СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1371/2020(5)-АК

Дело № А60-23565/2019

29 марта 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2022 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  29 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заявителя жалобы, ФИО2 – ФИО3, доверенность от 17.03.2022, паспорт,

от должника ФИО4 – ФИО5, доверенность от 06.11.2018, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 01 декабря 2021 года

о завершении процедуры реализации имущества ФИО4, применении в отношении должника положений п. 3 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств,

вынесенного в рамках дела № А60-23565/2019

о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом), 

 

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.08.2020 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданина. 

Определением от 23.12.2020 финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

Рассмотрение отчета финансового управляющего назначено на 18.11.2021.

В судебном заседании 24.11.2021 финансовый управляющий изложил позицию по делу, заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника.

Представитель должника изложил позицию по делу, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела пояснений, возражений.

ФИО2 направил ходатайство о неосвобождении должника от обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2021 (резолютивная часть от 24.11.2021) процедура реализации имущества должника завершена, в отношении ФИО7 применены положения п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств. 

Не согласившись с вынесенным определением в части освобождения должника от исполнения обязательств, кредитор ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение в соответствующей части отменить. Указывает на ошибочность выводов суда об отсутствии оснований для неосвобождения должника от обязательств, тогда как должник и ФИО8 в рамках оспаривания сделки скрывали факт знакомства, совместной работы в течение почти 10 лет на ОАО «Ремонтный завод Синарский», а также факт совместного проживания. При рассмотрении заявления ФИО2 о признании ФИО4 банкротом последняя скрыла информацию о кредитора ФИО8, в связи с чем, в отношении нее была введена процедура реструктуризации долгов. По мнению апеллянта, данное поведение должника и аффилированных с ним лиц признано судом злоупотреблением правом и не может отвечать целям и задачам института банкротстве. По утверждению апеллянта, с помощью аффилированных лиц должник пытался получить мажоритарное большинство голосов для контролирования процедуры банкротства, для чего принял на себя заведомо неисполнимое обязательство, подписав дополнительное соглашение к договору поручительства о продлении срока действия договора, представлял в суд заведомо ложные сведения о взаимоотношениях с аффилированным кредиторов, несвоевременно и не в полном объеме предоставлял документы по запросу финансового управляющего. Кроме того, кредитор обращает внимание на то, что недобросовестное поведение должника было зафиксировано в отчете финансового управляющего ФИО9 от 21.07.2020 относительно не передачи документов и сведений, тогда как судом данные обстоятельства при вынесении судебного акта не были приняты во внимание. Должник с 2011 г. не возвращает долг ФИО2, в течение этого времени не предпринимал действий, направленных на погашение долга, при  наличии у него финансовых возможностей для этого с учетом занятия должности генерального директора ОАО «Ремонтный завод Синарский». Обращает внимание на то, что после возбуждения дела о банкротстве, несмотря на трудоспособный возраст, совсем прекратил трудовую деятельность с целью искусственного создания невозможности пополнения конкурсной массы. 

До начала судебного разбирательства от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Финансовый управляющий в своем письменном отзыве возражает против удовлетворения жалобы, указывая при этом на то, что должник на протяжении процедуры реализации имущества осуществлял содействие финансовому управляющему в реализации актива, осуществлении просмотров, ознакомлении с документами, техническими документами, что способствовало реализации актива по высокой стоимости. Обращает внимание, что все документы и информация были ему переданы, что также способствовало эффективному и скорейшему проведению процедуры банкротства.

Участвующий в судебном заседании представитель ФИО2 доводы жалобы поддерживал в полном объеме, на отмене определения в обжалуемой части настаивал.

Представитель должника возражал по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии со ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Лицами, участвующими в деле, возражений относительно проверки определения суда только в обжалуемой части не заявлено. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 17.08.2020 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества.

Срок реализации имущества должника продлевался.

Финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств со ссылкой на выполнение всех предусмотренных мероприятий по реализации имущества должника, иное имущество, необходимое для удовлетворения требований кредиторов отсутствует.

