АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4278/22 

Екатеринбург

23 августа 2022 г.

 

Дело № А60-55578/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы акционерного общества «Уралкомпрессормаш» (далее – общество «Уралкомпрессормаш», истец, заявитель кассационной жалобы) и ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель кассационной жалобы) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 по делу № А60-55578/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность в порядке передоверия №66АА6865266 от 17.08.2021, генеральная доверенность №66АА6412042 от 06.10.2020);

представитель ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) – ФИО4 (удостоверение адвоката, доверенность №50АБ5436107 от 26.01.2021).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу ФИО3 и возражения на отзыв ФИО1 приобщаются к материалам кассационного производства ввиду направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Общество «Уралкомпрессормаш» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в сумме 8 808 520 руб.

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №24 по Свердловской области (далее – налоговый орган), общество с ограниченной ответственностью «Инновейшен трейд ком», общество с ограниченной ответственностью «Промышленные технологии», общество с ограниченной ответственностью «Рейлинг», общество с ограниченной ответственностью «Спецтехарсенал», общество с ограниченной ответственностью «Симбирская оптовая компания», временный управляющий общества «Уралкомпрессормаш» ФИО5.

В порядке статьи 46 АПК РФ ФИО1 привлечен к участию в деле в качестве соистца.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами общество «Уралкомпрессормаш» и ФИО1 обратились в суд округа с кассационными жалобами (идентичными по своему содержанию), в которых просят решение от 17.11.2021 и постановление от 28.03.2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационных жалобах заявители указывают, что судом апелляционной инстанции необоснованно отказано в приобщении дополнительных документов, в частности карточки счета 60 и выдержки из акта выездной налоговой проверки от 22.10.2021 № 15-17/8219 в котором были сделаны выводы относительно незаконной схемы, созданной бывшим генеральным директором ФИО3, по необоснованным налоговым вычетам, а также мнимом характере отношений и фиктивном документообороте с обществом с ограниченной ответственностью «Промгаздеталь», которым прикрывались сделки с фирмами-однодневками, поскольку, несмотря на то, что акт налоговой проверки датирован 22.10.2021, то есть до вынесения обжалуемого судебного акта (17.11.2021), общество «Уралкомпрессормаш» получило акт налоговой проверки нарочно только 22.11.2021, в результате чего судебные акты приняты без учета выводов и обстоятельств, изложенных в акте налоговой проверки от 22.10.2022.

Заявители настаивают, что судами сделаны ошибочные выводы об обычном характере взаимоотношений по перечислению денежных средств в пользу фирм-однодневок, а также о непредставлении доказательств со стороны истцов о неправомерности действий бывшего генерального директора ФИО3; указывают, что в ходе рассмотрения дела истцами были представлены необходимые доказательства, свидетельствующие о неправомерности действий ФИО3; возражают против выводов о том, что спорные платежи были совершены в условиях обычных хозяйственных взаимоотношений, поскольку в спорный период у общества отсутствовала необходимость для заключения сделок по оказанию услуг/работ; перед перечислением денежных средств в адрес контрагентов какая-либо проверка их благонадежности, возможности предоставления встречного предоставления не была проведена; бывший генеральный директор ФИО3 как лицо, ответственное за организацию системы управления и контроля в акционерном обществе, а также ответственное за выбор и подбор контрагентов, не мог не знать о фиктивном документообороте в обществе «Уралкомпрессормаш» и об отсутствии встречного предоставления со стороны мнимого поставщика общества «Промгаздеталь», которым прикрывалось необоснованное перечисление денежных средств на сумму 8 800 520 руб. в пользу восьми фирм-однодневок.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом норм статьи 286 АПК РФ, суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Уралкомпрессормаш» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.09.2002 с присвоением основного государственного регистрационного номера 1026602951957.

В период с 29.09.2002 по 16.10.2019 ФИО3 являлся генеральным директором общества «Уралкомпрессормаш»; в октябре 2019 года генеральным директором общества назначена ФИО6 (далее – ФИО6).

