АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-67015/2020

Дело № А55-24283/2019

г. Казань

31 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 31 марта 2025 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Ивановой А.Г., Плотникова Д.О., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мавлютовой И.М., 

при участии посредством веб-конференции:

представителя конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищная коммунальная система» ФИО1 – ФИО2,  доверенность от 26.03.2024,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

представителя Федеральной налоговой службы – ФИО3, доверенность от 16.12.2024,

представителя АО «Жилсервис» - ФИО4, доверенность от 08.08.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищная коммунальная система» ФИО1 

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 

по делу № А55-24283/2019 

по заявлению конкурсного управляющего должника (вх. № 300992 от 26.09.2022) об оспаривании сделок должника к акционерному обществу «Жилсервис», ИНН 

<

***> в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилищная коммунальная система», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2019 заявление ООО УК «XXI ВЕК» принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Жилищная коммунальная система» (ИНН 

<

***>). 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 19.04.2022 ООО «Жилищная коммунальная система» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 14.12.2023 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО1. 

Конкурсный управляющий должника обратился с заявлением об оспаривании сделок должника, с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), заявитель просил признать недействительными платежи, осуществленные ООО «Жилищная коммунальная система» (ИНН 

<

***>) в пользу АО «Жилсервис» (ИНН 

<

***>) в период с 14.11.2018 по 19.09.2019 с назначением платежа «Оплата за услуги исполнительного органа по договору № 8 от 03.10.2018» на общую сумму 85 199 113,16 руб., и применить последствия их недействительности. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024 заявление удовлетворено. Признаны недействительными платежи, совершенные ООО «Жилищная коммунальная система» в пользу АО «Жилсервис» на общую сумму 85 199 113,16 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с АО «Жилсервис» в конкурсную массу ООО «Жилищная коммунальная система» уплаченной денежной суммы в общем размере 85 199 113,16 руб. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 по жалобе ответчика АО «Жилсервис» определение Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024 отменено. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника (вх. № 300992 от 26.09.2022) об оспаривании сделок должника к АО «Жилсервис» отказано.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024, оставить в силе определение Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищная коммунальная система» ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержала.

Представитель Федеральной налоговой службы просил постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 отменить, оставить определение Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024 в силе. 

Представитель АО «Жилсервис» просила постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего - без удовлетворения. 

Кроме того, представитель ответчика заявила ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы по доводам первоначально поданной жалобы, без учета  дополнений к кассационной жалобе.

Согласно абзацам 3,4 пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при решении вопроса о принятии дополнений, письменных пояснений к кассационной жалобе либо отзыва на кассационную жалобу судам кассационной инстанции необходимо иметь в виду, что сугубо правовое обоснование доводов и возражений стороны вправе приводить на всех стадиях рассмотрения дела, если они основаны на доказательствах, имеющихся в материалах дела, и если такие дополнения, пояснения к кассационной жалобе не содержат ни новых требований, ни новых доказательств, которые в силу положений АПК РФ не могут рассматриваться и исследоваться судом кассационной инстанции.

Вместе с тем при получении дополнений, письменных пояснений к кассационной жалобе суд проверяет соблюдение лицом, их направившим, положений пунктов 3 и 4 части 4 статьи 277 Кодекса. В случае несоблюдения указанных требований представленные документы судом кассационной инстанции не принимаются.

В данном случае новых объяснений по фактическим обстоятельствам (статья 81 АПК РФ), ссылок на новые доказательства в дополнениях к кассационной жалобе не содержится, ответчик ознакомился с дополнениями к кассационной жалобе, представил возражения на них.

К тому же истец верно  ссылается на приобщение судом апелляционной инстанции письменных доказательств в пользу ответчика без обоснования того, по чьему ходатайству и в связи с чем они были приобщены.

Суду апелляционной инстанции представлялись новые доказательства как ответчиком, так и ФИО6 (лицом, в отношении которого подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности).

Однако суд надлежащим образом ходатайства о приобщении дополнительных документов не рассмотрел, процессуального решения по ним не принял, а приобщил их без процессуальной фиксации, оценив их по существу.

При этом истец возражал против их приобщения  (том 3 лист дела 79), однако этим возражениям оценка судом апелляционной инстанции в судебном акте не дана.

