Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й 

С У Д 

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 09АП-3116/2024

Дело № А40-81560/20

г. Москва

27 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.Г. Ахмедова судей С.А. Назаровой, Ж.Ц. Бальжинимаевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кирилловой А.В.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу контролирующего  должника лица ФИО1 на определение Арбитражного суда  города Москвы от 08.12.2023 по делу № А40-81560/20 о признании доказанным наличия  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «ИММЕРСЕРВИС»,  

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания, 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2021 ООО  «ИММЕРСЕРВИС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным  (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО2 (член Ассоциации «Национальная организация  арбитражных управляющих»).  

Конкурсный управляющий должника 05.03.2022 обратился в Арбитражный суд  города Москвы с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих должника лица – ФИО3 и ФИО1 (том 6 л.д. 2-10).  

Также в Арбитражный суд города Москвы 16.08.2022 поступило заявление  конкурсного кредитора ООО «Паркер Ханнифин» о привлечении к субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц – ФИО3, ФИО1, ФИО4,  ФИО5 (том 1 л.д. 2-8). Определением Арбитражного суда  города Москвы от 26.05.2023 принят отказ ООО «Паркер Ханнифин» от заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5;  производство по заявлению ООО «Паркер Ханнифин» о привлечении к субсидиарной  ответственности в части требований к ФИО4 и ФИО5 прекращено.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.10.2022 указанные  заявления конкурсного управляющего должника и ООО «Паркер Ханнифин» объединены  для совместного рассмотрения (том 6 л.д. 133).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2023 признано  доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО1 по обязательствам должника ООО «ИММЕРСЕРВИС».  приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО1 до окончания расчетов с  кредиторами. Отказано в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ООО «ИММЕРСЕРВИС» ФИО3. Отказано в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего о фальсификации доказательств.  Отказано в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и ФИО1 о назначении судебной экспертизы.  

Не согласившись с вынесенным судом определением, ФИО1 обратился в  Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  его отменить и принять по делу новый судебный акт, отказать в привлечении его к  субсидиарной ответственности.  

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств,  имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального  права.  

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО "ИММЕРСЕРВИС"  ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу (с возражениями против ее  удовлетворения), который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ  (доказательства заблаговременного направления сторонам предоставлены).  

Также от от ответчика по заявлению конкурсного управляющего ООО  "ИММЕРСЕРВИС" ФИО2 поступили дополнительные материалы к делу.  

В судебном заседании ФИО1, представитель ФИО1 доводы  апелляционной жалобы поддерживали по мотивам, изложенным в ней. Представитель ф/у  ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, указывая на ее  необоснованность, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания  дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте  в сети Интернет, не явились, в связи с чем апелляционная жалоба рассматривается в их  отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и  месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  https://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным  судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке  ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства,  проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле,  полагает, что определение арбитражного суда первой инстанции не подлежит изменению  исходя из следующего.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции  руководствовался следующим.  

Как следует из материалов дела, заявления конкурсного управляющего должника  ООО «Паркер Ханнифин» основаны на положениях статей 61.11, 61.12 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  

банкротстве) и мотивированы тем, что ФИО3, ФИО1 не исполнили  обязанность по подаче заявления о банкротстве должника, совершили действия,  причинившие существенный вред имущественным правам кредиторов, а также не  исполнили обязанность по передаче конкурсному управляющему должника всей  документации и имущества ООО «ИММЕРСЕРВИС».  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10  Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой  III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в  редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона),  которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в  редакции настоящего Федерального закона).  

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности,  содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не  подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до  01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4  Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит  норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.  

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009   № 73- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника  применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой  ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение  контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место  после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.  

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к  ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения  лицом вменяемых ему деяний (деликта).  

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности,  отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу   № А40- 151891/2014.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  необходимости применения положений о субсидиарной ответственности в редакции  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный  закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об  административных правонарушениях».  

