/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-36585/2018

Дело № А57-27775/2017

г. Казань

04 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 сентября 2018 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Галиуллина Э.Р.,

судей Королевой Н.Н., Нагимуллина И.Р.,

при участии представителей:

общества с граниченной ответственностью «Молоко Поволжья» - Маймистова А.А., доверенность от 02.08.2018,

общества с ограниченной ответственностью «Экомилк» - Попова Д.Ю., доверенность от 12.03.2018,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Экомилк» 

на определение Арбитражного суда Саратовской области 23.03.2018 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2018

по делу № А57-27775/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Экомилк» о включении в реестр требований кредиторов  в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Молоко Поволжья»

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 17.01.2018 заявление ООО «Волжский продукт» о признании должника – общества с ограниченной ответственностью «Молоко Поволжья» (далее – ООО «Молоко Поволжья») несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, введена процедура наблюдение на четыре месяца сроком по 15.05.2018. Временным управляющим утвержден Мурнин Михаил Анатольевич, член Саморегулируемая организация «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет». Сообщение о введении процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №15 от 27.01.2018.

В Арбитражный суд Саратовской области 19.02.2018 поступило требование общества с ограниченной ответственностью «ЭКОМИЛК» (далее – ООО «ЭКОМИЛК») о включении в реестр требований кредиторов должника для удовлетворения в третью очередь требования по договору займа № 5 от 23.03.2015 в размере 5 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 23.03.2018, оставленным без изменений постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2018, в удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью «ЭКОМИЛК» о включении задолженности в размере 5 000 000,00 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Молоко Поволжья» отказано.

Обжалуя принятые судебные акты в кассационном порядке, ООО «ЭКОМИЛК» просит их отменить, признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ООО «ЭКОМИЛК» в размере 5 000 000 руб., мотивируя кассационную жалобу нарушением судебными инстанциями норм материального права.

Проверив законность обжалуемых судебных актов по правилам главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва конкурсного управляющего должника, судебная коллегия не находит правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, между ООО «Экомилк» (Заимодавец) и ООО «Молоко Поволжья» (Заёмщик) заключен договор займа от 23.03.2015 № 5 (далее по тексту - Договор).

В соответствии с п. 1.1 Договора — по настоящему договору Заимодавец передает Заёмщику беспроцентный заём на сумму 5 000 000 руб., а Заёмщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный срок.

Согласно п. 1.2 договора заём выдан на пополнение оборотных средств заёмщика.

На основании п. 2.2 договора заём по настоящему договору выдан на срок до 23.03.2020.

Платежным поручением № 10 от 24.03.2015 ООО «ЭКОМИЛК» перечислило 5 000 000 руб. на р/с ООО «Молоко Поволжья» с назначением платежа «Оплата по договору займа 5 от 23.03.2015 года».

Не исполнение обязанностей по возврату в срок сумм займа по договору, явились основанием для обращения кредитора с требованием о включении в реестр.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Молоко Поволжья», ООО «ЭКОМИЛК» является учредителем должника с долей в размере 15 %. Обязательства ООО «Молоко Поволжья» по договору займа, заключенным с ООО «ЭКОМИЛК» только формально имеют гражданско-правовую природу. Их возникновение и существование было бы невозможно, если бы ООО «ЭКОМИЛК» не являлось участником общества.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)», утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017). Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного. Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС17-1556 от 06.07.2017, № 305-Эс17-17208 от 15.02.2018, № 310-ЭС17-17994 (1, 2) от 21.02.2018.

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через

корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 №310-ЭС17-17994 (1, 2)

При этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как усматривается из материалов дела, в том числе из заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника, требования ООО «ЭКОМИЛК» мотивированы ненадлежащим исполнением ООО «Молоко Поволжья» обязательств по договору займа.