Поэтому суд округа в целях выравнивания процессуальных прав сторон счел возможным  рассмотреть кассационную жалобу с учетом дополнений к  первоначально поданной кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Проверив в соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ обжалуемые судебные акты, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

I.                  Предмет спора.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что в результате анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Жилищная коммунальная система» им выявлены сделки (платежи), совершенные должником в период с 14.11.2018 по 19.09.2019 в пользу АО «Жилсервис» на общую сумму 85 199 113,16 руб. 

В назначении  платежей указывалось «Оплата за услуги исполнительного органа по договору № 8 от 03.10.2018». 

Договор № 8 от 03.10.2018 конкурсному управляющему и в материалы дела не представлен. 

Конкурсный управляющий, полагая, что имеются основания для оспаривания платежей по указанному договору как сделок, совершенных в отсутствие эквивалентного встречного предоставления, с намерением причинить вред кредиторам должника, обратился в суд с заявлением о признании платежей недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи  61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статей 10, 168, 170 ГК РФ.

II.Обстоятельства, установленные судом первой инстанции. Выводы суда первой инстанции.

2.1. Суд первой инстанции установил, что в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом (определение от 10.10.2019г.) в период с 14.11.2018 по 19.09.2019 с расчетных счетов должника, а также со счета платежного агента «ООО «Центр-СБК-Самара» (бенефициар ООО «Жилищная коммунальная система») в пользу ответчика были совершены платежи на общую сумму 85 199 113,16 руб. со ссылкой на оплату  услуг исполнительного органа по договору № 8 от 03.10.2018.

Суд также констатировал, что АО «Жилсервис» являлось управляющей компанией ООО «Жилищная коммунальная система» с 09.11.2018 по 27.09.2019.

При этом договор № 8 от 03.10.2018 конкурсному управляющему и суду не представлен.

2.2. Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения спорных платежей должник имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

Так, с апреля 2017 года должник наращивал кредиторскую задолженность, в результате чего к моменту начала оказания услуг по управлению должник имел многомиллионную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями и иными кредиторами.

А по результатам управления и к моменту возбуждения дела о банкротстве данная задолженность  только увеличилась.

Как указал суд первой инстанции, обязательства должника перед кредиторами не  являлись задолженностью отдельного кредитора, а свидетельствовали о системном кризисе платежей, который только усугублялся с каждым годом, поскольку ликвидных активов для погашения указанных требований у должника не было. 

Также суд первой инстанции проанализировал данные бухгалтерской отчетности должника и выявил, что по состоянию на конец 2018 года финансовый результат деятельности должника составлял убыток в размере 21 486 тыс.руб., а за 2019 год убыток уже составил 136 254 тыс.руб. 

Помимо прочего суд первой инстанции принял во внимание анализ финансового состояния ООО «Жилищная коммунальная система», выполненный временным управляющим должника ФИО7, в котором сделаны выводы о полной зависимости организации от заемного капитала (собственный капитал имеет отрицательное значение), отсутствии свободных денежных средств у должника, запасов, основных средств, отрицательном значении (убыток) чистых активов, показателе обеспеченности обязательств должника его активами значительно ниже нормы, неликвидности баланса должника в течение всего периода оказания услуг по управлению ответчиком.

Суд также установил, что активами должника является, в основной массе, дебиторская задолженность, которая не является ликвидным активом и  которой, в любом случае, недостаточно для покрытия кредиторской задолженности (существенно превышает дебиторскую). 

2.3.  Далее, суд первой инстанции установил, что должник и ответчик входили в одну группу компаний, в которую входили помимо должника и ответчика ООО «ДомКом Менеджмент» ИНН 

<

***>, ООО «МОСОБЛЭКСПЛУАТАЦИЯ» ИНН 

<

***>, АО «ДомКом Инвест» ИНН 

<

***>, АО «Домсервис», ООО «ДК Эксплуатация».

Выгодоприобретателями от деятельности данных компаний являлись  ФИО8, АО «ДомКом Инвест».

