ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                      Дело № А62-4077/2019

Резолютивная часть постановления объявлена   17.12.2019

Постановление изготовлено в полном объеме    23.12.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Большакова Д.В. и Еремичевой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии представителей заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Метроном» (г. Ярославль,     ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 02.12.2019  № 04) и заинтересованных лиц – Смоленской таможни (г. Смоленск,                                     ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 10.01.2019              № 04-44/1) и Центрального таможенного управления (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 26.12.2018 № 81-29/183), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Центрального таможенного управления и Смоленской таможни на решение Арбитражного суда Смоленской области от 11.10.2019 по делу № А62-4077/2019 (судья Красильникова В.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Метроном» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Смоленской области с заявлением к Смоленской таможне (далее – таможня) и Центральному таможенному управлению (далее – управление) о признании недействительным решения от 15.02.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10113110/191118/0168282, обязании  таможни устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества, а также   возвратить обществу излишне уплаченные таможенные платежи в размере                                       27 181 рубля 54 копеек.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 11.10.2019 требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, таможня и управление обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своих доводов таможня настаивает на том, что общество, декларируя товар по спорной ДТ, необоснованно занизило его стоимость. Отмечает, что при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции приняты новые доказательства, которые не представлялись обществом в таможню. Указывает на отсутствие подписей сторон в представленных обществом при декларировании товара спецификациях. Считает, что обществом не представлены подтверждения направления заказов на поставку товаров от 12.11.2018 № 1889 и от 12.11.2018 № 1890. 

Управление, в свою очередь, указывает на то, что оно не производит возврат излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов. 

От общества в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором оно, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и возражения, изложенные в отзыве, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что обществом по ДТ № 10113110/191118/0168282 продекларирована партия товаров, ввезенная в рамках внешнеторгового контракта от 02.05.2017 № DTLT17-01/138 (далее – контракт), заключенного с компанией UAB «DELTATRANS LT» (Литва) на условиях поставки – FCA Vilnius, валюта контракта – евро.

Таможенная стоимость товаров определена обществом в соответствии со статьями 39 и 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС).

Смоленским таможенным постом 20.11.2018 принято решение о проведении проверки документов и сведений, обществу для представления дополнительных документов, необходимых для осуществления контроля заявленных сведений о стоимости товара, установлен срок до 17.01.2019 и сообщена сумма обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, которую необходимо предоставить таможенному органу для выпуска товаров.

В установленные сроки общество направило таможне дополнительные документы и сведения (письмо от 14.12.2018 № 14/12).

По результатам рассмотрения представленных обществом документов и сведений таможня посчитала, что они не подтверждают заявленные обществом сведения о таможенной стоимости товаров. 

Данное обстоятельство послужило основанием для направления в адрес общества запроса от 05.02.2019 № 2 о представлении в срок до 14.02.2019 дополнительных документов и сведений, в котором также указано на то, что в случае отправки необходимых документов посредством почтовой связи на бумажных носителях общество должно направить таможне с использованием специализированного программного средства авторизованное сообщение, содержащее сопроводительное письмо и опись направленных документов, а также сведения, подтверждающие отправку указанных документов по почте.

Между тем необходимые документы обществом в установленный срок не представлены, равно как не представлено и авторизированное сообщение в специализированном программном средстве, подтверждающее отправку данных документов,  истребуемые документы поступили в таможню лишь 27.02.2019.

В связи с этим таможней 15.02.2019 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, при вынесении которого учитывались только документы, представленные при декларировании и поступившие по первому запросу 09.01.2019.

При этом из оспариваемого решения таможни следует, что в результате анализа ценовой информации с использованием программных средств таможенных органов (в частности, системы оперативного мониторинга таможенных деклараций) установлено, что заявленный ИТС анализируемых товаров № 10 и № 12 является минимальным по ФТС России по сравнению с ИТС однородных товаров, ввезенных иными участниками ВЭД в сопоставимый период времени на аналогичных условиях поставки.

Таможня учитывала пункт 1.2 контракта, согласно которому ассортимент, количество, цены на товары и условия их поставки должны быть утверждены в отдельных приложениях к контракту, составлены и подписаны сторонами в течение действия данного договора.

