ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-18322/2022

24 декабря 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 декабря 2024 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Целых М.П.,

судей  Аристовой Е.В., Брежневой О.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу   (регистрационный номер  08АП-10389/2024) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 21.08.2024 по делу №  А46-18322/2022 (судья Терехин А.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Калита» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО2 – посредством системы веб-конференции лично; 

от акционерного общества «ГАЗПРОМБАНК» - посредством системы веб-конференции представитель ФИО4 (по доверенности № Д-30/3461 от 03.09.2024, сроком действия по 31.05.2026);

от акционерного общества «АЛЬФА-БАНК» - посредством системы веб-конференции представителя ФИО5 (по доверенности № 4/1525Д от 17.06.2024, сроком действия на три года);

от ФИО3 - представителя ФИО6 (по доверенности от 12.05.2023, сроком действия на десять лет),

установил:

акционерное общество «Газпромбанк» (далее – АО «Газпромбанк») обратилось 18.10.2022 в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Калита» (далее – ООО «Калита», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.10.2022 заявление АО «Газпромбанк» принято, возбуждено производство по делу № А46-18322/2022 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калита».

Определением Арбитражного суда Омской области от 02.02.2023 требования АО «Газпромбанк» признаны обоснованным, в отношении ООО «Калита» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца, до 26.05.2023, временным управляющим утвержден ФИО7.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 26 от 11.02.2023.

Решением Арбитражного суда Омской области от 29.08.2023 ООО «Калита» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев (до 22.02.2024), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 162 от 02.09.2023.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился 05.06.2024 в Арбитражный суд с заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о признании сделки - соглашение об отступном от 05.04.2022 недействительной и применении последствий её недействительности в виде возложения на ФИО3 возвратить в конкурсную массу ООО «Калита» имущество, полученное в результате заключения такого соглашения.

Определением Арбитражного суда Омской области от 21.08.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым заявление об оспаривании сделки удовлетворить в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции не дана оценка доводам о причинении вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой, учитывая, что согласно представленным в материалы дела документам переданное по соглашению здание имеет площадь не 375,4 кв.м. (указано в ЕГРПНИ), а 838,4 кв.м. (с учетом технического плана), в связи с чем договор купли-продажи недвижимого имущества от 31.01.2017 не может служить доказательством рыночной стоимости здания; представленные в отчете оценщика № 205010 от 14.12.2020 фотографии здания, а также графическое изображение помещений в здании в техническом паспорте, выполненном специализированной организацией, подтверждают, что по оспариваемому соглашению фактически передается иной объект, а не тот, который указан в оспариваемом соглашении и зарегистрирован в ЕГРН, то есть иной площади, конфигурации и физических размеров. Полагает, что обе стороны оспариваемой сделки имели целью фактически совершить сделку в кротчайшие сроки в отношении несуществующего объекта недвижимости, в связи с чем из собственности должника выбыл дорогостоящий актив, на которой могло быть обращено взыскание в ходе исполнительного производства и в процедуре банкротства. Отмечает, что объявление о продаже коммерческой недвижимости было размещено агентством недвижимости в 10 дней, при этом указанный срок не может свидетельствовать ни о намерении ФИО3 продать объект недвижимости, ни об отсутствии спроса на него, учитывая, что из представленных документов не следует причина снятия объявления с публикации. Указывает, что приведённая в мотивировочной части судебного акта рекомендуемая стоимость здания с земельным участком рассчитана без учета реальной (фактической) площади здания, в связи с чем считает, что с учетом данных Авито средняя стоимость квадратного метра и фактической площади здания рекомендуемая стоимость продажи спорного здания с земельным участком составляет 10 107 289 руб. 28 коп. По мнению подателя жалобы, поскольку последствиями возведения самовольной постройки являются не только её снос, но приведение в соответствие с установленными требованиями, такой объект мог быть продан по более высокой стоимости, отличной от той, что стороны указали в спорном соглашении. Также считает, что условиям заключения оспариваемой сделки свидетельствуют о наличии между сторонами фактической аффилированности.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2024 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 12.12.2024.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ФИО3 представил письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель АО «Газпромбанк» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель акционерного общества «Альфа-Банк» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Омской области от 21.08.2024 по настоящему делу.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 Постановления № 63).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21.02.2020 между ФИО3 (далее - займодавец) и ООО «Калита» (далее - заемщик) заключен договор денежного займа с процентами № 01/55/20, по которому займодавец обязуется предоставить заемщику денежные средства в сумме 20 000 000 руб. на срок до 31.03.2020 на условиях, предусмотренных настоящим договором, а Заемщик обязуется возвратить Займодавцу полученные денежные средства и уплатить проценты в размере 8% годовых.