2.4. Как установлено судом первой инстанции, с момента привлечения ответчика в качестве управляющей  компании финансовое состояние должника стало стремительно ухудшаться. Так, в 2018 году активы должника составляли 910 568 тыс. руб.; в 2019 - 734 280 тыс. руб. Согласно отчету о финансовых результатах общества, чистая прибыль/убыток: в 2018 году - (- 21 486) тыс. руб., в 2019 году - (-136 254) тыс. руб.

2.5. Суд первой инстанции посчитал недоказанным реальное оказание услуг по управлению должником, а также заявленных ответчиком дополнительных услуг (ведение бухгалтерского учета; договорно-юридические услуги; услуги по ведению кадрового учета и документации; услуги по техническому обслуживанию оборудования;  услуги по организации контроля качества эксплуатации инженерных систем и оборудования), то есть посчитал недоказанным наличие эквивалентного предоставления со стороны ответчика по следующим причинам:

-не представлено  доказательств реального оказания услуг по управлению должником и несения соответствующих затрат; 

- не раскрыта целесообразность заключения данного  договора, учитывая наличие у должника собственного персонала (89 из 123 человек персонала ответчика являлись работниками ООО «ЖКС» в период с 2018-2020 гг., согласно сведениям налогового органа о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ в штате должника в 2018 году состояло 75 чел., в 2019 - 99 чел.), в том числе руководящего состава после заключения сделки (так, бывший руководитель должника ФИО9 продолжал занимать руководящую должность в должнике);

- со стороны ответчика счета - фактуры выписаны ФИО6 в одном лице за руководителя и бухгалтера, что влечет обоснованные сомнения в возможности ведения бухгалтерского учета сторонним организациям;

- отсутствуют доказательства  взаимодействия ответчика с ресурсоснабжающими организациями; 

- место нахождения ответчика в г. Пензе (сведения об адресе недостоверны по результату проверки налоговым органом);

- отсутствие руководства должником такого качества, которое бы могло соответствовать заявленной стоимости услуг, так как материалами дела  подтверждается наличие многочисленных штрафов государственных и надзорных органов, наложенных в отношении должника;

- отсутствие  у руководителя ответчика ФИО6, подписывающего документы от имени ответчика,  необходимого для руководства должником образования и опыта, признание ФИО6 и ФИО10 (последнему выдана доверенность ФИО6 на управление ответчиком)  при опросе налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля того обстоятельства, что оба они не имеют никакой информации о том, как реально осуществлялось управление должником со стороны ответчика;

- ответчик не подтвердил наличие обособленного персонала для оказания услуг в г.Самаре., исходя из выписки по р/счету значительная часть взносов и «заработной платы» уходило в бюджет иных субъектов РФ, а не г. Самары; 

Поэтому суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически управление предприятием, бухгалтерский учет и иные функции осуществлялись самостоятельно должником, его работниками с местом расположения в г. Самаре, а посредством составления документов должника и ответчика реализована схема по выводу активов должника на аффилированное лицо, подконтрольное бенефициару в отсутствие реального оказания услуг. 

2.6. Суд также пришел к выводу о том, что размер стоимости услуг не отвечает интересам должника, поскольку существенно завышен как относительно среднерыночных цен, так и относительно размера заработной платы соответствующих должностей в штате должника, тем более, что соответствующие лица продолжили работу у должника.

Суд проанализировал ежемесячный доход предыдущих руководителей должника  ФИО9, ФИО11, а также предыдущей управляющей организации той же группы компаний АО «ДомСервис» и пришел к выводу, что ежемесячная стоимость услуг по управлению должником, полученная ответчиком, кратно превышала ежемесячную стоимость услуг предшествующих руководителей  (как минимум, более чем в 12 раз).

2.7. Оценив все эти обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что,  находясь в тяжелом финансовом положении, имея большую сумму кредиторской задолженности, не исполняя обязательства перед РСО, должник заключил договор оказания услуг о передаче управленческих функций, с существенным для предприятия в преддверии банкротства ежемесячным вознаграждением (сумма неизменна в зависимости от оказанного объема услуг), при отсутствии какой-либо необходимости в данной услуге, отсутствии экономической целесообразности, что явно свидетельствует о намерении вывода активов предприятия в пользу аффилированных с должником и подконтрольных бенефициару ФИО8 лиц.

Поэтому суд первой инстанции, констатировав  отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ответчика, наличие вреда должнику выводом активов, посчитал, что  имеются основания для признания сделок ничтожными на основании статьи  61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170 ГК РФ.