В комплекте документов, представленных с сопроводительным письмом от 14.12.2018 № 14/12, присутствуют спецификации от 10.10.2018 № 384 и от 12.10.2018                № 391 на общую сумму 9759,96 евро. Общая сумма по счету, заявленная в графе 22 ДТ, составляет 27 714,35 евро.

В соответствии с заявленными в графе 44 спорной ДТ сведениями поставка товарной партии осуществлена на основании 11 спецификаций к контракту, которые в таможню не представлены, что свидетельствует об отсутствии документов, подтверждающих согласование сторонами сделки ее существенных условий.

По мнению таможни, представленные коммерческие предложения продавца содержат сведения об ограниченной номенклатуре товаров, задекларированных исключительно по анализируемой ДТ, а также носят адресный характер, в связи с чем не могут рассматриваться в качестве публичных оферт неограниченному кругу лиц и подтверждать тот факт, что цена товара установлена таким образом, который согласуется с нормальной ценовой практикой рассматриваемой отрасли.

Кроме того, продавец не является непосредственным производителем товаров № 10 и № 12, однако в представленном обществом комплекте документов прайс-листы производителей спорных товаров, объяснение причин их непредставления, а также коммерческие документы по приобретению товара продавцом у их производителя отсутствуют.

В комплекте представленных обществом документов имеется поручение на перевод иностранной валюты от 15.10.2018 № 830 на сумму 23 240,73 евро, что не соответствует общей сумме по счету, заявленной в графе 22 ДТ, тогда как в инвойсе от 16.11.2018 № DEL02022 указано, что товары поставляются на условиях 100-процентной предоплаты. 

Помимо этого, обществом не представлена документально подтвержденная информация от правообладателя об отсутствии лицензионных платежей за использование товарных знаков товаров.

В связи с наличием обстоятельств, влияние которых на стоимость сделки не может быть количественно определено, таможня пришла к выводу о том, что представленные в ходе проверки документы не могут служить достаточным основанием для принятия таможенной стоимости задекларированных в спорной ДТ товаров  по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) (статья 39 ТК ЕАЭС).

Полагая, что решение таможни от 15.02.2019 является незаконным, нарушающим его права в сфере предпринимательской деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением.

Рассматривая заявление и удовлетворяя его, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 3 статьи                              201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пункта 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании пунктов 9, 10, 13 – 15 статьи 38 Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров определяется декларантом. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В соответствии с разъяснениями, данными Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 9 постановления от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу ТК ЕАЭС» (далее – постановление № 49), при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца (пункт 3 данной статьи).

Как следует из пунктов 4 и 5 статьи 325 ТК ЕАЭС, при проведении контроля таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

В пункте 9 статьи 325 ТК ЕАЭС сказано, что документы и (или) сведения, запрошенные в соответствии с пунктами 1 и 4 настоящей статьи, должны быть представлены лицами, у которых они запрошены, одним комплектом (одновременно) по каждому запросу. Одновременно с запрошенными таможенным органом документами и (или) сведениями лицами, у которых они запрошены, могут быть представлены иные документы и (или) сведения в целях подтверждения достоверности и полноты сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом в соответствии с пунктами 4 и 15 настоящей статьи, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не представлены в установленные настоящей статьей сроки, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего кодекса (пункт 18 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В силу статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления:

– расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, но не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, к которым относятся: вознаграждение посредникам (агентам) и вознаграждение брокерам, за исключением вознаграждения за закупку, уплачиваемого покупателем своему агенту (посреднику) за оказание по его представлению за пределами таможенной территории Союза услуг, связанных с покупкой ввозимых товаров; расходы на тару, если для таможенных целей она рассматривается как единое целое с ввозимыми товарами; расходы на упаковку ввозимых товаров, в том числе стоимость упаковочных материалов и работ по упаковке;

