1028/2023-265559(2) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

   № 09АП-50408/2023

Дело № А40-94784/21

г. Москва

28 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 28 сентября 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Шведко О.И., судей Вигдорчика Д.Г., Захарова С.Л., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового  

управляющего ФИО2- ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от  

23.06.2023 по делу № А40-94784/21, вынесенное судьей Клыковой В.Н., 

об отказе финансовому управляющему в удовлетворении заявления о признании  

недействительной сделки должника, ответчик - ФИО4, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника-гражданина ФИО2  

Джумберовича, при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания.  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01 марта 2022 года гражданин ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения гор. Батуми Грузия, ИНН 

<

***>)  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества  должника, финансовым управляющим утверждена ФИО3 (ИНН  

<

***>).  

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 77211274780 от 19.03.2022 года. 

В Арбитражный суд города Москвы 29.11.2022 поступило заявление финансового  управляющего об оспаривании сделки должника.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2023 отказано финансовому  управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника,  ответчик – ФИО4.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, финансовый управляющий должника-  ФИО3 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в  которой просила указанное определение суда первой инстанции отменить.  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.  

Апеллянт и иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены  надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их  отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о  времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих  в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной  жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с  действующим законодательством Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным  кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период 25.03.201901.08.2019 со счета должника на счет ответчика перечислены денежные средства в размере 5 710 000  руб.  

Оспариваемые платежи совершены в пределах срока подозрительности установленного п. 2 ст.  61.2 Закона о банкротстве относительно даты возбуждения производства по делу о банкротстве  должника (18.05.2021 года).  

По мнению финансового управляющего, оспариваемые платежи совершены безвозмездно при  непогашенной задолженности перед ББР Банк (АО) в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов в пользу аффилированного лица, в связи с чем является недействительным на основании  п.2 ст. 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве), заявитель также сослался на мнимость договора  займа от 22.03.2019, который был указан в назначении платежей.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение  одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления,  может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных  условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств  существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с  учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 8 и 9 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы  она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного  исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное  встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия  аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки  совершались иными участниками оборота.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка,  условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику  на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества,  достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

В силу п. 9 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при  определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из  следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в  

связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в  частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с  неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем  за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии  предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований,  установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если  она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент  совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного  из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет  двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных  сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое  имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы  бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его  собственнику об определении судьбы данного имущества (абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от  23.12.2010 года № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 5 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 при определении вреда  имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 и абз. 33 ст. 2 Закона о  банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной  или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абз. 33 и абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве  для целей данного закона под недостаточностью имущества понимается превышение размера  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью  имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств.  

Для целей применения содержащихся в абз. 2 – абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в  ст. 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или  

недостаточности имущества. Установление законодателем презумпции неплатежеспособности  или недостаточности имущества должника призвано оградить интересы гражданского оборота и его  участников от недобросовестных действий отдельных субъектов, а также обеспечить стабильность  гражданского оборота.  

В п. 7 поименованного Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской  Федерации разъяснено, что в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Следовательно, обязательным условием возможности оспаривания подозрительной сделки по  субъективному критерию является наличие достаточных доказательств того, что другая сторона по  сделке знала о совершении должником данной сделки в целях причинения ущерба имущественным  правам кредиторов. Безусловным доказательством наличия соответствующей информации у другой  стороны по сделке является отнесение ее участников к категории заинтересованных лиц в  соответствии с Законом о банкротстве, перечень которых определен в ст. 19 поименованного Закона.  

Финансовый управляющий указывает, что поскольку у него отсутствуют документы,  подтверждающие основание перечисления денежных средств, ответчиком такие документы не  представлены, указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии исполнения или намерении  исполнить обязательства в отношении должника.  

Вместе с тем, сам по себе факт отсутствия у финансового управляющего документов,  подтверждающих основания совершения оспариваемых сделок, не доказывает недействительность  такой сделки и не освобождает финансового управляющего от обязанности доказывания своей  правовой позиции (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).  