III.           Обстоятельства, установленные судом апелляционной инстанции. Выводы суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции.

3.1. Суд апелляционной инстанции посчитал, что обстоятельства хронической неоплаты поставляемых ресурсов и недостаточности имущества, установленные судом первой инстанции, сами по себе не подтверждают наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемых сделок, поскольку отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору недопустимо.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что деятельность ответчика характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. В  связи с этим деятельность ответчика  носила заведомо убыточный характер.

Но при этом такие  признаки невозможности продолжать хозяйственную деятельность,  как лишение лицензии на право осуществления деятельностью по управлению многоквартирными домами, выбытие многоквартирных домов из управления должника; другие аналогичные ситуации, в обязательном порядке отражающие экстраординарность события, после которого продолжение прежней деятельности является объективно невозможным, на дату платежей у должника отсутствовали.

3.2.  Судом апелляционной инстанции установлено, что исполнение обязанностей ответчика по договору № 8 от 03.10.2018 включало в себя не только осуществление руководства текущей деятельностью ООО «ЖКС», но и оказание услуг по бухгалтерскому и юридическому сопровождению, ведению кадрового учета и документооборота общества, техническое обслуживание и создание оптимальной работоспособности оборудования, контроль качества инженерных систем, взаимодействие с РСО. 

Поэтому суд апелляционной инстанции счел некорректным сравнение стоимости услуг ответчика со стоимостью услуг предыдущих руководителей.

3.3. Суд апелляционной инстанции согласился с тем, что сделки совершены между заинтересованными по отношению друг к другу лицами, но посчитал доказанным факт оказания услуг по управлению, сославшись на представление ответчиком, в том числе, в суд апелляционной инстанции,  ежемесячных актов оказанных услуг и счетов-фактур за период с октября 2018 г. по сентябрь 2019 г., ежемесячных отчетов об оказанных услугах за период с октября 2018 г. по ноябрь 2019г. с конкретизирующими приложениями; доказательств, подтверждающих результаты услуг, в том числе, проведение правовой экспертизы 23 договоров с РСО, проведение переговоров, подготовка проектов, согласование условий и утверждение в суде мировых соглашений с РСО; сопровождение споров в арбитражных судах и судах общей юрисдикции, договорную работу и работу с собственниками и пользователями помещений. 

Также суд апелляционной инстанции установил, что ответчик выступал представителем должника при решении различных вопросов, связанных с деятельностью должника при проведении налоговой проверки, при участии в  совещании Главы города Самары 19.12.2018 при  обращении в Государственную Думу РФ 22.01.2019 по вопросам деятельности ООО «ЖКС».

3.4. Суд апелляционной инстанции не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии  у ответчика в г.Самаре работоспособного обособленного подразделения,  указав, что в материалы дела представлены доказательства создания обособленного подразделения в г. Самаре, с  определением его местонахождения по улице Гагарина в г. Самаре, с постановкой на налоговый учет как налогоплательщика по месту нахождения обособленного подразделения и со сдачей соответствующей налоговой отчетности.

3.5. Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о том, что оказание услуг должнику  фактически осуществлялось работниками должника, а у ответчика не было в распоряжении нужных трудовых ресурсов, так как бывшие работники должника были официально трудоустроены в АО «Жилсервис».

3.6. Суд апелляционной инстанции посчитал, что необходимое количество сотрудников для осуществления самостоятельной деятельности у должника отсутствовало, поскольку с января по март 2019 г. численность сотрудников должника составляла 25-26 чел., а общий объем затрат должника на собственных сотрудников в 2019 году составлял 20,4 млн. руб. 

Как посчитал суд апелляционной инстанции, численность собственных работников должника  за 2018 год снизилась со  150 работников до 20 работников. 

3.7. Приняв во внимание письменный отзыв ФИО6, представленный в суд апелляционной инстанции, в котором последний дезавуирует  свои показания, данные в ходе  опроса налоговым органом, суд апелляционной инстанции посчитал недоказанным установленный судом первой инстанции номинальный статус ФИО6 в роли руководителя ответчика, а также номинальный статус ФИО10 в качестве лица, которому было передоверено управление ответчиком и должником.

