ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-3703/2020

г. Саратов

01 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 февраля 2024 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей Лыткиной О.В., Савенковой Н.В.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании дело №А06-3703/2020, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции

по иску общества с ограниченной ответственностью «Центр технического обслуживания» 

(ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Вектор ББ» (ОГРН 

<

***>,                   ИНН 

<

***>) 

при участии в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2, ФИО3, ФИО19, Александровна, ФИО4, ФИО5, ФИО6, внешний управляющий общества с ограниченной ответственностью «Вектор ББ» ФИО7,

о взыскании задолженности в размере 18 657 920 руб., 

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Центр технического обслуживания» и ФИО8 – ФИО9, действующей на основании доверенности от 10.04.2023 и доверенности от 01.03.2023 №1/202, представителя внешнего управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вектор ББ»  ФИО7 - ФИО10, действующего на основании доверенности от 23.08.2023 № 1, представителя  ФИО11 – ФИО12, действующей на основании доверенности от 18.07.2022,  

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Центр технического обслуживания» (далее – ООО «ЦТО» общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Астраханской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Вектор ББ» (далее – ООО «Вектор ББ», общество, ответчик) о взыскании задолженности в размере 18 657 920 руб., в том числе основного долга в сумме 16 000 000 руб. и процентов в размере 2 657 920 руб. 

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 30.06.2020 исковые требования удовлетворены: с ООО «Вектор ББ» в пользу ООО «ЦТО» взыскано 16 000 000 руб. основного долга, 1 956 000 руб. процентов, предусмотренных договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822 (с учетом дополнительного соглашения от 14.03.2019 № 2) за период с 22.08.2018 по 31.12.2019 (489 дней) по ставке 9,2% годовых, 701 920 руб., процентов, предусмотренные договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822 (с учетом дополнительного соглашения от 14.03.2019 № 2) за период с 14.01.2020 по 30.04.2020 (107 дней) по ставке 15% годовых, всего18 657 920 руб.; с общества «Вектор ББ» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 116 290 руб. 

Решением Арбитражного суда Астраханской области по делу № А06-12117/2021 ООО «Вектор ББ» признано несостоятельным банкротом. 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 17.06.2022 в отношении ООО «Вектор ББ» введена процедура банкротства наблюдение. Временным управляющим утверждена кандидатура ФИО13. 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 12.10.2022 по делу № А06-12117/2021 признаны погашенными требования Федеральной налоговой службы к ООО «Вектор ББ» по обязательным платежам в размере 1 145 948,64 руб., из них: во вторую очередь реестра требований кредиторов в размере 278 685,1 руб. основного долга, в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 867 263,54 руб., из которых: 690 084,49 руб. - основной долг, 164 828,15 руб. - пени, 12 350,9 руб. – штраф; произведена замена кредитора - Федеральной налоговой службы в деле о банкротстве ООО «Вектор ББ» на ФИО11 (далее – ФИО11).

           Таким образом, с 12.10.2022 ФИО11 имеет статус кредитора общества «Вектор ББ». 

           ФИО11, как кредитор ООО «Вектор ББ» не согласился с решением суда, в порядке, установленном пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35), обратился с апелляционной жалобой на решение суда первой инстанции от 30.06.2020, в которой просил решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела (на заключение договора уступки в отсутствие реального обязательства, на заключение сделок аффилированными лицами, притворность сделки, прикрывающей оплату стоимости доли в обществе, использование процедуры банкротства общества «Вектор ББ» в целях разрешения корпоративного конфликта в обществе путем вывода ценных активов общества через торги. 

            Согласно пункту 24 Постановления № 35 конкурсный кредитор вправе обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование другого конкурсного кредитора. Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 37 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором разъясняется, что право конкурсного кредитора и арбитражного управляющего обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование конкурсного кредитора, является правовым механизмом, обеспечивающим право на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются. Данный механизм обеспечивает право на справедливое судебное разбирательство в целях наиболее полной его реализации и подразумевает наличие у лица, обращающегося с соответствующей жалобой по делу, в котором оно до этого не принимало участия, права представить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору. 

          Определением от 06.04.2023 Двенадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению искового заявления ООО «ЦТО» к ООО «Вектор-ББ» по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции; привлек к участию в деле общество с ограниченнойответственностью «Вектор» (далее – ООО «Вектор»), общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Оптимум» (далее – ООО «ИК «Оптимум»), общество с ограниченной ответственностью «Технострой» (далее – ООО «Технострой»).         

         Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 решение Арбитражного суда Астраханской области от 30.06.2020 отменено, исковые требования ООО «ЦТО» удовлетворены: с ООО «Вектор ББ» в пользу ООО «ЦТО» взыскано 18 657 920 руб., в том числе: основной долг в сумме 16 000 000 руб., проценты в размере 1 956 000 руб., предусмотренные договором займа № 2018/0822 от 22.08.2018 (с учетом дополнительного соглашения от 14.03.2019 № 2) за период с 22.08.2018 по 31.12.2019 (489 дней) по ставке 9,2% годовых, проценты в размере 701 920 руб., предусмотренные договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822 (с учетом дополнительного соглашения от 14.03.2019 № 2) за период с 14.01.2020 по 30.04.2020 (107 дней) по ставке 15% годовых; с ООО «Вектор ББ» взыскана в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 116 290 руб.

          Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.09.2023 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу №А06-3703/2020 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

  Суд кассационной инстанции указал, что суд апелляционной инстанции, в нарушение требований статей 8 - 9 и 71 АПК РФ, не создал условий для установления фактических обстоятельств; имеющие значение для правильного разрешения дела, фактические обстоятельства в нарушение статьи 15 АПК РФ судом апелляционной инстанции в полном объеме не установлены, что могло привести к принятию неправильного судебного акта. При новом рассмотрении спора апелляционному суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении, исследовать и дать оценку всем заявленным доводам, а также распределить расходы по государственной пошлине за кассационное рассмотрение дела.

   В судебном заседании представители общества с ограниченной ответственностью «Центр технического обслуживания» и ФИО8, внешнего управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вектор ББ»  ФИО7, ФИО11 поддержали свои доводы. Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились.

   Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции с учетом указаний суда кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

   Как указано в пункте 24 Постановления № 35, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. 

  Копия такой жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при его наличии), который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. 

  Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается. 

  Указанный механизм обеспечивает право на справедливое судебное разбирательство в целях наиболее полной его реализации и подразумевает наличие у лица, обращающегося в соответствующей жалобой по делу, в котором оно до этого не принимало участия, права предоставить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору. 

 Для соблюдения принципов правовой определенности и стабильности судебного акта, также являющихся проявлением права на судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2005 № 11-П, пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках»), и обеспечения справедливого баланса между интересами всех затрагиваемых лиц суд при принятии жалобы соответствующего лица или постановке вывода о ее рассмотрении по существу оценивает не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемый акт существенным образом влияет на его права и законные интересы, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены. 

  Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации на лиц, обращающихся с жалобой в соответствии с пунктом 24 Постановления № 35, не распространяются положения статьи 42 АПК РФ, поскольку обжалуемыми судебными актами их права и обязанности непосредственно не затрагиваются, и суд напрямую о них не высказывается (постановление от 22.04.2014 № 12278/13). 

  В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2018, изложено следующее. 

  Как правило, судебный спор отражает конфликт сторон по поводу различной оценки ими обстоятельств тех или иных правоотношений и (или) применимым к ним нормам права. Результат разрешения судебного спора отражается в судебном акте. Судебные акты, принимаемые арбитражными судами, должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть 4 статьи 15 АПК РФ), что достигается, помимо прочего, выполнением лицами, участвующими в деле, обязанностей по доказыванию обстоятельств, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений (статьи 8, 9, 65 АПК РФ), а также выполнением арбитражным судом обязанности по оценке представленных доказательств и разрешению прочих вопросов, касающихся существа спора (статьи 71, 168 - 175, 271 АПК РФ). 

