ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

672000, Чита, ул. Ленина 100б, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-5409/2017

23 апреля 2018 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 апреля 2018 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Ячменёва Г.Г.,

судей Ломако Н.В., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Восточно-Сибирская компания» на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2018 года по делу № А19-5409/2017 по заявлению Межрегионального управления федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Сибирскому федеральному округу (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>) к Обществу с ограниченной ответственностью «Восточно-Сибирская компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>) о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

третье лицо: Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>, этаж 4), 

(суд первой инстанции: Ананьина Г.В.)

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от МРУ Росалкогольрегулирования: не было (извещено);

от ООО «ВСК»: ФИО2, доверенность от 28 февраля 2018 года;

от Уполномоченного по защите прав предпринимателей: не было (извещен),

и установил:

Межрегиональное управление Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Сибирскому федеральному округу (далее – МРУ Росалкогольрегулирования, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Восточно-Сибирская компания» (далее – ООО «ВСК», Общество) к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Определением суда первой инстанции от 3 мая 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Иркутской области (далее – Уполномоченный по защите прав предпринимателей).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2018 года заявленное административным органом требование удовлетворено, ООО «ВСК» привлечено к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации в виде штрафа в размере 200 000 рублей с конфискацией алкогольной продукции, изъятой согласно протоколу ареста товаров и иных вещей от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия в действиях Общества состава вмененного ему административного правонарушения, соблюдении процессуальных требований при производстве по делу об административном правонарушении, об отсутствии оснований для применения положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации. Оснований для назначения административного наказания ниже низшего предела суд первой инстанции также не нашел.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Общество обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, считает его незаконным и необоснованным.

В частности, ООО «ВСК» ссылается на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в рассмотрении дела в отсутствие представителя Общества при необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, что лишило Общество возможности реализации процессуальных прав, в том числе права на участие в судебном заседании и защиту своих законных интересов. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на отсутствие процессуальных оснований для возобновления производства по настоящему делу, которое было приостановлено до вступления в силу судебного акта по делу № А19-5408/2017.

ООО «ВСК» приводит довод об отсутствии у МРУ Росалкогольрегулирования и его должностных лиц полномочий на возбуждение дел об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации (применительно к розничной продаже алкогольной продукции).

Кроме того, как указывает заявитель апелляционной жалобы, в материалы дела были представлены доказательства того, что Обществом были приняты все зависящие от него меры по соблюдению требований Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ): издан приказ о прекращении реализации алкогольной продукции в связи с прекращением действия лицензии, с которым ознакомлены все работники; алкогольная продукция, находящаяся на витрине, обозначена как нереализуемая (имелись лента, огораживающая алкогольную продукцию и объявление о том, что алкогольная продукция не продается); в материалы дела представлены документы, подтверждающие принятие ООО «ВСК» мер по сдаче алкогольной продукции на временное хранение другим лицензиатам.

Общество отмечает также, что оборот алкогольной продукции заключался лишь в хранении спорной продукции в магазине «Штопор» (розничная продажа алкогольной продукции не производилась).

ООО «ВСК» представлены дополнения к апелляционной жалобе от 12 марта 2018 года (с приложением копии письма МРУ Росалкогольрегулирования от 24 марта 2017 года) и от 13 апреля 2018 года (с приложением копии заключения научно-правовой экспертизы от 9 апреля 2018 года - в подтверждение заявленного довода об отсутствии у Росалкогольрегулирования полномочий на производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, применительно к розничной продаже алкогольной продукции).

В письменном отзыве от 14 марта 2018 года на апелляционную жалобу МРУ Росалкогольрегулирования выражает согласие с решением суда первой инстанции, просит оставить его без изменения.

В письменном отзыве от 13 марта 2018 года на апелляционную жалобу Уполномоченный по защите прав предпринимателей выражает несогласие с решением суда первой инстанции, просит его отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Во исполнение определения Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 марта 2018 года МРУ Росалкогольрегулирования в материалы дела представлены письменные пояснения от 18 апреля 2018 года (с приложением документов, указанных в перечне) и заверенная копия должностного регламента главного специалиста-эксперта отдела контроля за легальностью производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции Межрегиональное управление Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Сибирскому федеральному округу. 

Ввиду нахождения судьи Желтоухова Е.В. в отпуске определением заместителя председателя Четвертого арбитражного апелляционного суда от 18 апреля 2018 года судья Желтоухов Е.В. заменен на судью Ломако Н.В., в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы проведено с самого начала.

О месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы МРУ Росалкогольрегулирования и Уполномоченный по защите прав предпринимателей извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), что подтверждается, в том числе, телефонограммой от 13 февраля 2018 года, отчетом об отправке служебной информации электронной почтой, а также отчетом о публикации 13 февраля и 16 марта 2018 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определений о принятии апелляционной жалобы к производству и об отложении судебного разбирательства, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы (с учетом дополнений к ней) и отзыва на нее, изучив материалы дела, в том числе дополнительно представленные сторонами документы, выслушав представителя ООО «ВСК» ФИО2, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно сведениям о юридическом лице из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «ВСК» зарегистрировано в качестве юридического лица 14 ноября 2005 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер 

<

***>, о чем выдано соответствующее свидетельство 38 № 002005557 (т. 1, л.д. 81).

По договору аренды нежилого помещения от 18 августа 2016 года, заключенному между ФИО3 (арендодатель) и ООО «ВСК» (арендатор) (т. 1, л.д. 87-93), Обществу за плату во временное пользование передано нежилое помещение площадью 70,6 кв.м. на 1 этаже (номер на поэтажном плане 49-54) в здании, расположенном по адресу: 

<

...>.

7 сентября 2011 года Обществу была выдана лицензия № А004 на осуществление розничной продажи алкогольной продукции. Срок действия лицензии – до 7 сентября 2016 года (т. 1, л.д. 79).

