ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-1095/2016

г. Саратов

20 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «16» декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен  «20» декабря 2019 года.

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарихиной Л.А., 

судей Грабко О.В., Самохваловой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                           ФИО2 на определение Арбитражного суда Астраханской области от 21 июня 2019 года по делу № А06-1095/2016, принятое судьей Подосинниковым Ю.В., 

по заявлению ФИО3 к ФИО2 и ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «ГРАП» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 - ФИО5, действующей на основании доверенности от 27.03.2018,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской  области от 26.09.2017 общество с ограниченной ответственностью «ПКФ «ГРАП» (далее также – должник) признано несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры конкурсного производства. 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 22.11.2019 конкурсным управляющим утверждён ФИО6.

Конкурсный кредитор ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности. Впоследствии ФИО3 отказалась от требований в части привлечения ФИО4

Определением суда от 21.06.2019 (с учётом дополнительного определения от 21.06.2019, определения об исправлении опечатки от 04.09.2019), признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Производство по заявлению ФИО3 в части требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности прекращено.

Не согласившись с выводами суда, ФИО2 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Астраханской  области от 21.06.2019 в части признания доказанным наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО3

В судебном заседании представителем ФИО2 ФИО5 заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства в целях представления дополнительных доказательств по делу, а также личной явки ФИО2

Исходя из положений части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

По смыслу указанной нормы права удовлетворение ходатайства лица, участвующего в деле, об отложении рассмотрения дела является правом, а не обязанностью суда.

Судом отмечается, что апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству 31.07.2019, судебное заседание назначено на 26.08.2019. Судебные заседания по настоящему спору неоднократно откладывались (определения от 26.08.2019, от 23.09.2019, от 21.10.2019, от 18.11.2019). Следовательно, ответчик имел достаточно времени для подготовки и представления необходимых доказательств 

Кроме того, необходимость обязательного личного участия ФИО2  не обоснована, так же как не указано для совершения каких процессуальных действий необходима личная явка ответчика в заседание суда апелляционной инстанции, с учетом обеспечения явки представителя по доверенности ФИО5

Судом также принято во внимание, что удовлетворение ходатайства об отложении приведёт к необоснованному затягиванию рассмотрения апелляционной жалобы. В связи с чем, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что у ФИО2 до даты 25.11.2015 (прекращение полномочий директора должника), не было оснований для подачи заявления в суд о признании ООО «ПКФ «ГРАП» банкротом поскольку общество не обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Судебные акты о взыскании с ООО «ПКФ «ГРАП» задолженности вступили в законную силу после подачи УМСП «Аксарайский» заявления о признании должника банкротом (10.02.2016). Более того, должник обладает собственными активами для удовлетворения требований кредиторов в полном объёме.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В представленном отзыве конкурсный управляющий возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились,  надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения, при этом иные лица, участвующие в деле, возражений против этого не заявили, то в соответствии с пунктом 5 статьи 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не может выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 18.01.2013 по 25.11.2015 являлся директором общества, а также единственным учредителем должника.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, ФИО3 указала, что ФИО2 зная о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, обязан был обратиться арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 17.09.2013. Также, ФИО2 в период с 2013 по 2014 годы совершен ряд сделок, которые причинили ущерб имущественным правам кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Согласно пункту 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми кредитор заявляет о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, а заявление поступило в суд после вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве (как в редакции Закона №134-Ф3), и процессуальных норм, предусмотренных Законом N 266-ФЗ.

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Исходя из принципов, закрепленных в статьях 10, пункте 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью», лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Как следует из карточки настоящего дела № А06-1095/2016 в  картотеке арбитражных дел, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019 (оставленным без изменения  постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.08.2019), признан недействительным договор об уступке прав требований (цессии) от 06.10.2014, заключенный между ООО «ПКФ «ГРАП», УМСХП «Аксарайский» и ООО «Элиста Транс Сервис» в части пункта 11 договора о принятии ООО «ПКФ «ГРАП» дополнительной ответственности (поручительстве) за исполнение должником его обязанностей перед цессионарием.