  В силу части 1 статьи 16 АПК РФ на всей территории Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда обладают свойством общеобязательности. Вступившим в законную силу судебным актом, содержащим выводы по существу дела, ликвидируется спор и отношениям участников этого спора придается правовая определенность. 

  В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов.

            Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. 

Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (часть 3 статьи 16 АПК РФ, пункт 24 Постановления № 35). 

Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. 

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника- банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев исковые требования ООО «Центр технологического обслуживания», изучив материалы дела, оценив доводы лиц, участвующих в деле, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, установил следующие обстоятельства. 

Как следует из материалов дела, ООО «ЦТО» в рамках дела № А06-13421/2018 обратилось с иском к ООО «ИК «Оптимум» о взыскании долга по договору займа от 06.10.2017 в сумме 15 000 000 руб., процентов за пользование займом в сумме 1 145 753 руб. 42 коп. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Астраханской области от 11.04.2019 по делу № А06-13421/2018 иск удовлетворен в полном объеме: с ООО «ИК «Оптимум» в пользу ООО «ЦТО» взыскано 16 391 753 руб. 42 коп. (15 000 000 руб. долга 1 145 753 руб. 42 коп. +246 000 руб. процентов).

15.04.2019, т.е. спустя 3 дня после вынесения судебного акта и до вступления судебного акта по делу № А06-13421/2018 в законную силу, между ООО «ИК «Оптимум» (первоначальный кредитор (цедент) и ООО «ЦТО» (новый кредитор (цессионарий) заключено соглашение об уступке права (требования) (цессия), согласно которому ООО «ИК «Оптимум» уступило ООО «ЦТО» в части, в размере 16 000 000 руб., право требования к ООО «Вектор ББ» (должник), возникшее из договора о переводе долга от 15.12.2018 б/н, которое включает в себя: - основной долг в сумме 16 000 000 руб., проценты по договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822 с учетом дополнительных соглашений к договору займа от 31.08.2018 № 1 и от 14.03.2019 № 2. 

Относительно цены и порядка оплаты уступаемого права (требования) по Соглашению от 15.04.2019 стороны договорились, что ООО «ЦТО» в счет уступаемого права требования к ООО «Вектор ББ» отказывается от части получения долга с ООО «ИК «Оптимум», взысканного по решению Арбитражного суда Астраханской области от 09.04.2019 (дата оглашения резолютивной части по делу № А06- 13421/2018) в размере 16 000 000 руб. 

В свою очередь, ООО «ИК «Оптимум» не получает денежных средств с ООО «ЦТО» за уступку права требования с ООО «Вектор ББ». 

Взаимные обязательства сторон ООО «ИК «Оптимум» и ООО «ЦТО» считаются исполненными на сумму 16 000 000 руб. 

Стороны Соглашения от 15.04.2019 о достигнутом соглашении уведомили письмом от 15.04.2019 № 18 директора ООО «Вектор ББ» ФИО14 19.12.2019 ООО «ЦТО» письмо № 29 уведомило ООО «Вектор ББ» о необходимости оплаты долга и процентов по Соглашению от 15.04.2019 в течение 3-х рабочих дней после окончания срока займа, предусмотренного договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822, т.е. после 31.12.2019. 

Ввиду отсутствия погашения долга, ООО «ЦТО» обратилось в суд с иском в рамках настоящего дела № А06-3703/2020. 

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 30.06.2020 по делу № А06-3703/2020 иск удовлетворен, с ООО «Вектор ББ» в пользу ООО «ЦТО» взыскано 18 657 920 руб., в том числе: - основной долг в сумме 16 000 000 руб., - проценты в размере 1 956 000 руб., предусмотренные договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822 (с учетом дополнительного соглашения от 31.08.2018 № 1) за период с 22.08.2018 по 31.12.2019 (489 дней) по ставке 9,2% годовых, - проценты в размере 701 920 руб., предусмотренные договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822 (с учетом дополнительного соглашения от 14.03.2019 № 2) за период с 14.01.2020 по 30.04.2020 (107дней) по ставке 15% годовых. 

В последующем ООО «ЦТО» в рамках дела № A06-11441/2021 обратилось в суд с иском к ООО «Вектор ББ» за взысканием процентов в размере 3 739 200 руб., предусмотренных тем же договором займа от 22.08.2018 № 2018/0822, задолженность по которому была предметом спора в деле № А06-3703/2020, на ту же сумму долга в размере 16 000 000 руб., но за последующий период, относительно периода, заявленного в деле № А06-3703/2020, а именно, на период, начиная с 01.12.2021 по дату фактического исполнения обязательства. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Астраханской области от 04.05.2022 по делу № A06-11441/2021 исковые требования удовлетворены, с ООО «Вектор ББ» в пользу ООО «ЦТО» взыскано 3 739 200 руб. процентов. 

Эти судебные акты послужили основанием для включения требования ООО «ЦТО» в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Вектор ББ» определением от 31.10.2022 по делу № А06- 12117/2021 в сумме 22 464 320 руб., из которых 16 000 000 руб. – основной долг, 6 464 320 руб. – проценты за пользование займом. 

Между тем, в материалы дела не представлено доказательств реальности спорных правоотношений, с учетом аффилированности участников сделок; имеются признаки недобросовестности как в действиях истца, так и других лиц, участников настоящего спора, при участии которых и их содействии, путем заключения различных сделок, а также создания должника путем реорганизации ООО «Вектор» путем выделения, распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, как в преддверии его создания, так и в последующем, в начале его деятельности сформирована видимость наличия спорной задолженности у должника; в отсутствие обоснования экономической целесообразности предоставления займов, путем последующего перевода долгов по ним, реорганизации ООО «Вектор» путем раздела и наделения его искусственной задолженностью, как в преддверии его создания, так и его нахождения в банкротстве – его действия направлены на увеличение кредиторской задолженности с целью контроля над процедурой банкротства, экономическая целесообразность предоставления займов не обоснована, также как и последующие уступки, переводы долгов по ним. При этом истинные мотивы заключения договоров займов, уступок по ним перевода долгов не приведены, надлежащие доказательства не представлены. 

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств. 

По общему правилу участвующие в деле лица должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в ином случае они могут нести негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

 Поскольку отношения в рамках заявленного иска отягощены банкротным элементом, то к ним применяется повышенный стандарт доказывания, то есть степень требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования у суда убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемого в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств. Как правило, в данном случае должнику достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает истец, либо которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в доказательствах, представленных кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. 

К отношениям, отягощенным банкротным элементом, также применим повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определениях от 17.07.2014 № 1667-О – № 1674).

           Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. 

           В пункте 26 Постановления № 35 разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

          Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, по общему правилу повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств наличия и размера задолженности (определения от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 № 305-ЭС19-1539). 

          Суду необходимо проверить не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779).

           Таким образом, в силу специфики дел о банкротстве при наличии сомнений в правомерности требования согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 67, 68, 71 АПК РФ) заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами. 

           В частности, наличие договоров займа, передача в последующем этих долгов путем уступок требований, в том числе по договорам цессии, на иных лиц, несмотря даже на отражение этих хозяйственных операций в бухгалтерском учете сторон в таких случаях не может являться достаточной совокупностью доказательств для подтверждения факта наличия долга, так как для этого вывода требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность и необходимость заключения сделок, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность их совершения, а также фактическая исполнимость. 

            Кроме того, следует учитывать, что в исключительных ситуациях применим наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений), когда основания для повышения стандарта доказывания до уровня «ясные и убедительные доказательства» дополняются еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником. О наличии фактической аффилированности между кредитором и должником свидетельствует такое поведение этих лиц в хозяйственном обороте, которое не свойственно обычным независимым друг от друга субъектам предпринимательской деятельности. Когда экономическая логика их действий может быть непротиворечиво объяснена только общностью имущественных интересов и управлением из общего центра.

