СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А45-31315/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 октября 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                        Иванова О.А., 

судей                                                                       Иващенко А.П.,         

                                                                                 ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гребенюк Е.И.   с  использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 (№ 07АП-8663/2021(1)) на определение от 30.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-31315/2020 (судья ФИО3) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирь-К» (ИНН 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, 630000, 

<

...>), принятого по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительными Соглашения об отступном от 22.02.2019 к Договору займа от 24.05.2017 г., заключенного между должником и ФИО2, ФИО5 и применении последствий недействительности сделки,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2 – Селитра О.С. (доверенность от 22.04.2021),

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение

УСТАНОВИЛ:

решением от 15.01.2021 Арбитражного суда Новосибирской области общество с ограниченной ответственностью «Сибирь-К» (далее – ООО «Сибирь-К», должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

12.04.2021 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительными Соглашения об отступном от 22.02.2019 к Договору займа от 24.05.2017., заключенного между должником, ФИО2 и ФИО5 и применении последствий недействительности сделки (с учетом изменения заявленных требований в порядке статьи 49 АПК РФ), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сибирь-К»

Определением от 30.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области признал недействительным Соглашение об отступном от 22.02.2019 к Договору займа от 24.05.2017 заключенный между ФИО2, ФИО5 и ООО «Сибирь -К». Применил последствия недействительности сделки, в виде возврата в конкурсную массу Должника: Земельного участка по адресу: установлено относительно ориентира здание (магазин со складом), расположенною в границах участка, адрес ориентира: 

<

...>. категория земель: земли населенных пунктов - для эксплуатации здания (магазина со складом), площадью 539 кв. м.; кадастровый номер: 54:35:073920:0023; Здания, назначение: нежилое, общей площадью 1390,6 кв. м., этажность: 4; подземная этажность: 1, кадастровый номер: 54:35:073920:170, расположенное но адресу: 

<

...>. Взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме. С учетом представленных в материалы дела дополнений, ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права. Апеллянт указывает, что стоимость имущества, определенная дополнительным соглашением никем не оспорена. Отмечает, что правоотношения сторон возникли еще в 2017 году при выдаче займа и передачи имущества в залог. Заключая в 2017 году договор залога, как отмечает апеллянт, он не мог предвидеть, что финансовое положение должника может ухудшиться спустя более чем 3 года.

Конкурсный управляющий ФИО4, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представила отзыв на апелляционную жалобу, из которого поясняет, что ФИО2 погасил требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

В ходе судебного заседания представителем ФИО2 в материалы дела представлено доказательство оплаты погашения требований кредиторов ООО «Сибирь-К».

Судом приобщен представленный латежный документ.

Представитель ФИО2 поддержал доводы заявленной апелляционной жалобы с учетом представленных в материалы дела дополнений. Указывает на отсутствие аффилированности лиц. ФИО2 исходил из платежеспособности должника. Указывает на наличие залога в 2017 году.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, личное участие и явку своих представителей не обеспечили.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу при отсутствии лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

При рассмотрении заявленных конкурсным управляющим требований, арбитражный суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельтв.

06.09.2007 между Мэрией г. Новосибирска (Продавец) и ООО «Сибирь-К», в лице директора ФИО5 (Покупатель) заключен договор № 2486 купли-продажи земельного участка от 06.09.2007.

Согласно разделу 1 договора купли-продажи предметом является земельный участок из земель населенных пунктов площадью 539 кв. м., с кадастровым номером 54:35:07 3920:0023 согласно плану границ земельного участка, на земельном участке расположены следующие объекты недвижимости: здание (магазин со складом) по адресу: г. Новосибирск, Октябрьский район, ул ФИО6, д. 10/2.

07.11.2007 произведена государственная регистрация права собственности на указанные выше объекты недвижимости за ООО «Сибирь-К» в Управлении Федеральной регистрационной службе по Новосибирской области.

