ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

26.07.2021

Дело № А40-48052/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена  19.07.2021 

Полный текст постановления изготовлен  26.07.2021

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Михайловой Л.В., Каменецкого Д.В.,

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего АО «Эксперт Банк» - ФИО1, по доверенности от 23 апреля 2021 года;

от ООО «Альянс МБ» - ФИО2, по доверенности от 23 декабря 2020 года;

рассмотрев 19.07.2021 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего АО «Эксперт Банк»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021,

о признании требований АО «Эксперт Банк» обоснованными, подлежащими удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты

в рамках дела о признании ООО «УСТРОЙСТВО-3» несостоятельным (банкротом) 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 16 сентября 2020 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Устройство-3» (ООО "Устройство-3") введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете "КоммерсантЪ" № 181 от 03 октября 2020 года.

АО "Эксперт Банк" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО "Устройство-3" задолженности в размере 177 929 972,69 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01 февраля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 апреля 2021 года, требования АО "Эксперт Банк" в размере 177 929 972,69 руб. признаны обоснованными, однако подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, при этом суды отказали в признании требований  залоговыми.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий АО «Эксперт Банк» обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 01 февраля 2021 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 апреля 2021 года в части установленной  судами очередности удовлетворения требований и отказа в признании требований залоговыми и принять новый судебный акт в данной части, удовлетворив заявленные Банком требования в полном объеме.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

Как следует из материалов дела, АО "Эксперт Банк" в обоснование заявленных требований указало, что 31 октября 2017 года АО "Эксперт Банк" (далее - банк, кредитор) и ООО "Устройство-3" (далее - должник, заемщик) заключили договор об открытии кредитной линии и предоставлении кредита № КЛВ/МСК/2017-147, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредитную линию на следующих условиях: лимит задолженности - 130 000 000 руб., срок кредитной линии - по 30.10.2020, срок действия транша - 12 месяцев, базовая процентная ставка - 16% годовых.

В подтверждение перечисления денежных средств кредитором представлены  банковские  выписки по счету за период с 25 декабря 2017 года по 09 сентября 2020 года.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору 25 декабря 2017 года между Банком и ФИО4 был заключен договор поручительства N КЛВ/МСК/2017-171 - ДП/01.

Кроме того, 25 декабря 2017 года Банк и ООО "Устройство-3" заключили договор залога № КЛВ/МСК/2017-171-ДЗ/01 ценных бумаг серии ЭБ № 001852, серии ЭБ № 001853, в количестве 2 штук, стоимостью 32 580 000 руб., принадлежащих на праве собственности ООО "Устройство-3".

25 декабря 2017 года между банком и должником заключен договор об открытии кредитной линии и предоставлении кредита № КЛВ/МСК/2017-171, согласно которому банк предоставил заемщику кредитную линию на следующих условиях: лимит задолженности - 150 600 412,16 руб., срок кредитной линии - по 20.12.2019, срок действия транша - 12 месяцев, базовая процентная ставка - 16% годовых.

В подтверждение перечисления денежных средств кредитором представлены банковские  выписки по счету за период с 25 декабря 2017 года по 09 сентября 2020 года.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору 25 декабря 2017 года между банком и ФИО4 заключен договор поручительства № КЛВ/МСК/2017-171 - ДП/01.

Кроме того, 25 декабря 2017 года между банком и ООО "Устройство-3" заключен договор залога № КЛВ/МСК/2017-171-ДЗ/01 ценных бумаг серии ЭБ № 001852, серии ЭБ № 001853, в количестве 2 штук, стоимостью 32 580 000 руб., принадлежащих на праве собственности ООО "Устройство-3".

Предмет залога обеспечивает требования залогодержателя в размере основного долга и иных платежей, предусмотренных кредитным договором (пункт 1.4 договора залога).

18 сентября 2018 года между банком и должником заключен договор об открытии кредитной линии и предоставлении кредита № КЛВ/МСК/18-0010, согласно которому банк предоставил заемщику кредитную линию на следующих условиях: лимит задолженности - 70 000 000,00 руб., срок кредитной линии - по 18.09.2020, срок действия транша - 12 месяцев, базовая процентная ставка - 16% годовых.

В подтверждение перечисления денежных средств кредитором представлены банковские выписки по счету за период с 18 сентября 2018 года по 09 сентября 2020 года.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору 18 сентября 2018 года между банком и ФИО4 заключен договор поручительства № КЛВ/МСК/18-0010-ДП/01.

Как указал кредитор, ООО «Устройство-3» ненадлежащим образом выполнило принятые на себя обязательства по возврату полученных кредитов, в результате чего задолженность общества составила в общей сумме 177 929 972 руб. 69 коп.

Суды, признавая требования Банка обоснованными, исходили из того, что задолженность общества и ее размер подтверждены надлежащими доказательствами.

Признавая требования подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суды сослались на аффилированность ООО "Устройство-3" и АО "Эксперт Банк", а также на то, что предоставление банком кредита ООО "Устройство-3" по сути является компенсационным финансированием должника в период его нахождения в условиях имущественного кризиса.

Конкурсный управляющий АО «Эксперт Банк», оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что суды не учли, что согласно п.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г., очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе, его контролирующих.

Как полагает кредитор, суды не исследовали в полном объеме, при каких обстоятельствах должнику предоставлялось кредитование (финансирование), не установили имущественное положение должника на момент кредитования, не учли принятие банком мер по истребованию задолженности.

Также заявитель кассационной жалобы полагает, что суды не приняли во внимание, что должник исполнял свою обязанность по погашению кредитов надлежащим образом, при этом непрерывная просрочка образовалась только с 22 ноября 2019 года после отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций (1 ноября 2019 года.), а также не учли принятие Банком мер по истребованию задолженности, что подтверждается направлением в адрес должника требований о погашении задолженности от 6 июля 2020 г., в адрес ФИО4 - 6 июля 2020 г., 23 декабря 2020 г.