Признавая сделку недействительной, апелляционным судом установлено, что между ООО «ПКФ «ГРАП» (продавец) и УМСХП «Аксарайский» (покупатель) заключен договор поставки нефтепродуктов № Р18/13 от 04.10.2013, согласно пункту 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность нефтепродукты, а покупатель принять и оплатить их на условиях предусмотренных настоящим договором на сумму 55 000 000,00 руб.

Должником обязательства перед УМСХП "Аксарайский" исполнены не были. 

Также, между ООО «ПКФ «ГРАП» (Продавец) и ООО «Элиста Транс Сервис» (Покупатель) заключен договор реализации № Р11/11 от 02.06.2011, согласно условиям которого Продавец обязуется передать в собственность нефтепродукты, а Покупатель принять и оплатить их на условиях предусмотренных договором на сумму 43 133 426,54 руб.

Обязанность по оплате ООО «Элиста Транс Сервис» указанной задолженности не исполнена.

С целью погашения кредиторской задолженности ООО "ПКФ "ГРАП" перед УМСХП "Аксарайский", 06.10.2014 между ООО «ПКФ «ГРАП» (Цедент), УМСХП «Аксарайский» (Цессионарий) и ООО «Элиста Транс Сервис» (Должник) заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к ООО «Элиста Транс Сервис» долга в сумме 43 133 426,54 руб., возникшего из договора реализации от 02.06.2011.

Пунктом 11 договора стороны предусмотрели, что ООО «ПКФ «ГРАП» принимает на себя обязательство о дополнительной ответственности (поручительстве) за исполнение ООО «Элиста Транс Сервис» его обязательств перед УМСХП "Аксарайский".

На основании указанного договора об уступке прав требования (цессии) от 06.10.2014, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2015 года по делу N А06-1405/2015 с ООО ПКФ "ГРАП" в пользу УМСХП "Аксарайский" в порядке субсидиарной ответственности как с поручителя взыскано 45 893 618,82 руб.

Апелляционный суд в постановлении от 08.05.2019 пришёл к выводу, что договор уступки в части принятия ООО «ПКФ «ГРАП» на себя обязательства о дополнительной ответственности (поручительстве) за исполнение ООО «Элиста Транс Сервис» его обязательств перед УМСХП «Аксарайский», заключен при заведомой неплатежеспособности основного должника (ООО «Элиста Транс Сервис»), что свидетельствовало о том, что основное обязательство не будет исполнено. ООО «ПКФ «ГРАП» заведомо лишалось возможности взыскания в последующем в порядке регресса (ст. 365 ГК РФ) с ООО «Элиста Транс Сервис» взысканной с ООО «ПКФ «ГРАП» как с поручителя задолженности. 

Таким образом, поручительство заключено в крайне неблагоприятных имущественных и финансовых условиях для ООО «ПКФ «ГРАП», которое не могло не осознавать фактическую неисполнимость обязательства за иное лицо. 

Как указано в данном судебном акте, на момент заключения договора уступки – 06.10.2014 у ООО "ПКФ "ГРАП" имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе, перед ЗАО "Инженерные системы" в размере 51 150 425 руб. за период январь - апрель 2014 г.

Стороны договора знали о признаках неплатежеспособности ООО "ПКФ "ГРАП". Фактически из конкурсной массы выведены активы, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, вступившим в законную силу приговором Красноярского районного суда Астраханской области от 16.02.2016 установлено, что договор поставки нефтепродуктов № Р18/13 от 04.10.2013 является фиктивной сделкой, в результате совершения которой денежные средства в размере 55 000 000,00 руб. из средств местного бюджета, перечислены 04.10.2013 со счета УМСХП «Аксарайский» на счет ООО «ПКФ «ГРАП» в виде незаконной финансовой помощи.

Указанными денежными средствами планировалось погашение задолженности должника  перед кредитором ООО «Петротекс», возникшей из договора поставки нефтепродуктов.