Согласно отчету управляющего установлено, что в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включены требования на сумму 10 383 682,40 руб., из них основной долг и проценты – 3 628 834,18 руб., требования, обеспеченные залогом - 6 717 460,91 руб., пени и штрафы – 37 387,30 руб.

В ходе процедуры в конкурсную массу включены жилой дом, общей площадью 278,4 кв.м., кадастровый номер 66:45:0100265:241, по адресу: Свердловская область, г. Каменск- Уральский, ул. Сосновая, д. 8 и з Земельный участок, площадью 1 058 кв.м.. категория земель - земли населённых пунктов, кадастровый номер 66:45:0100265:79, по адресу: Свердловская область, г. Каменск- Уральский, ул. Сосновая, дом 8.

Имущество реализовано на торгах по договору купли-продажи от 02.08.2021 за 7 136 000,00 руб.

Конкурсная масса в размере 7 172 729,08 руб. сформирована за счет реализации имущества должника, выплаты пособий, капитализации по счету и направлена на частичное погашение требований кредиторов. Требования кредиторов удовлетворены частично, на сумму 6 423 399, 99руб.

Судебные расходы на проведение процедуры банкротства должником возмещены частично в размере 25 412,64 руб.

Финансовым управляющим был проведен анализ финансового состояния должника, составлено заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства, на основании которого соответствующие признаки выявлены не были.

В период проведения процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим не установлено оснований для не освобождения должника от имеющихся обязательств, о наличии таких оснований, лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Проанализировав указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что поскольку пополнение конкурсной массы за счет иного имущества невозможно, все запланированные на процедуру реализации имущества мероприятия выполнены, в связи с чем, ходатайство финансового управляющего удовлетворено, процедура реализации имущества в отношении ФИО4 завершена.

Определение суда в указанной части не обжаловано.

Обращаясь с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества, финансовым управляющим заявлено о возможности применения в отношении ФИО4 правил об освобождении от исполнения обязательств.

Кредитор ФИО10 против освобождения возражал, ссылаясь на то, что при вынесении определения от 06.07.2020 о признании недействительным дополнительного соглашения от 15.11.2018 к договору поручительства № 9963001/4 от 01.02.2013, заключенное между ФИО8 и ФИО4, установлено злоупотребление должником своими правами при заключении спорной сделки. Также, по мнению кредитора, должник не стал сотрудничать с финансовым управляющим, добровольно документы о своем финансовом состоянии не предоставил, в связи с чем, последний был вынужден обратиться в суд с заявлением об истребовании документов.

Применяя в отношении должника правил п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

По общему правилу, требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных ст. 213.30 Закона о банкротстве.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» от 13.10.2015 № 45 (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45)).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Абзац четвертый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Финансовый управляющий ходатайствовал об освобождении ФИО4 от исполнения обязательств, указывая на добросовестное поведение должника в ходе процедур банкротства.

Кредитор ФИО2 возражал, привел доводы, аналогичные указанным им в апелляционной жалобе.

Суд, проанализировав характер оспоренной сделки между ФИО8 и ФИО4, приняв во внимание, что непосредственно договор поручительства не оспорен и недействительным не признана, оспаривалось дополнительное соглашение о продлении срока поручительства, пришел к выводу о том, что с учетом характера данной сделки, ее заключение не привело к изменению имущественного положения должника, не повлекло уменьшение конкурсной массы. Кроме того, при наличии ФИО8 в реестре требований кредиторов права и законные интересы ФИО2 не были бы нарушены в связи с тем, что имущества должника недостаточно для погашения требований кредиторов третьей очереди.

В данном случае ФИО4 не была лицом, которое обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом, а обязательства перед правопреемником ФИО8 возникли 01.02.2013, когда был заключен договор поручительства с ОАО «Меткомбанк», то есть за 6 лет до возбуждения дела о банкротстве ФИО4

Судом установлено, что ФИО4 не допустила каких-либо действий, направленных на сокрытие активов, воспрепятствование деятельности управляющего, или недобросовестного уклонения от сотрудничества с участниками дела о банкротстве. 