– соответствующим образом распределенная стоимость следующих товаров и услуг, прямо или косвенно предоставленных покупателем бесплатно или по сниженной цене для использования в связи с производством и продажей ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары: сырье, материалы, детали, полуфабрикаты и иные товары, из которых произведены (состоят) ввозимые товары; инструменты, штампы, формы и иные подобные товары, использованные при производстве ввозимых товаров; материалы, израсходованные при производстве ввозимых товаров; проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное оформление, дизайн, эскизы и чертежи, выполненные вне таможенной территории Союза и необходимые для производства ввозимых товаров;

– часть дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу;

– на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией;

– расходы на погрузку, разгрузку или перегрузку ввозимых товаров и проведение иных операций, связанных с их перевозкой (транспортировкой) до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) ввозимых товаров, и особенностей их перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией;

– расходы на страхование в связи с операциями, указанными в подпунктах 4 и 5 настоящего пункта;

– лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности.

Согласно части 3 статьи 40 ТК ЕАЭС указанные в пункте 1 настоящей статьи дополнительные начисления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, производятся на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. При отсутствии такой информации метод 1 не применяется.

Ввиду того, что определение таможенной стоимости должно основываться на критериях, совместимых с коммерческой практикой, обязанность представления по требованию таможенного органа документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости может быть возложена на декларанта только в отношении тех документов, которыми тот обладает либо должен располагать в силу закона или обычаев делового оборота.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 3 пункта 13   постановления № 49 (ранее – абзац 3 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства») разъяснил, что непредставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Из материалов дела следует, что в подтверждение заявленной обществом таможенной стоимости товаров и обоснования правомерности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами в адрес таможни представлены документы, указанные в графе 44 ДТ, и дополнениях к ней.

Также письмом от 14.12.2018 № 14/12 общество представило таможне дополнительные документы: контракт; дополнительное соглашение от 29.12.2017 № 1; приложения (спецификации) от 10.10.2018 № 384 и от 12.10.2018 № 391; коммерческие предложения (Commercial Offer) от 11.10.2018 № 10/102 (действительное до 15.12.2018) и от 11.10.2018 № 10/104 (действительное до 15.12.2018); заказы на поставку товаров от 12.11.2018 № 1889 и 1890; договор транспортной экспедиции от 24.07.2015 № К-521/; поручение экспедитору; счет на оплату; акт выполненных работ; ведомость банковского контроля от 14.12.2018; поручение на перевод от 15.10.2018 № 830; Swift от 15.10.2018; выписка из лицевого счета от 15.10.2018; техническое описание и пояснительные письма; инвойс DEL02022 от 16.11.18, CMR № 96600/96783, а также пояснения о невозможности представить иные запрошенные документы, в которых общество указало, что не имеет возможности представить прайс-листы производителя, адресованные неопределенному кругу лиц, поскольку от поставщика получены только коммерческие предложения.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Однако полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) осуществлять корректировку таможенной стоимости товаров путем принятия решения о внесении изменений в соответствующие графы декларации на товары.

Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 утверждено Положение об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее – Положение), в пункте 8 которого сказано, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены прайс-листы производителя ввозимых товаров, его коммерческие предложения, таможенная декларация страны отправления, прайс-листы, коммерческие предложения, оферты продавцов ввозимых, идентичных, однородных товаров, а также товаров того же класса или вида и другие документы.

Из пункта 10 данного положения следует, что в качестве объяснения причин, по которым документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, не могут быть представлены и (или) отсутствуют, рассматриваются представленные декларантом документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, подтверждающие, что: запрошенный документ не существует или не применяется в рамках сделки; лицо, располагающее запрошенными документами и (или) сведениями, отказало декларанту в их представлении или декларантом не получен ответ от лица, располагающего запрошенными документами и (или) сведениями.

Согласно абзацу 3 пункта 13 постановления № 49 непредставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Из материалов дела усматривается, что в сопроводительном письме от 14.12.2018 № 14/12 таможне представлено объяснение общества, согласно которому у него отсутствует возможность представить прайс-листы производителя, адресованные неопределенному кругу лиц (публичная оферта), ввиду того, что им от поставщика получены коммерческие предложения (Commercial Offer), которые фактически приняты обществом путем последующей оплаты данной поставки, что устраняет сомнения в действительности намерений сторон по заключению сделки на указанных условиях.