3.8. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что смена системы управления должником была  продиктована неэффективностью прежней системы управления.

Заключение договора с АО «Жилсервис» было обусловлено тем, что после приобретения АО «ДомкомИнвест» в 2017 - 2019 годы ряда управляющих компаний в сфере ЖКХ в разных регионах РФ (в т.ч. ООО «УК «ЖИЛИЩНИК» (Кемеровская обл.), ООО «УКЖС» (г. Москва), ООО «УК «РАДУГА» и др.) требовалась оптимизация штатной численности административного персонала указанных юридических лиц для снижения издержек и повышения общей эффективности управленческих решений (за счет привлечения профессионального менеджмента), установление единых стандартов осуществления профессиональной деятельности.

АО «Жилсервис» с 2017 года осуществляло специализированную деятельность по управлению коммерческими организациями в сфере ЖКХ, поэтому и было  привлечено должником для обозначенных целей.

3.9. Суд апелляционной инстанции посчитал недоказанным факт причинения вреда спорной сделкой, поскольку оказание услуг ответчиком позволило существенно оптимизировать и стабилизировать хозяйственную деятельность должника, в том числе: (1) более чем в 2 раза снизить расходы на оплату труда персонала (с 46,8 млн. руб. в 2017 г. до 20,4 млн. руб. в 2019 г.); (2) уменьшить штат сотрудников должника с 98 человек на октябрь 2018 г. до 23 человек – по итогам I полугодия 2019 г.; (3) погасить задолженность перед РСО и повысить общую эффективность основной хозяйственной деятельности должника по итогам 2019 года (уменьшение долга перед крупнейшим кредитором ПАО «Т Плюс» (с 510 млн. руб. до 288,9 млн. руб., итоговая сумма задолженности, включенная в реестр требований кредиторов - 214 810 384,63 руб.); (4) улучшить финансовые показатели общества, так как впервые за 6 лет выручка должника превысила себестоимость продаж; валовая прибыль составила 61 млн. руб., в период с конца 2017 года по 2019 год снизилась кредиторская задолженность (с 1 317 752 000 руб. до 1 017 778 000 руб.).

3.10. Констатировав, что доказательства неравноценности сделок, а именно несоответствия стоимости услуг по договору их рыночной стоимости, конкурсным управляющим не представлены, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заключение договора являлось экономически обоснованным решением, отвечало критериям разумности и стандартам гражданского оборота для аналогичных субъектов. 

Поэтому суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем обжалуемое определение отменил.

3.11. Суд апелляционной инстанции также счел неверной квалификацию спорных сделок судом первой инстанции как совершенных с нарушением требований статей 10,168,170 ГК РФ, так как спорные платежи совершены в качестве реальной оплаты по реальному договору № 08 от 03.10.2018. А предполагаемые пороки сделок, на которые сослался конкурсный управляющий, не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, указанные в специальной норме (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

3.12. Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для признания оспариваемых сделок предпочтительными в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве, в том числе, в отношении сделок, совершенных в период предпочтительности, предусмотренный данной статьей, поскольку оплата услуг производилась непосредственно после оказания услуг в разумные сроки, что, по мнению суда апелляционной инстанции,  свидетельствует о том, что сделки были совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

IV.           Доводы кассационной жалобы.

Не соглашаясь с постановлением суда апелляционной инстанции, в обоснование кассационной жалобы (с учетом дополнений к ней) заявитель ссылается на следующее:

- акты об оказании услуг подписаны со стороны заказчика и исполнителя представителями АО «Жилсервис». По этой причине они не могут подтвердить реальное оказание услуг в условиях установленной судом аффилированности сторон сделок;

- доказательства реального оказания услуг не представлены, так анализ определений об утверждении мировых соглашений позволил сделать вывод о том, что данные соглашения являлись типовыми и имели одинаковые условия. В судебных заседаниях по утверждению мировых соглашений со стороны ООО «Жилищная коммунальная система» участвовал тот представитель, который, согласно данным картотеки арбитражных дел, с 2016 года представлял интересы должника. АО «Жилсервис» не доказало свою причастность к заключению мировых соглашений;

- представленные в материалы дела табели учета рабочего времени не могут рассматриваться как относимые и допустимые доказательства, поскольку никем не подписаны и не заверены. 

