответствии с Приложением № 4 к договору «Ориентировочный объем капитальных вложений, необходимый для реализации инвестиционного проекта 1 200 млн. руб. с НДС (без учета платы за подключение (присоединение к сетям инженерно-технического обеспечения).

Примечание: Общий объем капитальных вложений, необходимый для реализации инвестиционного проекта, должен определяется после разработки всего комплекса необходимой Технической документации.

Общий объем капитальных вложений подлежит корректировке в процессе выполнении строительно-монтажных работ по фактически данным в связи с удорожанием стоимости строительства /увеличения курса валюты, при условии выполнения следующих требований:

1. При определении стоимости выполненных строительно-монтажных работ в целях расчета с подрядчиками Заказчик применял индексы пересчета стоимости строительства, утвержденные Уральским региональным центром экономики и ценообразования в строительстве, действующие на момент промежуточной приемки работы и(или) работы в целом, устанавливаемые Уральским региональным центром экономики и ценообразования в строительстве к базовой стоимости, определенной в Технической документации и/или договорные цены с применением индексов, ниже установленных соответствующим сметным разделам Технической документации на объект (формула 1); Формула 1: ИЗ = СС+ X, где

ИЗ - инвестиционные затраты Заказчика по итогам выполнения строительно-монтажных работ подрядными организациями (стоимость строительно-монтажных работ, проведенных в рамках реализации инвестиционного проекта на дату их выполнения и приемки).

СС - стоимость строительства (строительно-монтажных работ) по данным, полученным по итогам разработки необходимого комплекса Технической документации (в ценах, определенных данной документацией).

X - разница между СС и ИЗ, полученная в результате применения индексов цен, утвержденных Уральским региональным центром экономики и ценообразования в строительстве/договорных цен к базовым ценам» (л.д. 62-63 т. 1).

Таким образом, исходя из приведенных положений договора, приложения № 4 к нему и фактических обстоятельств следует, что стороны не определяли окончательный объем капитальных вложений и не разделяли его ни к видам работ, ни к этапам.

В ходе выполнения обязательств по договору между сторонами имелись споры как по вопросу привлечения финансирования (№ А60-16815/2016), так и по вопросам взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, коммерческим кредитом (№ А60-51718/2016).

Так, решением арбитражного суда Свердловской области от 01.08.2016 по делу № А60-16815/2016 исполнителю отказано в удовлетворении требований об обязании заключить соглашение о  возмещении привлеченного финансирования. Суд исходил из того, что «договор на выполнение функций заказчика от 18.08.2011 № 42 не предусматривает прямой обязанности ответчика по заключению Соглашения о возмещении привлечённого финансирования к договору № 42 на выполнение функций заказчика при реализации инвестиционного проекта». При этом судом исследовался период правоотношений сторона до 31.03.2016.

В рамках дела № А60-51718/2016 судами отказано исполнителю во взыскании с предприятия процентов за пользование чужими денежными средствами, процентов за пользование коммерческим кредитом. Судами исследовались расчеты сторон по состоянию на 31.12.2015; установлено, что "График финансирования" является ориентировочным, сделаны выводы о том, что предусмотренные договором "График финансирования" и "График возмещения привлеченного финансирования" являются разными.

Таким образом, указанные споры соотносятся с иным периодом правоотношений сторон (по состоянию на 31.12.2015, на 31.03.2016), имеют иной предмет спора.

При этом занятую впоследствии позицию предприятия по не подписанию представленных исполнителем отчетов после сентября 2016 года, в отсутствие каких-либо мотивированных возражений по ним, нельзя признать соответствующей добросовестному поведению участника хозяйственного оборота.  

Материалами дела подтверждается и не является спорным, что реализация инвестиционного проекта (строительство, реконструкция/модернизация) осуществлялась в период с 2011 года вплоть до февраля 2021 года.

Из материалов дела следует, что только 26.04.2018 стороны заключили Дополнительное соглашение № 10 к договору, в котором установили поэтапную передачу законченных строительством объектов предприятию по оформленному акту КС-11 с выделением этапов «пусковой комплекс № 1 – этап 1.1; этап 1.2; пусковой комплекс № 2» (л. д. 87 т.1).

