Дело № А43-10430/2019

город Владимир

18 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 ноября 2020 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.09.2020  по делу № А43-10430/2019, принятое по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 33 800 000 руб. в реестр требований кредиторов должника – ФИО3 и по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мед-Торг»                  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности,

при участии:

от ФИО2 – ФИО4 на основании доверенности                       от 23.10.2019 сроком действия два года (том 1, лист дела 146);

от общества с ограниченной ответственностью «Мед-Торг» – ФИО5 на основании доверенности от 12.11.2019 (том 1, лист дела 147),

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3 в Арбитражный суд Нижегородской области обратился ФИО2 с заявлением о включении                           33 800 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Требования заявителя основаны на положениях статей 71, 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В Арбитражный суд Нижегородской области также обратился конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью                «Мед-Торг» (далее – Общество) с заявлением о признании недействительным договора процентного займа от 05.04.2013 на сумму 20 000 000 руб. в соответствии с положениями статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 10.09.2020 признал недействительной сделкой договор займа от 05.04.2013, заключенный между ФИО2 и ФИО3; отказал ФИО2 в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника; взыскал с ФИО3 в пользу Общества 6000 руб. государственной пошлины. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, наличие у ФИО2 финансовой возможности предоставления спорного займа подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, в том числе расходными кассовыми ордерами от 21.12.2010 № 115043, от 20.12.2010             № 114391 о снятии наличных средств в размере 10 928 209 руб. 56 коп.,                   а также налоговой отчетностью. Заявитель указывает на отсутствие в материалах дела сведений осуществления ФИО2 крупных приобретений  в период с декабря 2010 года по апрель 2013 года. Заявитель отмечает, что из представленных в материалы дела деклараций не следует, что инвестиционные расходы (в разделе налоговых вычетов) в 2011-2013 годах превышали доходы за период, что могло бы свидетельствовать о вложении денежных средств, полученных в 2010 году в последующие периоды. 

Заявитель считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что структура доходов и расходов кредитора указывает на отсутствие у ФИО2 в 2013 году свободных средств для выдачи займа, поскольку инвестиционные расходы ФИО2 в период с 2011 по 2012 годы были ниже доходов. Также заявитель апелляционной жалобы полагает необоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии экономической целесообразности хранения кредитором снятых денежных средств для последующей выдаче займа в 2013 году. 

С точки зрения ФИО2, расходование должником полученных по спорному договору займа денежных средств подтверждается договорами купли-продажи квартиры и нежилого помещения от 30.04.2013. Заявитель обращает внимание на отсутствие в материалах дела доказательств оформления должником кредита на покупку указанной недвижимости,                    а также  доказательств получения от общества с ограниченной ответственностью «РосФарм» должником денежных средств в размере     20 000 000 руб..

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы обращает внимание на то обстоятельство, что ФИО2 в суде первой инстанции не возражал против проведения судебной экспертизы по делу. Суд первой инстанции, указав на наличие более доходных финансовых инструментов инвестирования денежных средств, не указал иные и более целесообразные способы.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы; настаивал на ее удовлетворении.

Общество в отзыве письменно и его представитель в судебном заседании устно возразили против доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Финансовый управляющий должника ФИО6 (далее – финансовый управляющий) в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  должника и финансового управляющего, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел              к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО3 (заемщиком) и ФИО2 (займодавцем) заключен договор от  05.04.2013, согласно которому займодавец передал должнику 20 000 000 руб. на срок шесть лет. Проценты за пользование займом составляют 11,5 процента годовых (пункты 1.1, 1.2 и 2.2 договора). 

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.08.2020 гражданин ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Предметом заявления ФИО2 является требование                             о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности                  в размере 33 800 000 руб., в том числе 20 000 000 руб. суммы долга и 13 800 000 руб. процентов за пользование займом.

Предметом заявления Общества является требование о признании договора займа от 05.04.2013 недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности.

По правилам пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015                           № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что оспариваемая сделка совершена должником до 01.10.2015 (05.04.2013), а также отсутствие доказательств совершения сделки должником в результате осуществления предпринимательской деятельности, названная сделка не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу пункта10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018                           № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

По договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, – независимо от суммы.                   

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение факта передачи ФИО2 денежных средств должнику представлена расписка от 05.04.2013.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее (абзац третий пункта 26 Постановления № 35)

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Из приведенных правовых норм и разъяснений, данных в Постановлении № 35, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенной сторонами сделки, то есть отсутствие у спорной сделки признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделки правом. 

Из представленных налоговым органом по запросу суда справок по форме 2-НДФЛ за 2009 год следует, что доход ФИО2 составил                     25 800 руб., за 2010 – 33 000 руб., за 2011 – 107 571 руб., за 2011 год – 550 303 руб. 31 коп., за 2012 – 100 000 руб. 