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО1 являлся участником ООО  «ИММЕРСЕРВИС» с долей в уставном капитале - 80 % с 05.05.2010, 40 % с 27.09.2019 и  100 % с 08.09.2020 по настоящее время,  

Руководителями ООО «ИММЕРСЕРВИС» являлись: - ФИО1 – с 29.01.2019 по 17.11.2019, - ФИО3 – с 18.11.2019 до момента признания должника банкротом. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или  индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в  арбитражный суд в случае, если:  

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит  к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами;  

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными  документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об  обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного  предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает  невозможной хозяйственную деятельность должника;  

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.  

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть  направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для  принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или  принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего  Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых  настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для  принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию  такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 53,  обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в  момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб  деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Как указывали заявители в суде первой инстанции, начиная с февраля 2019 года и  далее ежемесячно совокупный размер задолженности ООО «ИММЕРСЕРВИС» перед  кредиторами продолжал увеличиваться.  

ФИО1 в электронном письме, адресованном конкурсному кредитору ООО  «Паркер Ханнифин» также подтвердил, что по состоянию на февраль 2019 года должник  испытывает финансовые трудности.  

В связи с этим, по мнению заявителей, с учетом изменений в органах управления  должника ответчики должны были направить заявление о банкротстве в следующие  сроки:  

- ФИО1 - с 28 марта 2019; - ФИО3 - с 18 декабря 2019. 

Совокупный размер новых обязательств, возникших после истечения срока на  подачу заявления о банкротстве, с учетом текущего состава реестра требований  кредиторов:  

- ФИО1 - составляет 6 965 163,39 руб.; - ФИО3- составляет 131 159,48 руб. (задолженность перед ФНС России). 

Вместе с тем: как следует из материалов дела, ФИО3 являлся  номинальным руководителем ООО «ИММЕРСЕРВИС».  

Так, на момент предположительного назначения ФИО3 генеральным  директором (18.11.2020), у должника имелась задолженность перед кредиторами в общей  сумме более 32 млн.руб., все работники предприятия были к этому моменту уволены,  единственный склад хранения товаров (оборудования) был закрыт, договор его аренды  расторгнут, соответственно, товар отсутствовал; согласно банковским выпискам  заработная плата ФИО3 никогда не выплачивалась.  

В период предположительного руководства номинального генерального директора  ФИО3 обществом (должником) не было принято на себя ни одного нового  обязательства, не возникло ни одного нового долга.  

ФИО3 никогда не имел опыта работы о качестве генерального директора  и, тем более, кризисного менеджера согласно публичным открытым источникам.  

ФИО1 не привел никаких доводов своей разумности при якобы выборе и  назначении ФИО3 генеральным директором.  

Согласно постановлению УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга об отказе в возбуждении уголовного дела от 20.08.2021 установлено, что  ФИО3 никогда не являлся генеральным директором должника и никогда не  осуществлял финансово-хозяйственную деятельность должника.  

Кроме того, ФИО3 подавал заявление в ФНС России о том, что никогда  не являлся генеральным директором должника.  

Принимая во внимание изложенное суд первой инстанции пришел к выводу о  наличии в материалах дела надлежащих доказательств наличия оснований для  привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за не исполнение  обязанности по подаче заявления о банкротстве должника.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по  указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего  Федерального закона.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно  подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в  результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему  лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу  таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является  гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава  правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя  вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя  вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и  акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и  неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи  

между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового  состояния общества и последующее банкротство должника).  

В рассматриваемом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как  значимости сделок, так и их существенной убыточности. Сами по себе факты совершения  подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную  совокупность обстоятельств не подтверждают.  

В период исполнения ФИО1 обязанностей генерального директора им  совершены сделки, существенно ухудшившие финансовое положение должника, в  условиях его объективного банкротства.  

