ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

24.06.2022

 

Дело № А40-141584/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена  21.06.2022

Полный текст постановления изготовлен  24.06.2022

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего - судьи Борсовой Ж.П.,

судей: Колмаковой Н.Н., Ярцева Д.Г.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности  от 23 марта 2021 года (онлайн) 

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 18 февраля 2021 года, 

рассмотрев 21 июня 2022 года в судебном заседании кассационные жалобы акционерного общества «ОТП Банк»

на определение Арбитражного суда города Москвы о процессуальном правопреемстве от 02 февраля 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года по делу № А40-141584/2021,

на решение Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2021 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года по делу № А40-141584/2021,

по исковому заявлению ФИО3 к акционерному обществу «ОТП Банк» о признании недействительным договора,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом Мегапласт» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «ОТП Банк» (далее – ответчик) о признании договора открытия банковского счета в АО ОТП Банк недействительной ничтожной сделкой, обязании в течение двух рабочих дней с момента вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу закрыть расчетный счет 

<

***> открытый на имя ООО «ТД Мегапласт», взыскании неустойки с АО «ОТП Банк» в пользу ООО «ТД Мегапласт» в случае неисполнения решения Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу в размере 100 000  руб. за каждый день просрочки с 3 по 10 день с даты вступления решения суда в законную силу, в размере 200 000 руб. за каждый день просрочки с 11 дня от даты вступления решения в законную силу до момента фактического исполнения обязательств.

ФИО3 06 декабря 2021 года обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о замене стороны взыскателя - истца общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Мегапласт» на его правопреемника ФИО3

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2021 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года, исковые требования удовлетворены  полном объеме.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02 февраля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года, заявление о процессуальном правопреемстве удовлетворено.

Не согласившись с принятыми по существу спора судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационными  жалобами, ссылаясь на то, что производство по делу подлежало прекращению в связи с исключением ООО «ТД МЕГАПЛАСТ» из Единого государственного реестра юридических лиц 29.11.2021.; по состоянию на 24.08.2021 у ООО «ТД МЕГАПЛАСТ» имеется задолженность перед АО «ОТП Банк» по договору банковского счета в рублях РФ в размере 1 943,63 руб.; судами двух инстанций не исследован спорный договор  уступки права требования от 16.11.2021, по которому истец уступил права требования своему учредителю, договор подписан ФИО3 от имени двух сторон, который подписан сторонами 16.11.2021, то есть в день составления промежуточного ликвидационного баланса и спустя два месяца после публикации сообщения в Вестнике государственной регистрации о предстоящей ликвидации истца и по которому предполагалась выплата истцу в течение одного года с момента заключения. Банк также указал, что заключение договора уступки не имело экономического смысла для его сторон, принимая во внимание вышеизложенное, что делало выплату в размере 5000 руб. в течение одного года заведомо невозможной; исходя из заявленных в рамках настоящего дела требований   и решения суда о признании договора об открытии расчетного счета недействительным, ООО «ТД МЕГАПЛАСТ» не может являться стороной признанного недействительным обязательства, предмет договора цессии и удовлетворенные требования истца не совпадают. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационных жалоб к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном Интернет-сайте суда: http:www.fasmo.arbitr.ru.

До рассмотрения жалоб по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу на определение Арбитражного суда города Москвы о процессуальном правопреемстве от 02 февраля 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

От представителя ФИО3 в Арбитражный суд Московского округа в электронном виде поступило ходатайство об участии в судебном заседании путем онлайн-заседания (посредством веб-конференции).

К ходатайству приложены электронные образцы документов, удостоверяющие личность представителя, а также документы, подтверждающие полномочия представителя на участие в судебном заседании.

Исходя из необходимости соблюдения интересов участников процесса на судебную защиту, принимая во внимание наличие технической возможности для проведения судебного заседания с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) и учитывая опыт Верховного Суда Российской Федерации, Арбитражным судом Московского округа удовлетворено заявленное ходатайство.