Платежными поручениями № 769953 от 25.02.2020, № 885703 от 26.02.2020, № 30192 от 02.03.2020 ФИО3 перечислил ООО «Калита» денежные средства в размере 20 000 000 руб.

Дополнительными соглашениями № 1 от 30.03.2020, № 2 от 30.04.2020, № 3 от 20.05.2020, № 4 от 30.06.2020, № 5 от 08.07.2020, № 6 от 28.08.2020, № 8 от 30.11.2020, № 10 от 29.01.2021, № 11 от 31.08.2021, № 12 от 31.01.2022 к договору денежного займа с процентами № 01/55/20 от 21.02.2020 срок действия договора продлевался, окончательно продлен до 31.07.2022.

Дополнительным соглашением № 9 от 22.12.2020 к договору денежного займа с процентами № 01/55/20 от 21.02.2020 предусмотрено, что займодавец предоставляет заемщику денежные средства в размере 2 000 000 руб. на срок по 31.01.2021 на условиях, предусмотренных договором денежного займа с процентами № 01/55/20 от 21.02.2020.

05.04.2022 между ФИО3 (далее - кредитор) и ООО «Калита» (далее – должник) заключено соглашение об отступном (далее - Соглашение), согласно которому должник взамен частичного исполнения обязательства по основному долгу на сумму 5 000 000 руб. по договору денежного займа с процентами № 01/55/20 от 21.02.2020 предоставляет кредитору отступное: земельный участок площадью 9 941 кв.м., кадастровый номер: 42:28:1501001:12, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под промышленные предприятия (здание, входящее в состав заиловочного участка), адрес (местонахождение): Кемеровская область, г. Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок № 4, и расположенное на нем здание площадью 375,4 кв.м., количество этажей: 2, кадастровый номер: 42:28:1501001:239, адрес (местонахождение): Кемеровская область, г. Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок № 4.

Из пункта 3.3 Соглашения следует, что размер отступного определяется с учетом рыночной стоимости имущества, составляет 5 000 000 руб., из которых:

- 2 500 000 руб. – стоимость земельного участка;

- 2 500 000 руб. – стоимость здания.

Полагая, что Соглашение заключено на момент, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в отсутствие равноценного встречного предоставления, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд, указав в качестве правового основания пункты 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, достаточных для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: причинении вреда имущественным правам кредиторов в виде отсутствия равноценного встречного предоставления, осведомленности другой стороны сделки (ФИО3) о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, коллегия судей руководствуется следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае оспариваемое соглашение об отступном заключено 05.04.2022, в то время как заявление о признании должника банкротом принято к производству 24.10.2022, таким образом, сделка подпадает под период подозрительности, установленный пунктами 1, 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления № 63.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств сделка не может быть признана недействительной по приведенному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как указывает конкурсный управляющий доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись имущество и денежные средства в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены, наоборот, в результате совершения сделки, должник лишился основного ликвидного имущества, задействованного в его хозяйственной деятельности.

Факт наличия у должника на момент заключения спорного соглашения задолженности перед иными кредиторами, требования которых в дальнейшем были включены в реестр кредиторов должника (АО «Газпромбанк», АО «Альфа-Банк», ПАО «Сбербанк», ПАО «Росбанк», ООО «Мехстрой», ПАО «Совкомбанк»), подтвержден материалами дела и участвующими в деле лицами не оспаривается.

Между тем, наличие обязательств перед отдельными кредиторами в определенный период времени не свидетельствует о безусловной осведомлённости об указанных обстоятельствах контрагента должника, равно как и о том, что сделка по отчуждению имущества совершена именно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемого соглашения.

Статьей 409 ГК РФ предусмотрено, что по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

В силу правовой природы отступного и его зависимости от прекращающегося предоставлением отступного обязательства, в отсутствие последнего отступное не может существовать.

