ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

22.03.2021

Дело № А40-292450/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.03.2021,

полный текст постановления изготовлен 22.03.2021,

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В.,

судей: Закутской С.А., Михайловой Л.В.,

при участии в заседании:

ФИО1 – лично, паспорт,

от ИП ФИО1: ФИО2 по дов. от 19.05.2020,

от конкурсного управляющего ООО «Антипа»: ФИО3 по дов. от 25.12.2020,

рассмотрев 15.03.2021 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Антипа»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020,

о признании недействительной сделкой перечисления ООО «Антипа» в пользу ИП ФИО1 денежных средств в период с 03.08.2018 по 16.10.2018 в общей сумме 1524692,38 руб. по договору поставки от 01.08.2018 № 1 в рамках дела о признании ООО «Антипа» несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2019 ООО «Антипа» (должник, общество) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

18.03.2020 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании сделки с ИП ФИО1 недействительной и применении последствий недействительности указанной сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2020 признано недействительной сделкой перечисление ООО «Антипа» в пользу ИП ФИО1 денежных средств в период с 03.08.2018 по 16.10.2018 в общей сумме 1524692,38 руб. по договору поставки от 01.08.2018 № 1 и применены последствия недействительности сделки.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2020 отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «Антипа» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебный акт суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 с доводами ее заявителя не согласился, просит судебный акт суда апелляционной инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании, представитель конкурсного управляющего ООО «Антипа» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель ИП ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы, изложил свою правовую позицию.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств, что в силу норм ст. 286 и ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в ходе выполнения временным управляющим ФИО4 своих обязанностей была запрошена информация о движении денежных средств по счетам должника в кредитных организациях. Из ответа АО «Альфа-Банк» о движении денежных средств по расчетным счетам должника выявлены совершенные должником перечисления денежных средств в пользу ИП ФИО1 в период с 03.08.2018 по 16.10.2018 в общей сумме 1524692,38 руб. по договору поставки  от 01.08.2018 № 1.

Конкурсный управляющий направил соответствующий запрос индивидуальному предпринимателю от 29.01.2020 исх. № 35, о предоставлении, в том числе, копии договора поставки от 01.08.2018 № 1 и иных документов подтверждающих факт поставки товаров на сумму 1524692,38 руб. (копии УПД, ТОРГ-12, ТТН, доверенностей). Документы и информация индивидуальным предпринимателем не представлены.

В связи с чем, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных перечислений денежных средств недействительными сделками.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. 

В силу ст. 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 указанного Федерального закона. 

Согласно п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. На основании п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно норме п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Отменяя определение суда первой инстанции, и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим.

Заявление о признании ООО «Антипа» несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда 14.12.2018, спорные сделки совершены с 03.08.2018г. по 16.10.2018, то есть в период подозрительности (п.п. 1, 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суд первой инстанции, признавая указанные перечисления недействительными посчитал, что достоверных документов, подтверждающих факт реального осуществления поставки, оплата которой произведена должником оспариваемыми платежами, не представлено.

Между тем, суд апелляционной инстанции правомерно установил следующее.

В материалы дела представлен договор поставки от 01.08.2018 № 1, заключенный между ООО «Антипа» и ИП ФИО1, платежные поручения от 03.08.2018 № 278; от 14.08.2018 № 293; от 06.09.2018 № 319; от 06.09.2018 № 321; от 18.09.2018 № 335; от 16.10.2018 № 368 на общую сумму 1524692,38 рублей, подтверждающие факт внесения ООО «Антипа» предварительной оплаты товара в соответствии с п. п. 2.1., 2.3. договора поставки от 01.08.2018 № 1.

Как установил суд апелляционной инстанции, во исполнение условий договора поставки от 01.08.2018 № 1, в материалы дела ответчиком ИП ФИО1 представлены универсальные передаточные документы от 09.08.2018 № 1, от 14.08.2018 № 2, от 14.09.2018 № 5, свидетельствующие о том, что в период с 09.08.2018 по 14.09.2018 обязательства на общую сумму в размере 1524692,38 руб. по поставке были исполнены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции правильно указал, что суду первой инстанции надлежало дать правовую оценку перемещению товара (от ИП ФИО1 к ООО «Антипа» и далее) передаваемого в счет исполнения сделки и установить мог ли ИП ФИО1 сохранить контроль над данным товаром, как предметом сделки.

Согласно представленным в дело документам, после получения товара (встречного обеспечения) обществом данный товар был продан покупателям, а именно, ООО «Атмикс», ООО «Посудаопт» и др.

Суд апелляционной инстанции сопоставил универсальные передаточные документы от 09.08.2018 № 1, от 14.08.2018 № 2, от 14.09.2018 № 5, подписанные между ИП ФИО1 и ООО «Антипа», и универсальные передаточные документы от 17.08.2018 № 309, от 17.09.2018 № 356, подписанные между ООО «Антипа» и третьими лицами, и установил, что товар, закупленный у ИП ФИО1, был продан третьим лицам, что полностью исключает контроль ответчика над проданным товаром, как предметом сделки.

В указанной связи, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу, что материалами настоящего дела подтверждается, что в период с 09.08.2018 по 14.09.2018 обязательства по договору от 01.08.2018 № 1 были исполнены его сторонами в полном объеме: ИП ФИО1 поставил ООО «Антипа» товар на общую сумму 1524692,38 руб., а ООО «Антипа» в свою очередь приняло и оплатило данный товар; указанное обстоятельство в полной мере подтверждает факт реального осуществления поставки по договору от 01.08.2018№1.