          В этом случае суд для удовлетворения требований не только должен провести анализ, свойственный предыдущему стандарту, убедившись в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, поведение сторон в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами. В ситуации, когда утверждение об аффилированности соответствует действительности, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. 

          Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в свою пользу и уменьшения количества голосов, приходящихся на долю других кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.                

           Указанное следует из судебной практики высших судебных инстанций: пункт 26 Постановления № 35, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018. 

           Таким образом, доводы, приведенные кредитором в апелляционной жалобе, которые ставили под сомнение сам факт существования обязательств должника по спорным правоотношениям займов, их последующий перевод в качестве долга по договору и др., совершение сделок аффилированными лицами, и т.д., имеют значение для правильного разрешения дела. 

           Заявление подобных возражений, ставящих под сомнение обоснованность требований истца, обязывает суд апелляционной инстанций потребовать от истца дополнительных объяснений и иных доказательств, свидетельствующих об объективности факта наличия хозяйственных операций. 

           Учитывая, что ответчик находится в процедуре банкротства и решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика и объем таких требований, вывод об обоснованности исковых требований не может быть сделан на основе минимального набора доказательств. 

           При этом установление наличия в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

           Вместе с тем, при распределении бремени доказывания этих обстоятельств необходимо учитывать, что с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения возложение на ответчика бремени доказывания отрицательного факта недопустимо (пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, пункт 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

           В данном случае доказывание положительного факта возлагается на истца, который может представить необходимое обоснование и доказательства наличия экономической целесообразности ряда сделок, предшествующих образованию задолженности ответчика, правовой и фактической необходимости и возможности исполнения обязательств, вытекающих из таких сделок и т.д.

          По утверждению ФИО11, все сделки, совершенные между ООО «ИК «Оптимум», ООО «ЦТО», ООО «Технострой», ООО «Вектор», не являются обычными взаимоотношениями сторон, основанными на хозяйственной деятельности, экономической целесообразности, направленной на извлечение прибыли от экономической деятельности, напротив, действия сторон носили согласованный характер и преследовали единственную цель – создание искусственной задолженности с целью преднамеренного банкротства должника, а в процедуре банкротства - увеличение контролируемой кредиторской задолженности должника с целью получения ликвидного имущества банкрота. 

           Материалами дела установлено, что 14.03.2017 между ООО «ИК «Оптимум» (Займодавец) и ООО «Технострой» (Заемщик) заключен договор займа № 2017/ИЗ-1 в соответствии с условиями которого займодавец передает заемщику взаймы денежную сумму – 23 500 000 руб., указанную в пункте 1.2 путем передачи наличных денежных средств, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же денежную сумму с процентами за пользование денежными средствами, предусмотренными пунктом 1.4 договора. Срок займа – 45 дней. 

           Факт выдачи займа подтверждается представленными в материалы дела копиями платежных поручений от 14.03.2017 № 101 на сумму 3 000 000 руб., от 15.03.2017 № 104 на сумму 3 000 000 руб., от 16.03.2017 №110 на сумму 3 500 000 руб., от 20.03.2017 № 120 на сумму 1 000 000 руб., от 03.04.2017 № 160 на сумму 5 000 000 руб., от 04.04.2017 № 161, от 06.04.2017 № 177 на сумму 2 500 000 руб., от 07.04.2017 № 195 на сумму 1 000 000 руб., от 10.04.2017 №199 на сумму 1 500 000 руб., всего 22 500 000 руб. 

           Однако, по мнению кредитора, данная сделка является крупной, в то время как решение участников относительно крупности сделки с обеих сторон в материалах дела отсутствуют. 

Как следует из материалов дела, 06.10.2017 между ООО «ИК «Оптимум» (Заемщик) и ООО «ЦТО» (Займодавец) заключен договор займа в соответствии с которым займодавец передает заёмщику денежные средства в размере 15 000 000 руб. на срок 365 дней, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа и процентов за пользование займом; этому договору займа от 06.10.2017 была дана оценка вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Астраханской области по делу № А06-13421/2018, которым исковые требования удовлетворены с ООО «ИК «Оптимум» в пользу ООО «ЦТО» взыскан долг в размере 15 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 1 145 753,42 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 246 000 руб. 

           Между тем, как следует из материалов дела, названный договор заключен и исполнялся на следующих условиях: 06.10.2017 общество «ИК Оптимум» (Заемщик) в лице ФИО15, действуя как директор и учредитель взяло в долг у ООО «ЦТО» (Займодавец) в лице его директора и учредителя ФИО8, по договору займа 15 000 000 руб. на 365 дней, то есть до 06.10.2018, под 17 % годовых (далее – договор займа от 06.10.2017). 

           По условиям договора займа: - срок займа: 365 дней (пункт 1.1. Договора); - проценты за пользование 17,0% годовых, начисляются па сумму непогашенной части займа со дня, следующего за днем фактического предоставления займа до дня исполнения обязательств по возврату суммы займа (пункт 1.2 Договора); проценты начисляются и выплачиваются ежемесячно 22 числа (пункт 1.3 Договора): Заемщик имеет право досрочно возвратить займ, проценты выплачиваются Заемщиком за фактический срок пользования займом (пункт 2.2 Договора): в случае просрочки исполнения обязательств в части возвращения суммы займа на эту сумму подлежат уплате проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 0.01% в день от суммы непогашенного остатка суммы займа со дня, когда она должна была быть возвращена до дня се фактического возврата Заимодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1.2 настоящего Договора (пункт 3.2 Договора). 

          Рассмотрев доводы конкурсного кредитора ФИО11 о том, что по указанной сделке суду в рамках настоящего дела не представлены, а также отсутствуют в материалах дела № А06-13421/2018 какие-либо платежные документы, подтверждающие передачу денежных средств от Заимодавца Заемщику, акты сверки между Заимодавцем и Заемщиком на дату обращения в Арбитражный суд Астраханской области; расчеты процентов, апелляционный суд установил следующее.

Из пояснений представителя ООО «ЦТО» следует, что фактическое перечисление суммы займа денежными средствами Заемщику по данному договору займа от 06.10.2017 не производилось, поскольку указанный долг возник из других взаимоотношений сторон и он подтверждается перепиской между Заемщиком и Займодавцем, представил на обозрение суда кассационной инстанции подлинный договор от 06.10.2017 и др.документы.

            Из текста судебного акта по делу № А06-13421/2018, определений об отложении дела видно, что ООО «ЦТО» произвело расчет процентов и заявило их к взысканию не в порядке, предусмотренном условиями договора займа (со дня, следующего за днем фактического предоставления займа до дня исполнения обязательств по возврату суммы займа, т.е. с 07.10.2017, пункт 1.2 договора), а за период с 06.10.2018 по 17.12.2018, т.е. исчислив за период по истечению годичного срока возврата займа. 

           Рассмотрев доводы ФИО11 о том, почему Займодавец производил начисление процентов и предъявил его к взысканию в судебном порядке, в меньшем размере, не в соответствии с условиями Договора (согласно которым проценты начисляются и выплачиваются ежемесячно 22 числа (пункт 1.3. Договора), с 07.10.2017 - со дня, следующего за днем фактического предоставления займа до дня исполнения обязательств по возврату суммы займа (пункт 1.2. договора); почему в течение всего срока действия договора займа ООО «ЦТО» (Займодавец) в лице его директора и учредителя ФИО8 не обращалось и не получало денежных средств в виде процентов за пользование заемными средствами у ООО «ИК Оптимум» (Заемщик) в лице его директора и учредителя ФИО15, право на получение которого у него возникло у него по смыслу пункта 1.3 Договора, начиная с 22.10.2017, имеется ли какая-либо переписка относительно невыполнения условий по ежемесячной выплате процентов по условиям договора займа в силу пункта 1.3 Договора, и почему исковые требования в части процентов не заявлены за весь период пользования займом, а заявлены только за период после наступления срока возврата займа (через год, без фактического учета пользования заемными средствами и без их взыскания в течение года), и не имеет ли в данной ситуации место неправомерная согласованность действий ФИО8 и ФИО15, направленная на формирование искусственной задолженности подконтрольного им (ФИО15) банкрота (в части размера процентов, путем использования такого порядка расчетов), апелляционный суд установил следующее.