Выполнение обязательств по каждому из этапов инвестиционного проекта и достижение его цели проекта подтверждается:

- по Этапу 1.1: Заключение о соответствии реконструированного объекта капитального строительства Пускового комплекса № 1 выдано 05.10.2018, Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 66-323-0020-2018 - 21.05.2019; Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан предприятием 24.12.2019; 

- по Этапу 1.2: Заключение о соответствии построенного объекта капитального строительства Пускового комплекса № 1 выдано 26.02.2019, Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 66-323-0021-2018- 20.09.2019;  Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан предприятием 19.03.2020; 

- по Этапу 2.1: Заключение о соответствии реконструированного объекта капитального строительства Пускового комплекса № 2 выдано 08.11.2019, Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 66-323-0014-2019 - 23.12.2019;  Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан предприятием 23.01.2020; 

- по Этапу 2.2: Заключение о соответствии реконструируемого объекта капитального строительства Пускового комплекса № 2  выдано 09.12.2020, Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 66-323-0015-2019 - 17.12.2020; Акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан предприятием 08.02.2021.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств следует, что фактически разногласия сторон окончательно определились при подписании актов формы КС-11.

Основные разногласия у сторон возникли: по Этапу 1.1, Этапу 1.2, Этапу 2.1 - по применению индексов на СМР, по исключению сумм некачественно выполненных работ, неисправного оборудования, ранее принятого в составе работ, отклоненные работы; по Этапу 2.2 – расхождение проектной документации между стадией Р и стадией П, прошедшей Госэкспертизу.

Как установлено выше истец руководствовался Приложением № 4 к договору, осуществляя корректировку стоимости выполненных строительно-монтажных работ, применял индексы пересчета стоимости строительства, утвержденные Уральским региональным центром экономики и ценообразования в строительстве, действующие на момент промежуточной приемки работы и(или) работы в целом, устанавливаемые Уральским региональным центром экономики и ценообразования в строительстве к базовой стоимости, определенной в Технической документации и/или договорные цены с применением индексов, ниже установленных соответствующим сметным разделам Технической документации на объект по установленной формуле.

В материалы дела представлены договоры истца с ООО «Уральский региональный центр экономики и ценообразования в строительстве» (ООО «УРЦЭиЦС»): №179-и от 24.10.2016, №57-и от 17.02.2017, № 107-и от 03.07.2017, №38-и от 23.01.2018, в рамках которых ООО «УРЦЭиЦС» были поквартально разработаны базовые индексы изменения стоимости строительства, что соответствует условиям Приложения № 4 к договору. 

Кроме того, истцом был заключен договор с ООО «УРЦЭиЦС» №115-ир от 03.12.2018, в рамках которого был произведен расчет индекса изменения стоимости строительно-монтажных работ по предоставленным сметам по стадии «Р» по объекту, а также был заключен договор № 627 от 23.11.2019, в рамках которого была произведена проверка актов выполненных работ на правильность оформления расчетов и применения индексов инфляции.

ООО «УРЦЭиЦС» составлены акты-реестры корректировок первичной учетной документации (Актов формы КС-2): Акт-реестр № 1.1. от 12.12.2019 - по этапу 1.1. Акт-реестр № 1.2. от 16.12.2019. - по этапу 1.2. Акт-реестр № 2.1. от 13.12.2019 - по этапу 2.1. Акт-реестр № 2.2. от 23.03.2020 - по этапу 2.2.

С учетом буквального толкований условий договора, приложений к нему, представленной совокупности доказательств, осуществленные корректировки произведены с соблюдением условий, установленных договором (т. 3 л. д. 100-147, т. 4 л. д. 1-19). Самостоятельная корректировка ответчиком стоимости выполненных строительно-монтажных работ условиями договора не предусмотрена. Введение каких-либо ограничений применительно к установленному договором порядку, по сути, теряет свое назначение, и по этой причине стороны при заключении договора со всей очевидностью не могли исходить из иного понимания этого условия (Приложения № 4 к договору, п. 3.3 договора). 

Таким образом, в указанной части доводы ответчика несостоятельны, выводы суда первой инстанции не обоснованы.

