АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 27.04.2023 Дело № А40-141298/2014 

Резолютивная часть постановления объявлена 20.04.2023 Полный текст постановления изготовлен 27.04.2023 

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Кручининой Н.А., судей: Тарасова Н.Н., Уддиной В.З., при участии в судебном заседании: 

от ПАО «МОЭК» - ФИО1 по доверенности от 22.03.2019,  ФИО2 лично, паспорт,  

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 18.01.2023, 

от ФИО5 ФИО4 по доверенности от 18.01.2023,  

рассмотрев 20.04.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 и ФИО5  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023  

по заявлению ПАО «МОЭК» о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Управляющая компания  «Дормер»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21.04.2015 ООО «Управляющая  компания «Дормер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО6, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» № 89 от  23.05.2015.  

В Арбитражный суд города Москвы 13.10.2021 поступило заявление  кредитора ПАО «МОЭК» к ответчикам: ФИО7 в лице  законного представителя ФИО5, ФИО8  в лице законного представителя ФИО5, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника и взыскании солидарно с ФИО5 и ФИО2 в пользу ООО  «УК «Дормер» денежных средств в размере 11 803 490, 92 руб., солидарно с  ФИО3 и ФИО2 в пользу ООО «УК «Дормер» денежных средств в  размере 4 914 524, 99 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.04.2022 привлечен к  участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве третьего лица,  не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора  Отдел опеки и попечительства района Пресненский.  

Также в Арбитражный суд города Москвы 10.06.2022 поступило заявление  истца - кредитора АО «Мосэнергосбыт» к ответчикам ФИО7, ФИО8 в  лице законного представителя ФИО5, ФИО3 о привлечении к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2022 указанные  заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 привлечены  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Дормер» ФИО7 в лице законного представителя ФИО5, ФИО8 в лице законного  представителя ФИО5, ФИО3. Взысканы с ФИО2 в лице  

законного представителя ФИО5 и ФИО8 в лице законного  представителя ФИО5 в пользу ООО «УК «Дормер» денежные средства в  размере 11 803 490,92 руб. солидарно с ФИО2 в конкурсную массу.  Взысканы с ФИО3 в пользу ООО «УК «Дормер» денежные средства в  размере 4 914 524,99 руб. солидарно с ФИО2 в конкурсную массу.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023  определение Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 оставлено без  изменения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО3 и ФИО5, действующая в интересах ФИО2 и ФИО8, обратились в  Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой,  ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной  инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие  выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим  обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит определение и  постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение.  

В обоснование кассационной жалобы заявители указывают на  необоснованность выводов судов о наличии оснований для привлечения детей  контролировавшего общества лица к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, утверждая, что в данном случае отсутствуют  доказательства мнимости сделок по отчуждению в их пользу объектов  недвижимости. Кроме того, заявители ссылаются на пропуск кредиторами срока  исковой давности.  

От ПАО «МОЭК» и АО «Мосэнергосбыт» поступили отзывы на  кассационную жалобу, которые судом округа приобщены к материалам дела в  порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  заявителей доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме, ФИО2 также поддержал позицию заявителей жалоб, представитель ПАО «МОЭК»  против удовлетворения кассационной жалобы возражал по мотивам, указанным в  отзыве, полагал обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте  рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной  инстанции не направили, что, согласно части 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для  рассмотрения дела в их отсутствие.  

 Изучив материалы дела, выслушав представителей, явившихся в судебное  заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив  в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная  коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их  отмены ввиду следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, вступившим в  законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2019  установлены основания для привлечения бывшего руководителя ООО «УК  «Дормер» ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества.  

Вместе с тем, судами также установлено, что 26.07.2016 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая, дочь) заключен договор дарения,  согласно которому даритель безвозмездно передал одаряемому в собственность  квартиру, находящуюся по адресу: 

<

...> с  кадастровым номером: 77:09:0005009:1248.  

Также 17.09.2018 между ФИО2 (даритель) и ФИО7 в лице  законного представителя ФИО5, ФИО8 в лице законного  представителя ФИО5 (одаряемые) заключен договор дарения, согласно  которому даритель подарил, а одаряемые приняли в дар в общую долевую  собственность по 1/2 доли в праве собственности на квартиру, находящуюся по  

адресу: 

<

...>, с кадастровым номером:  77:01:0004018:1374.  

Перерегистрация права собственности на указанное недвижимое имущество  в пользу детей ФИО2 подтверждена представленными в материалы дела  выписками из ЕГРП.  

Таким образом, судами был установлен факт безвозмездного отчуждения  контролирующим должника ООО УК «Дормер» лицом - ФИО2 в пользу  своих несовершеннолетних детей, после возбуждения судом производства по делу  о банкротстве ООО УК «Дормер» (09.09.2014) и после возбуждения производства  по обособленному спору о привлечении его к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника (15.04.2016), принадлежащего ему ликвидного  имущества, за счет которого впоследствии могли быть погашены обязательства  перед кредиторами должника в случае привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности.  

Установив, что ФИО2, впоследствии признанный виновным в  совершении действий повлекших возникновение у должника признаков  объективного банкротства, его супруга ФИО5, действовавшая в интересах  их несовершеннолетних детей, а также его совершеннолетняя дочь ФИО3  действовали скоординировано, в целях исключения возможности обращения  взыскания на объекты недвижимости, суды первой и апелляционной инстанций  пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ограниченной  стоимостью полученного от ФИО2 имущества.  

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - Постановление № 53) предполагается, что лицо, которое  извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного, поведения  руководителя должника, является контролирующим (презумпция  контролирующего выгодоприобретателя).  