На основании обращения (входящий № 06-17 от 23 января 2017 года), поступившего в Федеральную службу по регулированию алкогольного рынка и содержащего данные о наличии в действиях ООО «ВСК» признаков административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, должностным лицом МРУ Росалкогольрегулирования в отношении Общества возбуждено дело об административном правонарушении и принято решение о проведении административного расследования, о чем 24 января 2017 года вынесено соответствующее определение № 6-04-29/13ю-2017 (т. 1, л.д. 31-32).

В рамках административного расследования должностными лицами МРУ Росалкогольрегулирования 24 января 2017 года был произведен осмотр магазина «Штопор», расположенного по адресу: 

<

...>, помещение с кадастровым номером 38:36:000020:17776, в котором осуществляет свою деятельность ООО «ВСК».

В ходе осмотра было выявлено нарушение требований Закон № 171-ФЗ, выразившееся в обороте (хранении и розничной продаже) алкогольной продукции без специального разрешения (лицензии), а также в отсутствие соответствующих сопроводительных документов, подтверждающих легальность производства и оборота имеющейся в продаже алкогольной продукции различных наименований (в количестве 1 558 бутылок).

Названные обстоятельства зафиксированы в протоколе осмотра от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 (т. 1, л.д. 34-54; фотоматериалы т. 1, л.д. 55-57).

На обнаруженную алкогольную продукцию в количестве 1 558 бутылок наложен арест (протокол ареста товаров и иных вещей от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017, т. 1, л.д. 58-70).

Арестованная продукция передана на ответственное хранение директору ООО «ВСК» ФИО4.

Определением от 3 февраля 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 об истребовании сведений (т. 1, л.д. 74) административный орган запросил у Службы потребительского рынка и лицензирования Иркутской области сведения о выданных, приостановленных, прекращенных либо аннулированных лицензиях на осуществление розничной продажи алкогольной продукции ООО «ВСК».

Согласно информации, предоставленной по запросу административного органа Службой потребительского рынка и лицензирования Иркутской области (письмо от 16 февраля 2017 года № 02-83-853/17, т. 1, л.д. 78), 7 сентября 2011 года Администрацией г. Иркутска Обществу была выдана лицензия № А004 (т. 1, л.д. 79) на осуществление розничной продажи алкогольной продукции в магазине, расположенном по адресу: 

<

...>; срок действия лицензии определен с 8 сентября 2011 года по 7 сентября 2016 года.

22 марта 2017 года уполномоченным должностным лицом МРУ Росалкогольрегулирования в отношении Общества составлен протокол № 6-04-29/13ю-2017 об административном правонарушении (т. 1, л.д. 11-14; приложение, т. 1, л.д. 15-21).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации административный орган обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ООО «ВСК» к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции о доказанности наличия в действиях Общества состава вмененного ему административного правонарушения, исходя из следующего.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2003 года № 17-П, от 23 мая 2013 года № 11-П и от 30 марта 2016 года № 9-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Аналогичные цели государственного регулирования производства и оборота алкогольной продукции закреплены в пункте 1 статьи 1 Закона № 171-ФЗ. 

Учитывая это, действующее законодательство предъявляет повышенные требования к обороту алкогольной продукции, включая ряд ограничений и запретов.

Одним из таких ограничений является установленный пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ запрет на оборот алкогольной продукции без соответствующих лицензий.

В свою очередь, пунктом 16 статьи 2 Закона № 171-ФЗ предусмотрено, что под оборотом алкогольной продукции понимается закупка (в том числе импорт), поставки (в том числе экспорт), хранение, перевозки и розничная продажа такой продукции.

Согласно пункту 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ такие виды деятельности, как хранение и розничная продажа алкогольной продукции, подлежат лицензированию.

При этом неотъемлемой частью деятельности по розничной продаже какого-либо товара является его хранение розничным продавцом в необходимых количествах (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции»). 

В силу пункта 3 статьи 26 Закона № 171-ФЗ юридические лица, нарушающие требования данного Закона, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Одной из мер государственного принуждения за нарушение требований Закона № 171-ФЗ является административная ответственность. 

Частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации установлена административная ответственность за производство или оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии.

В превентивных целях суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что после вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 265-ФЗ, а именно с 30 июля 2017 года, наказание за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, для юридических лиц стало существенно строже, а именно административный штраф в размере не более одной пятой совокупного размера выручки, полученной от реализации всех товаров (работ, услуг), за календарный год, предшествующий году, в котором было выявлено административное правонарушение, либо за предшествующую дате выявленного административного правонарушения часть календарного года, в котором было выявлено административное правонарушение, если правонарушитель не осуществлял деятельность по реализации товаров (работ, услуг) в предшествующем календарном году, но не менее трех миллионов рублей с конфискацией продукции, оборудования, сырья, полуфабрикатов, транспортных средств или иных предметов, использованных для производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, либо без таковой или административное приостановление деятельности на срок от шестидесяти до девяноста суток с конфискацией продукции, оборудования, сырья, полуфабрикатов, транспортных средств или иных предметов, использованных для производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, либо без таковой.

Кроме того, с 26 августа 2017 года должностные лица организаций, осуществляющих без соответствующей лицензии деятельность, связанную с производством и оборотом (в том числе розничной продажей) алкогольной продукции, в крупном размере (когда стоимость алкогольной продукции превышает 100 000 рублей) или особо крупном размере (стоимость алкогольной продукции превышает 1 000 000 рублей) могут быть привлечены к уголовной ответственности по статье 171.3 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, с 30 июля 2017 года в случае оборота (в том числе хранения и розничной продажи) алкогольной продукции без соответствующей лицензии минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет 3 000 000 рублей (до 30 июля 2017 года размер административного штрафа составлял от 200 000 до 300 000 рублей), в связи с чем и с учетом требований части 2 статьи 1.7 КоАП Российской Федерации при определении меры административной ответственности имеет значение выяснение, когда было совершено административное правонарушение – до или после 30 июля 2017 года.