24.05.2017 между ФИО5 и ФИО2 заключен договор займа на сумму 30 000 000 рублей сроком возврата до 24.05.2019 года, в этот же день между ФИО2 и ООО «Сибирь-К» в счет обеспечения исполнения обязательств ФИО5 перед ФИО2 был заключен договор залога в отношении земельного участка, площадью 539 кв.м. с кадастровым номером 54:35:073920:0023 и Здания, площадью 1390,6 кв.м., кадастровый номер 54:35:073920:170, расположенного по адресу: 

<

...>.

В материалы дела представлена расписка о получении 30 000 000 рублей заемщиком 24.05.2017.

Иных доказательств, таких как выписка банка о движении денежных средств, с наличием операции по перечислению денежных средств руководителю должника, снятие указанной суммы со счетов в банке не имеется.

22.02.2019 года между ФИО2, ФИО5 о и ООО «СибирьК» заключено Соглашение об отступном, по которому предмет залога был передан в собственность ФИО2 в счет долга ФИО5 На момент заключения соглашения об отступном общая сумма долга перед ФИО2 составляла 35 500 000 рублей (30 млн.рублей основной долг, 5,5 млн.руб проценты).

Суд первой инстанции, изучив обстоятельства настоящего обособленного спора, пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего должника подлежит признанию обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, при этом руководствуется следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, приведенными в пункте 5 Постановления № 63 разъяснениями, для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Применительно к настоящему делу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве.

Так, в силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как усматривается из материалов дела, на дату совершения спорной сделки должник имел задолженность перед кредиторами, которая в дальнейшем была включена в качестве требований в реестр требований кредиторов ООО «Сибирь-К».  При этом задолженность возникла во 2 кв. 2016 г., а также перед ИФНС России по Октябрьскому району г. Новосибирска, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции верно учел правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Между тем, оценивая доводы конкурного управляющего о наличии оснований для признания недействительным соглашения об отступном от 22.02.2019, суд первой инстанции обоснованно принял во внимания обстоятельства, сложившиеся при заключении данного соглашения.

Так, судом первой инстанции верно установлено, что из условий соглашения об отступном следует, стороны определили общую рыночную и фактическую стоимость передаваемого имущества в размере 60 000 000 рублей (пункт 2.4 Соглашения), при том, что обязательства не были исполнены, исходя из условий соглашения в части основного долга 30 000 000 рублей и 5 500 000 рублей процентов (пункт 1.3 Соглашения).

Принимая во внимание, что земельный участок, здание были приобретены ФИО2 на условиях, не доступных иным участникам гражданского оборота (заниженная цена), что свидетельствует об особых взаимоотношениях между должником и заявителем, арбитражный суд приходит к выводу о фактической аффилированности сторон, исходя из условий оспариваемой сделки.

Кроме того, суд принял во внимание предыдущие правоотношения Ответчика и третьего лица, по заключению между ФИО7 (Заимодавец, сын Ответчика по данному спору) и ФИО5 (Заемщик) аналогичного договор займа, залога в 2015 году.

Между тем, Согласно п. 3.1. Договора займа от 24.05.2017 срок возврата суммы займа – не позднее 24.05.2019,  однако Соглашение об отступном заключено до указанного срока – 22.02.2019.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что оформление цепочки договоров представляет собой единую сделку, характеризующуюся общим умыслом ее участников на вывод активов в условиях неплатежеспособности должника. Слаженность и последовательность действий группы заинтересованных лиц, влекущих безвозмездное выбытие активов, направлено на искусственное создание фигуры «добросовестного приобретателя» в лице ФИО2, что также свидетельствует о наличии между сторонами сделок доверительных отношений, недоступных обычным (независимым) участникам  рынка.

В соответствии с определением Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 307-ЭС19-10618 по делу № А13-7565/2017 отсутствие доказательств финансовой возможности на осуществление сделок является основанием для удовлетворения требования о виндикации имущества от конечного приобретателя.

Суд апелляционной инстанции считает, что в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие об отсутствии у ФИО2 статуса добросовестного приобретателя имущества в ходе заключения соглашения об отступном.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что оспариваемые сделки привели к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, суд приходит к убеждению, что в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Причинение вреда имущественным правам кредиторов наступило вследствие отчуждения по заниженной цене должником в пользу заинтересованного лица земельного участка и здания, что в свою очередь опосредованно уменьшило объем конкурсной массы должника, привело к фактической утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Доказательства, подтверждающие обратное, в материалы дела не представлены.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО2 ссылается на заключение дополнительного соглашения от 09.10.2020 к соглашению об отступном, которым стороны изменили стоимость объектов недвижимости, снизив ее до 42 500 000 рублей, и пришли к соглашению о дополнительной выплате залогодателю суммы компенсации в размере 7 000 000 рублей.