Относительно указания суда первой инстанции и ответчика о том, что в спорные периоды акты были закрыты с другим подрядчиком - АО «Дирекция строящихся очистных сооружений», суд апелляционной инстанции исходя из фактических обстоятельств полагает, что процедуру корректировки нельзя признать нарушенной. 

Как установлено выше из условий договора (п. 2.8.2) следует запрет, согласно которому исполнитель не в праве выполнять в рамках настоящего договора работы, связанные с реализацией инвестиционного проекта своими силами (без привлечения подрядных организаций). 

Так, истцом был заключен договор генерального подряда на выполнение строительных работ № 36-004/2012 при реализации инвестиционного проекта «Реконструкция и модернизация очистных сооружений хозяйственно-питьевого водоснабжения, производительностью 45000,0 м3/сут., расположенных в жилом районе Петровские дачи 

<

...>, от 25.12.2012 с Некоммерческим партнерством «Дирекция строящихся очистных сооружений».

В дальнейшем, 27.06.2018 между АО «Водоканал Свердловской области», Некоммерческим партнерством «Дирекция строящихся очистных сооружений» и АО «Уральская водная компания» было заключено Соглашение об одновременной передаче Акционерному обществу «Уральская водная компания» прав и обязанностей генподрядчика по договору генерального подряда на выполнение строительных работ № 36-004/2012 от 25.12.2012. Указанное соглашение о перемене стороны (генподрядчика) в договоре генподряда было согласовано с ответчиком, что подтверждается письмом от 21.06.2018 № 959.

При этом в силу условий Приложения № 4 к договору следует, что перерасчет индексов стоимости строительства осуществляется к промежуточной приемке работы и(или) работы в целом.

Поскольку с учетом перемены стороны в обязательстве работы выполнялись в рамках одного договора генподряда, с одним предметом и одним конечным результатом, в том числе с учетом подробно приведенных расчетов истца по всем актам, правомерность проведенной процедуры корректировки условиям договора не опровергнута.

Как установлено судом первой инстанции положительным заключением о проверке достоверности определения сметной стоимости строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства ГАУ «Управление государственной экспертизы» утверждена сметная стоимость объекта капитального строительства «Реконструкция и модернизация очистных сооружений хоз-питьевого водоснабжения,  производительностью 45000 м3/сут., расположенных в жилом районе Петровские дачи 

<

...>» - пускового комплекса № 1 в текущих ценах по состоянию на 1 квартал 2018 года в размере 1 061 559,05 тыс. руб.; - пускового комплекса № 2 в текущих ценах соответствующего периода по состоянию на IV квартал 2018 года в размере 601 362,11 тыс. руб., соответственно. 

Таким образом, общая сметная стоимость по проектной документации составила 1 662 921,16 тыс. руб.

В свою очередь истцом представлен общий размер затрат на реализацию всего инвестиционного проекта - 1 584 398,39 тыс. руб.

Поскольку при заключении договора сторонами определялся ориентировочный общий объем капитальных вложений, подлежащий корректировке в процессе реализации инвестиционного проекта, а итоговый общий объем затрат не превысил общую сметную стоимость, получившую положительное заключение проверки достоверности определения сметной объекта по проектной документации, оснований к отказу в оплате по данному основанию также не имеется.

Что касается возражений ответчика относительно выявления недостатков ранее принятых работ, неисправности принятого оборудования, указанных в итоговом акте КС-11, то в данной части по общему правилу и условиям договора (п. 1.6, 1.7), последствия обнаружения недостатков в выполненных работах, выявление некачественных параметров объекта, выявленных в период гарантийного срока, влекут обязанность исполнителя по безвозмездному их устранению, в случае, если исполнитель не докажет, что такие несоответствия произошли вследствие нормального износа соответствующего объекта или его частей, неправильной его эксплуатации, ненадлежащего ремонта объекта произведенного самим предприятием. 

Из положений п. 1 ст. 722, п. 3, 5 ст. 724 ГК РФ следует, что, если договором подряда для результата работы предусмотрен гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока, который начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (если иное не предусмотрено договором).