- в ООО «Жилсервис» работали сотрудники ООО «Жилищная коммунальная система», у которых сохранились прежние рабочие офисные места и тот же самый функционал. Изменения, расширения трудовых функций не было;

- судом апелляционной инстанции принят во внимание расчет-калькуляция, представленный ответчиком, где судом фактически никак не исследован вопрос обоснованности позиций, содержащихся в представленном расчете;

- обстоятельства, установленные налоговым органом и отраженные в акте налоговой проверки, свидетельствуют о том, что ФИО6 и ФИО10 являлись номинальными руководителями и фактически не осуществляли руководство деятельностью должника по договору об оказании услуг № 8 от 03.10.2018. В ходе рассмотрения апелляционной жалобы ФИО6 изложил иную позицию, чтобы ввести суд в заблуждение;

- суд апелляционной инстанции не учел, что за спорный период 2018-2019 увеличились убытки (общий финансовый результат хозяйственной деятельности под «управлением» ответчика) должника с 21 486 тыс. руб. до 136 254 тыс. руб., то есть более чем в 6 раз увеличены убытки должника в результате такого распределения денежных потоков, когда денежные средства обогатили подконтрольные бенефициару общества (ответчик, а также АО «Домком Инвест», ООО «ДК Эксплуатация», куда направлялись далее денежные средства), а реальная деятельность продолжала выполняться работниками, оставшимся на своих рабочих местах у должника;

- судом не принято во внимание, что результатом деятельности АО «Жилсервис» как управляющей компании должника стало возбуждение в отношении должника процедуры банкротства. Так, АО «Жилсервис» в соответствии с заключенным договором управления управляло ООО «Жилищная коммунальная система» в период с 03.10.2018 по 19.09.2019. А заявление о признании должника банкротом было подано 26.07.2019;

- судом апелляционной инстанции не учтено, что продолжался процесс выбытия домов из управления должника (от первоначальных полутора тысяч домов осталось около восьмисот); 

- суд проигнорировал, что в период оказания услуг по управлению ответчиками имели место многочисленные жалобы в ГЖИ относительно невыполнения работ ООО «Жилищная коммунальная система» обязанностей по ремонту и обслуживанию домов, в связи с чем в отношении должника применялись штрафные санкции, совокупный размер которых исчислялся миллионами. Жильцы массово обращались в суд общей юрисдикции с исковыми заявлениями к ООО «Жилищная коммунальная система» о защите прав потребителей, что подтверждается данными, размещенными в картотеке на сайтах районных судов;

- судебными актами, вынесенными в рамках дела о банкротстве должника, установлены признаки неплатежеспособности в спорный период; 

- АО «Жилсервис» является организацией, которая по итогам 2018-го года имела  совокупный финансовый результат в виде убытка в размере 8 877 тыс.руб., а за 2019 год убыток составил  35 355 тыс. руб. Данные сведения подтверждены материалами дела; 

- вопреки выводам суда апелляционной инстанции по одному финансовому  показателю невозможно делать вывод об улучшении всей совокупности показателей хозяйственной деятельности;

- упомянутое апелляционным судом уменьшение суммы долга перед ПАО «Т плюс» в свете последующего банкротства организации также не свидетельствует о стабилизации ее финансового состояния. Кроме того, доказательства того, что аналогичные финансовые результаты не могли быть достигнуты и без увеличения размера вознаграждения единоличного исполнительного органа ответчиком не представлены.

- суд апелляционной инстанции не учел, что реального сокращения расходов ООО «Жилищная коммунальная система» на оплату труда сотрудников не произошло, так как уменьшение количества работников произошло в связи с тем, что они были формально переоформлены в АО «Жилсервис», который расходовал на оплату их труда денежные средства, перечисленные должником;

- доводы ответчика об увеличении объема работ и комплексном характере договора (бухгалтерское и юридическое сопровождение, ведение кадрового учета, документации общества, техническое обслуживание оборудования, инженерных систем, взаимодействие с РСО), ничем не подтверждены. Формально составленные и подписанные акты выполненных работ, представленные ответчиком в материалы дела, факт увеличения объема не подтверждают;