Вместе с тем, реальность ранее сложившихся в 2020 году между сторонами заемных отношений на условиях уплаты процентов с установлением срока исполнения обязательств и обеспечения поручительством, а также обстоятельства поступления на счет должника денежных средств от ФИО3, наличие у последнего финансовой состоятельности на выдачу займов в таком размере, конкурсным управляющим не оспорены. Указанные обстоятельства исследовались в суде общей юрисдикции, что отражено в решении Ленинского районного суда города Омска от 28.05.2024 по делу № 2-1461/2024.

Таким образом, наличие оснований для заключения между ООО «Калита» и ФИО3 такого соглашения возражающими лицами по существу не опровергнуто.

Доводы апелляционной жалобы, по сути, сводятся к позиции о том, что рыночная стоимость переданного в счет отступного имущества значительно отличалась от той, что стороны указали в соглашении.

В частности, судом установлено, что предметом Соглашения являлось здание площадью 375,4 кв.м., количество этажей: 2, кадастровый номер: 42:28:1501001:239, адрес (местонахождение): Кемеровская область, г. Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок № 4.

При этом согласно доводам управляющего, на момент заключения спорного соглашения здание было реконструировано, в связи с чем действительная площадь указанного объекта недвижимости составляла 838,4 кв.м., а не 375,4 кв.м. Указанные обстоятельства подтверждаются Техническим паспортом от 26.06.2017 и отчетом № 205010 от 14.12.2020, выполненным ООО «Независимая экспертиза «Флагман», о чем, по мнению управляющего, было известно сторонам сделки при её заключении.

Вместе с тем, согласно правовому подходу, отраженному в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по делам, связанным с самовольным строительством (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014), признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд, по какой-либо независящей от него причине было лишено возможности получить правоустанавливающие документы на вновь созданный или реконструированный объект недвижимости в порядке, установленном нормативными правовыми актами, регулирующими отношения, связанные с градостроительной деятельностью, и отношения по использованию земель.

Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права и может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд с таким иском, по не зависящей от него причине было лишено возможности получить правоустанавливающие документы на вновь возведенный объект в установленном законом порядке.

В противном случае при удовлетворении требований на основании пункта 3 статьи 222 ГК РФ имел бы место упрощенный порядок легализации самовольного строения, применение которого ставило бы добросовестного застройщика, получающего необходимые для строительства документы в установленном порядке, в неравное положение по сравнению с самовольным застройщиком, который не выполнял предусмотренные законом требования.

Кроме того, истцу надлежит обосновать, что им были предприняты все возможные и необходимые меры для осуществления строительства в установленном порядке, однако в силу исключительных обстоятельств, соблюдение указанного порядка оказалось невозможным.

Таким образом, узаконить самовольную реконструкцию возможно только в судебном порядке посредством подачи иска о признании за должником права собственности на здание, в реконструированном (перепланированном) состоянии согласно техническому паспорту.

В настоящем случае, из материалов дела не следует, что реконструкция такого объекта, в том числе неотделимые улучшения спорного здания, были произведёнными силами и/или за счет средств должника (должник получил данный объект также по отступному), равно как и не доказано, что в случае обращения в уполномоченный орган с заявлением о регистрации данного объекта недвижимости с увеличенной площадью оно в любом случае было бы удовлетворено.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств, что должник принимал меры к получению разрешительной документации на строительство либо обращался с исковым заявлением о признании права собственности на спорный объект.

Указанное обстоятельство также косвенно подтверждается тем, что ФИО3 после заключения спорного соглашения и оформления права собственности на объекты недвижимости с соответствующими заявлениями ни в суд, ни в регистрирующий орган не обращался, что косвенно могло бы свидетельствовать о желании сторон скрыть факт передачи ответчику в качестве отступного имущественное, значительного отличающегося площадью от того, что указанно в соглашении для целей выведения данного актива из имущественной сферы должника. Напротив, за ответчиком также было зарегистрировано право собственности на здание площадью 375,4 кв.м., а не 838,4 кв.м.

Доказательств того, что рыночная стоимость переданного по оспариваемому соглашению имущества, значительно выше стоимости, определенной сторонами в соглашении, материалы дела также не содержат.