            При повторном рассмотрении дела, ООО «ЦТО» представило заявление об увеличении исковых требований в соответствии с которым просит взыскать с ООО «Вектор ББ» задолженность в размере 18 793 749,47 руб., в том числе 16 000 000 руб. – основной долг, 2 000 306,85 руб. – проценты за пользование займом за период с 22.08.2018 по 31.12.2019 (496 дней) по ставке 9,2% годовых, 793 442,62 руб. – проценты за пользование займом за период с 01.01.2020 по 30.04.2020 (121 день) по ставке 15% годовых.

            При этом истец пояснил, что условия договора займа от 22.08.2018 сформулированы ООО «ИК «Оптимум» и ООО «Вектор ББ» в дополнительном соглашении №2 от 14.03.2019.

Согласно  подпункту 1.1 пункта 2 дополнительного соглашения №2 п.1.3 договора займа №2018/0822 от 22.08.2018 изложен в следующей редакции: «настоящий договор займа заключен до 31 декабря 2019 года. Заемщик имеет право продлить срок займа по своему выбору до 31 марта 2020 года путем уведомления об этом займодавца за один месяц».

            Пункт 1.4 договора займа изложен в следующей редакции: «Проценты за пользование денежными средствами на сумму займа начисляются в следующем порядке: за период до 31 декабря 2019 года – 9,2% годовых, а в случае продления договора и/или его просрочки по возврату займа – 15% годовых до дня фактического погашения задолженности по настоящему займу, если стороны не договорятся об ином размере процентов в этот период».

            Пунктом 5 дополнительного соглашения №2 установлено, что оно распространяется на ранее возникшие фактические отношения сторон с момента заключения договора (22.08.2018).

           Суд апелляционной инстанции установил, что 16.10.2017 между ООО «ИК «Оптимум» (Кредитор), ООО «Технострой» (Должник 1) и ООО «Вектор» (Должник 2) заключен договор о переводе долга № 1/2018 от 16.10.2017, в соответствии с которым в счет имеющихся обязательств по договору займа, заключенному Должником 1 и Должником 2 (договор займа от 16.08.2016 № 1 между ООО «Технострой» и ООО «Вектор») Должник 2 принимает на себя обязательства Должника 1 по договору займа № 2017/ИЗ-1 от 14.03.2017, заключенному ООО «Технострой» с ООО «ИК «Оптимум» с учетом заключенных соглашений к нему (основной долг 22 500 000 руб., срок до 31.07.2018, под 24,1% годовых), заключенным между Должником 1 и Кредитором. 

            Сумма долга на момент подписания договора составляет 22 500 000 руб., проценты за пользование займом – 3 024 055 руб. (пункт 1.1 договора).

           Согласно пункту 1.3 договора в счет принятия на себя долга согласно настоящему соглашению Должник 2 и Должник 1 производят зачет взаимных денежных требований на сумму 25 524 055 руб. по договору займа от 16.08.2016 № 1, заключенному между ними же. 

           Соглашением о порядке исполнения договора о переводе долга от 16.10.2017 № 1 между теми же лицами установлено, что в соответствии с пунктом 2.2 договора о переводе долга от 16.10.2017 № 1 Должник полностью обязуется в течение 5 рабочих дней погасить задолженность перед кредитором в сумме 25 524 055 руб., которая предусмотрена указанным в настоящем пункте договором.

           Платежными поручениями от 21.08.2018 № 440 и № 441 ООО «Технострой» перечислило ООО «ИК «Оптимум» 25 524 055 руб. 

           Между тем, в судебном заседании были исследованы копии документов, подтверждающие факты взаиморасчетов между ООО ИК «Оптимум», ООО «Вектор» и ООО «Технострой» в связи с заключением ими Соглашения об исполнении договора о переводе долга от 16.10.2017 № 1/2018, согласно которым сторонами соглашения были совершены следующие операции: 

          1) 21.08.2018 ООО «Технострой» перечислило ООО «ИК «Оптимум» 22 500 000 руб. (платежное поручение №440, назначение платежа: Возврат займа согласно договора займа № 2017/ИЗ-1 от 14.03.2017). 

          2) 21.08.2018 ООО «Технострой» перечислило ООО «ИК «Оптимум» 3 024 055 руб. (платежное поручение №441, назначение платежа: уплата процентов согласно договора займа №2017/ИЗ-1 от 14.03.2017). 

          3) 22.08.2018 ООО «ИК «Оптимум» перечислило в ООО «Вектор» 2 500 000,00 руб. (платежное поручение №305, назначение платежа: по договору займа №2018/0822 от 22.08.2018 под 6% годовых). 

          4) 22.08.2018 ООО «Вектор» перечислило в ООО «Технострой» 2 500 000 руб. (платежное поручение № 171, назначение платежа: по договору займа от 16.08.2018 №1). Между тем, платежное поручение от 22.08.2018 № 171 в назначении платежа содержит ссылку на другой договор, в счет погашения задолженности по которому перечисляются денежные средства в указанном размере, а именно, договора займа от 16.08.2018 № 1 (т.4, л.д.46). 

          По ходатайству заявителя жалобы от 06.04.2023 к материалам дела была приобщена выписка по операциям на счете (пункт 16 ходатайства от 06.04.2023 о приобщении дополнительных доказательств), которой также подтверждается, что платеж по платежному поручению от 22.08.2018 № 171, которым ООО «Вектор» перечислило ООО «Технострой» 25 000 000 руб. был осуществлен именно в счет погашения договора займа от 16.08.2018 № 1, а не договора займа 2016 года, что четко следует из текста назначения платежа. 

           Кроме этого, по мнению ФИО11, обязательства по договору займа от 16.08.2016 № 1 были полностью исполнены сторонами 18.05.2017 согласно условиям данного договора, а именно: в случае приобретения заемщиком имущества, указанного в лоте №0001948, возврат займа заемщиком в пользу займодавца в денежной форме не осуществляется и проценты не уплачиваются, до момента подписания соглашения между заемщиком и заимодавцем о порядке совместного использования приобретенного имущества (пункт 6 договора). 

           Условия договора займа от 16.08.2016 № 1 в части приобретения имущества на заемщика общества «Вектор» исполнено заемщиком, таким образом, возврат займа заемщиком в пользу заимодавца в денежной форме не осуществляется и проценты не уплачиваются (пункт 6 договора), если соглашение не было подписано между сторонами в течение 10 дней с момента перечисления суммы, указанной в пункте 4 договора, то заимодавец вправе потребовать, а ФИО16 обязан безвозмездно передать принадлежащую ему долю в уставном капитале заемщика в пользу заимодавца, либо но его письменному указанию в пользу иного лица (пункт 6 договора). 

           ФИО16, передал принадлежащую ему долю в уставном капитале заемщика в пользу иного лица (пункт 6 договора), что подтверждается договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 12.04.2017, зарегистрирован в ИФНС 18.05.2017.

           Пунктом 3 дополнительного соглашения от 16.10.2017 № 1 стороны пришли к соглашению о чтении пункта 1.4 договора в следующей редакции: «проценты за пользование денежными средствами на сумму займа начисляются в размере 24% годовых» (пункт 3 соглашения), а в пункте 1.1 договора о переводе долга № 1/2018 (должник 2 принимает на себя обязательства должника 1 по договору займа № 2017/ИЗ-1 от 14.03.2017, заключенному общества «Технострой» с обществом «ИК «Оптимум» с учетом заключенных соглашений к нему (основной долг 22 500 000 рублей, срок до 31.07.2018, под 24.1% годовых), что увеличивает сумму подлежащую возврату на несколько миллионов. 

           Должник 1 (ООО «Технострой») в момент подписания настоящего договора сторонами передает Должнику 2 (ООО «Вектор») договор займа от 14.03.2017 №2017/ИЗ-1 и все изменения и дополнения к нему (пункт 1.2 договора). 