Указанный вывод подтверждается судебной практикой (постановление Арбитражного суда  Московского округа от 04.10.2021 N Ф05-19528/2020 по делу N А40-46058/2019, постановление  Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2021 N Ф05-14678/2021 по делу N А40-101656/2019,  постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.03.2022 N Ф05-33089/2021 по делу N  А40-290989/2019, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17.09.2021 N Ф03- 4853/2021 по делу N А51-22662/2017, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от  07.09.2021 N Ф07-11167/2021 по делу N А56-117295/2018, постановление Арбитражного суда  Центрального округа от 08.09.2022 N Ф10-5474/2020 по делу N А62-8460/2018, постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023, от 31.03.2023 по делу А40-74781/2019,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2022 по делу А40-241127/18).  

В силу ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику  признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О  защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются  также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет),  коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер  (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение  года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной  администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо  лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта,  в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в  совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг,  родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по  нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Согласно абз. 25 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами признаются  физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или)  физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от  15.06.2016 года № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  

принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1  «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и  управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется  возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

Доказательства аффилированности/заинтересованности должника и ответчика в материалах  дела отсутсвуют  

Тот факт, что ответчик, возможно являлся работником одного из обществ, в которых должник  являлся руководителем и участником, не является основанием для установления аффилированности,  более того, указанное обстоятельство документально не подтвреждено.  

Доводы об аффилированности лиц сделан управляющим без представления соответствующих  доказательств, в т.ч. сведений о занимаемой ответчиком должности. Из открытых источников  информации не следует занятие ответчиком руководящих должностей.  

Бремя доказывания обстоятельств, противоположных заявленным управляющим, подлежит  возложению на ответчика по данному обособленному спору при наличии признаков  аффилированности ответчика и должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от  04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992 (3), от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от  23.08.2018 N 305-ЭС18-3533, от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063(2), N 305-ЭС18-17063(3), N 305-ЭС18- 17063(4), от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 N 305-ЭС18-25788(2), однако, поскольку  доказательств аффилированности заявителем представлено не было, опровержение доводов  управляющего не может быть возложено на ответчика.  

Непередача какой-либо документации управляющему, а также совершение банковских  операций при наличии неисполненных обязательств перед контрагентами не может служить  основанием для возложения на ответчика соответствующей ответственности.  

В силу части 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное  положение, равно как и умалять права одной из сторон.  

Обязанность доказывать обстоятельства, подтверждающие порочность сделок, возлагается на  лицо, которое их оспаривает, то есть в данном случае на финансового управляющего (статья 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Отсутствие у управляющего информации о наличии или отсутствии встречного исполнения по  платежам должника не снимает с него бремя доказывания факта неравноценности спорной сделки.  

В силу п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию  обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности,  осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3  настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким  взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один  процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности  должника за последний отчетный период.  

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 03.04.2023 N 305-ЭС20-19905(13,14) по делу N А40-216654/2019 положения  пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве носят универсальный характер и направлены на защиту  стабильности оборота. Они подлежат применению ко всем должникам ввиду отсутствия  соответствующей специальной нормы в статье 213.32 Закона о банкротстве, регулирующей  особенности оспаривания сделок граждан. При применении пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве  следует учитывать специфику осуществления экономической деятельности гражданами, особенности  расчета стоимости их активов.  

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", бремя доказывания того, что сделка была  совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на  другой стороне сделки; бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент от  стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.  

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной  деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся  существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до  этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с  

учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам  (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы,  выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет,  уплата налогов и т.п.).  

В материалы обособленного спора не представлены доказательства того, что действия  должника выходили за пределы обычной деятельности гражданина.  

Судом первой инстанции учтено, что сделки совершены до даты введения процедуры  банкротства, когда ограничений на распоряжение денежными средствами у должника не имелось.  

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами, должник обязан  учитывать интересы кредиторов, срок исполнения обязательств перед которыми наступил и срок  погашения перед которыми наступит непосредственно после совершения сделок.  

Однако, суд первой инстанции отметил, что это не означает, что должник не может быть  участником гражданского оборота, в т.ч. совершать какие-либо сделки в отношении принадлежащего  ему имущества.  

Финансовым управляющим не представлено доказательств раскрытия должником перед  ответчиком наличия обязательств, соотношения активов и обязательств должника, а также  безвозмездности платежей и направленности действий ответчика именно на причинение вреда  имущественным правам кредиторов.  

Следовательно, финансовым управляющим должника не доказана совокупность  установленных ст. 61.2 Законом о банкротстве условий для признания сделки по перечислению  денежных средств недействительной.  