В рассматриваемом случае административное правонарушение было выявлено 24 января 2017 года, поэтому новая редакция части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации применению не подлежит.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» разъяснено, что при рассмотрении дел, связанных с привлечением к административной ответственности за осуществление розничной продажи алкогольной продукции без лицензии, судам необходимо исходить из того, что соответствующие деяния охватываются нормой части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Как указано в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок. 

На основании пункта 2 статьи 20 Закона № 171-ФЗ действие лицензии на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции прекращается по истечении срока действия такой лицензии. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции, действовавшей до 31 марта 2017 года, то есть и в период возникновения спорных правоотношений) в течение двух месяцев с момента аннулирования лицензии или прекращения действия лицензии, за исключением лицензии на розничную продажу алкогольной продукции, лицензиат имеет право на хранение остатков алкогольной продукции, на возврат их поставщику, на поставку остатков алкогольной продукции иной имеющей лицензию на закупку, хранение и поставки алкогольной продукции организации, которые осуществляются под контролем лицензирующего органа, за исключением случаев, если такая продукция подлежит изъятию в соответствии с пунктом 1 статьи 25 настоящего Федерального закона.

Таким образом, в силу приведенной нормы ООО «ВСК» было не вправе с 8 сентября 2016 года легально осуществлять какие-либо действия с алкогольной продукцией, в том числе осуществлять ее хранение и розничную продажу.

Согласно статье 26.1 КоАП Российской Федерации к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Названные обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

В частности, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП Российской Федерации, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (части 1 и 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации).

Из материалов настоящего дела следует, что в рамках административного расследования должностными лицами МРУ Росалкогольрегулирования 24 января 2017 года был произведен осмотр магазина «Штопор», расположенного по адресу: 

<

...>, помещение с кадастровым номером 38:36:000020:17776, в котором осуществляет свою деятельность ООО «ВСК».

В ходе осмотра было выявлено нарушение требований Закона № 171-ФЗ, выразившееся в обороте (хранении и розничной продаже) алкогольной продукции (вина, текилы, коньяка, водки, вермута, ликера, рома, виски, джина) различных наименований (в количестве 1 558 бутылок) без специального разрешения (лицензии).

Названные фактические обстоятельства зафиксированы в протоколе осмотра от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 (т. 1, л.д. 34-54; фотоматериалы т. 1, л.д. 55-57), составленном при отсутствии замечаний со стороны законного представителя ООО «ВСК» – директора ФИО5, в протоколе об административном правонарушении № 6-04-29/13ю-2017 от 22 марта 2017 года (т. 1, л.д. 11-14; приложение, т. 1, л.д. 15-21), в определении от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т. 1, л.д. 31-32), в протоколе ареста товаров и иных вещей от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017, т. 1, л.д. 58-70), а также подтверждаются письменными объяснениями директора Общества ФИО5 от 24 января 2017 года (в части факта хранения алкогольной продукции) (т. 1, л.д. 71).

Осмотр помещения сопровождался фотосьемкой, соответствующий протокол подписан понятыми и законным представителем ООО «ВСК» ФИО4 без замечаний (при этом ФИО4 внес собственноручную запись о том, что «замечаний по осмотру нет»); имеются подписи понятых и ФИО4 на фотографиях. 

В письменном объяснении от 24 января 2017 года генеральный директор ФИО4, не отрицая факт хранения в магазине «Штопор» принадлежащей Обществу на праве собственности алкогольной продукции, указал, что алкогольная продукция не продается, ее нахождение на стеллажах обусловлено невозможностью вывезти товар в иное место.

Суд апелляционной инстанции к таким объяснениям, равно как и к приведенным в апелляционной жалобе доводам о том, что Обществом не осуществлялась розничная продажа алкогольной продукции, относится критически.

Из протокола осмотра от 24 января 2017 года следует, что должностными лицами административного органа при проведении осмотра названного магазина было установлено, что алкогольная продукция предлагалась к продаже, а именно была размещена в торговом помещении на витринных стеллажах, с ценниками, на которых нанесено наименование и указание за единицу алкогольной продукции.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что выставление в местах продажи (например, на прилавках, в витринах) товаров, продажа которых является незаконной, образует состав административного правонарушения при условии отсутствия явного обозначения, что эти товары не предназначены для продажи (пункт 2 статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 19 Правил продажи отдельных видов товаров продавец обязан обеспечить наличие единообразных и четко оформленных ценников на реализуемые товары с указанием наименования товара, сорта (при его наличии), цены за вес или единицу товара.

Как уже отмечалось выше, в протоколе осмотра от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 (т. 1, л.д. 34-54; фотоматериалы т. 1, л.д. 55-57) зафиксировано, что обнаруженная алкогольная продукция размещена на витринных стеллажах для продажи и имеет ценники с указанием цены за единицу алкогольной продукции, при этом информация о том, что такая продукция не продается, отсутствует.

С учетом приведенной правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации само по себе выставление на витринах в торговом помещении магазина «Штопор» алкогольной продукции, наличие на ней ценников (например, красное сухое вино «Гай Кодзор Шираз» по цене 372 рубля за бутылку объемом 0,75 л, т. 1, л.д. 57) подтверждает осуществление Обществом розничной продажи алкогольной продукции.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что алкогольная продукция, находящаяся на витринах, была обозначена как нереализуемая (имелись лента, огораживающая алкогольную продукцию, и объявление о том, что алкогольная продукция не продается), документально не подтверждены. 