В связи со сказанным суд первой инстанции справедливо посчитал, что поскольку     продавец не является производителем спорного товара, а информация по приобретению товара продавцом у их производителя, содержащаяся в коммерческих документах, является коммерческой тайной, то общество в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров в установленные сроки по запросу таможни представило документы, которые имелись в его распоряжении в силу закона либо обычаев делового оборота.

Отклоняя довод таможни о несоответствии общей суммы по счету (27 714, 35 евро) представленным спецификациям от 10.10.2018 № 384 и от 12.10.2018 № 391 на общую сумму 9759,96 евро, суд правомерно исходил из следующего.  

По спорной ДТ всего обществом задекларировано 27 товаров разных производителей. 

Расхождение стоимости товара с имеющимися у таможни данными выявлено только по двум позициям анализируемых товаров (№ 10 и № 12), а именно: трансформатор (производитель «Flamic SRL»), классифицируемый в товарной позиции                                8504330009 ТН ВЭД России, и аппарат термоупаковочный (производитель «Maripak Packing & Industrial Equipments A.S.»), классифицируемый в товарной позиции 8422400008 ТН ВЭД России.

При подаче спорной декларации общество представило 11 спецификаций (№ 380, 384, 391, 397, 398, 400 – 402, 405, 408 и 415) на каждый вид декларируемого товара, общая сумма которых соответствует сумме по счету, что подтверждается дополнением спорной ДТ (т. 1, л. 47).

Указанное обстоятельство не опровергнуто таможней.

Письмом от 14.12.2018 общество представило на бумажном носителе спецификации только на товары № 10 и 12, стоимость которых уточнялась таможней, а поскольку указанные товары являются частью общего количества задекларированного товара, то стоимость этих товаров также является частью общей суммы по счету.

Тот факт, что на бумажном носителе вышеуказанные спецификации представлены в таможню только 27.02.2019 (то есть после вынесения оспариваемого решения), не может служить основанием для их непринятия и неучета таможней при вынесении оспариваемого решения, поскольку эти спецификации были приложены совместно с ДТ в момент ее подачи в электронном виде.

Поскольку, как указано в инвойсе от 16.11.2018 № DEL02022, товары поставляются на условиях 100-процентной предоплаты, то товары № 10 и № 12 оплачены обществом в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 15.10.2019 № 830 и от 16.01.2019 № 10.

В связи с этим суд первой инстанции справедливо отметил, что таможней не установлено противоречий между сведениями, содержащимися в коммерческом предложении, и сведениями, указанными в платежных документах. Напротив, сведения в коммерческом предложении и платежных документах согласуются между собой.

Из материалов дела усматривается, что в комплекте представленных обществом документов имеется поручение на перевод иностранной валюты от 15.10.2018 № 830 на сумму 23 240,73 евро, что не соответствует общей сумме по счету, указанной в графе              22 спорной ДТ.

В пункте 5.1 и 1.2 контракта сторонами согласовано, что если иное не оговорено в приложениях (спецификациях) к контракту, условиями оплаты является 100 % предоплата. Ассортимент, количество, цены на товары и условия их поставки должны быть утверждены в отдельных приложениях (спецификациях) к контракту, которые являются его неотъемлемой частью.

Согласно спецификации от 10.10.2018 № 384  оплата за товар должна быть осуществлена до 01.11.2018 в размере 4992,40 EUR. В спецификации от 12.10.2018 № 391 сказано, что оплата должна быть осуществлена до 10.01.2019 в размере 4767, 56 EUR.

В рамках спорной поставки спецификации оплачивались обществом разными платежными поручениями, представленными обществом в адрес таможни: № 888 (спецификации 402, 401 и 365), № 986 (спецификации 374, 415, 429 и 431), № 978 (спецификации 408, 423, 425 и 426), № 908 (спецификации 359, 387, 403 и 405 – 407),                  № 881 (спецификации 374, 378 и 400), № 868 (спецификации 372, 390, 396 – 398), № 10 (спецификации 391, 399, 411, 433, 436, 441, 443 – 445 и 448) и  № 830 (спецификации 380, 383 – 386, 388 и 389). 