Согласно сведениям по форме 3-НДФЛ за 2009 год доход ФИО2 составил 21 546 895 руб. 52 коп. при этом сумма расходов и налоговых вычетов и расходов –18 723 786 руб. 89 коп., за 2010 – 391 57 054 руб.                   39 коп., сумма налоговых вычетов и расходов 37 307 753 руб. 61 коп, за              2011 – 18 509 688 руб. 32 коп., сумма налоговых вычетов и расходов –                  9 604 316 руб. 05 коп. за 2012 год – 313 507 693 руб. 14 коп., сумма налоговых вычетов и расходов – 312 996 420 руб. 23 коп., за 2013 год –                     7 531 116 руб. 63 коп., сумма налоговых вычетов и расходов – 7 416 692 руб. 78 коп.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 в 2009 – 2013 годы занимался покупкой и продажей ценных бумаг, при этом структура доходов и расходов кредитора указывает на отсутствие у него в 2013 году свободных денежных средств для выдачи займа должнику.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставления спорного займа.

Представленные в материалы дела расходные кассовые ордеры                        от 20.12.2010 № 114391 на сумму 10 928 209 руб. 56 коп., от 21.12.2010                       № 115043 на сумму 17 448 000 руб., от 30.12.2010 № 119748 на сумму 25 757 500 руб. также не являются бесспорными доказательствами наличия у последнего на дату заключения договора займа (05.04.2013) финансовой возможности предоставления ФИО3 займа в размере 20 000 000 руб. Из указанных документов невозможно установить, что полученные ФИО2 по расходным кассовым ордерам 20.12.2010 № 114391,                от 21.12.2010 № 115043, от 30.12.2010 № 119748 денежные средства были потрачены именно на выдачу займа 05.04.2013. 

В рассматриваемом случае не доказана экономическая целесообразность хранения наличных денежных средств 2,5 года с момента снятия денег. 

Материалы дела также не содержат доказательств оприходования ФИО3 денежных средств, полученных от ФИО2 по договору займа от 05.04.2013.

Представленный в материалы дела договор купли-продажи квартиры от 30.04.2013 не является бесспорным доказательством, направления заемных средств именно на оплату данного договора при наличии у должника иных обязательств перед кредитными организациями. 

Таким образом, материалы дела не содержат надлежащих и бесспорных доказательства передачи денежных средств должнику по договору займа                   от 05.04.2013.

Разумная экономическая цель предоставления займа должнику на значительную сумму без предоставления какого-либо обеспечения со стороны должника заявителем не доказана, что ставит под сомнение реальность хозяйственных операций и может свидетельствовать о наличии документооборота с целью формирования искусственной кредиторской задолженности.

Суд апелляционной инстанции также учитывает условия договора займа – предоставление займа на значительную сумму сроком на шесть лет. При этом предоставленная сумма займа возвращается только по истечению шести лет и в тот же день должны быть уплачены все проценты на сумму займа (пункт 2.2 договора). Следовательно, вся сумма займа и процентов по займу возвращается единовременно по истечении шести лет, что не является типичным условием для предоставления займа. Экономическая выгода в виде получения процентов наступает только через шесть лет, что является нецелесообразным для займодавца.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 67 и 68 данного Кодекса об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам упомянутых норм права, установив, что представленные в материалы дела доказательства не подтверждают фактов передачи денежных средств по договору займа от 05.04.2013, в отсутствие надлежащих и достаточных доказательств наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставления должнику в заем денежных средств, экономической целесообразности заключения договора займа без предоставления обеспечения, отсутствие бесспорных доказательств расходования должником заемных денежных средств (то есть не доказано: цель предоставления займа в крупном размере между физическими лицами;  расходование должником полученных денежных средств; финансовое состояние займодавца), суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что договор займа является безденежным и имеет признаки мнимой сделки, направленной на искусственное создание необоснованной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, что является злоупотребления правом со стороны участников договора займа.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно признал спорный договор займа от 05.04.2013 недействительной сделкой на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Таким образом, учитывая, что требование ФИО2 основано на обязательствах должника по признанному судом недействительной сделкой договору займа от 05.04.2020, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для включения требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника.

Ссылка заявителя о не исследовании судом первой инстанции факта приобретения должником на заемные средства недвижимого имущества, не принимается судом апелляционной инстанции во внимание. В деле отсутствуют доказательства приобретения нежилых помещений. В деле имеется договор купли-продажи квартиры от 30.04.2013 и выписка со счета должника, согласно которой перечислены денежные средства в сумме 9 037 531 руб. 49 коп. в пользу ФИО7 (продавца квартиры (том 2, листы дела 69-70). В назначении платежа указано, в том числе «Перевод средств на погашение кредита согласно длительному поручению». Указанное свидетельствует о получении части денежных средств в кредит. У                   ФИО3 в период оплаты по договору от 30.04.2013 должником также брались иные займы у ООО «РосФорм». Указанное свидетельствует о том, что в материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства тому, что полученный должником займ, по утверждению ФИО2, потрачен на приобретение недвижимого имущества. 

Иные доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции признаются необоснованными по изложенным мотивам.

Суд апелляционной инстанции признает выводы суда первой инстанции правомерными и соответствующими представленным в дело доказательствам. Суд первой инстанции обстоятельства спора исследовал всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применил правильно. 

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.09.2020            по делу № А43-10430/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Ю.В. Протасов 

Е.А. Рубис