Как установлено, 30.05.2013  между ООО «Петротекс», (поставщиком) и должником (покупателем) заключен Договор поставки №ПТ/2013-66, согласно которому ООО «Петротекс», обязуется передавать должнику нефтепродукты, ассортимент, количество, сроки поставки, условия оплаты и цена которых указывается сторонами в отдельных приложениях (спецификациях), являющихся неотъемлемой частью договора.

ООО «Петротекс» в 2013 г. произвел отгрузки нефтепродуктов на станции, указанные в приложениях к Договору.

Согласно Приложениям №№ 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26 к Договору покупатель обязан оплатить поставленные нефтепродукты в течение 10 календарных дней с момента отгрузки.

Между тем, в нарушение условий договора ООО «ПКФ «ГРАП»  не надлежащим образом исполнял обязанности по оплате полученного товара.

Указанные обстоятельств установлены решением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2014 по делу А40-30452/2014 (оставленным без изменения судом апелляционной и кассационной инстанции), которым с должника в пользу ООО «Петротекс» взысканы пени за просрочку оплаты товара за период с 17.08.2013 по 17.01.2014 в размере 763 995,47 руб. 

04.10.2013 ООО «ПКФ «ГРАП» перечислило ООО «Петротекс» денежные средства в размере 54 500 000,00 руб., поступившие от  УМСХП «Аксарайский» (из средств местного бюджета).

Таким образом, на дату получения денежных средств (04.10.2013)  от УМСХП "Аксарайский" и перечисления их ООО «Петротекс» в счет задолженности по договору от 30.05.2013, у должника имелись просроченные обязательства.

Кроме того,  с указанной даты должник не исполнил (и не планировал исполнять) обязательства перед УМСХП «Аксарайский» по фиктивному договору поставки нефтепродуктов № Р18/13 от 04.10.2013 на сумму 55 млн. руб.  

Вступившим в законную силу приговором Красноярского районного суда Астраханской области от 16.02.2016 установлено, что договор поставки нефтепродуктов N Р18/13 от 04.10.2013 является ничтожной сделкой, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

Согласно ч. 4 ст. 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Из материалов дела следует, что по заявлению УМСХП "Аксарайский" на основании постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2015 по делу N А06-1405/2015, которым с ООО ПКФ "ГРАП" в пользу УМСХП "Аксарайский" в порядке субсидиарной ответственности как с поручителя (договор уступки от 06.10.2014) взыскано 45 893 618,82 руб., и было  возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Совершенные сделки сделали невозможным осуществление хозяйственной деятельности должника и привели к его банкротству.

Кроме того, судом отмечается, что в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО2 заключены иные договоры, по которым у ООО «ПКФ «ГРАП» имелись неисполненные обязательства: 

- перед ООО «КД-ойл» по договору поставки нефтепродуктов № 116/2-13-10 от 21.10.2013 в размере 1 899 752,66 руб. по договору поставки нефтепродуктов № 159/11-2014MO от 17.11.2014 в размере 30 123 654,81 руб., убытки по договору хранения № 116-ХНП от 20.10.2013 в размере 15 174 253,00 руб. (решение Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 04.02.2016 по делу №2-66/2016);

- перед АО «РОСТ БАНК» (правопредшественник ФИО3) по кредитным договорам 

<

***> от 13.09.2013 и №

<

***> от 16.10.2013 в сумме 120 702 727,15 руб. (определение Арбитражный суд Астраханской области от 06.09.2016 по делу № А06-1095/2016);

- перед ФИО7 по договору займа №22/ААА-957 от 22.05.2013 в размере 5 030 000,00 руб. (определение Арбитражный суд Астраханской области от 29.11.2017 по делу № А06-1095/2016);

- перед ЗАО «ИНЖЕНЕРНЫЕ СИСТЕМЫ» по договору поставки нефтепродуктов №П-14/02 от 27.01.2014 в размере 58 738 361,00 руб., в связи с непоставкой нефтепродуктов в период с 30.01.2014 до 30.04.2014 (решение Арбитражного суда Чеченской Республики от 11.08.2016 по деду №А77-224/2016).