Как указал суд апелляционной инстанции, суд первой инстанции посчитал, что представленные в материалы дела универсальные передаточные документы в отсутствие иных обязательных транспортных документов, не подтверждают факт реального перемещения товаров от поставщика покупателю.

Вместе с тем, ИП ФИО1 в материалы настоящего дела представлены дополнительные документы, подтверждающие реальность поставки по договору от 01.08.2018 № 1 и опровергающие выводы суда первой инстанции об отсутствии доказательств, подтверждающих факт перемещения товаров от поставщика покупателю.

Так, в целях исполнения условий договора от 01.08.2018 № 1, ИП ФИО1 закупил у ИП ФИО5 товар, который в последующем поставил ООО «Антипа».

В подтверждение данного довода в материалы дела представлен договор поставки от 01.08.2018 № 524, заключенный ИП ФИО1 с ИП ФИО5 (поставщиком), в соответствии с условиями которого последний обязался осуществлять поставку товара ИП ФИО1

Исполнение данного договора сторонами: закупка в соответствии с его условиями посуды, которая в последующем была поставлена ИП ФИО1 должнику по договору от 01.08.2018 №1 подтверждается актом сверки между ИП ФИО1 и ИП ФИО5 универсальными передаточными документами от 07.08.2018 №УТБ00022298, от 07.08.2018 №УТБ00022305, от 13.08.2018 №УТБ00022468, от 12.09.2018 №УТБ00027317, от 12.09.2018 №УТБ00027244; оплата ИП ФИО1 по указанному договору в адрес ИП ФИО5 подтверждается платежными поручениями от 03.08.2018 №1, от 07.09.2018 №2; от 18.09.2018 №3.

Суд отметил, что даты и суммы поставки, а также перечень товара, указанный в универсальных передаточных документах с достоверностью подтверждают, что ИП ФИО1 закупал товар у ИП ФИО5 и в последующем перепродавал его ООО «Антипа».

Как указал суд апелляционной инстанции, в настоящем случае имела место так называемая «транзитная поставка», то есть совокупность двух независимых договоров поставки: по одному из данных договоров (по договору № 524 от 01.08.2018) ИП ФИО1 выступает покупателем и закупает товар у ИП ФИО5, далее указанный товар отгружается ИП ФИО5 на склад, указанный ИП ФИО1 По второму договору ИП ФИО1, являющийся ранее покупателем, выступает поставщиком и поставляет своему покупателю - ООО «Антипа», приобретенный товар.

Исходя из изложенного, поскольку перевозка товара автомобильным транспортом до склада ООО «Антипа» осуществлялась ИП ФИО5, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что обязанность по составлению ТТН у ИП ФИО1 отсутствовала.

В отношении вывода суда первой инстанции о том, что отражение в налоговой документации спорных поставок, не является подтверждением реальности поставки товара в адрес должника суд апелляционной инстанции указал следующее.

24.10.2018 ИП ФИО1 представил в налоговые органы в электронном виде Налоговую декларацию по налогу на добавленную стоимость за III квартал 2018 года, а также бухгалтерские документы за III квартал 2018 года - книгу покупок (раздел 8) и книгу продаж (раздел 9), с отраженными операциями по поставке.

24.10.2018 ООО «Антипа» также представило в налоговые органы Налоговую декларацию по налогу на добавленную стоимость за III квартал 2018 года, а также бухгалтерские документы за III квартал 2018 года - книгу покупок (раздел 92, с отраженными операциями по поставке: покупка по универсальным передаточным документам от 09.08.2018 №1 на сумму 548352,48 руб., в т.ч., сумма НДС 83647,02 руб. (в книге продаж №54); №2 от 14.08.2018 на сумму 284393,16 руб., в т.ч., сумма НДС 43382,01 руб. (в книге продаж №58); №5 от 14.09.2018 на сумму 691946,74 руб., в т.ч., сумма НДС 105551,21 руб. (в книге продаж №105). 

Достоверность и содержание указанной налоговой декларации и книги покупок, а равно и их предоставление в налоговые органы в 2018 году подтверждается документами об их отправке в электронном виде.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что ни на дату совершения спорных платежей, ни на дату возбуждения дела о банкротстве ООО «Антипа» и ФИО1 не являлись заинтересованными лицами. 

Сам по себе факт того, что ранее (до 2016 года) ООО «Антипа» и ФИО1 совместно в равных долях 50 % владели ООО «Априори Эко» не может являться основанием для признания его заинтересованным лицом по отношению к должнику в соответствии с нормами ст. 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следовательно, выводы суда в данной части не основаны на действующем законодательстве.

Исходя из представленных документов и обстоятельств дела, учитывая, что договор от 01.08.2018 № 1 его сторонами исполнен, товар передан должнику в полном объеме, принимая во внимание, что имущество приобретено должником по рыночной стоимости, злонамеренность сторон против интересов третьих лиц (кредиторов должника) в момент совершения оспариваемой сделки не установлена, а также не установлена притворность (мнимость) этой сделки, суд апелляционной инстанции правомерно указал, что выводы о том, что ИП ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к должнику не соответствуют действительности, и пришел к правомерному выводу о том, что договор от 01.08.2018 № 1 не содержит тех пороков, которые позволяли бы квалифицировать указанную сделку как ничтожную и (или) недействительную по основаниям, предусмотренным ст. 10, 170 Гражданского кодекса РФ, п. 1 и 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом апелляционной инстанции.

Доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебного акта судом кассационной инстанции.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы и изменения или отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 по делу № А40-292450/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Д.В. Каменецкий  

Судьи:                                                                                            С.А. Закутская

                                                                                                          Л.В. Михайлова