Из пояснений истца следует, что новым директором общества ФИО6 в октябре 2019 года были выяснены обстоятельства, связанные с причинением ФИО3 убытков обществу «Уралкомпрессормаш» в размере 8 808 520 руб. в виде перечисления обществом денежных средств в пользу хозяйственных обществ, имеющих признаки транзитных организаций: 

– общества с ограниченной ответственностью «ИТК» – по платежному поручению от 22.01.2019 № 116 на сумму 800 000 руб.; 

– общества с ограниченной ответственностью «Промтех» – по платежным поручениям от 23.05.2019 № 1, № 2 на суммы 300 000 руб., 295 000 руб.; 

– общества с ограниченной ответственностью «Рейлинг» – по платежному поручению от 19.02.2019 № 446 на сумму 1 470 000 руб., платежному поручению от 26.02.2019 № 511 на сумму 100 000 руб.; 

– общества с ограниченной ответственностью «Спецтехарсенал» – по платежному поручению от 07.02.2019 № 26 на сумму 800 000 руб.; 

– общества с ограниченной ответственностью «Симбирская Оптовая Компания» по платежному поручению от 29.03.2019 № 295 на сумму 590 520 руб.;  

– общества с ограниченной ответственностью «Макростройгрупп» – по платежному поручению от 11.06.2019 № 1024 на сумму 1 755 000 руб.; 

– общества с ограниченной ответственностью «АМК» – по платежному поручению от 17.05.2019 № 768 на сумму 1 243 000 руб.;  

– общества с ограниченной ответственностью «Технотрейд» – по платежному поручению от 29.01.2019 № 21 на сумму 1 455 000 руб. 

Истец указывал, что соответствующие обстоятельства стали известны обществу после получения информационного письма налогового органа от 09.09.2020, в котором последний сообщил обществу об установленных в ходе контрольно-аналитической работы в отношении истца обстоятельствах перечисления в 2019 денежных средств в адрес поименованных юридических лиц, имеющих признаки «транзитных» организаций, задействованных в «веерном обналичивании» через физических лиц, на общую сумму 8 808 520 руб.; в этой связи инспекцией предложено обществу проанализировать сумму расходов, указанных в декларации по налогу на прибыль за 2019 год, на предмет неправомерного включения суммы, перечисленной в адрес спорных контрагентов, в размере 8 808 520 руб., и уточнить свои налоговые обязательства в срок до 17.09.2020, путем представления уточненной налоговой декларации по налогу на прибыль за 2019 год, самостоятельно произвести уплату дополнительно начисленного налога в бюджет, представить письменное пояснение.

Уточнение своих налоговых обязательств по налогу на прибыль за 2019 год во исполнение поименованного в информационном письме налогового органа требования при наличии оснований для такового обществом не было произведено.

Впоследствии уточненная налоговая декларация за 2019 год была представлена обществом 02.07.2021 – уже во время рассмотрения настоящего дела, при этом налоговая база по налогу на прибыль не изменилась. 

Общество «Уралкомпрессормаш» настаивает, что в его распоряжении не имеется необходимых и достаточных сведений для подачи уточненной декларации ввиду отсутствия документов по взаимоотношениям с данными контрагентами; на момент инициирования настоящего спора истребование документов от ответчика являлось предметом спора по делу № А60-55454/2020.

При этом, общество «Уралкомпрессормаш», проведя анализ сведений о контрагентах, из открытых источников установило, что компании, которым ФИО3 перечислял денежные средства, действительно имеют признаки «фирм-однодневок» и, исходя из имеющейся о них информации, не могли реально осуществлять деятельность, в том числе с истцом. Кроме того, у всех указанных организаций в едином государственном реестре юридических лиц (далее – реестр) в качестве вида деятельности значится: производство прочих строительно-монтажных работ, не согласующегося с видом основной деятельности общества «Уралкомпрессормаш»  – производство прочих насосов и компрессоров.