Так, были заключены следующие сделки, признанные впоследствии  недействительными:  

- договор купли-продажи № 26-08-2019 от 09.09.2019 транспортного средства Форд  Фокус 2011 года выпуска (между должником и ЗАО «ИММЕРТЕХНИК») на сумму 10 000  руб. Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2022 по делу № А4081560/20-24- 141 Б рыночная стоимость отчужденного транспортного средства  установлена в размере 370 000 руб.; указанным судебным актом данная сделка признана  недействительной и применены последствия ее недействительности на основании пункта  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве;  

- договор купли-продажи № 25-08-2019 от 26.08.2019 транспортного средства Хендэ  Солярис 2013 года выпуска (между должником и ООО «ИММЕРТЕХНИК») на сумму  85 000 руб. Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2022 по делу   № А40- 81560/20-24-141 Б рыночная стоимость отчужденного транспортного средства  установлена в размере 440 000 руб.; указанным судебным актом данная сделка признана  недействительной и применены последствия ее недействительности на основании пункта  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

- перечисление должником в адрес ФИО1 денежных средств в общем  размере 1 360 000 руб. Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2022  данная сделка признана недействительной; суд обязал ФИО1 вернуть в  конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 360 000 руб.  

- безвозмездное перечисление должником в адрес ЗАО «ИММЕРТЕХНИК»,  подконтрольного ФИО1, как его генеральным директором и единственным  участником период с 06 02.2019 по 08.05.2019 денежных средств в размере  25 509 178,21 руб.  

Таким образом, размер причиненного ФИО1 вреда составил  27 584 178, 21 руб.  

Как указывалось ранее, в период предположительного руководства номинального  генерального директора ФИО3 обществом (должником) не было принято на  себя ни одного нового обязательства, не возникло ни одного нового долга.  

Учитывая изложенное суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для  привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение действий,  существенно ухудшивших финансовое положение должника.  

В отношении доводов заявителей о наличии оснований для привлечения ответчиков  к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по передаче документации  должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе при наличии  хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  

назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным  в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация  искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых  в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии  с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо  искажены.  

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами  об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях,  соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию  хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской  отчетности (ст. 6 и 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском  учете»).  

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения  руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов  лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать  конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о  взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого  незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя  должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность  руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по  организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской  отчетности достоверной информации.  

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой,  возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность  осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать  противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить  ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между  противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями;  вину правонарушителя.  

Как следует из материалов дела, ФИО1 как в ходе процедуры наблюдения,  так и в ходе конкурсного производства уклонился от передачи документов как  временному, так и конкурсному управляющему.  

При этом в ходе процедуры банкротства, руководителю были направлены  уведомления о введении наблюдения, о введении конкурсного производства, а также  запросы о передаче конкурсному управляющему документов по имуществу и финансово-хозяйственной деятельности должника, включая договора, соглашения, контракты,  заключенные должником с юридическими и физическими лицами за последние три года.  

01.02.2022 ФИО1 по акту приему-передачи передал конкурсному  управляющему ООО «ИММЕРСЕРВИС» только договоры поставок, по которым не  удается установить финансовое положение должника, определить дебиторскую  задолженность и установить запасы предприятия.  

При этом факт передачи части документов ФИО1 подтверждает, что  документация ООО «ИММЕРСЕРВИС» находилась у названного ответчика.  

В ходе проведенных мероприятий, установлено, что бывший генеральный директор  ООО «ИММЕРСЕРВИС» - ФИО5 согласно акту приема-передачи дел, сведений и  документов, 25.01.2019 передала необходимую документационную базу ФИО1  

ФИО1, возражая против привлечения его к субсидиарной ответственности,  представил копию Акта приема-передачи дел, сведений и документов от 20.11.2019,  согласно которому ФИО1 передал документацию общества ФИО3  

Вместе с тем согласно представленному конкурсным управляющим заключения  специалиста специализированной организации «Некоммерческое партнерство  «Саморегулируемая организация судебных экспертов» № 8863 от 07.12.2022 подписи от  имени ФИО3, изображения которых расположены в копиях: заявления  физического лица о недостоверности сведений о нем в Едином государственном реестре  юридических лиц от 20.08.2020 и Акта приема-передачи дел, сведений и документов от  20.11.2019 выполнены разными лицами.  