Указанный пункт содержит открытый перечень примеров таких ситуаций и  их квалифицирующие особенности. Так, контролирующий приобретатель должен  либо извлечь существенную выгоду (относительно масштабов деятельности  должника), либо увеличить (сберечь) активы.  

В то же время перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в  пунктах 3 - 7 указанного постановления, для признания лица контролирующим  должника не является исчерпывающим. Суд может признать лицо  контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5  статьи 61.10 Закона о банкротстве), которые прямо в законе не указаны.  Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем  приведения доводов о существовании между лицами формально юридических  связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например,  учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения  доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации,  когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей  или иным способом скрывается информация, отражающая объективное  положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.  

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и  представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи  позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений  фактического контроля и подчиненности, а также получении незаконной выгоды  от сделок, совершенных подконтрольным обществом, в силу статьи 65 АПК РФ  бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности  лицо.  

Несмотря на это, необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность  является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов,  поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт  доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности,  не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии  контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть  достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся  

между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать  прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.  

Вместе с тем, в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1(2020) (утв. Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 10.06.2020; далее - Обзор от 10.06.2020) сформирована  правовая позиция, согласно которой лицо, умышленными действиями которого  создана невозможность получения кредиторами полного удовлетворения за счет  имущества контролирующего должника лица, виновного в его банкротстве,  отвечает солидарно с указанным контролирующим лицом за причиненные  кредиторам убытки в пределах стоимости полученного имущества.  

При этом не имеет правового значения, какое именно имущество  контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании  подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или  иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим  имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может  быть обращено взыскание (статья 24 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Как указал Верховный Суд Российской Федерации, вред кредиторам может  быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и  умышленными действиями, направленными на создание невозможности  получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих  лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их  имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не  являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать  приобретатель (определение Верховного Суда Российской Федерации от  23.12.2019 № 305-ЭС19-13326).  

Следовательно, под сделками, причиняющими вред кредиторам, понимаются  любые формы отчуждения имущества контролирующих лиц, в результате  совершения которых контролирующими лицами утрачивается и право  собственности, и не получено равноценное встречное предоставление, что и  подтверждает формальную передачу титула собственника имущества.  

Личности детей могут быть использованы в качестве инструмента для  сокрытия принадлежащего родителям имущества от обращения на него  взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного  родителями данным кредиторам.  

В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по  размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути,  оставленного в семье (статья 1082 Гражданского кодекса).  

Несмотря на то, что основания требований кредиторов к контролирующим  лицам (создание необходимых причин банкротства) и приобретшим их  имущество родственникам (создание невозможности полного исполнения за счет  имущества контролирующих лиц) не совпадают, требования кредиторов к ним  преследуют единую цель - возместить в полном объеме убытки (статья 15  Гражданского кодекса), поэтому обязательства контролирующих лиц и  упомянутых родственников являются солидарными (статья 1080 Гражданского  кодекса), что также позволяет исключить возникновение неосновательного  обогащения на стороне пострадавших кредиторов.  

В данном случае безвозмездное отчуждение ФИО2 в пользу своих  детей, в том числе несовершеннолетних, объектов недвижимого имущества при  наличии обстоятельств, свидетельствующих о его противоправном поведении в  отношении общества, что установлено вступившим в законную силу судебным  актом, нельзя признать добросовестным, поскольку такое поведение  свидетельствует о направленности действий на причинение вреда кредиторам  должника.  

Наличие непогашенной кредиторской задолженности, исходя из положений  статей 10, 168 ГК РФ ограничивает свободу распоряжения принадлежащим  должнику имуществом, с целью защиты прав кредиторов на получение  причитающегося им удовлетворения в обязательствах с участием должника, в том  числе и в отношении своих несовершеннолетних детей.  

Между тем, представленные в материалы дела доказательства опровергают  доводы заявителей кассационной жалобы об отсутствии их осведомленности о  цели сделок, совершенных после возбуждения отношении должника дела о  

несостоятельности (банкротстве) и после обращения с заявлением о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.  

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы  сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей  67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и  апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных  правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела  обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к  правильным выводам.  

Вопреки доводам кассационной жалобы суды пришли к верному выводу о  том, что кредитором не был пропущен срок исковой давности, при этом,  правомерно исходили из того, что о факте дарения ФИО2 своим детям  квартир, ПАО «МОЭК» стало известно лишь 11.12.2019 в рамках обособленного  спора по рассмотрению заявлений об отмене обеспечительных мер в отношении  имущества контролирующих должника лиц.  

Доказательств того, что о совершении данных сделок кредитору стало  известно в более ранний период материалы дела не содержат.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать  обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность,  которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о  недоказанности определенных обстоятельств.  

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему  внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и  непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и  

несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий, в том числе представления доказательств  обоснованности и законности своих требований или возражений.  

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат  отклонению как основанные на неверном толковании норм права и направленные  на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу  статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.  

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за  пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной  инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Суд кассационной инстанции обращает внимание, что согласно правовой  позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной, в том  числе, в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с  другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в  суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при  проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения  нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не  позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать  фактические обстоятельства дела.  

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые  судебные акты являются законными и обоснованными и не имеется  предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации оснований для их изменения или отмены.  

 Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом  кассационной инстанции не установлено.  

 Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023 по делу № А40141298/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.   Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в двухмесячный срок.  

Председательствующий-судья Н.А. Кручинина 

Судьи: Н.Н. Тарасов 

 В.З. Уддина