Доводы апеллянта о том, что судебные акты о взыскании с ООО «ПКФ «ГРАП» задолженности вступили в законную силу после подачи заявления о признании должника банкротом, отклоняются как основанные на неверном толковании норм права.

Сроки исполнения денежных обязательств должника перед кредитором, в том числе по договору поставки, кредиту в силу статьи 307 ГК РФ определяются условиями соответствующих договоров. 

Вступление в законную силу решения суда в настоящем случае обязывает ответчика оплатить денежные средства в принудительном порядке в соответствии со статьей 16 АПК РФ, но не изменяет срок наступления момента исполнения обязательств.

Также отклоняются доводы апеллянта об отсутствии неисполненных обязательств перед АО «РОСТ БАНК» по состоянию на 2014 год, поскольку обязанность возвратить заемные средства у должника возникла с момента перечисления ему денежных средств.

Согласно определению Арбитражного суда Астраханской области от 06.09.2016 по делу № А06-1095/2016 (оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 17.11.2016) в соответствии с условиями пунктов 2.1 и 2.2 кредитного договора № 

<

***> и кредитного договора № 

<

***> денежные средства были предоставлены Банком должнику путём зачисления на банковский счёт ООО ПКФ «ГРАП», что подтверждается банковскими ордерами №№ 516791 от 13.09.2013, 524442 от 17.09.2013, 45565 от 01.2014, 49716 от 24.01.2014, № 652091 от 30.10.2013, 666927 от 05.11.2013, 16256 от .2014, 24507 от 16.01.2014, 33514 от 20.01.2014, 37570 от 21.01.2014.

Как установлено судом в рамках настоящего обособленного спора и подтверждается ФИО2 в апелляционной жалобе, ООО «ПКФ «ГРАП» в период с 06.08.2013 по 08.09.2014 осуществлены сделки - поставка нефтепродуктов в адрес ООО «Элиста Транс Сервис» на сумму 90 330 732,57 руб. (товарно-транспортные накладные, акт сверки расчетов от 09.09.2014), без соответствующей оплаты со стороны последнего, что свидетельствует об их убыточности.

При этом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, ФИО2 указанная задолженность в судебном порядке не взыскивалась. Более того, ООО «Элиста Транс Сервис» было исключено из ЕГРЮЛ 23.01.2019 как недействующее юридическое лицо.

Указанное свидетельствует о последовательном выводе активов из общества ФИО2, осведомленным о признаках неплатежеспособности должника.

Таким образом, действия ФИО2 являющегося в спорный период генеральным директором должника, по заключению сделок, выразившиеся в непроявлении должной степени осмотрительности при их заключении и выбора контрагентов, привели к значительному уменьшению активов, что в совокупности привело к неплатежеспособности данной организации.

В данном случае, судом оценена совокупность действий по заключению в предбанкротный период сделок по выводу активов как существенный факт влияния указанных действий на фактически наступившее объективное банкротство должника и невозможность вследствие недостатка конкурсной массы рассчитаться с конкурсными кредиторами.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 в силу прямого указания пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

На момент заключения сделок перечисленных выше должник обладал признаками объективного банкротства, в связи с чем, действия ФИО2, приведшие к выводу активов должника, совершены намеренно с целью причинения вреда кредиторам. В результате неправомерных действий руководителя должника финансовое положение общества ухудшилось, стало невозможным полное удовлетворение требований кредиторов.  

Исследовав представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд приходит к выводу о наличии совокупности условий для наступления субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО "ПКФ "ГРАП" на основании пункта п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, так как доказана причинно-следственная связь между его действиями и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Относительно привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, судом отмечается следующее.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего федерального закона.

Из приведенных норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий:  возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства;  неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;  возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

Как указано выше, уже по состоянию на 04.10.2013 должник имел задолженность перед ООО «Петротекс» по договору поставки нефтепродуктов в размере 54 500 000,00 руб.  Для погашения данной задолженности 04.10.2013 должнику перечислены со счета УМСХП «Аксарайский» денежные средства в размере 55 000 000,00 руб. по ничтожной сделке. С указанной даты должник также не исполнил (и не планировал исполнять) обязательства перед УМСХП «Аксарайский» (в размере 55 000 000,00 руб.) по фиктивному договору поставки нефтепродуктов № Р18/13 от 04.10.2013. 