Таким образом, материалами дела не подтверждается факт передачи ФИО1 документации должника ФИО3  

Кроме того, как указывалось ранее, ФИО3 фактически не являлся  генеральным директором должника.  

В банковской карточке подписей по счету должника не производилась смена  владельца после якобы смены генерального директора. Всеми банковскими счетами  продолжил распоряжаться ФИО1, что, согласно судебной практике,  свидетельствует о том, что он продолжал являться фактическим руководителем.  

Как уже указывалось ФИО3 не заключил ни одной сделки и не подписал  ни одного контрагентами должника. Единственный документ, который якобы подписал  ФИО3 – это Акта приема-передачи дел, сведений и документов от 20.11.2019.  Однако, как указывалось выше, представленные в материалах дела доказательства  позволяют прийти к выводу о том, что названный Акт ФИО3 не  подписывался.  

Таким образом, к настоящему времени конкурсному управляющему документация в  полном объеме не представлена. В частности не передано программное обеспечение 1С  «Предприятие», список дебиторской и кредиторской задолженности, список  задолженности по заработной плате, оборотно-сальдовая ведомость по счетам  10,50,51,60,62,70,71.  

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности, ООО «ИММЕРСЕРВИС» за 2016,  2017, 2018гг. содержат следующие сведения об имуществе и обязательствах должника:  

- в 2016 году: основные средства - 2190 тыс.руб., запасы - 48 573 тыс.руб.  дебиторская задолженность - 25 604 тыс.руб., денежные средства - 5 741 тыс.руб.,  кредиторская задолженность - 83 858 тыс.руб.,  

- в 2017 году: основные средства - 1 081 тыс.руб., запасы - 58 244 тыс.руб.,  дебиторская задолженность - 34 748 тыс.руб., денежные средства - 557 тыс.руб.,  кредиторская задолженность - 99 944 тыс.руб.,  

- в 2018 году: основные средства - 684 тыс.руб., запасы - 53 303 тыс.руб. дебиторская  задолженность - 60 561 тыс.руб., денежные средства - 863 тыс.руб., кредиторская  задолженность - 118 224 тыс.руб.  

Согласно ответу Гостехнадзора г. Москвы, у ООО «ИММЕРСЕРВИС» числится  автопогрузчик JUNGHEINRICH TFG 320, 2006 года выпуска, № рамы FN348897,   № двигателя 021818Х. Данный автопогрузчик конкурсному управляющему также не  передан.  

Не передача документов привела также к невозможности установить  местонахождение имущества должника в виде оборудования на общую сумму  

24 804 592,59 руб., принятое должником в период с 30.04.2019 по 26.07.2019, т.е. в период  руководства ФИО6 ООО «ИММЕРСЕРВИС».  

В связи с тем, что ФИО1 не исполнил требования закона и не передал  документы, отражающие экономическую деятельность и имущество предприятия, в  полном объеме конкурсный управляющий не смог сформировать конкурсную массу и  установить финансовое положение должника.  

Учитывая изложенное ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности за не исполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему  документации ООО «ИММЕРСЕРВИС» в полном объеме.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент  рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно  определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления  всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов  выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия  оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания  расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов,  заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

Поскольку на настоящий момент определить размер обязательств ООО  «ИММЕРСЕРВИС» не представляется возможным, производство по обособленному  спору в части определения размера субсидиарной ответственности ответчика подлежит  приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.  

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции. 

Что касается доводов апелляционной жалобы, то суд апелляционной инстанции  находит их несостоятельными по следующим основаниям.  