Последствия выполнения работ с недостатками установлены в ст. 723 ГК РФ. Так, из пункта 1 этой статьи следует, что стороны вправе установить в договоре меры воздействия на подрядчика, выполнившего работу некачественно. По общему же правилу в случае выполнения подрядчиком работы с недостатками, которые делают результат непригодным для использования, заказчик вправе по своему выбору потребовать от подрядчика либо безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, либо соразмерного уменьшения установленной за работу цены, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда. Согласно пункту 3 этой же статьи, если недостатки результата работы существенны или неустранимы, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков. Подрядчик вправе вместо устранения недостатков, за которые он отвечает, безвозмездно выполнить работу заново с возмещением заказчику причиненных просрочкой исполнения убытков (п. 2 ст. 723 ГК РФ).

Таким образом, указанные нормы регулируют обязательства сторон по качеству исполнения подрядных работ и гарантируют заказчику соответствие результата его обоснованным ожиданиям как одну из целей договора подряда.

Однако из материалов дела не следует, что ответчик (предприятие), имеющий роль заказчика по договору, заявлял об отказе от исполнения договора в связи с существенностью (неустранимостью) недостатков работ и, соответственно, об отказе от оплаты стоимости работ по аналогии к п. 3 ст. 723 ГК РФ либо заявлял в рамках настоящего дела встречные требования к исполнителю (истцу).

Согласно п. 1 ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В соответствии со ст. 1006 ГК РФ Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

Если в агентском договоре размер агентского вознаграждения не предусмотрен и он не может быть определен исходя из условий договора, вознаграждение подлежит уплате в размере, определяемом в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса.

При отсутствии в договоре условий о порядке уплаты агентского вознаграждения принципал обязан уплачивать вознаграждение в течение недели с момента представления ему агентом отчета за прошедший период, если из существа договора или обычаев делового оборота не вытекает иной порядок уплаты вознаграждения.

В соответствии с п. 6.1.- 6.2. договора за оказанные в рамках исполнения настоящего договора услуги предприятие выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 2 (два) процентов от суммы капитальных вложений за отчетный период - принятых в рамках реализации инвестиционного проекта работ (услуг, товара) за отчетный период. Размер (процент) вознаграждения Заказчика корректируется в соответствии с утвержденным сметным расчетом стоимости строительства после получения положительного заключения государственной экспертизы Проектной документации.

Вознаграждение Исполнителя включает компенсацию расходов Исполнителя, связанных с выполнением функций, включенных в Смету расходов, являющуюся неотъемлемой частью настоящего Договора (Приложение № 6). Смета расходов согласовывается Сторонами после получения положительного заключения государственной экспертизы Проектной документации.

Согласно Приложению № 6 расходы исполнителя составляют «Содержание службы заказчика от суммы капитальных вложений» - 1,36%.

В соответствии с п. 1. Дополнительного соглашения № 1 от 26.09.2011 к договору стороны изменили редакцию п. 6.1 договора, изложив ее следующим образом: «за оказанные в рамках исполнения настоящего договора услуги предприятие выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 1,36 (одна целая тридцать шесть сотых) процента от суммы капитальных вложений за отчетный период - принятых в рамках реализации инвестиционного проекта работ (услуг, товара) за отчетный период».

Согласно п. 6.4 договора (в редакции дополнительного соглашения № 9 от 11.11.2013) ежемесячное вознаграждение, а также возмещение дополнительных расходов выплачивается исполнителю в течение 5 (пяти) дней с момента принятия предприятием отчета исполнителя за отчетный период путем перечисления денежных средств на счет исполнителя № …».

В соответствии с п. 6.5 договора датой принятия отчета считается дата утверждения отчета предприятием либо дата истечения срока на предъявление возражений предприятием.

Согласно п. 6.6 договора в случае нарушения предприятием обязанности, предусмотренной пунктом 6.4. договора, исполнитель вправе удержать причитающееся ему вознаграждение из сумм, поступивших к нему от предприятия в качестве средств целевого финансирования.