- из табелей учета рабочего времени АО «Жилсервис» следует, что 89 из 123 человек персонала являлись работниками должника в период 2018-2020. Работники должника «оформляясь» в штат ответчика продолжали выполнять должностные обязанности в том же объеме, их функционал не претерпел изменений, как и место фактической работы. Доказательств того, что работники изменили место работы, у них увеличился объем должностных обязанностей и изменился непосредственный руководитель, не предоставлено;

- отсутствие встречного предоставления по сделке в виде оказания услуг по ведению бухгалтерского учета подтверждается тем обстоятельством, что со стороны ответчика счета-фактуры подписаны ФИО6 в одном лице за руководителя и бухгалтера, что влечет вывод об отсутствии возможности ведения бухгалтерского учета сторонним организациям;

- в тексте оспариваемого постановления суд апелляционной инстанции ссылается на некие документы, сформированные в тома №№ 6, 9, 10. Однако на момент ознакомления истца с материалами дела в составе дела было сформировано три тома. Следовательно,  судом апелляционной инстанции был приобщен большой массив документов, представленных ответчиком в обоснование доводов апелляционной жалобы. В обжалуемом постановлении указание на источник происхождения данных документов отсутствует и не указаны уважительные причины, по которым данные документы не были приобщены к материалам дела в суде первой инстанции, несмотря на большой срок рассмотрения дела.

V.Выводы суда  кассационной инстанции в отношении постановления суда апелляционной инстанции.

При вынесении обжалуемого постановления судом апелляционной инстанции не учтено следующее:

5.1. вывод суда о том, что в предмет оказываемых услуг помимо исполнения обязанностей по управлению входили иные услуги и  стоимость этих услуг была согласована с учетом дополнительных обязанностей,  сделан в отсутствие доказательств это подтверждающих.

Так согласно пункту 1 статьи 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Как указал суд первой инстанции, договор № 8 от  03.10.2018 ни конкурсному управляющему, ни в дело не представлен.

Поэтому суд апелляционной инстанции, определяя соответствие платежей условиям сделки, обязан был указать, какими письменными доказательствами подтверждается содержание этих условий, какие услуги входили в предмет договора, каким образом стороны согласовали их стоимость (статьи 10, 71 АПК РФ).

5.2. Признавая недоказанным факт совершения спорных сделок в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества должника (превышение размера обязательств над стоимостью активов), установленный судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции не указал мотивы, по которым отклонил доказательства, проанализированные судом первой инстанции, и мотивы, по которым он не согласился с выводами суда первой инстанции в этой части (пункты 12,13 части 2 статьи 270 АПК РФ).

Между тем суд первой инстанции установил, что хроническая задержка платежей имела место не перед одним кредитором, а перед всеми, что размер обязательств должника превышал стоимость его активов.

Суд апелляционной инстанцией собственным анализом доказательств данные выводы не опроверг.

Более того, выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии признаков неплатежеспособности в указанный период противоречат установленным им же обстоятельствам, согласно которым  деятельность должника  носила заведомо убыточный характер.

5.3. При разрешении спора суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что спорные отношения не причинили вреда кредиторам должника.

В подтверждение этого вывода суд апелляционной инстанции указал на то, что по итогам 2019 года должник впервые за шесть лет имел положительную эффективность основной хозяйственной деятельности – выручка превысила себестоимость продаж; валовая прибыль составила 61 млн. руб.

Между тем при оценке доказательств (данных баланса за 2019 года, том 1 лист дела 139) суд апелляционной инстанции нарушил требования частей 1-5 статьи 71 АПК РФ и  оценил данные баланса избирательно. 

Так, суд апелляционной инстанции не проанализировал, по какой причине при росте валовой прибыли выручка от основной деятельности  упала более чем в три раза, прочие расходы выросли более чем в два раза, а финансовый результат в целом ухудшился более чем в шесть раз.

5.4. Кроме того при разрешении спора суд апелляционной инстанции нарушил  положения абзацев 6,7 пункта Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которым ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65 АПК РФ должно соответствовать требованиям части 2 статьи 268 АПК РФ, то есть содержать обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой инстанции. О принятии новых доказательств либо об отказе в их принятии арбитражный суд апелляционной инстанции выносит определение (протокольное либо в виде отдельного судебного акта) с указанием мотивов его вынесения.