Так, согласно отчету № 205010 от 14.12.2020, выполненному ООО «Независимая экспертиза «Флагман», по состоянию на 14.12.2020 рыночная стоимость земельного участка площадью 9 941 кв.м., кадастровый номер: 42:28:1501001:12, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под промышленные предприятия (здание, входящее в состав заиловочного участка), адрес (местонахождение): Кемеровская область, г. Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок № 4, и расположенного на нем здания площадью 375,4 кв.м, количество этажей: 2, кадастровый номер: 42:28:1501001:239, адрес (местонахождение): Кемеровская область, г. Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок № 4, составляет 4 770 000 руб., в том числе здание – 2 630 000 руб., земельный участок – 2 140 000 руб. 

Вопреки доводам подателя жалобы, рыночная стоимость объекта оценки при условии регистрации права в соответствии с технической документацией по состоянию на 14.12.2020 в размере 8 010 000 руб., в том числе здание – 5 870 000 руб., земельный участок – 2 140 000 руб. приведена справочно. Более того, в указанно отчете дополнительно отмечено, что анализ разрешительной документации на реконструкцию и возможность регистрации объекта оценки № 1 (здание) выходит за пределы профессиональной компетенции оценщика, поэтому оценщик не несет ответственность за обстоятельства юридического характера, связанные с невозможностью государственной регистрации прав.

В материалы дела не представлено техническое заключение по результатам визуального обследования законности реконструкции.

Таким образом, учитывая, что самовольная постройка не является оборотоспособной вещью согласно положениям действующего гражданского законодательства, цена её реализации не может быть увеличена за счет увеличения площади спорных объектов в части проведенной должником самовольной реконструкции.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, существенной является разница, если покупная цена отличается от рыночной в несколько раз. Более того, разница даже выше чем на 30% не может однозначно свидетельствовать о ее существенном завышении без учета установления осведомленности контрагента должника о противоправных целях последнего.

В рассматриваемом случае доказательств аффилированности ООО «Калита» и ФИО3 суду не представлены, а доводы об обратном основаны на предположениях. При этом само по себе наличие аффилированности сторон сделки (если такое допустить) и неисполненных обязательств перед иными кредиторами при недоказанности цели причинения вреда кредиторам должника и самого факта причинения такого вреда, не являются безусловным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Из материалов дела не следует, что с учетом технического состояния спорных объектов недвижимости (согласно отчета от 05.06.2023 ИП ФИО8 нежилое здание обесточено, отсутствует подача технической и питьевой воды, здание подтверждено частичному разрушению, проседанию фундамента, в ряде помещений необходим ремонт либо замена окон; потребуется обновление керамической плитки в помещениях и мойке; в связи с тем, что система отопления была заморожена, потребуются вложения в восстановление отопления, а также замена и перекраска стен и замена подвесных потолков), их территориально удаленного расположения (Кемеровская область, г.Междуреченск, промплощадка шахты «Распадская», блок 4) и необходимости получения разрешения на въезд ввиду установленного контрольно-пропускного режима, отсутствия государственной регистрации произведенной в отношении здания реконструкции, на указанное имущество действительно имелся бы потребительский спрос на приобретение такого имущества по заявленной конкурсным управляющим цене (порядка 10 млн.руб.).

В отсутствие доказательств обратного, соответствие стоимости переданных ответчику объектов недвижимости, установленной сторонами в соглашении, ее рыночной подтверждено представленными в материалы спора документами и надлежащим образом возражающими лицами не опровергнуто.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для вывода об увеличении рыночной стоимости переданного по соглашению об отступном имущества лишь на том основании, что в действительности стоимость здания является отличной от той, что стороны указали в Соглашении и которая соответствовала сведениям ЕГРИП.

Таким образом, в рассматриваемом случае у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для признания спорной сделки недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции правомерно установил отсутствие надлежащих и бесспорных доказательств наличия у сторон оспариваемой сделки при ее совершении намерения злоупотребить своим правом в ущерб иным кредиторам.

Суд апелляционной инстанции при исследовании доказательств по делу также не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе аналогичны доводам, заявленным в суде первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Омской области от 21.08.2024 по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлина в связи с отказом в её удовлетворении относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.08.2024 по делу № А46-18322/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления  в полном объеме.

Председательствующий

М.П. Целых

Судьи

Е.В. Аристова

О.Ю. Брежнева