Между тем, суд учитывает, что если договор подлежит государственной регистрации, то все изменения и дополнения к нему как часть этого договора также подлежат государственной регистрации. Экономические мотивы заключения дополнительного соглашения у ФИО2, как лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, действительно отсутствовали.

Обращаясь с апелляционной жалобой ФИО2 указывает, что целью заключения договоров займа являлась выплата процентов по сложившимся заемным отношениям в его пользу.

Между тем, указанная позиция противоречит действиям ФИО2, при которых до истечения срока возврата займа по соглашению об отступном в его пользу переходит спорное имущество должника.

Оценивая сложившиеся обстоятельства дела, суд первой инстанции исходит из мнимости заключённого  между лицами дополнительного соглашения от 09.10.2020.

Суд апелляционной инстанции, исследовав обстоятельства дела, поддерживает изложенный судом вывод.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно разъяснениям, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 указано на необходимость исследования обстоятельств мнимости сделки. Так, суд в названном определении указал, что при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих факт исполнения договора, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

В материалы дела представлена расписка о получении 30 000 000 рублей заемщиком 24.05.2017. Иных доказательств, таких как выписка банка о движении денежных средств, с наличием операции по перечислению денежных средств руководителю должника, снятие указанной суммы со счетов в банке не имеется.

Между тем, как верно установил суд первой инстанции,  доказательства того, что заявитель с 13.10.2016 вплоть до 24.05.2017 (дата договора займа) не распорядился полученными денежными средствами отсутствуют. Таким образом, представленными в материалы дела документами не подтверждается наличие у заявителя финансовой возможности выдать 24.05.2017 заем в размере 30 000 000 руб.

Также из исследованных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции также критически оценивает реальность договор займа от 24.05.2017.

Согласно пункту 3.3 Договора займа, за пользование суммой займа заемщик обязуется ежемесячно уплачивать займодавцу 2 % в месяц от суммы займа, т.е. 600 000 рублей в месяц. Указанные проценты уплачиваются не позднее 15-го числа каждого месяца. Исходя из пункта 1.3 Соглашения об отступном, по состоянию на 22.02.2019 г. задолженность по процентам за пользование займом составила 5 500 000 рублей, следовательно, в период действия договора займа ФИО5 должен был заплатить более 6 млн рублей процентов. Однако в материалах дела отсутствуют как доказательства уплаты данных процентов, так и финансовой возможности ФИО5 такие проценты платить, исходя из уровня его источника дохода (справки 2-НДФЛ, сумма дохода за 2017 г. 2 360 035 рублей, за 2018 г. 1 599 200 рублей).

Согласно позиции, изложенной в п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», согласно которой приобретатель не может считаться добросовестным, если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества.

При этом в целях оценки критерия добросовестности суд должен проанализировать обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества.

Указанная позиция находит отражение в судебной практике, в частности, в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 13.05.2019 по делу № А40-204589/2017, постановлении Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 № 16-П.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу относительно того, что рассматриваемые договоры являются ничтожными как притворные сделки, прикрывающие собой единую сделку по передаче права собственностью с целью вывода ликвидного актива из под риска возможного взыскания.

При этом, представленные в материалы дела доказательства внесения ФИО2 денежных средств в счет погашения требований кредиторов, не могут иметь значения в рамках рассматриваемого обособленного спора о признании сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки.

Оспаривание сделки направлено в том числе на защиту имущественных интересов и должника. Платежи в пользу кредиторов включенных в реестр не исключают возможности оспаривания сделки и признания ее недействительной. 

Последствия недействительности сделки применены арбитражным судом правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Оценивая иные изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-31315/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

                       Председательствующий                                                         О.А. Иванов

          Судьи                                                                                        А.П.Иващенко

                                                                                                            ФИО1