Ссылаясь на то, что соответствующие перечисления в пользу сомнительных контрагентов, фирм-однодневок, не способных исполнить встречное обязательство, не вызваны хозяйственными интересами общества «Уралкомпрессормаш» и представляют собой незаконное расходование средств общества, а также основываясь на данных информационного письма налогового органа от 09.09.2020 № 13-06/36122, общество «Уралкомпрессормаш» и его акционер ФИО1, обратились в суд с требованием о взыскании с бывшего директора общества ФИО3 убытков в размере 8 808 520 руб.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции применил положения статей 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснения, изложенные в пунктах 1, 3, 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), и исходил из недоказанности наличия оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил решение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 71 Закона № 208-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Из вышеуказанных положений закона и разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума № 62, следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пунктах 2, 3, 4 постановления Пленума № 62 приведены обстоятельства, при которых недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, перечислены обстоятельства, свидетельствующие о неразумности действий (бездействия) директора и разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 постановления № 62).

Согласно пункту 5 постановления № 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения сторон, принимая во внимание, что информационное письмо налогового органа является документом предпроверочного анализа; отметив, что само по себе указание налогового органа в отношении контрагентов общества на наличие признаков «фирм-однодневок», без исследования первичной документации, содержащей сведения о хозяйственных связях истца, последующем движении денежных средств, перечисленных спорным контрагентам, однозначно не свидетельствует о противоправности действий ответчика; приняв во внимание, что данные о недостоверности сведений в отношении контрагентов истца были внесены в реестр уже после заключения сделок и совершения платежей (преимущественно в 2020 году), в связи с чем достаточных оснований сомневаться в добросовестности данных лиц при совершении сделок истец – не привел; установив, что, в свою очередь, общество «Уралкомпрессормаш» являлось крупным предприятием, имеющим существенные финансовые обороты и удовлетворительные результаты финансовой деятельности, а также хозяйственные связи с порядка 3500 контрагентами в год, что предполагало  формирование ежедневно значительного числа платежных ведомостей и исключало возможность личного участия генерального директора в проверке каждого контрагента общества (за исключением тех, взаимоотношения с которыми имели долгосрочный характер); выявив, что в обществе была организована должная система проверки контрагентов, соответствующие функции были возложены на коммерческое, производственное и сервисное подразделения, каждое из которых курировалось своим руководителем, ответственным за подбор контрагентов, отдел снабжения также осуществлял проверку на предмет соответствия/несоответствия, был ответственен за поставку товара на склад, где аккумулировались все приходные и расходные документы, все заключенные договоры проверялись юристом, а окончательным этапом являлось формирование платежной ведомости в бухгалтерии, которая была оснащена всем необходимым программным обеспечением для проверки контрагентов и только после наличия согласований со стороны указанных ответственных лиц ФИО3, как директор, осуществлял согласование сделок с контрагентами; исходя из того, что доказательств осуществления ответчиком спорных платежей с целью вывода имущества общества в свою пользу приведено не было, суды обеих инстанций не усмотрели основания для вывода о неразумности и недобросовестности действий ответчика, совершившего от имени общества спорные перечисления денежных средств, в связи с чем констатировали недоказанность наличия убытков, иных неблагоприятных последствий в результате совершения оспариваемых выплат.

Помимо изложенного, судами также было принято во внимание, что в рамках дела № А60-55454/2020 рассматривался вопрос об истребовании обществом «Уралкомпрессормаш» документации у ФИО3; в удовлетворении требования было отказано, при этом суды при рассмотрении данного дела пришли к выводу об отсутствии достоверных доказательств факта отсутствия спорных документов в обществе, обратив внимание, что требование о передаче документов было направлено ФИО3 лишь 08.10.2020, по истечении года со дня прекращения полномочий ответчика как руководителя общества, на протяжении длительного периода времени после прекращения полномочий ФИО3 общество нормально функционировало, а кроме того, при рассмотрении иных арбитражных дел общество представляло в суды те документы, которые само истребовало у ФИО3 

Соответственно, при рассмотрении настоящего спора именно истец как лицо, в чьем обладании находится вся документация общества, владел всей полнотой информации относительно обстоятельств ведения хозяйственной деятельности и взаимодействия с контрагентами, однако не раскрывал ее перед судами и ответчиком, ограничиваясь ссылкой на информационное письмо налогового органа.