Вышеизложенное свидетельствует о том, что платежным поручением от 15.10.2018 № 830 общество, наряду со спецификацией № 384, оплатило иные спецификации на товары, входящие в спорную ДТ, в связи с чем сумма, отраженная в этом платежном поручении, не совпадает с суммой в 22 графе ДТ, ввиду чего данное обстоятельство не может являться основанием для вывода о не подтверждении заявленной таможенной стоимости товара.

В соответствии с пояснениями общества, изложенными в письме от 14.12.2018             № 14/12, поскольку лицензионный договор не заключался, а счета-фактуры, банковские платежные документы или бухгалтерские документы, которые бы содержали сведения об использовании объектов интеллектуальной собственности товары торговых марок «Flamic» и «Maripak», отсутствуют, то платежи за их использование не взимались.

Иного таможней не доказано.

Также отсутствие лицензионных платежей подтверждается письмами поставщиков с переводом на русский язык, которые направлены обществом в таможню письмом от 06.02.2019 № 06/02 (т. 1, л. 87).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что представленные обществом в обоснование таможенной стоимости товара документы в совокупности содержат сведения о наименовании, количестве, весе и цене товара.

Кроме того, суд справедливо обратил внимание на то, что таможня не воспользовалась своим правом, закрепленным в статье 325 ТАК ЕАЭС, на истребование у иностранного контрагента общества необходимых ей документов и сведений.

Довод таможни о том, что запрошенные ею у общества дополнительные документы, срок на представление которых установлен до 14.02.2019 (запрос от 05.02.2019 № 2), направлены обществом письмом от 06.02.2019 № 06/02, однако поступили в таможню 27.02.2019, т. е. с нарушением установленного срока, также правомерно отклонен судом первой инстанции.

Действительно, в дополнительном запросе таможни сказано, что в случае отправки запрошенных документов посредством почтовой связи на бумажных носителях декларант с использованием специализированного программного средства направляет в таможенный орган декларирования авторизованное сообщение, содержащее сопроводительное письмо и опись направленных в таможенный орган документов, а также сведения, подтверждающие отправку указанных документов по почте.

Направляя истребуемые документы посредством почтовой связи, общество не направило в адрес таможни сведения, подтверждающие отправку указанных документов по почте в специализированном программном средстве. 

Пояснения общества о том, что несвоевременное уведомление таможни о направлении по почте дополнительных документов вызвано программным сбоем, отклонены судом первой инстанции в связи с недоказанностью.

Между тем, как обоснованно посчитал суд, данное обстоятельство не имеет правового значения для целей рассмотрения настоящего спора, поскольку на дату принятия оспариваемого решения (15.02.2019) таможня располагала пакетом документов, в достаточной мере подтверждающих обоснованность применения обществом первого метода определения таможенной стоимости товаров, являющихся количественно определенными и достоверными, содержащими необходимую информацию о цене товара, его наименовании и характеристиках, об условиях поставки и оплаты, ввиду чего подтверждали заявленную им таможенную стоимость товаров.

К тому же апелляционной инстанцией учитывается, что, как подтвердил представитель таможни в судах обеих инстанций, в случае получения квитанции о направлении документов по дополнительному запросу через специализированное программное средство, применение заявителем первого метода определения таможенной стоимости было бы признано обоснованным.

Поскольку принятие таможней оспариваемого решения явилось основанием для уплаты обществом таможенных платежей на сумму 27 181 рубля 54 копеек, суд справедливо возложил на управление обязанность по возврату спорной суммы.

Довод апелляционный жалобы таможни о том, что при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции приняты новые доказательства, которые не представлялись обществом в таможню, является несостоятельным, поскольку, во-первых, таможней не указано, какие именно доказательства, по его мнению, являющиеся новыми, оценены  судом, а, во-вторых, вывод о подтверждении обществом правомерности применения первого метода определения таможенной стоимости товаров сделан судом на основании документов, представленных обществом при декларировании товаров и проведении таможенной проверки, находящиеся у таможни на дату принятия оспариваемого решения.