Ответчик не предоставил доказательств передачи всей запрашиваемой документации  конкурсному управляющему. В обоснование о правомочности своего бездействия (по  передаче документации) Ответчик ссылается на определение арбитражного суда первой  инстанции от 08.06.2023, но данное определение не устанавливает правомочность  бездействия ответчика, а констатирует об отсутствии у суда доказательств что  истребуемые документы и имущество находятся в распоряжении ответчика.  

В оспариваемом судебном акте не рассматривается вопрос об прибыльности или  убыточности каких либо сделок должника. В судебном акте рассматривался вопрос о  совершении Ответчиком подозрительных сделок, признанных в последствии судом  недействительными которые были направлены на вывод активов должника (на  подконтрольные ответчику лица) и соответственно ухудшившие финансовое положение  должника, что повлечет не полное удовлетворение требований конкурсных кредиторов,  данное обстоятельство ответчиком не оспаривается.  

Ответчик также утверждает, что передал конкурсному управляющему все имущество  должника, а именно погрузчик грузовой. В данной части апелляционной жалобы  апелляционный суд с ответчиком соглашается, в ЕФРСБ имеется сообщение от  09.09.2022, в соответствии с которым конкурсный управляющий реализовал указанный  погрузчик в процедуре конкурсного производства для пополнения конкурсной массы. При  этом судом установлено, что ответчик не передал конкурсному управляющему имущество  должника в виде оборудования на общую сумму 24 804 592 рубля.  

Также ответчик утверждает, что суд при разрешении вопроса о привлечении его к  субсидиарной ответственности, незаконно указывает, как одно из оснований, факт  признания недействительными сделками перечисления в адрес ЗАО «ИММЕРТЕХНИК»  на общую сумму 25 509 187 руб., так как судебный акт (определение от 24.11.2023) по  признанию этих сделок недействительными не вступил в законную силу и обжалован  

ответчиком. Данный довод не состоятелен так как согласно ст.187 АПК РФ определения  вынесенные Арбитражным судом исполняются немедленно, но согласно ч.3 ст. 223 АПК  РФ могут быть обжалованы в десятидневный срок. При этом Постановлением Девятого  арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 определение Арбитражного суда  г. Москвы от 24.11.2023 оставлено без изменений, а апелляционная жалоба без  удовлетворения.  

Довод апеллянта, что в задолженности должника перед ООО «Паркер Ханнифин»  виноваты предыдущий директор ФИО5 и последующий ФИО3, а он  ФИО1 предпринимал попытки погашения задолженности перед указанным  кредитором, судебная коллегия также находит несостоятельным.  

Данный довод Ответчика не имеет под собой оснований, так как полностью  исследован судом первой инстанции. Так судом на основании имеющихся в деле  доказательств установлено, что ФИО3 являлся номинальным руководителем  должника без своего ведома, каких-либо действий от имени должника не осуществлял,  заработную плату не получал, банковским счетом не распоряжался. Таким образом судом  установлено, что ФИО1 продолжал оставаться фактическим руководителем  должника.  

В отношении довода апеллянта о неправомерном отклонении арбитражным судом  первой инстанции его ходатайства от 23.03.2023 о назначении судебной экспертизы (том 7  л.д. 139) апелляционный суд исходит из следующего. Арбитражный суд не обязан  назначать экспертизу (это право суда). Вместе с тем, арбитражный суд первой инстанции  при оценке совокупности доказательств по делу понимает, что экспертное заключение  является лишь одним из доказательств по делу, которое не имеет приоритетного значения.  В настоящем случае, согласно оценке апелляционного суда, существенное значение имеет  тот факт, что общество (должник) никогда не выплачивало заработную плату своему  директору ФИО3 и ФИО1 этот довод не опровергнуть не смог.  

Ответчиком ФИО1 представлен значительный объем доказательств,  какую переписку он вел с основным контрагентом ООО «Паркер Ханнифин»  (нотариальный протокол осмотра доказательств – том 6 л.д. 149-150. том 7 л.д. 1-43). Из  этого следует, что он объективно понимал глубину экономического кризиса общества –  должника и должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.  Смена единоличного исполнительного органа общества в такой ситуации может  преследовать одну из двух целей: (1) либо реализация антикризисного плана, который  позволит вывести должника из кризиса, (2) либо переложить ответственность на  номинального руководителя.  