           Материалами дела установлено, что отсутствует передача договора поручительства от 14.03.2017 № 2017/П-1, как неотъемлемой части договора займа от 14.03.2017 № 2017/ИЗ-1; на момент заключения договора имеется только одно дополнительное соглашение от 16.10.2017 № 1 не согласованное и не подписанное поручителем по основному договору займа от 14.03.2017 № 2017/ИЗ-1.

           В счет принятия на себя долга, согласно настоящего соглашения, Должник 2 и Должник 1 производят зачет взаимных требований на сумму 25 524 055 руб., по договору займа от 16.08.2016 № 1, заключенному между ними же (пункт 1.3 договора). 

           Поскольку обязательства по договору займа от 16.08.2016 № 1 были исполнены сторонами в полном объеме, то произвести зачет взаимных требований на сумму 25 524 055 руб. они не могли, к тому же сумма сделки по договору займа от 16.08.2016 № 1 составляла 38 024 550 руб. 

           Таким образом, взаимозачет между ООО «Технострой» и ООО «Вектор» по договорам займа от 16.08.2016 № 1 и от 14.03.2017 № 2017/Ш-1 не может быть, следовательно, ООО «Вектор» не должно погашать задолженность ООО «Технострой» перед ООО «ИК «Оптимум» по договору займа от 14.03.2017 № 2017/ИЗ-1, а также с учетом дополнительного соглашения № 1 к нему от 16.10.2017. 

           Согласно пункту 2.2 договора Должник 1 (ООО «Технострой») поручается перед кредитором (ООО «Оптимум») за неисполнение должником 2 (ООО «Вектор») обязательств, являющихся предметом настоящего договора о переводе долга в полном объеме. В случае неисполнения настоящего договора оба указанных должника несут солидарную ответственность перед кредитором (общество «Оптимум»). 

          На момент подписания договора о переводе долга от 16.10.2017 № 1/2018 отсутствует сторона в виде первоначального поручителя (согласно пункта 3.1 договора займа от 14.03.2017 №2017/ИЗ-1, в котором указан договор поручительства от 14.03.2017 №2017/П-1) и его подпись в данном договоре, а также сведения о его осведомленности о заключении данного договора. 

           Учитывая вышеизложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что стороны договора о переводе долга №1/2018 создали искусственный долг у ООО «Вектор» перед ООО «ИК Оптимум» и не могли не знать о том, что обязательства по договору займа от 16.08.2016 №1 были исполнены сторонами (ООО «Технострой» и ООО «Вектор» в полном объеме. Принимая на себя обязательства перед ООО «ИК Оптимум» за ООО «Технострой» ООО «Вектор» не могло не знать о том, что принимает на себя обязательства, которые должно погасить за ООО «Технострой» в убыток себе. 

            23.04.2018 происходит реорганизация ООО «Вектор» путем выделения и образования ООО «Вектор ББ» и ООО «Вектор Н»; неоплаченный долг ООО «Вектор» в размере 25 524 055 руб. (основной долг - 22,5 млн. руб. и начисленные проценты 3 024 055 руб.) перед ООО «Оптимум» по разделительному балансу передается ООО «Вектор ББ», что подтверждается разделительным балансом и приложением к нему: «расшифровка строки «Кредиторская задолженность» графы 4 разделительного баланса по ООО «Вектор ББ» (стр. 28 баланса) и «расшифровка строки Займы и кредиты» графы 4 баланса по ООО «Вектор ББ» (стр.23 баланса). 

           Доводы истца о том, что задолженность ответчика возникла из договора о переводе долга от 15.12.2018, отклоняются апелляционным судом. 

          Материалами дела установлено, что 15.12.2018 был заключен договор о переводе долга между обществом «ИК «Оптимум» (в лице ФИО15., учредитель и ген. директор), обществом «Вектор» в лице ген. директора ФИО17 (учредители ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21) и обществом «Вектор ББ» в лице директора ФИО15. (учредители ФИО19, ФИО20), по условиям которого обществу «Вектор ББ» был передан не существующий долг в размере 25 000 000 руб. 

           Таким образом, из преамбулы договора о переводе долга от 15.12.2018, следует, что договор заключен и подписан со стороны Кредитора (ООО «ИК «Оптимум») генеральным директором ФИО15, Должника 1 (ООО «Вектор») генеральным директором ФИО17, Должника 2 (ООО «Вектор ББ») генеральным директором ФИО15 (т.е. ФИО15, который является одновременно генеральным директором как Кредитора, так и Должника 2). 

           Письмом от 28.12.2018 генеральный директор общества «ИК «Оптимум» ФИО15. (он же учредитель организации) обратился к директору общества «ЦТО» ФИО8 из содержания которого следует, что общество «ИК «Оптимум» имеет перед обществом «ЦТО» задолженность по возврату основного долга в размере 15 000 000 руб. и процентов по договору займа от 06.10.2017, который не может вернуть. Далее в письме указывается на возможность погасить текущую задолженность путем перевода долга на общество «Вектор ББ». «Указанная компания в настоящее время переоформляет в собственность активы бывшей «Судоверфи им. Кирова» в виде земельных участков, зданий и сооружений, достаточные для покрытия указанного долга, о чем вам известно по итогам предыдущих переговоров». 

           В этот период ФИО15 так же являлся директором общества «Вектор ББ» и за счет имущества общества «Вектор ББ» планировал погасить долг своей организации (общество «ИК «Оптимум»). 

           Согласно тексту указанного договора о переводе долга от 15.12.2018 стороны заключили договор о нижеследующем: Поскольку в результате реорганизации ООО «Вектор» в форме выделения согласно разделительному балансу от 23.04.2018 вновь образованному ООО «Вектор ББ» передана задолженность перед Кредитором (ООО «ИК «Оптимум») согласно Договора о переводе долга от 16.10.2017 №1/2018 на общую сумму 25 524 055 руб. (основной долг - 22,5 млн. руб., начисленные проценты 3 024 055 руб.), заключенному между Кредитором, Должником 1 и ООО «Технострой» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>/КПП 301501001) (далее - Договор о переводе долга); Поскольку согласно Договору о переводе долга, ООО «Технострой», в качестве поручителя, полностью выплатило задолженность перед кредитором и тем самым приобрело соответствующие, права требования, к ООО «Вектор», (а по разделительному балансу - к ООО «Вектор ББ», которое на этот момент не было зарегистрировано) на погашенную сумму; Поскольку возникшие обязательства перед ООО «Технострой» Должник 1 (ООО «Вектор») полностью погасило вместо Должника 2 (ООО «Вектор ББ»), как это было предусмотрено разделительным балансом, тем самым Должник 1 (ООО «Вектор»), как лицо, выполнившее обязательства за Должника 2 (ООО «Вектор ББ»), приобрело права требования к последнему в момент его государственной регистрации как к лицу, которое приняло на себя права и обязательства согласно разделительного баланса от 23.04.2018. Поскольку у Должника 1 (ООО «Вектор»), с одной стороны имеются денежные требования к Должнику 2 (ООО «Вектор ББ»), на сумму 25 524 055 руб. (по состоянию на 23.04.2018), а с другой стороны у Должника 1 имеются обязательства по заключенному с Кредитором договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822 на сумму 25 млн. руб. (далее также – Договор займа): Поскольку стороны настоящего договора могут и желают упорядочить свои взаимоотношения путем перевода долга и погашения встречных взаимных обязательств.

 На основании изложенного стороны договорились о нижеследующем: 

1.Предмет договора

Должник 2 (ООО «Вектор ББ») принимает на себя обязательства Должника 1 (ООО «Вектор») перед Кредитором (ООО «ИК «Оптимум») по Договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822 в полном объеме с учетом, заключенных соглашений к нему, заключенному между Должником 1 и Кредитором. Сумма долга на момент подписания настоящего договора составляет: основной долг 25 000 000 руб., проценты займом начисляются и уплачиваются в конце срока займа. 