Указание таможни на отсутствие подписей сторон в представленных обществом при декларировании товара спецификациях, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку согласно требованиям приказа ФТС России от 17.09.2013 № 1761 и решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 12.11.2013 № 254 документы вместе с ТД представляются в текстовом виде, следовательно, представление спецификаций без подписей при декларировании товаров соответствует требованиям законодательства.

К тому же подписанные сторонами спецификации № 384 и № 391 представлены обществом в адрес таможни с пакетом документов от 14.12.2018, а с пакетом документов от 06.02.2019 обществом представлены все подписанные спецификации в количестве                 11 штук.

Довод таможни о том, что обществом не представлены подтверждения направления заказов на поставку товаров от 12.11.2018 № 1889 и от 12.11.2018 № 1890 подлежит отклонению.

В пункте 3.1 контракта указано, что поставка товара осуществляется отдельными партиями на основании условий и сроков, согласованных сторонами в подписанных приложениях (спецификациях) к контракту.

Следовательно, подтверждением согласования сторонами всех существенных условий договора является спецификация (приложение к контракту). При этом, поскольку направление заказа является первичным этапом согласования существенных условий поставки, то подписание согласованной сторонами спецификации подтверждает направление заказа поставщику.

Ссылка таможни на то, что в экспортной декларации страны отправления от 16.11.2018 № 18LTVC0100EK2AB514 указано 22 товара весом брутто 1463,5 кг, что не соответствует количеству товаров (27 товаров)в спорной ТД и весу брутто в ней                (2102,5 кг), не принимается во внимание апелляционного суда, поскольку спорной ТД обществом задекларированы не только товары, произведенные в Европейском Союзе, но и товары, произведенные за его пределами (Турция, производитель «Maripac»).

При этом для грузов, произведенных и проданных из стран ЕЭС, оформляется экспортная декларация (ЕХ-1), а для грузов, ввозимых в государства Евросоюза из неевропейских стран (в том числе Турции), предусмотрена транзитная декларация (Т-1). Товар, ввезенный в ЕС по транзитной декларации Т-1, помещается на временное хранение на таможенном складе с оформлением декларации временного хранения груза, и при пересечении границы Российской Федерации экспортная декларация на него не оформляется.

Следовательно, с оформлением экспортной декларации обществом ввезен товар в количестве 22 штук весом брутто 1463,5 кг, а с оформлением транзитной декларации – в количестве 5 штук весом 639 кг, что в совокупности соответствует весу брутто в                      2102,5 кг, заявленному в спорной ТД.

Кроме того, экспортная декларация не является обязательным документом, подтверждающим заявленную стоимость товара.

Ссылка в апелляционной жалобе таможни на неправильное указание в дополнительном соглашении от 29.12.2017 № 1 даты контракта от 02.05.2017                                            № DTLT17-01/138(вместо 02.05.2017 указано 02.05.2016) не может быть принята во внимание, так как допущенная техническая ошибка не свидетельствует о том, что оно не относится к контракту, поскольку дополнительное соглашение содержит и иные идентифицирующие признаки, позволяющие точно установить, что оно составлено к вышеуказанному контракту: номер контракта, дата и месяц, дополнительное соглашение заключено по окончании срока действия контракта. Кроме этого, допущенная техническая ошибка не свидетельствует о незаключенности договора купли-продажи в силу того, что ассортимент и количество товара были согласованы сторонами в спецификациях, также предоставленных таможне.  

Указание таможни на то, что обществом не представлены все счета, указанные в платежном поручении от 27.11.2018 № 6238 на оплату транспортных услуг, подлежит отклонению, поскольку обществом были представлены договор транспортной экспедиции от 24.07.2015 № К-521/1, поручение экспедитору на сумму 530 евро, счет от 19.11.2018                           № 6201 на оплату на сумму 530 евро, акт выполненных работ от 21.11.2018 № 6144 на сумму 530 евро.

Согласно пункту 6.1 договора транспортной экспедиции стоимость услуг в отношении каждой партии груза согласовывается с заказчиком и указывается в поручениях экспедитору.