В частности, в протоколе осмотра от 24 января 2017 года, подписанном генеральным директором ООО «ВСК» ФИО4 без замечаний, наличие ленты, огораживающей алкогольную продукцию, равно как и объявления о том, что алкогольная продукция не продается, не зафиксировано. Напротив, в данном протоколе имеется запись о том, что «информации о том, что алкогольная продукция в данном магазине не продается, отсутствует» (т. 1, л.д. 53).   

Выданная Обществу 7 сентября 2011 года лицензия № А004 на осуществление розничной продажи алкогольной продукции прекратила свое действие 7 сентября 2016 года (т. 1, л.д. 79), то есть с 8 сентября 2016 года она была недействующей.

Следовательно, исходя из положений пункта 2 статьи 20 Закона № 171-ФЗ, на момент проведения должностными лицами административного органа осмотра (24 января 2017 года) действие названной лицензии уже прекратилось, а новая лицензия на осуществление розничной продажи алкогольной продукции в магазине «Штопор» у ООО «ВСК» отсутствовала.

По убеждению суда апелляционной инстанции, не продлив срок действия прежней лицензии или не получив новую лицензию (пусть и по причине неправомерного отказа лицензирующего органа, что подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 27 февраля 2017 года по делу № А19-17891/2016) Общество обязано было с 8 сентября 2016 года прекратить не только собственно осуществление деятельности по розничной продаже алкогольной продукции, но и осуществление сопутствующей розничной продаже деятельности – по хранению такой продукции, сопряженном с размещением такой продукции в торговом помещении.

Однако ООО «ВСК» необходимых мер к соблюдению запретов и ограничений в области оборота алкогольной продукции не приняло (более того, разместило алкогольную продукцию на витринах в торговом помещении магазина), что в итоге привело к совершению 24 января 2017 года вмененного ему административного правонарушения.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации упомянутые выше и иные имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе протокол об административном правонарушении № 6-04-29/13ю-2017 от 22 марта 2017 года (т. 1, л.д. 11-14; приложение, т. 1, л.д. 15-21), протокол осмотра от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017 (т. 1, л.д. 34-54; фотоматериалы т. 1, л.д. 55-57), протокол ареста товаров и иных вещей от 24 января 2017 года № 6-04-29/13ю-2017, т. 1, л.д. 58-70), письменное объяснение ФИО4 от 24 января 2017 года (т. 1, л.д. 71), лицензию от 7 сентября 2011 года № А004 (т. 1, л.д. 79), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они являются достаточными для квалификации противоправных действий ООО «ВСК» по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Судом первой инстанции правильно определены элементы состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, в том числе и субъективная его сторона.

Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых этим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП Российской Федерации формы вины не выделяет.

Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Обстоятельства, указанные в части 1 или части 2 статьи 2.2 КоАП Российской Федерации, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

Принимая во внимание, что пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ установлен императивный запрет на оборот алкогольной продукции без соответствующей лицензии, ООО «ВСК» обязано было принять все необходимые и зависящие от него меры к недопущению нарушения таких требований. Однако в рассматриваемом случае подобных мер Обществом принято не было.

В объяснении от 24 января 2017 года (т. 1, л.д. 71) директор Общества ФИО5, подтвердив факт хранения алкогольной продукции в помещении магазина «Штопор», пояснил, что 26 августа 2016 года ООО «ВСК» обратилось в Службу потребительского рынка и лицензирования Иркутской области с заявлением о продлении лицензии, однако распоряжением от 22 сентября 2016 года № 1971-ср в продлении лицензии Обществу было отказано.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27 февраля 2017 года по делу № А19-17891/2016 (с учетом определения суда первой инстанции об исправлении опечаток от 23 марта 2017 года), оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 27 апреля 2017 года, названное распоряжение Службы потребительского рынка и лицензирования Иркутской области было признано недействительным как несоответствующее Закону № 171-ФЗ. 

Одновременно на Службу потребительского рынка и лицензирования Иркутской области возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «ВСК» путем рассмотрения заявления Общества от 26 августа 2016 года о продлении срока действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции в соответствии с Регламентом предоставления государственной услуги по выдаче, переоформлению, продлению срока действия, прекращению действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции на территории Иркутской области, утвержденным приказом Службы потребительского рынка и лицензирования Иркутской области от 12 ноября 2012 года № 26-спр.

В этой связи заявитель апелляционной жалобы, ссылаясь на письмо Росалкогольрегулирования от 24 марта 2017 года № у6-5442/08 (т. 4, л.д. 36-38), считает, что в случае признания арбитражным судом незаконным решения об отказе в продлении срока действия лицензии на осуществление розничной продажи алкогольной продукции, состав административного правонарушения в действиях ООО «ВСК» будет отсутствовать, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В пункте 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ определены виды деятельности по обороту алкогольной продукции, для осуществления которых необходимо получение лицензий. К таким видам деятельности относятся, в частности, хранение этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции; производство, хранение и поставка произведенной алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции; закупка, хранение и поставка алкогольной и спиртосодержащей продукции; розничная продажа алкогольной продукции. При этом неотъемлемой частью деятельности по розничной продаже какого-либо товара является его хранение розничным продавцом в необходимых количествах.

На осуществление деятельности по хранению этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции организации также необходимо иметь отдельную лицензию, предусмотренную пунктом 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ.

В рассматриваемом случае срок действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции закончился 7 сентября 2016 года, а лицензии на хранение алкогольной продукции у Общества не имелось и не имеется. 

На основании изложенного, ООО «ВСК» не вправе было с 8 сентября 2016 года легально осуществлять какие-либо действия с алкогольной продукцией, в том числе осуществлять ее хранение, а тем более хранение на витринах, расположенных в торговом помещении магазина, то есть с целью розничной продажи. 

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на письмо Росалкогольрегулирования от 24 марта 2017 года № у6-5442/08 не может быть признана обоснованной, поскольку в нем изложена конкретная правовая ситуация, отличающаяся от фабулы настоящего дела.