Вопреки позиции кредитора, судом установлено, что ФИО4 с момента получения требования о передаче документов и сведений стала предпринимать активные действия по передаче документов финансовому управляющему (уточнять способ передачи, куда направлять и т.д.). Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.02.2020 по делу № А60-23565/2019 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО9 об истребовании от ФИО4 документов и сведений.

Финансовый управляющий подтвердил факт передачи ему должником всех документов и информации, что также способствовало эффективному и скорейшему проведению процедуры банкротства.

Ссылка апеллянта на указание финансовым управляющим в отчете от 21.07.2020 на недобросовестное поведение должника, выразившееся в непредставлении документов по запросу финансового управляющего, представлении недостоверных сведений о наличии у нее имущества (денежных средств) для погашения требований кредиторов, с учетом которых в ее отношении введена процедура реструктуризации долгов, отклоняется. 

Само по себе указание в отчете данных сведений не опровергает факт передачи всей документации не позднее февраля 2020 года (дата определения суда об отказе в истребовании документов). Более того, из судебного акта и пояснений должника следует, что документы передавались частями, с учетом уточнения управляющим истребуемых документов, также по требованию управляющего должником в судебном заседании 28.01.2020 были представлены оригиналы всех ранее переданных в копиях документов. Именно этими обстоятельствами было обусловлено рассмотрение заявления управляющего в нескольких судебных заседаниях. В судебном заседании 13.02.2020 представитель финансового управляющего изложил позицию по заявлению, пояснил, что заявление не поддерживает, документы переданы финансовому управляющему, вместе с тем представитель не уполномочен на заявления отказа от заявленных требований. При таком положении основания полагать недобросовестными действия должника, передавшего все документы, не имеются. Обстоятельства, свидетельствующие о сокрытии должником документов, уклонении от их передачи из материалов дела не усматриваются.

Отказ в освобождении гражданина от обязательств по завершении процедуры его банкротства возможен лишь в том случае, если допущенные гражданином нарушения существенно повлияли на возможность удовлетворения требований кредиторов. При этом, поскольку имеет место процедура банкротства гражданина, то есть лица, ответственность которого не обусловлена исключительно предпринимательской деятельностью, при разрешении вопроса о неприменении правил освобождения гражданина от исполнения обязательств необходимо учитывать и поведение самого кредитора (ст. 401, 1083 ГК РФ). В частности, нужно учитывать, мог ли кредитор, действуя осмотрительно в соответствии с обычной для соответствующих отношений практикой, не допустить или минимизировать негативный эффект от нарушения.

В данном случае несвоевременная передача должником документов и сведений финансовому управляющему обусловлено статусом должника – физическое лицо, которому потребовалось больше времени для предоставления документов, поскольку была неясность в запрашиваемых сведениях, что подтверждается направленными должником уточнениями.

Указание на намеренное введение суда в заблуждение относительно  наличия имущества для погашения требований кредиторов является субъективным мнением управляющего, которое не нашло под собой документального подтверждения. В своём отзыве ФИО4 лишь указала на наличие и состав имущества, который соответствовал действительности. 

По утверждению кредитора, при рассмотрении обоснованности заявления о признании банкротом ФИО4 представила недостоверные сведения о своих обязательствах, в частности, не сообщила о наличии обязательства перед ФИО8, вследствие чего была введена процедура реструктуризации задолженности.

Вместе с тем, как указано ранее, ФИО4 не являлась заявителем по делу о банкротстве, она представила сведения только о своем имуществе; представить сведения об обязательствах ей не предлагалось, поэтому в отзыве на заявление такие сведения ею и не были указаны. 

Более того, процедура банкротства, подлежащая введению в отношении должника, определяется судом.