Указанные обстоятельства, установлены вступившим в законную силу приговором Красноярского районного суда Астраханской области от 16.02.2016.

Таким образом, является обоснованным вывод суда о том, что руководитель должника ФИО2 обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «ПКФ «ГРАП» не позднее 04.11.2013.

При этом, вопреки доводам апеллянта, согласно актам инвентаризации от 17.02.2017 и от 02.06.2017, стоимость активов должника составляет 51 766 988,05 руб., а не 400-600 млн. как указывает апеллянт (размер реестровой задолженности перед кредиторами составляет свыше 280 млн. руб.). 

Также подлежит отклонению довод апеллянта, что оснований для обращения в суд до 25.11.2015 (даты прекращения полномочий директора ФИО2) не было, в связи с отсутствием признаков неплатежеспособности.

Как было указано вступившим в законную силу постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019, а также анализом заключенных должником сделок, на момент заключения договора уступки – 06.10.2014 у ООО "ПКФ "ГРАП" имелись уже значительные неисполненные обязательства перед кредиторами.

Таким образом, даже если предположить отсутствия необходимость обращения с заявлением на конец 2013 года, факт наличия признаков объективного банкротства на конец 2014 года установлен, в том числе вступившим в силу судебным актом, и лицами, участвующими в деле не оспаривается.

В связи с чем обязанность ФИО2 обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, возникла в любом случае до 25.11.2015.

При этом апеллянтом каких-либо доказательств того, что возникновение признаков неплатежеспособности в указанный период не свидетельствовало об объективном банкротстве должника, либо того, что ФИО2 добросовестно рассчитывал на преодоление финансовых затруднений, выполнял разработанный экономически обоснованный план, в материалы дела не представлено.

Напротив, как указано выше, уже с указанного периода ФИО2 лишь выводил активы должника, наращивая при этом имеющуюся кредиторскую задолженность, а также принимал на себя новые неисполнимые обязательства путём заключения новых сделок.

При таких обстоятельствах, в связи с неисполнением руководителем ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника произошло ухудшение финансового состояния должника и наращивание кредиторской задолженности, что является основанием для привлечения            ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В ходе рассмотрении обособленного спора заявитель выполнил обязанность по представлению ясных и убедительных доказательств отрицательного влияния управленческих и распорядительных решений ФИО2 (определение Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8)), вследствие чего судом первой инстанции сделан правомерный вывод о наличии совокупности условий для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по пунктам 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 41 постановления N 53 по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности. 

Различный подход законодателя к приостановлению в зависимости от основания привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности обусловлен различиями в объеме ответственности (за неподачу – новые обязательства должника, возникшие за период неисполнения обязанности по обращению с заявлением о банкротстве и до возбуждения дела) и целевой направленности ответственности контролирующих лиц.

Однако, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем "поглощения" большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве.

Суд, первой инстанции, установив невозможность определения размера субсидиарной ответственности в связи с тем, что расчеты с кредиторами не окончены (не завершены действия по формированию конкурсной массы, имущество должника не реализовано), правомерно приостановил рассмотрение заявлений конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа.

Поскольку судом признаны доказанными наличие оснований привлечения к субсидиарной ответственности по п. 2 и п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, установление конкретного объема обязательств, возникших в период неисполнения обязанности по подаче заявления о банкротстве должника ФИО2, на данной стадии не требуется, и будет определен после возобновления производства по настоящему спору (окончательный размер ответственности).

С учетом изложенных конкретных обстоятельств, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, отмены или изменения определения в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 21 июня 2019 года по делу № А06-1095/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья             Л.А. Макарихина

Судьи                                                                                                    О.В. Грабко 

                                                                                                      А.Ю. Самохвалова