В заседании суда кассационной инстанции 21 июня 2022 года представитель ответчика изложенные в жалобах доводы и требования поддержал, представитель истца против удовлетворения жалоб возражал, в том числе, по доводам приобщенного к материалам дела в соответствии с положениями статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыва.

Обсудив доводы кассационных жалоб, изучив материалы дела и проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции усматривает наличие оснований для отмены обжалуемых судебных актов и направлению дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы ввиду следующего.

Из представленных в материалы дела доказательств судами при рассмотрении спора по существу установлено, что узнав об открытии неустановленными лицами от имени ООО «ТД Мегапласт» расчетного счета в Отделении «Беговое» ОТП Банка, ФИО3 который с 30 декабря 2020 года является директором и единственным участником ООО «Торговый дом Мегапласт», обратился к ответчику с заявлением о расторжении договора банковского счета и закрытии банковского счета № 

<

***>.

Истец указал, что ответа на заявление от ответчика не последовало, спорный расчетный счет не был закрыт, а также приостановлены финансовые операции по счету.

Исковые требования мотивированы тем, что у истца отсутствовало волеизъявление на заключение с ответчиком договора банковского счета, на основании которого в АО «ОТП Банк» на имя ООО «Торговый дом Мегапласт» открыт расчетный счет № 

<

***>.

Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в спорный период и на дату рассмотрения дела, лицом имеющим право действовать от имени общества без доверенности является генеральный директор – ФИО3, однако, ООО «Торговый дом Мегапласт», в лице генерального директора ФИО3, не обращалось к ответчику с заявлением об открытии спорного расчетного счета, никакие документы для открытия счета, а также поручения на совершение по нему операций в банк не предоставляло, генеральный директор карточку подписей и иные документы, необходимые для открытия счета не подписывал, документы общества банку не передавал, при этом копия паспорта ФИО3, представленная в банк, не соответствует паспорту ФИО3, истребованному из Управления МВД России по Смоленской области, а также при сравнении подписи ФИО3 на представленных документах, содержащих образцы свободной подписи указанного лица, установлено не требующее специальных познаний, без попытки подражания, несоответствие подписей, подписям, учиненным на копиях документов, на основании которых заключался спорный договор.

Удовлетворяя заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, исходил из того, что согласно тексту договора сделка является возмездной, по общему правилу, при ликвидации одной из сторон сделки спор о признании этой сделки недействительной не может быть рассмотрен судом и дело подлежит прекращению, данное правило основано на объективной невозможности рассмотрения иска в ситуации, когда надлежащий ответчик утратил правоспособность и по этой причине не может защищаться против предъявленного требования.  

При этом, суд апелляционной инстанции указал, что в рассматриваемом случае ООО «ТД МЕГАПЛАСТ» до своей ликвидации, 16.11.2021г., уступило по договору цессии право требования ФИО3;  ФИО3 правоспособность не утратил, и в такой ситуации именно он должен быть надлежащим истцом по спору о признании недействительной сделки; объективных препятствий для отказа в удовлетворении ходатайства о процессуальном правопреемстве не имеется.

Отклоняя довод ответчика о том, что на основании настоящего определения ФИО3 получил возможность требовать от ответчика взыскания убытков в сумме 1 382 426 руб., апелляционная инстанция указала, что, так как судом произведена замена ФИО3, как взыскателя уже по рассмотренному спору, предметом по которому не являлось требование о взыскании с ответчика убытков в сумме 1 382 426 руб., в связи с чем исполнительный лист на взыскание с Банка в пользу ФИО3 убытков в сумме 1 382 426 руб., выдан не будет (п.п.5 п.1 ст.320 АПК РФ).

Между тем судами не учтено следующее.

По правилам пункта 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации, правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в Единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

В силу положений статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам.

Согласно пункту 9 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 6 статьи 22 Федерального закона от 08 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в ЕГРЮЛ в порядке, установленном названным законом.