В данном письме, среди прочего, указано, что «в случае вступления в законную силу судебного решения, которым отказ в продлении лицензии признан незаконным, в случае продления лицензии, начало течения нового срока действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции исчислять с последнего дня первоначальной лицензии». 

Однако в рассматриваемом случае на момент выявления административного правонарушения (24 января 2017 года) решение арбитражного суда по делу № А19-17891/2016 еще не было принято (такой судебный акт был принят только 27 февраля 2017 года, а вступил в законную силу 27 апреля 2017 года). 

Соответственно, ООО «ВСК», совершившее административное правонарушение, выразившееся в хранении и розничной продаже алкогольной продукции в отсутствие соответствующей лицензии, не вправе апеллировать к судебному акту, который на данный момент еще не был даже принят. 

По убеждению суда апелляционной инстанции, ООО «ВСК» вплоть до вступления в законную силу судебного акта по делу № А19-17891/2016 должно было принять все меры по недопущению нарушений Закона № 171-ФЗ.

При изложенных фактических обстоятельствах судом первой инстанции постановлены правильные и обоснованные выводы о наличии в действиях ООО «ВСК» состава вмененного ему административного правонарушения.

Вопреки доводам Общества, существенных нарушений административным органом процедурных требований, предусмотренных статьями 25.1, 25.4, 25.15, 28.2, 28.3 и 28.7 КоАП Российской Федерации судом апелляционной инстанции не установлено, реализация предусмотренных законом прав ООО «ВСК» была обеспечена в полной мере.

Позиция заявителя апелляционной жалобы о допущенных МРУ Росалкогольрегулирования существенных процедурных нарушениях про производстве по делу об административном правонарушения (в том числе по мотиву отсутствия у данного органа и его должностных лиц полномочий на возбуждение дел об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации (применительно к розничной продаже алкогольной продукции)), является несостоятельной в правовом отношении ввиду следующего. 

Согласно пункту 64 части 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации должностные лица органов, осуществляющих государственный контроль (надзор) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных частью 8 статьи 13.15, статьей 14.6, частями 1 и 2 статьи 14.16, статьями 14.17, 14.17.2, 14.18, частью 3 статьи 14.43 (в части нарушений при производстве и обороте (кроме розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции) этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции), частью 5 статьи 14.46.2 (в части нарушений при производстве и обороте (кроме розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции) этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции), частями 3 и 4 статьи 15.12, статьей 15.13, частью 1 статьи 19.4, частями 1 и 15 статьи 19.5, статьями 19.6, 19.7, статьей 19.33 (в части нарушений при производстве и обороте (кроме розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции) этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции) настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 23 Закона № 171-ФЗ (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 261-ФЗ, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) государственный контроль (надзор) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции включает в себя, в частности, лицензионный контроль за производством и оборотом этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также государственный надзор за соблюдением обязательных требований к этиловому спирту, алкогольной и спиртосодержащей продукции, установленных международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании пункта 4 части 2 той же статьи должностные лица органов, уполномоченных на осуществление государственного контроля (надзора) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, имеют право  составлять протоколы об административных правонарушениях, рассматривать дела об административных правонарушениях и принимать меры по предотвращению нарушения обязательных требований, а также требований к использованию основного технологического оборудования для производства этилового спирта, которое подлежит государственной регистрации.

Статьей 23.1 Закона № 171-ФЗ (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) предусмотрено, что под государственным надзором за соблюдением обязательных требований к этиловому спирту, алкогольной и спиртосодержащей продукции понимается деятельность уполномоченного федерального органа исполнительной власти, направленная на предупреждение, выявление и пресечение нарушений обязательных требований осуществляющими деятельность в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции организациями, крестьянскими (фермерскими) хозяйствами, индивидуальными предпринимателями, их уполномоченными представителями посредством организации и проведения их проверок, принятия предусмотренных законодательством Российской Федерации мер по пресечению, предупреждению выявленных нарушений и (или) устранению их последствий, и деятельность указанного уполномоченного федерального органа государственной власти по систематическому наблюдению за исполнением обязательных требований, анализу и прогнозированию состояния исполнения обязательных требований при осуществлении организациями, крестьянскими (фермерскими) хозяйствами, индивидуальными предпринимателями своей деятельности.

Государственный надзор за соблюдением обязательных требований к этиловому спирту, алкогольной и спиртосодержащей продукции (далее - государственный надзор) осуществляется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 2 статьи 23.1).

В соответствии с пунктами 1 и 4 Положения о Федеральной службе по регулированию алкогольного рынка, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.01.2009 № 154 (далее – Положение № 154), федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю за производством и оборотом этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, по надзору и оказанию услуг в этой сфере, является Росалкогольрегулирование, которое  осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы.

Пунктом 5.3.8 Положения № 154 (в редакции, действовавшей до 22 декабря 2017 года, то есть и в период возникновения спорных правоотношений) предусмотрено, что Росалкогольрегулирование осуществляет государственный надзор за соблюдением обязательных требований к этиловому спирту, алкогольной и спиртосодержащей продукции, установленных международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (за исключением государственного надзора за соблюдением обязательных требований в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защиты прав потребителей и в области потребительского рынка, а также государственного надзора, осуществляемого при розничной продаже алкогольной и спиртосодержащей продукции в части их соответствия требованиям технических регламентов).

Согласно пункту 5.6 Положения № 156 (в редакции, действовавшей в спорный период) Росалкогольрегулирование наделено полномочиями по осуществлению проверок деятельности юридических лиц в установленной сфере деятельности.

Таким образом, на основании приведенных выше взаимосвязанных положений статей 23 и 23.1 Закона № 171-ФЗ, пунктов 1, 4 и 5.3.8 Положения № 154 Росалкогольрегулирование и его территориальные органы осуществляют государственный надзор за соблюдением обязательных требований к алкогольной продукции, целью которого является предупреждение, выявление и пресечение нарушений обязательных требований осуществляющими деятельность в области производства и оборота алкогольной продукции организациями.