При этом данный вопрос должен быть разрешен до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

В данном случае суд апелляционной инстанции принял и оценил дополнительные доказательства без вынесения надлежащего определения, несмотря на наличие возражений истца против принятия дополнительных доказательств, что привело к ущемлению процессуальных прав истца и могло привести к принятию неправильного судебного акта.

VI.           Выводы суда  кассационной инстанции в отношении определения суда первой инстанции.

Вместе с тем определение суда первой инстанции не является в достаточной степени обоснованным по следующим причинам.

6.1. Суд первой инстанции не дал оценку доводам ответчика о наличии у должника и ответчика добросовестной цели изменения системы управления должником со ссылкой на то, что за  период управления долг перед крупнейшим кредитором ПАО «Т Плюс» уменьшился с 510 млн. руб. до 288,9 млн. руб., а итоговая сумма задолженности, включенная в реестр требований кредиторов составила 214 810 384,63 руб..

6.2. Суд первой инстанции, указал, что денежные средства, поступавшие ответчику в счет услуг по управлению должником, в дальнейшем выводились в пользу иных членов группы компаний, а не использовались в интересах должника.

Так, суд констатировал, что в пользу АО «ДомКом Инвест» со счета АО «Жилсервис» за 2018, 2019 были списаны 28 663 288,38 руб.. В пользу ООО «ДК Эксплуатация» со счета АО «Жилсервис» за 2018, 2019 были списаны 11 545 251,50 руб. 

Между тем в силу статей 10,71 АПК РФ анализ доказательств, на основании которых судом были сделаны данные выводы, в судебном акте не содержится.

6.3.  Согласно абзацу 5 пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Ответчик указывал, что договор был заключен с целью оптимизации штатной численности административного персонала членов группы компаний  для снижения издержек и повышения общей эффективности управленческих решений (за счет привлечения профессионального менеджмента), установления единых стандартов осуществления профессиональной деятельности.

То есть возражения ответчика могут свидетельствовать о том, что стороны не намеревались заключить договор на оказание определенного перечня услуг, а намеревались сократить издержки содержания административного персонала за счет увольнения собственного штата и уменьшенных отчислений на содержание единого центра управления компаниями в  холдинге.

В этом случае в предмет установления и доказывания должны входить обстоятельства того, какие издержки на содержание персонала и сопутствующего оборудования должник понес в связи с переходом на новую систему управления, какие издержки на эти же цели он нес в предшествующий аналогичный период.

Но в этом случае оценка убыточности сделок  осуществляется только в том размере, в котором смена способа управления действительно принесла убытки, а не в размере всех перечислений.

VII.       Указания суда кассационной инстанции.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует:

- предложить ответчику обосновать, какими письменными доказательствами подтверждается согласование предмета и условий сделки (договор № 8 от 03.10.2018);

- предложить истцу проанализировать расходование ответчиком денежных средств, полученных от должника, подтвердить свое утверждение  об их расходовании не на нужды должника, а на иных членов группы компаний;

- предложить сторонам сопоставить размер издержек  должника на содержание персонала и сопутствующего оборудования  после  перехода на новую систему управления (включая платежи в пользу ответчика + собственные издержки) с размером таких же  издержек за предшествующий аналогичный период;

- предложить истцу снять противоречия между его утверждением  о наличии у спорных платежей цели причинения вреда кредиторам и существенным уменьшением размера долга перед основным кредитором (ПАО «Т плюс») за период руководства должником со стороны ответчика;

- предложить ответчику обосновать свой вклад в погашение данного долга (совершение действий, выходящих за пределы ранее сложившейся практики отношений между должником и кредитором до начала управления ответчиком);

- предложить истцу обосновать причинную связь перевода должника на новую систему управления с ухудшением качества оказания услуг должником ссылками на конкретные доказательства.

Вопрос распределения расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы судом кассационной инстанции не рассматривается, поскольку в силу абзаца 2 части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.

Поэтому судебные расходы в связи с рассмотрением кассационной жалобы суду первой инстанции необходимо распределить по итогам нового рассмотрения спора.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024  по делу № А55-24283/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья

Судьи

О.В. Зорина

А.Г. Иванова

     Д.О. Плотников