Ответчиком в материалы дела представлены договор займа от 22.03.2019, согласно которому  должник обязался передать заёмные денежные средства в размере 5 350 000 руб. ответчику.  Оспариваемые платежи осуществлены во исполнение условий займа.  

Также представлены в материалы дела Соглашение от 20.03.2020 о прекращении договора  займа, согласно которому должнику возвращены 5 350 000 руб. с уплатой процентов 428 000 руб.,  договоры уступки права требования № ОП-К1-4/122У от 26.03.2019 и № ОП-К1-4/123У от 26.03.2019,  согласно которым ответчику должником переданы права участника долевого строительства.  

Оплата переданных прав подтверждается выпиской по счету, на которую ссылается заявитель.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32 -26991/09,  абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63, пункта 10 постановления от 30.04.2009 № 32, наличие в  законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 170 ГК РФ).  

Нормы действующего законодательства пресекают возможность извлечения сторонами сделки,  причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ),  однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность  одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 170 ГК РФ.  

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его  банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершённой со злоупотреблением  правом (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).  

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с  причинением вреда кредиторам по основаниям, предусмотренным ГК РФ, обязаны доказать, что  выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 170 ГК РФ по тем же основаниям, что  и в п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращённого срока исковой  давности, установленного для оспоримых сделок, периода подозрительности, и позволяет лицу, не  оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о  недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного  акта о признании её недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской  Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1) но делу № А41-20524/2016).  

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не указал, чем, в условиях конкуренции  норм о действительности сделки, обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы  диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а бездоказательно сослался на ст. 10 ГК РФ, что  

само по себе не имеет правового значения, поскольку бремя доказывания пороков сделки,  выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок в силу ч. 1 ст. 65  АПК РФ лежит на лице, оспаривающем сделку.  

Применение ст. ст. 10, 170 ГК РФ должно носить резервный и субсидиарный характер. Этот  состав недействительности должен применяться только в тех случаях, когда у суда не обнаруживается  того или иного специального механизма для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.  

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет  смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.  

Между тем заявителем в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или  аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки, выходят  за пределы диспозиции п. 1 и п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Исходя из обстоятельств рассматриваемого спора суд первой инстанции пришел к выводу об  отсутствии оснований для признания сделки недействительной.  

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции. 

В определении Верховного Суда РФ от17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 изложена правовая  позиция, согласно которой в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов  (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать  действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых  обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр.  Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность  погашения их требований.  

В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть  нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о  банкротстве, статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), направленного на  приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником  противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо  рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.  

Следовательно, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех  кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого  противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом  будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника  возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно.  

Как установил суд первой инстанции, на момент совершения оспариваемой сделки у должника  отсутствовали как признаки неплатежеспособности, так и кредиторы, требования перед которыми  были не исполнены.  

Доводы финансового управляющего должника об аффилированности сторон оспариваемой  сделки сделаны на основании предположений, не подтвержденных документально.  

Из Соглашения от 20.03.2020 о прекращении Договора денежного займа от 22.03.2019  усматривается, что заемщик ( ФИО4) в полном объеме возвратил, а Займодавец ( ФИО2) получил всю сумму займа, а также причитающиеся проценты ( пункты 1,2).  

Таким образом суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что оспариваемые  финансовым управляющим перечисления не являются подозрительной сделкой, так как не причинили  вред кредиторам должника, отсутствовавшим на момент их осуществления, и не были произведены в  пользу аффилированного с ФИО2 лица.  

Дефекты сделки, выходящие за пределы специальных норм, финансовым управляющим не  доказаны.  

То обстоятельство, что ФИО2 заключил 26.03.2019 с ФИО4 Договор № ОП- К1-4/123У уступки прав требований по Договору ДДУ от 15.12.2015, по которому ФИО4  перечислил ФИО2 денежные средства в качестве оплаты по ДДУ не влечет недействительность  оспариваемой сделки, так как кредиторы на момент перечислений отсутствовали, а цепочка сделко  фининсовым управляющим не оспаривалась.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не  оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли  на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных ст. 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного  акта арбитражного суда.  

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый  судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы –  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный  апелляционный суд,  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.06.2023 по делу № А40-94784/21 оставить  без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2- ФИО3 –  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение  одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: О.И. Шведко 

Судьи: Д.Г. Вигдорчик 

 С.Л. Захаров