Следовательно, представленные обществом документы позволяют определить стоимость перевозки конкретной партии груза, которая составляет 530 евро. Оплата нескольких счетов единым платежным поручением учитывает сложившиеся между обществом и экспедитором финансовые взаимоотношения по ежемесячной оплате счетов и не препятствует определить стоимость каждой конкретной перевозки на основании других документов.

Таможня в жалобе обращает внимание на то, что сумма 23 240,73 евро, указанная в поручении на перевод от 15.10.2018 № 830, не коррелирует с суммой, указанной в графе 22 спорной ГТД.

Однако апелляционный суд отмечает, что в спорной декларации на товар                                   № 10113110/191118/0168282 всего было задекларировано 27 товаров разных производителей, поставленных по 11 спецификациям. Из данных спецификаций следует, что оплата товара производится с неодинаковой отсрочкой платежа. Так, например, оплата товара, поставленного по спецификации от 10.10.2018 № 384, производится в срок до 01.11.2018, поставленного по спецификации от 12.10.2018 № 391 – в срок до 10.01.2019. Следовательно, сумма, указанная в поручении на перевод от 15.10.2018 № 830, не может соответствовать сумме инвойса и сумме, указанной в графе 22 спорной ГТД.

Оплата поставщику за поставленной и оформленной по спорной ГТД партии товара произведена в полном объеме, что подтверждается ведомостью банковского контроля, представленной обществом  таможне, а также письмом поставщика UAB «DELTATRANS LT» о том, что оплата по спецификациям № 384 и № 391 произведена платежными поручениями № 830 и № 10 соответственно.

Апелляционная инстанция соглашается с мнением общества на довод таможни о  представлении перевода другой экспортной декларации, поскольку экспортная декларация представляет собой международный документ унифицированной формы, в основном содержащий цифры. Учитывая его унифицированную форму, для должностных лиц таможни не может являться затруднительным получение из экспортной декларации сведений, необходимых для определения стоимости и веса груза, следовательно, данный довод носит формальный характер.

Ссылка таможни на то, что в карточках счета 41 от 16.11.2018, предоставленной обществом, отсутствуют сопутствующие расходы, не принимается во внимание.

Согласно приказу Минфина России от 31.10.2000 № 94н «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению» счет 41 «Товары» предназначен для обобщения информации о наличии и движении товарно-материальных ценностей, приобретенных в качестве товаров для продажи. На нем осуществляется отражение оприходования товаров, прибывших на склад, по стоимости их приобретения.

В тоже время существует счет 44 «Расходы на продажу», предназначенный для обобщения информации о расходах, связанных с продажей продукции, товаров, работ и услуг, В организациях, осуществляющих торговую деятельность, на счете 44 «Расходы на продажу» отражаются, в частности, следующие расходы (издержки обращения): на перевозку товаров; на оплату труда; на аренду; на содержание зданий, сооружений, помещений и инвентаря; по хранению и подработке товаров; на рекламу; на представительские расходы; другие аналогичные по назначению расходы.

Именно на счете 44 собираются сопутствующие расходы, упомянутые в отзыве таможенного органа. Однако запроса на предоставление карточки счета 44 таможня не делала.

В остальном позиция таможни, отраженная в ее апелляционной жалобе, полностью дублирует ее правовую позицию, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба таможни не содержит доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, а сводится к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Довод апелляционной жалобы управления со ссылкой на приказ ФТС России от 24.08.2018 № 1329 «Об апробации администрирования единого ресурса лицевых счетов плательщиков таможенных пошлин, налогов, открытых на уровне ФТС России, с применением комплекса программных средств «Лицевые счета – ЕЛС» о том, что оно не производит возврат излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов,  не принимается во внимание, поскольку  данный приказ утратил силу с 01.07.2019 в связи с изданием приказа ФТС России от 26.06.2019 № 1039 «Об апробации администрирования единого ресурса лицевых счетов плательщиков таможенных и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, таможенных представителей, а также иных лиц, осуществивших уплату денежных средств на счет Федерального казначейства, с применением комплекса программных средств «Лицевые счета – ЕЛС» (далее – Приказ № 1039), подпунктом 3 пункта 2 которого утвержден перечень таможенных органов, осуществляющих администрирование лицевых счетов российских юридических лиц исходя из места постановки на учет в налоговых органах (приложение № 3). 