При этом Закон № 171-ФЗ, Правила № 864 и Правила № 872 включены в Перечень правовых актов и их отдельных частей (положений), содержащих обязательные требования, соблюдение которых оценивается при проведении мероприятий по контролю в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, одобренный на заседании соответствующей рабочей группы от 14 декабря 2016 года № Пзр-39/12. 

То есть положения статей 10.2, 16 и 26 Закона № 171-ФЗ, Правил № 864 и Правил № 872, нарушение которых вменено Обществу, относятся к обязательным требованиям к алкогольной продукции, соблюдение которых является предметом государственного надзора  рассматриваемой области. 

Следовательно, на основании пункта 64 части 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации и пункта 4 части 2 статьи 23 Закона № 171-ФЗ, должностные лица территориальных органов Росалкогольрегулирования наделены полномочиями по составлению протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.16 и частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, пункт 64 части 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации предусматривает ограничение (применительно к розничной продаже алкогольной продукции) полномочий должностных лиц Росалкогольрегулирования составлять протоколы об административных правонарушениях лишь в отношении правонарушений, предусмотренных частью 3 статьи 14.43, частью 5 статьи 14.46.2 и статьей 19.33 КоАП Российской Федерации.

Каких-либо ограничений в полномочиях указанных должностных лиц по составлению протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.16 и частью 3 статьи 14.7 КоАП Российской Федерации, пункт 64 части 2 статьи 28.3 этого Кодекса, равно как и иные федеральные законы, не содержит.

Изложенное соответствует правовой позиции, выраженной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2013 года, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2014 года (ответ на вопрос № 4 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»). 

В этой связи суд апелляционной инстанции не может принять во внимание заключение научно-правовой экспертизы от 9 апреля 2018 года по делам об административных правонарушениях № А19-5409/2017 и № А19-5408/2017, подготовленное кандидатом юридических наук ФИО6, а также основанные на этом заключении доводы, приведенные ООО «ВСК» в дополнении от 13 апреля 2018 года к апелляционной жалобе.

Кроме того, из пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что вопросы российского права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть предметом экспертизы.

Довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии рассматриваемых полномочий у конкретных должностных лиц МРУ Росалкогольрегулирования – и главного специалиста-эксперта отдела контроля за легальностью производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции ФИО7, вынесшего определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от 24 января 2017 года, и ведущего специалиста-эксперта того же отдела ФИО8, составившего протокол об административном правонарушении от 22 марта 2017 года, опровергаются приказом Росалкогольрегулирования от 24.07.2009 № 27 «Об утверждении перечня должностных лиц Федеральной службы по государственному регулированию алкогольного рынка, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях», а также должностным регламентом главного специалиста-эксперта отдела контроля за легальностью производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции МРУ Росалкогольрегулирования и должностным регламентом ведущего специалиста-эксперта отдела контроля за легальностью производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, утвержденными 6 июля 2015 года, наделяющими названных должностных лиц соответствующими полномочиями.

В частности, согласно подпункту д) пункта 2 приложения к названному приказу Росалкогольрегулирования в территориальных органах Росалкогольрегудлирования к должностным лицам, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, относятся должностные лица, уполномоченные проводить мероприятия по контролю. 

В свою очередь, пунктом 4.3.1 должностных регламентов предусмотрено, что ведущий специалист-эксперт и главный специалист-эксперт отдела контроля за легальностью производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции МРУ Росалкогольрегулирования осуществляют государственный контроль и надзор за соблюдением обязательных требований к алкогольной продукции, а пунктом 4.3.2 этих же регламентов к полномочиям названных должностных лиц отнесено производство по делам об административных правонарушениях в сфере производства и оборота алкогольной продукции.   

В данном конкретном случае предусмотренные пунктами 2 и 3 части 1 статьи 28.1 КоАП Российской Федерации поводы для возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.17 этого же Кодекса, у должностных лиц имелись, поскольку поступило сообщение об осуществлении розничной продажи алкогольной продукции в магазине «Штопор» (при том, что в соответствующем реестре содержались сведения о прекращении действия лицензии с 7 сентября 2016 года).

Имея в виду приводимые заявителем апелляционной жалобы доводы о том, что МРУ Росалкогольрегулирования не наделено полномочиями на проведение проверок в отношении организаций, осуществляющих розничную продажу алкогольной продукции, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что все процессуальные действия совершались должностными лицами МРУ Росалкогольрегулирования исключительно в рамках КоАП Российской Федерации (а именно в ходе проведения административного расследования), а не при осуществлении контрольных мероприятий.

О времени и месте составления протокола об административном правонарушении законный представитель ООО «ВСК» (генеральный директор ФИО4) был извещен надлежащим образом и заблаговременно, однако заявил ходатайство о составлении протокола об административном правонарушении в его отсутствие (поступило в административный орган 21 марта 2017 года). 

Установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации годичный срок давности привлечения Общества к административной ответственности, исчисляемый в рассматриваемом случае с 24 января 2017 года, судом первой инстанции не пропущен.

Санкция части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации (как в редакции, действовавшей до 30 июля 2017 года, так и в действующей в настоящее время редакции) предусматривает возможность назначения в качестве дополнительного наказания конфискацию алкогольной продукции, поэтому суд первой инстанции вправе был применить наказание не только в виде административного штрафа, но и конфисковать изъятую алкогольную продукцию.

Принимая во внимание, что решения по делам № А19-5408/2017 и № А19-5409/2017 были приняты в один и тот же день (18 января 2018 года), суд первой инстанции в рамках настоящего дела вправе был не учитывать то обстоятельство, что решением арбитражного суда по другому делу, еще не вступившему в законную силу, та же самая алкогольная продукция уже была конфискована.