Согласно положениям п.п. 1 и 2 ст. 213.6 Закона о банкротстве по общему правилу при признании заявления конкурсного кредитора о признании должника банкротом обоснованным судом вводится процедура реструктуризации долгов гражданина.

Из данного правила имеется исключение, предусмотренное п. 8 ст. 213.6 Закона о банкротстве, согласно которому арбитражный суд вправе сразу ввести процедуру реализации имущества гражданина, если последний не соответствует требованиям для утверждения плана реструктуризации долгов, установленным п. 1 ст. 213.13 Закона о банкротстве, и сам должник-гражданин заявил ходатайство о признании его банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина.

Таким образом, если по какому-либо из критериев гражданин-должник не соответствует требованиям п. 1 ст. 213.13 Закона о банкротстве, то при наличии выраженного в установленном порядке волеизъявления должника суд вправе (но не обязан) ввести процедуру реализации имущества гражданина.

В данном случае сам должник не ходатайствовал о введении процедуры реализации имущества. Определение стоимости имущества должника представляется затруднительным и не является задачей суда на стадии проверки обоснованности заявления о банкротстве и введения процедуры банкротства, какие-либо сведения, препятствующие утверждению плана реструктуризации долгов гражданина, свидетельствующие о том, что в случае успешной реализации плана реструктуризации долгов, кредиторы смогут получить большее удовлетворение, нежели в процедуре реализации имущества должника, в материалах дела отсутствовали. Поэтому, учитывая приведенное выше правовое регулирование, социально-реабилитационную природу института потребительского банкротства, позицию должника, решение суда от том, что дело о банкротстве гражданина должно начинаться с восстановительной процедуры, является правомерным. 

Оснований полагать, что принятие судом решения о процедуре банкротства обусловлено неправомерным поведением должника, не имеется.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО2 указывает на неправомерность поведения должника, направленного на неоплату задолженности перед ФИО2 

Должник в отзыве на апелляционную жалобу приводит возражения, аналогичные изложенным им в отзыве в суде первой инстанции. В опровержение доводов апеллянта о намеренном бездействии, направленном на неоплату задолженности перед ФИО2, пояснила, что в рамках возбужденного исполнительного производства ФИО4 осуществляла погашение задолженности перед ФИО2, что отражено в определении арбитражного суда от 06.08.2019 по делу № А60-23565/2019.

Доводы апелляционной жалобы относительно совершения действий, направленных на непогашение задолженности перед ФИО2, намеренное увольнение и не трудоустройство с целью создания невозможности пополнения конкурсной массы признаются апелляционным судом несостоятельными.

Причины увольнения должником раскрыты в суде апелляционной инстанции, указано на увольнение задолго до возбуждения дела о банкротстве, направленности данных действий на намеренное причинение вреда кредиторам не усмотрено.

В реестр требований кредиторов ФИО4 помимо требований ФИО2 были включены требования уполномоченного органа, ПАО «Меткомбанк», ПАО «Сбербанк» (как обеспеченные залогом). По итогам проведения процедуры банкротства были удовлетворены лишь требования ПАО «Сбербанк» как обеспеченные залогом реализованного имущества и в размере 95,62%. Требования иных кредиторов погашены не были в связи с отсутствием иного имущества, от реализации которого возможно пополнение конкурсной массы, т.е. иные кредиторы также не получили удовлетворение своих требований.

При таком положении оснований полагать, что должник уклонялся от исполнения  требований ФИО2, не имеется. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание позицию финансового управляющего о добросовестном поведении должника в период процедуры реализации имущества, об ее содействии при продаже имущества по более высокой цене, что позволило погасить требования залогового кредитора в большем размере, о передаче должником всех имеющихся документов и сведений, что способствовало эффективному и скорейшему проведению процедуры банкротства.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает правильными выводы суда об отсутствии оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении ее от дальнейшего исполнения обязательств.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции в обжалуемой части по доводам апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемый судебный акт государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 01 декабря 2021 года по делу № А60-23565/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

О.Н. Чепурченко 

 

 

М.А. Чухманцев