Учитывая, что ООО «ЭКОМИЛК» на момент заключения договора займа и в настоящее время является заинтересованным лицом должника, и то, что доказательства, свидетельствующие об ином в материалы спора не представлены, суды пришли к выводу о том, что спорные правоотношения по передаче заемных денежных средств кредитором должнику следует квалифицировать в качестве имеющих корпоративный характер, что исключает возможность включения данных требований в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, в пользу корпоративной (не гражданско-правовой) природы отношений между ООО «ЭКОМИЛК» и подконтрольным обществом свидетельствуют тот факт, что займ предоставлен ООО «ЭКОМИЛК» в отсутствие всякого обеспечения.

Согласно условиям Договора займа денежные средства передавались должнику на срок до 5 лет без уплаты каких-либо процентов за пользование заемными денежными средствами. Указанное свидетельствует о том, что произведенное аффилированным лицом финансирование должника являлось безвозмездным и фактически безвозвратным. Такое поведение названных лиц, являющихся аффилированными, при осуществлении предпринимательской деятельности не соответствует целям этой деятельности, направленной прежде всего на извлечение прибыли.

Таким образом, финансирование ООО «ЭКОМИЛК» подконтрольного ему общества осуществлялось на нестандартных/нерыночных условиях – условиях недоступных обычному субъекту гражданского оборота.

Корпоративной природе отношений между ООО «ЭКОМИЛК» и ООО «Молоко Поволжья» соответствует и характер финансирования. Займы предоставлялись ООО «ЭКОМИЛК» посредством точечного (по мере возникновения у ООО «Молоко Поволжья» потребности в оборотных средствах) внесения наличных денежных средств на расчетный счет общества. Выдачей займов ООО «ЭКОМИЛК» восполнял недостаток у ООО «Молоко Поволжья» собственных денежных средств для осуществления обществом текущих расходов. Внесением наличных денежных средств ООО «ЭКОМИЛК» обеспечивало повседневную деятельность общества.

Более того, договор займа содержит прямое указание на цель заключения договора займа - пополнение оборотных активов.

Учитывая изложенное, суды правомерно пришли к выводу, что предоставление денежных средств по Договору займа осуществлялось в рамках оборота денежных средств внутри группы аффилированных лиц.

Пояснения относительно экономического обоснования целесообразности заключения договоров займа заявитель затруднился дать.

Следовательно, экономическое обоснование целесообразности таких сделок для ООО «ЭКОМИЛК» и положительный экономический эффект от их осуществления является внутрикорпоративным и выражается в увеличении оборотов общества.

Ссылаясь на неприменимость в рассматриваемом случае правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17- 1556(1) и № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014, ООО «Экомилк» указывает на то, что оно не влияло на принятие должником каких-либо корпоративных решений, поскольку ООО «ЭКОМИЛК» не обладало большинством голосов на общем собрании, фактически не осуществляло от имени должника никаких действий.

Утверждение о невозможности влияния кредитора на деятельность общества через участника ООО «ЭКОМИЛК» документально не доказано.

То обстоятельство, что ООО «ЭКОМИЛК» не получало доходов от должника, за счет которых мог быть предоставлен спорный заем об отсутствии оснований для применения вышеуказанной правовой позиции не свидетельствует.

Довод ООО «ЭКОМИЛК» о том, что указанные ранее практикообразующие определения экономической коллегии Верховного Суда Российской Федерации не применимы в данном деле в связи с незначительной долей участия ООО «ЭКОМИЛК» (15%) в нем, являются несостоятельными, поскольку совместные действия участников с 2015 года напротив свидетельствуют о направленности на восстановление платежеспособности общества, в связи с чем размер доли ООО «ЭКОМИЛК» значения не имеет.

Учитывая изложенное, принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, приведенную в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам, оформленное договором займа требование ООО «ЭКОМИЛК» в действительности имеет статус корпоративного, что служит основанием для отказа во включении его в реестр (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве).

Иные доводы заявителя кассационной жалобы были предметом рассмотрения в судах, где им была дана надлежащая правовая оценка, оснований для переоценки приведённых доводов у суда кассационной инстанции нет. 

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области 23.03.2018 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2018 по делу № А57-27775/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья                                              Э.Р. Галиуллин

 

Судьи                                                                                       Н.Н. Королева

 

                                                                                              И.Р. Нагимуллин