Поддерживая выводы суда первой инстанции в этой части, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежат этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция в случае, если их производство и (или) оборот осуществляются без соответствующих лицензий, за исключением случая, предусмотренного пунктом 5 статьи 20 настоящего Федерального закона (как отмечалось выше, на момент выявления правонарушения данное исключение было не применимо к организациям, осуществляющим розничную продажу алкогольной продукции).

Таким образом, Законом № 171-ФЗ предусмотрена следующая юридическая презумпция: алкогольная продукция, реализуемая без соответствующих лицензий, в силу одного лишь этого обстоятельства является находящейся в незаконном обороте.

Следовательно, вне зависимости о того, что спорная алкогольная продукция, возможно, была приобретена в период действия лицензии и частично имеет документы, подтверждающие ее качество, ООО «ВСК» не вправе было с 8 сентября 2016 года осуществлять оборот такой продукции (в том числе ее хранение и розничную продажу), поскольку с указанной даты данная продукция в силу прямого указания закона (статья 25 Закона № 171-ФЗ) признается находящейся в незаконном обороте и в любом случае подлежала изъятию из незаконного оборота. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 25 Закона № 171-ФЗ изъятые или конфискованные этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, указанные в подпунктах 1-3 пункта 1 настоящей статьи, подлежат уничтожению по решению суда в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Правила уничтожения по решению суда изъятых или конфискованных этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, указанных в подпунктах 1-3 пункта 1 статьи 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», а также сырья, полуфабрикатов, производственной, транспортной, потребительской тары (упаковки), этикеток, средств укупорки потребительской тары, используемых для производства этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, федеральных специальных марок и акцизных марок (в том числе поддельных) для маркировки алкогольной продукции, указанных в подпункте 4 пункта 1 статьи 25 Федерального закона утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.09.2015 № 1027.

С учетом того обстоятельства, что во исполнение решения суда по делу № А19-17891/2016 в июне 2017 года ООО «ВСК» была выдана лицензия на розничную продажу алкогольной продукции (то есть в настоящее время Общество вправе осуществлять такую деятельность), суд апелляционной инстанции не усматривает противоречий между решением суда первой инстанции по настоящему делу (в части конфискации всей арестованной алкогольной продукции) и вступившим в законную силу дополнительным решением Арбитражного суда Иркутской области от 25 января 2018 года по делу № А19-5408/2017, которым часть такой алкогольной продукции, легальность производства и оборота которой была подтверждена, возвращена Обществу. 

Относительно возможности замены административного наказания в виде штрафа с конфискацией алкогольной продукции на предупреждение суд отмечает следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 1.4 КоАП Российской Федерации данным Кодексом устанавливаются особые условия применения мер административной ответственности в отношении являющихся субъектами малого и среднего предпринимательства лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридических лиц, а также руководителей и иных работников указанных юридических лиц, совершивших административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций.

Так, на основании части 3 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа может быть заменено являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицу, осуществляющему предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, или юридическому лицу, а также их работникам на предупреждение в соответствии со статьей 4.1.1 настоящего Кодекса.

В свою очередь, в соответствии с частью 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра субъектов малого и среднего предпринимательства ООО «ВСК» относится к субъектам малого или среднего предпринимательства (категория «микропредприятие»). 

Административное правонарушение, предусмотренное частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, не отнесено частью 2 статьи 4.1.1 этого же Кодекса к тем административным правонарушениям, при совершении которых не может быть произведена замена административного штрафа на предупреждение.

С учетом изложенного ООО «ВСК» вправе претендовать на применение к нему положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации, но только при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 этого же Кодекса.

Согласно части 2 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации также предусмотрено, что административное наказание в виде предупреждения назначается в случаях, если оно предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

С учетом взаимосвязанных положений части 2 статьи 3.4, части 3.5 статьи 4.1 и части 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации следует признать, что факт совершения ООО «ВСК» достаточно грубого административного правонарушения в сфере оборота такой специфичной продукции, как алкогольная, выразившегося в обороте значительного количества алкогольной продукции без специального разрешения (лицензии), исключает замену административного штрафа предупреждением.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в соответствии с частью 2 статьи 3.4 и частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации административное наказание в виде предупреждения может быть применено только при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконного оборота алкогольной продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежит алкогольная продукция в случае, если ее оборот осуществляется без соответствующих лицензий.

То есть Законом № 171-ФЗ предусмотрена следующая юридическая презумпция: алкогольная продукция, реализуемая без соответствующих лицензий, в силу одного лишь этого обстоятельства является находящейся в незаконной обороте.

В рассматриваемом случае, несмотря на приведенные ООО «ВСК» доводы об ограничении права на защиту в связи с отказом в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, сопроводительные документы, подтверждающие легальность производства и оборота спорной алкогольной продукции, не были представлены Обществом и суду апелляционной инстанции (в том числе и после отложения судебного разбирательства). При этом в ходе судебного заседания по делу № А19-5408/2017 представитель ООО «ВСК» ФИО2 на соответствующий вопрос суда апелляционной инстанции пояснил, что иных документов, помимо тех, которые имеются в материалах дела № А19-5408/2017, Общество представлять не будет (протокол судебного заседания по делу № А19-5408/2017 от 19 апреля 2018 года).

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности применения к ООО «ВСК» положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации (о замене административного штрафа предупреждением), поскольку исходит из того, что предлагавшаяся к розничной продаже спорная алкогольная продукция (водка, вино, виски, коньяк и т.д.) в отсутствие лицензии и предусмотренных статьей 10.2 Закона № 171-ФЗ документов представляет угрозу жизни и здоровью потребителей такой продукции.