1.2. В счет взаиморасчетов по настоящему Договору обязательства по погашению задолженности Должника 2 перед Должником 1 по Договору о переводе долга от 16.10.2017 № 1/2018 на сумму 25 524 055 руб. (по состоянию на 23.04.2018) права требования по которому возникли Должника 1 из факта погашения им обязательств по указанному Договору о переводе долга, полностью прекращаются. 

1.3. Должник 1 после подписания настоящего Договора сторонами передает Должнику 2 заверенные копии Договора Займа и договора о переводе долга, а также прочие необходимые документы, в том числе подтверждающие факты проведения расчетов и оплат по ним.

 1.4 Кредитор дает свое полное согласие на перевод долга по Договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822 с Должника 1 (ООО «Вектор») на Должника 2 (ООО «Вектор ББ») в том объеме, который существует на момент заключения настоящего Договора. 

          Таким образом, Договор о переводе долга от 15.12.2018, заключен в тот период, когда ответчик фактически в качестве самостоятельного юридического лица еще не был сформирован, зарегистрирован и поставлен на учет (ООО «Вектор ББ» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 10.11.2018), однако Должником 1 (ООО «Вектор») уже было принято решение о реорганизации и выделении из его состава как Должника 2 (ООО «Вектор ББ»), так и иного юридического лица (ООО «Вектор Н»), не участвующего в данной сделке, но образованного в результате выделения из Должника 1 (ООО «Вектор»).

При этом на момент принятия решения о выделении из Должника 1 (ООО «Вектор») двух самостоятельных юридических лиц 23.04.2018 решением Внеочередного общего собрания акционеров ООО «Вектор» уже был утвержден разделительный баланс (протокол № 7), в соответствии с которым определена сумма кредиторской задолженности, передаваемая выделяемым юрлицам, в том числе ООО «Вектор ББ» и ООО «Вектор Н». 

Таким образом, из материалов дела следует, что уже после реорганизации 23.04.2018 ООО «Вектор» путем выделения из него и образования двух юридических лиц, в том числе ответчика ООО «Вектор ББ» и ООО «Вектор Н», после распределения активов и обязательств реорганизуемого лица на основании Разделительного баланса, утвержденного участниками ООО «Вектор» 23.04.2018, ООО «Вектор» совершены действия по получению у ООО «ИК «Оптимум» (Заимодавец) в лице ген. директора ФИО15 нового кредита путем заключения договора займа от 22.08.2018. При этом никаких документов, подтверждающих факт внесения соответствующих изменений в Разделительный баланс, не приведено. 

 Между тем, названный Договор займа от 22.08.2018 № 2018/0822 и Договор о переводе долга от 15.12.2018, фактически изменили принятое участниками ООО «Вектор» решение от 23.04.2018 и утвержденный им разделительный баланс, что привело к иному перераспределению обязательств реорганизуемого лица, фактическое возложение вновь возникших у ООО «Вектор» обязательств, приобретенных им по сделке займа (Договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822) после принятия решения о реорганизации, с себя на одно из двух вновь образуемых обществ, а именно, на ООО «Вектор ББ» (Договор о переводе долга от 15.12.2018). 

Статьей 57 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрена возможность реорганизации юридического лица. Целью реорганизации является оптимизация предпринимательской деятельности юридического лица. Вместе с тем данная процедура не должна быть использована недобросовестными участниками гражданского оборота в качестве способа ухода от исполнения обязательств (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 16246/12). 

Одной из форм реорганизации юридического лица, определенной в пункте 1 статьи 57 ГК РФ, является выделение. Юридическое лицо считается реорганизованным, за исключением случаев реорганизации в форме присоединения, с момента государственной регистрации юридических лиц, создаваемых в результате реорганизации (пункт 4 статьи 57 ГК РФ). 

Согласно пункту 4 статьи 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом. 

На основании пункта 1 статьи 55 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей ему (им) части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего. 

При выделении из общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного общества в соответствии с разделительным балансом (пункт 3 статьи 55 Закона № 14-ФЗ). 

Передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт (пункт 1 статьи 59 ГК РФ). 

В силу пункта 5 статьи 60 ГК РФ если передаточный акт не позволяет определить правопреемника по обязательству юридического лица, а также если из передаточного акта или иных обстоятельств следует, что при реорганизации недобросовестно распределены активы и обязательства реорганизуемых юридических лиц, что привело к существенному нарушению интересов кредиторов, реорганизованное юридическое лицо и созданные в результате реорганизации юридические лица несут солидарную ответственность по такому обязательству. Возможность солидарного взыскания, предусмотренная упомянутой нормой, обусловлена необходимостью защиты интересов кредиторов реорганизованного лица. 

Согласно пункту 5 статьи 51 Закона № 14-ФЗ юридические лица, созданные в результате реорганизации, несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного лица в случае, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного общества. 

Такие же последствия (солидарная ответственность реорганизуемого лица и вновь созданного в результате выделения лица) возникают и в том случае, если из разделительного баланса видно, что при его утверждении допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов этого общества (абзац второй пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»). 

При этом судебная коллегия учитывает, что состав лиц, подписавших Договор о переводе долга от 15.12.2018, где со стороны Кредитора и Должника 2 выступает одно и то же лицо, а именно, договор подписан со стороны ООО «ИК «Оптимум» генеральным директором ФИО15, а со стороны ООО «Вектор ББ» - директором ФИО15, что указывает на признаки совершения сделки с заинтересованностью. 

Кроме этого, возникшая на основании пункта 1.1 Договора о переводе долга от 15.12.2018 задолженность перед ООО «Вектор» на сумму 25 000 000 руб., должна быть учтена в строке «Займы и кредиты», документальных доказательств указанного, а также оригиналов документов, подтверждающих данные обстоятельство, в том числе и подлинного текста договора в материалы дела не представлено, , как и не представлены документы, подтверждающие оплату кредиторской задолженности в сумме 25 524 055 руб., что противоречит статье 71 АПК РФ, согласно которой не может считаться доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа. 

Судом апелляционной инстанции было установлено, что первым договором, положившим начало цепочке различных сделок, являлся договор займа № 1 от 16.08.2016 между ООО «Технострой» в лице генерального директора ФИО18 (учредитель 100% - ФИО18) (заимодавец) и ООО «Вектор» в лице генерального директора ФИО22 (учредитель 50% - ФИО18, учредитель 50% - ФИО22) (заемщик). 

 По условиям указанного договора, ООО «Вектор» получает займ по условиям которого первоначальная сумма займа в размере 15 210 000 рублей перечисляется со счета заимодавца на счет заемщика (платежных документов не предоставлено) в качестве задатка для участия заемщиком в электронных торгах по приобретению имущественного комплекса общества с ограниченной ответственностью «Астраханская судоверфь» (далее – общество «Астраханская судоверфь»). Возврат в течение 10 дней с момента возврата суммы задатка от общества «Астраханская судоверфь» в случае, если торги будут признаны не состоявшимися и по их результатам не определен победитель, а также в случае, если победителем является иное лицо (пункт 3 договора). 

 Однако в силу пункта 4 договора, в случае, если победителем торгов является ООО «Вектор» (оно и стало победителем торгов), то ООО «Технострой» обязано перечислить в пользу ООО «Вектор» денежные средства для завершения сделки по приобретению имущества, являющегося предметом торгов. 

Основным пунктом данного договора займа является порядок возврата заемных средств, указанный в пункте 6 договора: в случае, если заемщик приобрел имущество, указанное в лоте № 0001948, то возврат займа заемщиком в пользу заимодавца в денежной форме не осуществляется и проценты не уплачиваются, до момента подписания соглашения между заемщиком и заимодавцем о порядке совместного использования приобретенного имущества. Если такое соглашение не было подписано между сторонами в течение десяти дней с момента перечисления суммы, указанной в пункте 4 настоящего договора, то заимодавец вправе потребовать, а ФИО16 (генеральный директор и единственный участник ООО «Технострой», владелец 50% доли уставного капитала ООО «Вектор») обязан безвозмездно передать принадлежащую ему долю в уставном капитале заемщика в пользу заимодавца, либо по его письменному указанию в пользу иного лица.