Банк указал, что в настоящее время в производстве Останкинского районного суда г. Москвы на рассмотрении находится гражданское дело № 02-1070/2021 по иску Банка к ФИО4 о взыскании задолженности по Договорам об открытии кредитных линий и предоставлении кредита, являющимися предметом настоящего спора.

Кроме того, по мнению заявителя, факт заключения 14 июля 2017 года между Банком и должником договора гарантийного депозитного вклада № 03-17-0006/D, согласно которому должник внес на депозитный счет в Банке вклад в виде денежных средств в сумме 1 174 570 долларов США и 37 центов, которые до настоящего времени находятся на счете, а также передача в залог ценных бумаг серия ЭБ №001852, серия ЭБ № 001853, в количестве 2 штук, стоимостью 32 580 000 руб., опровергает вывод суда о том, что должник на момент заключения договоров об открытии кредитных линий и предоставления кредита пребывал в состоянии имущественного кризиса.

Также Банк сослался на неправомерность отказа судов в признании задолженности обеспеченной залогом, поскольку наличие у Банка залоговых прав подтверждено надлежащими доказательствами, при этом суд необоснованно установил факт отсутствия у Банка ценных бумаг, переданных в залог, поскольку данные ценные бумаги судом у кредитора не истребовались.

Представитель заявителя  в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ООО «Альянс МБ» возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований АО «Эксперт Банк» ссылалось на неисполнение должником принятых на себя обязательств по кредитным договорам.

Установив факт выдачи кредитов и перечисления кредитных денежных средств должнику, суды пришли к правомерному выводу о подтвержденности задолженности общества по кредитным договорам и ее размера надлежащими доказательствами.

Суды обоснованно установили наличие аффилированности ООО "Устройство-3" и АО "Эксперт Банк", указав, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ генеральным директором ООО "Устройство-3" является ФИО4, при  этом его брат - ФИО5 является лицом, под контролем и значительным влиянием которого в соответствии с критериями МСФО (IFRS) 10 и МСФО (IAS) 28 находится АО "Эксперт Банк".

Суды установили, что ФИО5, ООО "ОЛИМП", ООО "АНТ", ООО "СТАНДАРТ", ООО "ЮНИТИ", ООО "Тинитр", ООО "ДИНОЛЕНД", ТОО "Антонио Трейд", ТОО "Кольм Кивикест", ООО "Антарес" составляют группу лиц, совокупный процент голосов к общему количеству голосующих акций группы лиц составляет 92,7933%, совокупный процент принадлежащих группе лиц акций (долей) кредитной организации к уставному капиталу кредитной организации составляет 92,7933%, при это ФИО5 является фактическим руководителем указанных выше организаций, что подтверждается списком лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится кредитная организация, размещенным на сайте Банка России.

Более того, ФИО5 является председателем Совета директоров АО "Эксперт Банк".

Признавая требования Банка подлежащими субординации, суды указали, что предоставление банком кредита ООО "Устройство-3", с учетом аффилированности сторон, по сути является компенсационным финансированием должника в период его нахождения в условиях имущественного кризиса.

Между тем, судами при разрешении спора не учтено следующее.

Как следует из пункта 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее - Обзор), очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве). 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. 

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. 

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

В пункте 3 Обзора перечислены ситуации, при которых требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, в том числе если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (в данном случае подпункт 3.1 Обзора).

В данном обособленном споре суды констатировали только обстоятельство аффилированности кредитора и должника, при этом суды не указали, на основании каких документов и доказательств они пришли к выводу, что предоставление кредитов осуществлялось Банком в период имущественного кризиса ООО «Устройство-3», что является обязательным условием для понижения очередности требований.

Суды вышеуказанные обстоятельства в рамках настоящего дела не установили, а также не дали оценки доводам кредитора о том, что непрерывная просрочка по кредитам образовалась у ООО «Устройство-3» только с 22 ноября 2019 года после отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций (1 ноября 2019 года.), при этом со стороны Банка предпринимались меры по истребованию задолженности, что подтверждается направлением в адрес должника требований о погашении задолженности от 6 июля 2020 г., в адрес ФИО4 - 6 июля 2020 г., 23 декабря 2020 г.

При таких обстоятельствах суд округа считает, что выводы судов о необходимости субординации требований Банка являются преждевременными, поскольку суды с учетом материалов дела не установили имущественный кризис у общества на момент предоставления кредитов и намерение сторон при предоставлении кредитов компенсировать имущественный кризис в целях уклонения от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве.

Также суд округа отмечает, что суды, приходя к выводу о том, что наличие ценных бумаг, переданных в залог Банку, не подтверждено, данные ценные бумаги у Банка не запрашивали и не предлагали представить доказательства их наличия у кредитора, в связи с чем выводы судов об отсутствии предмета залога суд округа также считает преждевременными.

Учитывая изложенное, оспариваемые судебные акты подлежат отмене, поскольку суды при рассмотрении спора не установили обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, при этом обособленный спор подлежит направлению на рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку суд округа лишен полномочий по сбору и оценке доказательств.

При новом рассмотрении дела суду следует с учетом положений Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, установить, имелся ли у должника в период предоставления кредитов имущественный кризис и было ли направлено предоставление кредитов на компенсацию имущественного кризиса  в целях уклонения от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, предложить Банку представить на обозрение суда оригиналы ценных бумаг (копии в дело), переданных в залог ООО «Устройство-3», после чего разрешить вопрос о наличии либо отсутствии оснований для субординации требований и признании их залоговыми.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 по делу № А40-48052/2020 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Л.В. Михайлова

 

Д.В. Каменецкий