Поддерживает суд апелляционной инстанции и позицию суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных частью 3.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации оснований для назначения административного наказания (штрафа) ниже низшего предела.

Относительно наличия (отсутствия) оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП Российской Федерации суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния (пункт 18.1).

В пункте 4.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2013 года № 1-П указано, что в системе действующего правового регулирования освобождение от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного правонарушения не может использоваться для целей учета имущественного и финансового положения привлекаемого к административной ответственности юридического лица. Кроме того, освобождение от административной ответственности путем признания правонарушения малозначительным во всех случаях, когда правоприменительный орган на основе установленных по делу обстоятельств приходит к выводу о несоразмерности наказания характеру административного правонарушения, противоречило бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям административного наказания и не обеспечивало бы решение конституционно значимых задач законодательства об административных правонарушения.

Суд апелляционной инстанции не считает возможным признать допущенное ООО «ВСК» правонарушение (с учетом его характера) малозначительным.

В целях процессуальной экономии суд апелляционной инстанции считает необходимым разъяснить Обществу, что оценка вывода арбитражного суда первой и (или) апелляционной инстанции об отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям исходя из совершенных лицом правонарушений и, как следствие, о возможности квалификации таких правонарушений как малозначительных либо замены административного наказания в виде штрафа на предупреждение с учетом положений статей 286 и 287 АПК Российской Федерации не входит в компетенцию арбитражного суда кассационной инстанции (пункт 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», определения Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2017 года № 302-АД17-7053 и от 19 декабря 2017 года № 302-АД17-17358).

Исходя из требований части 6 статьи 205 АПК Российской Федерации, судом апелляционной инстанции была обсуждена возможность применения положений статьи 54 Конституции Российской Федерации и части 2 статьи 1.7 КоАП Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 278-ФЗ. 

Согласно пункту 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 278-ФЗ, действующей с 31 июля 2017 года) в течение двух месяцев с момента аннулирования лицензии или прекращения действия лицензии лицензиат имеет право на хранение остатков алкогольной продукции, на возврат ее поставщику, на поставку остатков алкогольной продукции иной имеющей лицензию на закупку, хранение и поставки алкогольной и спиртосодержащей продукции организации, которые осуществляются под контролем лицензирующего органа, за исключением случаев, если такая продукция подлежит изъятию в соответствии с пунктом 1 статьи 25 настоящего Федерального закона.

Таким образом, с 31 июля 2017 года в случае прекращения действия лицензии на розничную продажу алкогольной продукции организация имеет право на хранение остатков алкогольной продукции, на возврат ее поставщику, на поставку остатков алкогольной продукции иной имеющей лицензию на закупку, хранение и поставки алкогольной продукции организации, которые осуществляются под контролем лицензирующего органа. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что пункт 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 278-ФЗ) улучшает положение лиц, привлекаемых к административной ответственности, и поэтому на основании части 2 статьи 1.7 КоАП Российской Федерации может иметь обратную силу, но при условии, если таким лицом выполняются требования приведенной нормы.

Однако в рассматриваемом случае из объяснения генерального директора ООО «ВСК» ФИО4 от 24 января 2017 года следует, что Обществом не принимались меры к возврату алкогольной продукции поставщикам. Напротив, ФИО4 указывает, что остатки алкогольной продукции полностью оплачены и являются собственностью ООО «ВСК».

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что им предпринимались меры по передаче спорной алкогольной продукции иным организациям (ООО «Фрегат», ООО «Ресурс», ООО «Морозофф» и ООО «Русь импорт-Иркутск»), которыми было отказано в принятии такой продукции на хранение, не подтверждены документально (в частности, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у названных организаций лицензий на осуществление деятельности по закупке, хранению и поставкам алкогольной продукции, а также собственно переписка с ними), в то же время в объяснении от 24 января 2017 года ФИО4 указывал иные причины нахождения спорной продукции в магазине «Штопор».  

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание фактические обстоятельства настоящего дела (алкогольная продукция находилась на витринах магазина и была снабжена ценниками, то есть явно предлагалась к продаже), суд апелляционной инстанции не находит оснований для применения в рассматриваемом конкретном случае положений пункта 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 278-ФЗ) и части 2 статьи 1.7 КоАП Российской Федерации (путем признания решения суда первой инстанции не подлежащим исполнению). 

Довод заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, которое выразилось в рассмотрении дела в отсутствие представителя Общества при необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, что лишило ООО «ВСК» возможности реализации процессуальных прав, в том числе права на участие в судебном заседании и защиту своих законных интересов, представляется надуманным.

Названное ходатайство было оставлено без удовлетворения протокольным определением суда первой инстанции от 11 января 2018 года (т. 3, л.д. 122), в обжалуемом решении приведены соответствующие мотивы.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных статьей 158 АПК Российской Федерации оснований для отложения судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что 24 января 2018 года истекал годичный срок давности привлечения к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

По убеждению суда апелляционной инстанции, именно данное обстоятельство, а не стремление представить какие-либо дополнительные документы, обусловило подачу Обществом названных ходатайств. Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции исходит из того, ООО «ВСК» не представило каких-либо дополнительных документов и в суд апелляционной инстанции. 

Иные доводы ООО «ВСК», приведенные им в апелляционной жалобе, дополнениях к ней от 12 марта 2018 года и от 13 апреля 2018 года, также проверены, но при изложенных выше фактических обстоятельствах и правовом регулировании они в любом случае не опровергают правильных и обоснованных выводов суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения Общества к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации и применения к нему административного наказания в виде штрафа в размере 200 000 рублей с конфискацией алкогольной продукции, в связи с чем обжалуемый судебный акт отмене или изменению не подлежит.       

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2018 года по делу № А19-5409/2017, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2018 года по делу № А19-5409/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Иркутской области.

Председательствующий:Г.Г. Ячменёв

Судьи:Н.В. Ломако

В.А. Сидоренко