С учетом данного приложения таможенным органом, осуществляющим администрирование лицевого счета общества (КПП 760401001), является именно управление.

 Также необходимо учесть, что таможенные платежи в размере                                                          27 181 рублей 54 копеек были уплачены обществом после произведенной таможней корректировки таможенной стоимости по декларации на товары №10113110/191118/0168282 и во исполнение уведомления Ярославской таможни о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей от 14.03.2019 №10117000/У2019/0000029.

Таким образом, взыскание таможенных платежей производилось в порядке внутриведомственного взаимодействия, существующего в таможенных органах.

Как следует из пункта 32 Приказа № 1039, возврат заинтересованным лицам денежного залога осуществляется в форме зачета в счет авансовых платежей информационной системой таможенных органов в случаях, установленных пунктом 9 статьи 67 и пунктом 9 статьи 76 Кодекса Союза, при поступлении в ресурс ЕЛС из АС «Обеспечение» сведений о возникновении указанных случаев без представления лицом, внесшим денежный залог, заявления о таком зачете.

При этом апелляционный суд считает необоснованной ссылку управления на письмо ФТС России от 11.07.2019 № 01-11/41240, которое является индивидуальным (ненормативным) правовым актом, изданным в целях обеспечения координации деятельности таможенных органов.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.09.2013 № 809 утверждено Положение о ФТС (далее – Положение).

Подпунктом 5.2 данного Положения закреплено, что ФТС на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, таможенного законодательства Таможенного союза принимает нормативные правовые акты в установленной сфере деятельности.

В частности, подпунктом 5.2.16 Положения закреплена возможность ФТС России принимать нормативные правовые акты, регулирующие порядок и технологии совершения таможенных операций в зависимости от категорий товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, видов транспорта, а также от категорий лиц, перемещающих товары.

В соответствии с подпунктом 5.16 Положения ФТС России обеспечивает единообразное применение таможенными органами на территории Российской Федерации таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле.

Согласно подпункту 6.14 Положения ФТС России с целью реализации полномочий в установленной сфере деятельности имеет право издавать индивидуальные правовые акты по вопросам установленной сферы деятельности.

Таким образом, письмо ФТС, на которое ссылается управления, является разновидностью правового акта, не содержащего норм права, при этом устанавливает права и обязанности только у тех субъектов, которым оно адресовано (таможенным органам), вызывает возникновение, изменение или прекращение конкретных правоотношений, прав и обязанностей точно определенных субъектов права. Индивидуальный правовой акт адресован конкретному субъекту, применяется однократно и не сохраняет своё действие после того, как прекратились конкретные отношения, предусмотренные данным актом.

Также апелляционный суд полагает необоснованным довод управления о невозможности возврата излишне взысканных с общества таможенных платежей в связи с их списанием в доход федерального бюджета.

Согласно пункту 30 Приказа № 1039 возврат плательщикам излишне уплаченных или излишне взысканных сумм таможенных платежей, а также сумм таможенных пошлин, налогов в случаях, указанных в подпунктах 4 – 9 пункта 1 статьи 67 Кодекса Союза, производится в форме их зачета в счет авансовых платежей информационной системой таможенных органов на основании поступивших в ресурс ЕЛС сведений из КДТ или отражения в ресурсе ЕЛС иных случаев, определенных статьей 67 Кодекса Союза, без представления плательщиком соответствующего заявления.

Возврат плательщикам излишне уплаченных или излишне взысканных сумм иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, производится в форме их зачета в счет авансовых платежей по КБК авансовых платежей, за исключением КБК, в отношении которых правом ЕАЭС и законодательством Российской Федерации установлены особенности администрирования. В данном случае зачет осуществляется на КБК, с которого данные платежи были уплачены по соответствующему таможенному документу.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционных жалобах доводам не имеется.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Смоленской области от 11.10.2019 по делу № А62-4077/2019    оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.Н. Тимашкова

Д.В. Большаков

Н.В. Еремичева