ФИО1 не представил доказательств, что назначение директором  ФИО3 являлось частью антикризисного плана (нет информации о наличии у  данного лица опыта работы руководителем и антикризисным менеджером), даже не  раскрыты суду основания выбора именно данного лица в качестве руководителя, по чьей  рекомендации это было сделано (он не проживает в г. Москве, без выплаты заработной  платы он вряд ли сможет осуществлять свою деятельность).  

Также апелляционный суд полагает необходимым усомниться в том, что  осуществление ответчиком ФИО1 сделок по выводу имущества должника в  пользу заинтересованного лица можно считать действиями, направленными на  исполнение антикризисного плана.  

Ответчик ФИО1 от прежнего директора ФИО5 документы  общества получил (акт приема-передачи от 25.01.2019 – том 6 л.д. 35). Ответчик ФИО1 передал конкурсному управляющему должника только копии договоров поставки  (акт приема-передачи - том 6 л.д. 36 с оборотом), что для установления состава и  стоимости имущества должника в понимании апелляционного суда явно недостаточно.  

Апелляционный суд вынужден критично отнестись к доводу ответчика ФИО1 о том, что к кризисной ситуации привели именно сделки (принятые к основному  договору поставки с ООО «Паркер Ханнифин» дополнительные соглашения), которые  были заключены прежним директором ФИО5.  

В рамках крупных экономических субъектов участник общества, коим ответчик  ФИО1 является начиная с 2010 года, имел бы возможность возложить  контрольные функции за совершаемыми менеджментом общества сделками на  специализированное подразделение в штате работников или на внешних аудиторов.  Доказательств того, что кто-либо осуществлял функции контроля за участника общества,  в материалах дела не имеется. Поэтому апелляционный суд оценивает как очень  маловероятное событие, что наемный руководитель общества допустил ошибку при  заключении сделки, а единственный участник общества как лицо, заинтересованное в  прибыльности деятельности общества, не предпринял бы оперативно мер к ее  исправлению. При этом, как следует из материалов дела, задолженность перед ООО  «Паркер Ханнифин» формировалась в течение продолжительного периода времени, а  осуществление частичной оплаты должником (платежные поручения – том 7 л.д. 48-75) в  понимании апелляционного суда не является чем-то экстраординарным и из материалов  дела не следует, что эта оплата является частью антикризисного плана, для погашения  задолженности этих платежей недостаточно (вывод по результатам исследования  материалов дела № А40-56787/20, имеющихся в «Картотеке арбитражных дел»).  

На основании изложенного, коллегия судей приходит к выводу, что судом первой  инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела;  выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам  дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы  материального и процессуального права, обоснованно отклонены доводы ответчика об  отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за (1) доведение  должника до банкротства, (2) непередачу документации должника конкурсному  управляющему и (3) за необращение в суд с заявлением о банкротстве должника.  

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что доводы апелляционной жалобы  сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно  отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного  акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении Арбитражным судом  города Москвы норм материального или процессуального права, а выражают лишь  несогласие с ним.  

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и  опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в  силу чего удовлетворению не подлежит.  

Таким образом, определение от 08.12.2023 принято Арбитражным судом города  Москвы с соблюдением требований ст. 65 АПК РФ и ст. 6 ФКЗ от 28.04.1995 N 1-ФКЗ.  

С позиции апелляционного суда, доводы заявителя апелляционной жалобы не  содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и влияли на обоснованность и  законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с  чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить  основанием для отмены определения суда первой инстанции.  

Нарушение норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2023 по делу № А4081560/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано  в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: А.Г. Ахмедов  

Судьи: С.А. Назарова  

 Ж.Ц. Бальжинимаева