Судами установлено, что ООО «Торговый дом Мегапласт» прекратил деятельность (ликвидирован), о чем 29 ноября 2021 года в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

Отклоняя доводы жалобы о том, что производство по настоящему делу подлежало прекращению в виду внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации истца от 29 ноября 2021 года апелляционный суд указал, что до оглашения резолютивной части решения (07 декабря 2021 года) в суд 06 декабря 2021 года поступило заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве с приложением договора возмездной уступки прав требования от 16 ноября 2021 года, отметив, что рассмотрение судом апелляционной инстанции заявления о процессуальном правопреемстве не непосредственно при принятии решения, а позднее не может означать, что уступка в материальном правоотношении не произошла 16 ноября 2021 года и на стороне истца отсутствовало правоспособное лицо, которым является ФИО3.

В соответствии с частью 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В обоснование заявления о процессуальном правопреемстве ФИО3 ссылается на договор уступки прав требования от 16 ноября 2021 года, заключенный с ООО «Торговый дом Мегапласт» (цедент), по условиям которого цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает все права требования цедента к АО «ОТП Банк», возникшие в рамках дела № А40-141584/21.

Пунктом 2.2 договора уступки предусмотрено, что за уступку права требования цессионарий выплачивает цеденту сумму в размере 5 000 руб. в течение одного года с момента заключения договора.

Необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2019 года № 303-ЭС18-23092).

Согласно абзацу 1 пункта 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. Причем к сделке, которую стороны действительно имели ввиду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Судом должна быть дана оценка реальности сделки по уступке прав требования, в частности, проверена юридическая сила соответствующей сделки, то есть заключенность и действительность представленного в обоснование заявления правопреемника договора.

Согласно пункту 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок (пункт 88 постановления).

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка), и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности является не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Действующим законодательством установлен принцип возмездности (платности) отношений между коммерческими организациями.

Как указано выше, пунктом 2.2 договора уступки предусмотрено, что за уступку права требования цессионарий выплачивает цеденту сумму в размере в размере 5 000 руб. в течение одного года с момента заключения договора.

Согласно сообщению, размещенному  в «Вестник государственной регистрации» № 34(853) от 01.09.2021/706 единственным участником ФИО3 принято решение о ликвидации ООО «ТД Мегапласт», на основании которого 29 ноября 2021 года налоговым органом внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении юридического лица ООО «ТД Мегапласт».

Между тем, судами нижестоящих инстанций не исследованы обстоятельства совершения договора уступки 16 ноября 2021 года, условия спорного договора  уступки права требования от 16.11.2021 (в том числе, его предмет), по которому истец уступил права требования своему учредителю, договор подписан ФИО3 от имени двух сторон, который подписан сторонами 16.11.2021, то есть в день составления промежуточного ликвидационного баланса и спустя два месяца после публикации сообщения в Вестнике государственной регистрации о предстоящей ликвидации истца и по которому предполагалась выплата истцу в течение одного года с момента заключения. Равно как не дана оценка доводам Банка о том, что заключение договора уступки не имело экономического смысла для его сторон с учетом согласованного условия договора уступки  о выплате в размере 5000 руб. в течение одного года и уже принятом решении о ликвидации Общества.

Также судами не исследован вопрос возможности  замены стороны в материальном обязательстве с учетом заявленных в рамках настоящего дела требований   и решения суда о признании договора об открытии расчетного счета недействительным. 

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о преждевременности выводе судов о правопреемстве в материальных правоотношениях в рамках настоящего дела. 

Поскольку для принятия законных и обоснованных судебных актов требуется исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции и невозможные в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, судебные акты подлежат отмене в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, полно и всесторонне исследовать фактические обстоятельства дела, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства, а также всем доводам, заявленным лицами, участвующими в деле, в обоснование своих правовых позиций, и при правильном применении норм материального и процессуального права - принять законное и обоснованное решение, а также решить вопрос о процессуальном правопреемстве. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы о процессуальном правопреемстве от 02 февраля 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года по делу № А40-141584/2021 отменить.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2021 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 апреля 2022 года по делу № А40-141584/2021 отменить.

Дело №А40-141584/2021 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий-судья       Ж.П. Борсова 

Судьи:   Н.Н. Колмакова  

                                                        Д.Г. Ярцев