           Таким образом, согласно условиям договора займа № 1 от 16.08.2016, возврат займа в денежной форме не был предусмотрен, дополнительных соглашений к договору займа также не заключалось. 

          Согласно предоставленному в дело отзыву ООО «Вектор», соглашение о порядке совместного использования приобретенного имущества в соответствии с пунктом 6 договора займа № 1 не заключалось, поскольку был утрачен интерес в совместном использовании приобретенного ООО «Вектор» имущества. 

Согласно части 1 стать 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. 

Таким образом, по условиям заключенного договора займа № 1 от 16.08.2016, ФИО16 обязан был передать долю в уставном капитале ООО «Вектор» третьим лицам либо в пользу ООО «Вектор». 

Как установлено судом апелляционной инстанции и не оспаривается сторонами, после проведения торгов ООО «Вектор» стало обладателем ликвидного имущества рыночной стоимостью более 50 миллионов рублей. Очевидно, что стоимость доли после приобретения ликвидного имущества ООО «Вектор» (оценочная сумма имущества свыше 50 миллионов рублей) у ФИО16 существенно возросла. 

 При этом, очевидно, что экономически ФИО16 было нецелесообразно отчуждать свою долю в размере 50 процентов уставного капитала ООО «Вектор» при пополнении Общества экономически ликвидными активами (имуществом), продавая свою долю за 10 000 рублей, когда при реализации имущества, будучи участником Общества с 50-процентой долей, ФИО16 мог получить гораздо большую сумму и выгоду, чем 10 000 рублей. Практически сразу после получения имущества ООО «Вектор», 12.04.2017 ФИО16 была продана доля в уставном капитале ООО «Вектор» за сумму в размере 10 000 рублей двум физическим лицам, от имени которых действовал ФИО15 по доверенности. 

 Фактически, с учетом лиц, участвующих в сделке, сделка по получению ООО «Технострой» у ООО «ИК «Оптимум» (договор займа от 14.03.2017) заемных средств в размере 23 500 000 руб. являлась притворной сделкой, прикрывающей собой сделку по передаче доли ФИО16 в адрес третьего лица – ФИО15 (ООО «ИК «Оптимум»), либо возврате ООО «Технострой» ранее предоставленного займа ООО «Вектор», либо по возмездному приобретению доли ФИО15 (через ООО «ИК «Оптимум») у ФИО16 

 Подтверждением интереса именно у ООО «ИК «Оптимум» (ФИО15) получить долю ФИО16 может также служить то обстоятельство, что в рамках дела №А06-2981/2015 (банкротство ООО «Астраханская судоверфь») именно ООО «ИК «Оптимум» была подана апелляционная жалоба на определение Арбитражного суда Астраханской области от 21.03.2017 по делу № А06-2981/2015 (которое признало торги по продаже ООО «Вектор» имущества судоверфи законными), и от которой после заключения договора купли-продажи доли 26.04.2017 общество «ИК «Оптимум» отказалось. Руководителем и единственным участником ООО «ИК «Оптимум» являлся ФИО15, который юридически приобретал долю ФИО16 в ООО «Вектор» в размере 50 процентов за 10 000 рублей формально в интересах двух физических лиц по договору купли-продажи доли. 

Следует отметить, что в договоре купли-продажи доли ничего не указано про приоритетное право приобретения доли в уставном капитале у второго участника ООО «Вектор» - ФИО18 Все вышеуказанные обстоятельства позволяют говорить о мнимости сделки, заключенной 15.04.2019 между ООО «ИК «Оптимум» и ООО «ЦТО», когда было заключено соглашение об уступке права (требования) (цессия). 

 Согласно указанному соглашению ООО «ИК «Оптимум» уступило ООО «ЦТО» право (требование) к ООО «Вектор ББ» в части в размере 16 000 000 руб. и суммы процентов, предусмотренных договором займа №2018/0822 от 22.08.2018, заключенного между ООО «ИК «Оптимум» и ООО «Вектор», с учетом дополнительных соглашений к этому договору № 1 от 31.08.2018 и № 2 от 14.03.2019, поскольку переданной ООО «ЦТО» задолженности у ООО «Вектор ББ» фактически не существует, также как фактически отсутствует в силу притворности задолженность ООО «ИК «Оптимум» перед ООО «Технострой» по договору займа от 2017 года. 

  Кроме того, сделка по отчуждению долга ООО «Вектор ББ» именно в пользу ООО «ЦТО», обусловлена наличием противоправного интереса у мажоритарного участника ООО «Вектор ББ» - ФИО19, являющейся аффилированной и взаимозависимой с единственным участником и руководителем ООО «ЦТО» - ФИО8, исключением возможности ее привлечения к субсидиарной ответственности и взыскания убытков, путем включения в реестр требований кредиторов ООО «ЦТО» и дальнейшего контроля процедуры банкротства (ввиду мажоритарного долга в реестре (свыше 90 процентов) осуществляется контроль принятия лояльных решений при голосовании на собраниях кредиторов ООО «Вектор ББ» и голосовании за лояльного арбитражного управляющего). 

Следовательно, аффилированность и взаимозависимость ФИО19 и ФИО8 подтверждается выданными от ФИО19 на имя ФИО8 нотариальными доверенностями с правами участника ООО «Вектор ББ», участие в собраниях участников ООО «Вектор ББ» ФИО8, решением Советского районного суда г. Астрахани от 08.06.2020 по делу № 2- 1516/2020 о взыскании с ФИО19 в пользу ООО «ЦТО», ФИО8 и его родственников, денежной суммы в совокупности свыше 40 миллионов рублей (решение имеется в общем доступе на сайте Советского районного суда г. Астрахани). 

Кроме того, из пункта 3.1 Договора займа между ООО «ИК «Оптимум» и ООО «Технострой» от 14.03.2017 № 2017/ИЗ-1 следует, что настоящий договор обеспечивается предоставлением приемлемого для Заимодавца (ООО «ИК «Оптимум») поручительства (Договор поручительства от 14.03.2017 № 2017/П-1). 

Суд апелляционной инстанции предложил сторонам представить договор поручительства, предусмотренный пунктом 3.1 договора займа.

Договор поручительства в материалы дела не представлен.

На вопрос судебной коллегии, почему в договоре займа имеется ссылка на договор поручительства, который стороны не представили, никто из лиц участвующих в деле, пояснить не смог. 

Следовательно, погашение задолженности ООО «Технострой» перед ООО «ИК «Оптимум» поручителем вызывает сомнения у судебной коллегии. 

Судебная коллегия принимает во внимание хронологию развития событий, после до создания ответчика (банкрота): 22.08.2018 - заключен договор займа № 2018/0822 между ООО ИК «Оптимум», в лице ген. директора ФИО15 заимодавец и обществом «Вектор», в лине ген. директора ФИО17 (ФИО19 25%, ФИО20 25%, ФИО18 45%, ФИО23 5%)» - заимодавец предоставляет заемщику денежный займ, путем перечисления денежных средств на банковский счет заемщика, а заемщик обязуется возвратить займ с процентами за пользование денежными средствами согласно пункту 1.4 договора (пункт 1.1 договора); - сумма займа составляет 25 000 000 руб. (пункт 1.2 договора); - срок займа составляет 90 дней с даты заключения настоящего договора (пункт 1.3  договора); - проценты за пользование займом начисляются и следующем порядке: а) за период первых 90 дней - 6% годовых; б) при просрочке о истечении 90 дней - 5% в месяц до дня фактическою погашения задолженности, сели стороны не договорятся об ином размере % (пуню 1.4  договора). 