Как следует из материалов дела, требуемая истцом сумма вознаграждения - 1,36% от суммы капитальных вложений включена в состав Актов формы КС-11 как «Строительный контроль - 1,36%», в том числе: по Этапу 1.1. - 1 460 632 руб. 87 коп.; по Этапу 1.2. - 9 361 113 руб. 55 коп.; по Этапу 2.1. - 664 122 руб. 24 коп.; по Этапу 2.2. - 8 095 185 руб. 09 коп. Всего: 19 581 053 руб. 75 коп.

Не спорным является то обстоятельство, что по период ноябрь 2018 года включительно ответчик производил оплату вознаграждения.

 Согласно акту сверки взаимных расчетов за январь 2018 - ноябрь 2018 по данным истца на 30.11.2018 имеется задолженность в пользу исполнителя - 3 486 614,38 руб.; по данным ответчика задолженность составляет 3 168 404,04 руб.

После 30.11.2018 оплата вознаграждения не производилась, удержание вознаграждения из средств целевого финансирования также не производилось, что подтверждается Реестром выполненных работ по всем этапам. 

С 01.12.2018 размер вознаграждения по расчетам истца составил 6 470 189 руб. 49 коп., в связи с чем, общий размер задолженности по выплате вознаграждения составил 9 956 803 руб. 86 коп. 

Кроме того, истец признал уменьшение суммы подлежащего выплате вознаграждения на основании Акта взаимозачета № 24 от 31.12.2019 на сумму 712 814 руб. 00 коп, в результате чего оставшаяся задолженность по выплате вознаграждения составила 9 243 989 руб. 86 коп.

В силу ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Условия о совершении каких-либо дополнительных действий по исполнению зачета гражданским законодательством не установлено, однако, из ст. 410 ГК РФ следует, что заявление о зачете должно содержать фактически выраженное недвусмысленное волеизъявление на зачет встречного однородного требования. Кроме того должны содержаться ссылки на конкретные встречные обязательства.

Вместе с тем, заявление ответчика от 28.01.2020 № 236 о зачете суммы 9 млн. руб., которым ответчик предложил зачесть средства, списанные 10.01.2020 с расчетного счета Уральского банка Сбербанк России по договору поручительства № 80764 от 01.11.2013 в счет оплаты вознаграждения исполнителя по договору № 42 от 18.08.2011, не принимаются польку имеют строго целевой характер использования, что не может быть расценено как основание для прекращения спорных обязательств. При том, что из материалов дела следует, что истец ранее фактически направил эту сумму на выплаты третьим лицам за строительство/реконструкцию объекта, а не удерживал в качестве своего вознаграждения.

Апелляционная коллегия, учитывая предмет и объем обязательств исполнителя в рамках приведенного договора, ориентировочного объема капитальных вложений, исходит из того, что правовых оснований к одностороннему отказу предприятия в оплате фактически понесенных исполнителем затрат, не выходящих за пределы общей суммы сметной стоимости инвестиционного проекта, с учетом корректировок предусмотренных Приложением № 4 к договору, в отсутствие доказательств финансирования исключительно по конкретным этапам работ, при наличии сведений о выполнении проекта на протяжении 2011 – 2021 годов, при разделения на этапы лишь в апреле 2018 года, достижения результата инвестиционного проекта, подтвержденного уполномоченными органами, а также в отсутствие доказательств выплаты установленного договором вознаграждения, не имелось.  

Принимая во внимание вышеизложенное, решение подлежит отмене на основании п. 1, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ.

В силу ст. 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 110, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 ноября 2021 года  по делу № А60-15398/2021 отменить.

Иск удовлетворить.

Взыскать с унитарного муниципального предприятия «Водоканал» городского округа Ревда (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Предприятие водопроводно-канализационного хозяйства Свердловской области» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 143 038 477 (сто сорок три миллиона тридцать восемь тысяч четыреста семьдесят семь рублей) руб. 64 коп. капитальных вложений (затрат), в том числе 9 243 989 (девять миллионов двести сорок три тысячи девятьсот восемьдесят девять рублей) руб. 86 коп. вознаграждения, а также 200 000 руб. 00 коп. государственной пошлины по иску, 3 000 руб. 00 коп. государственной пошлины по апелляционной жалобе. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий                                                 И.О. Муталлиева

 

Судьи                                                                              Р.А. Балдин

 

                                                                                      Л.В. Дружинина