Обязанность заемщика: - заемщик обязан возвратить сумму займа в срок и выплатить Заимодавцу % за период пользования займом (пункты 2.1.1 и 2.1.2. договора). Ответственность заемщика: - В случае просрочки возврата суммы займа заимодавец вправе начислить заемщику пеню в размере 1/300 ставки рефинансирования Банка России. Передача займа в размере 25 000 000 руб. от заимодавца заемщику подтверждается: - платежным поручением от 22.08.2018 № 305 - 25 000 000 руб. - 22.08.2018 (до 20.11.2018.) 

ФИО15, действуя как директор и учредитель ООО «ИК «Оптимум», дал в долг ООО «Вектор» по договору займа № 2018/0822 - 25 млн. руб. на 90 дней под 9 % годовых, то есть до 20.11.2018.

          При этом ООО «Вектор» имеет перед ФИО15., действующем как директор и учредитель ООО ИК «Оптимум», неоплаченный долг в размере 25 524 055 руб. (основной долг - 22,5 млн. руб. и начисленные проценты 3 024 055 руб.), и 2 807 815 руб., что подтверждается разделительным балансом и приложением к нему: «расшифровка строки «Займы и кредиты» графы 2 баланса по ООО «Вектор» до раздела» (стр.25 баланса); «расшифровка строки «Кредиторская задолженность» графы 2 основного баланса по ООО «Вектор» (стр.26 баланса). 

           Право требования долга у ООО «Оптимум» с ООО «Вектор» возникло на основании договора о переводе долга от 16.10.2017 № 1/2018. 

           31.08.2018 (через 9 дней) - заключено дополнительное соглашение №1 к договору займа от 22.08.2018 № 2018/0822, между ООО ИК «Оптимум» в лице ген. директора ФИО15 заимодавец и ООО «Вектор», в лице ген. директора ФИО24 

           Вносятся изменения в текст договора займа от 22.08.2018 № 2018/0822: Срок займа составляет: 6 месяцев с даты заключения сторонами договора (пункт 1.1 соглашения); Проценты за пользование займом начисляются в следующем порядке: а) за период первых 6 месяцев - 6% годовых; б) при просрочке по возврату займа по истечении 6 месяцев -24% годовых до дня фактического погашения задолженности; (пункт 1.2 соглашения). - решение участников относительно заключения данного соглашения и увеличения % ставки с обеих сторон – в материалах дела отсутствуют. 

          10.11.2018 - регистрация ООО «Вектор ББ» в ИФНС (выходной день - суббота). 

          11.11.2018 - общее собрание участников ООО «Вектор ББ» (выходной день -воскресенье), участвуют ФИО19 и ФИО25, принимают имущество, переданное по разделительному балансу.

         12.11.2018 - документы о регистрации ООО «Вектор ББ» получены.

         12.11.2018 - приходный кассовый ордер от 12.11.2018 № 1, согласно которому ФИО25 внесла взнос в уставной капитал согласно протоколу от 23.04.2018 № 7 - 5 000 руб. (12.11.2018 - понедельник, следовательно, ФИО25, как директор ООО «Вектор ББ» не могла получить документы в ИФНС после государственной регистрации, когда была изготовлена печать). 

          05.12.2018 – ФИО25 подает в ООО «Вектор ББ» заявление об увольнении с должности директора по собственному желанию. 

          06.12.2018 - общее собрание участников ООО «Вектор ББ» (доли в уставном капитале: ФИО19 - 50%, ФИО25 – 50 %), на котором новым директором избирается ФИО15 с 06.12.2018. 

          06.12.2018 - ФИО25 оформляет у нотариуса заявление о выходе из состава участников ООО «Вектор ББ», однако не подает его в общество.

          14.12.2018 - регистрация назначения ФИО15 директором ООО «Вектор ББ» в ИФНС (рабочий день- пятница). 

         15.12.2018 - заключение договора о переводе долга от 15.12.2018 (суббота, выходной день) между ООО ИК «Оптимум» в лице ген. директора ФИО15 (учредитель ФИО15 100%) (кредитор), ООО «Вектор» (учредители ФИО18 45%» ФИО26 25%, ФИО19 25%, ФИО27 5%) в лице ген. директора ФИО17 (Должник 1) и ООО «Вектор ББ» в лице директора ФИО15 (учредители ФИО20 50%, ФИО19 50%) (Должник 2). 

  Судебная коллегия также принимает во внимание, что ФИО8 (учредитель и директор конкурсного кредитора ООО «Вектор ББ» - ООО «ЦТО») представляет интересы ФИО19 на всех общих собраниях ООО «Вектор ББ», в том числе и указанном выше.

  Следовательно, договор о переводе долга от 15.12.2018 является сделкой с заинтересованностью ФИО15 поскольку ФИО15 на момент ее совершения являлся генеральным директором ООО «Вектор ББ», а так же единственным участником и генеральным директором ООО «ИК «Оптимум» и действовал в интересах ООО «ИК «Оптимум».

  При фиктивных договорных конструкциях, сопровождающихся составлением документов, имитирующих сделку, с целью придания отношениям субъектов такой "сделки" признаков реальности, в ряде случаев может инициироваться судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта; подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п., и интересы "участников" такой "сделки" совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные противозаконные цели, в том числе искусственное создание задолженности.

           В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

           С учетом вышеизложенного, судебная коллегия приходит к выводу о наличии сомнений в реальности правоотношений по переводу долга и последующей уступке права требования.

  Материалами дела установлено, что письмом от 28 декабря 2018 года ФИО15 предлагает ФИО8 погасить долг путем уступки права требования либо перевода долга на ООО «Вектор ББ».

 15.04.2019 ООО «ЦТО» получает право требования у ООО «Вектор ББ» в размере 16 000 000 руб.

  Данная сделка заключена на заведомо не выгодных условиях в преддверии банкротства, согласованными действиями между сторонами сделки, с целью создания подконтрольной процедуры банкротства учредителем и аффилированными с ней лицами, а также последующего вывода активов организации.

 Арбитражным судом Астраханской области 16.12.2021 по делу №А06-12117/2021 рассматривается заявление о признании ООО «Вектор ББ» банкротом.

 23 декабря 2021 года проводится внеочередное общее собрание участников ООО «Вектор ББ».

 По 4 вопросу повестки дня рассматривалось предложение кредитора о погашении задолженности перед ООО «ЦТО» в размере 22 916 492 руб. и ИП ФИО8 в размере 480 000 руб. путем передачи земельных участков и объектов недвижимости.

 По данным временного управляющего установлена цена только двух участков и составляет 51 386 020,44 руб., что превышает стоимость долга перед ООО «ЦТО» в два раза, голосование: представитель ФИО19 и ФИО6 -ЗА; представитель ФИО28 и представитель ФИО5 голосуют против. Решение о передаче участков принято не было. Иное имущество ООО «Вектор ББ» также ликвидно.

           Кроме того, на основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО «Вектор ББ», проведенной в процедуре наблюдения, по предоставленным документам, временным управляющим ООО «Вектор ББ» были сделаны выводы о выявлении признаков преднамеренного банкротства.

           08 февраля 2023 года на сайте: https://fedresurs.ru/ было опубликовано сообщение о наличии или об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

           07 февраля 2023 года заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, оснований для оспаривания сделок ООО «Вектор ББ» было направлено в Арбитражный суд Астраханской области по делу № А06-12117/2021.

           Исходя из установленной по делу совокупности обстоятельств, принимая во внимание повышенный стандарт доказывания, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности наличия между истцом и ответчиком реальных взаимоотношений в рамках представленных сделок и как следствие оснований для удовлетворения исковых требований.

           Таким образом, обжалуемое решение подлежит отмене на основании части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Согласно части 5 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

  В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле,  посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

   руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Астраханской области от 30 июня 2020 года по делу №А06-3703/2020 отменить.

   В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Центр технологического обслуживания» отказать. 

  Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Центр технологического обслуживания» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 116 290 руб.

  Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Центр технологического обслуживания» в пользу ФИО11 6000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

        Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший решение.

 

   Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

 

   Судьи                                                                                               О.В. Лыткина

                                                                                                                       

                                                                                                             Н.В. Савенкова