Установив указанные обстоятельства, суды не нашли достаточных оснований для выводов о противоправности действий ответчика, наличии его вины в причинении убытков и причинной связи между возникновением убытков и виновными действиями ответчика, в связи с этим не усмотрели правовых оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков и удовлетворения исковых требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ФИО3 к ответственности в виде взыскания убытков и об отсутствии доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций являются правильными, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, основаны на правильном применении норм права; исходя из установленных судами обстоятельств вывод об отсутствии оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков является верным.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отказе со стороны суда апелляционной инстанции в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств и принятии к рассмотрению дополнительных доводов судом округа отклоняется.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статья 268 АПК РФ).

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

Реализуя свои дискреционные полномочия, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства акционера ФИО7 о приобщении дополнительных доказательств, мотивируя свое решение по данному вопросу тем, что невозможность представления документов в суд первой инстанции подателем апелляционной жалобы обоснована не была.

При этом суд апелляционной инстанции справедливо указал, что карточки счета, оборотно-сальдовые ведомости являются внутренними документами бухгалтерского учета общества, в связи с чем могли быть представлены в суд первой инстанции с раскрытием приводимых доводов, являющихся новыми и основывающихся на их оценке, по результатам самостоятельно проведенного анализа в отношении спорных контрагентов.

В отношении акта налоговой проверки от 22.10.2021 суд апелляционной инстанции исходил из того, что указанный акт принят до вынесения решения суда первой инстанции, однако общество, располагая сведениями о проводимой в отношении него проверке, каких-либо мер по его представлению в суд первой инстанции – не приняло, каких-либо ходатайств, направленных на отложение судебного разбирательства или истребование доказательств в целях обеспечения представления данного акта в суд, - также не заявило, в принципе не раскрывая в суде первой инстанции обстоятельства проведения выездной налоговой проверки и заявляя об этом впервые только в суде апелляционной инстанции.

Установив данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции заключил, что само по себе указание в акте на его вручение обществу 22.11.2021 не свидетельствует о невозможности представления данного доказательства суду первой инстанции.

Ссылки заявителя жалобы на несоответствие выводов судов об обычном характере спорных взаимоотношений между обществом и контрагентами, судом округа не принимаются.

В рассматриваемом случае, суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из того, что ответчиком, ограниченным в возможности представления первичных документов, содержащих сведения о действительном содержании правоотношений с заявленными в иске контрагентами, были даны разумные пояснения относительно масштаба деятельности общества, ежедневном и ежегодном обороте как различных сделок, так и совершаемых платежей, осуществления ответственными подразделениями и работниками контроля за совершением сделок в обществе и отсутствием оснований утверждать, что спорные платежи совершены за пределами разумного предпринимательского риска, а действия ответчика были направлены исключительно на причинение вреда обществу; обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности ФИО3, наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица – судами не установлены. 

В свою очередь, истец в суде первой инстанции ограничился ссылкой на результаты контрольно-аналитической работы, проведенной налоговым органом в отношении общества «Уралкомпрессормаш», не представляя достаточных доказательств неправомерности действий бывшего директора общества ФИО3, мотивированных доводов о недобросовестности поведения, в том числе путем совершения платежей в обход установленной в обществе процедуры проверки контрагентов и согласования сделок, не приводя подтверждения вывода денежных средств из общества, в том числе в пользу ответчика, а также не раскрывая транзитный характер платежей, в том числе со ссылкой на движение средств на основании банковских выписок, а при представлении новых доводов и доказательств в суд апелляционной инстанции допустил нарушение положений статей 9 и 268 АПК РФ.

Более того, судами было принято во внимание, что при представлении в 2021 году уточненной декларации по налогу на прибыль за 2019 год общество не изменило налоговую базу, не исключило спорные платежи из суммы расходов, при том, что, как было установлено судами, именно у общества находились все документы по финансово-хозяйственной деятельности, от раскрытия которых перед судом первой инстанции истец уклонился.

Фактически заявители в кассационных жалобах не согласны с решением суда апелляционной инстанции, отказавшего в принятии к рассмотрению новых доводов и приобщении новых доказательств, в связи с чем оспаривают и выводы судов по существу требований, не установивших оснований для взыскания с бывшего руководителя убытков 

Вместе с тем, как верно указано апелляционным судом, истцы, заявляя в письменных дополнениях к жалобам новые доводы и представляя новые доказательства, приводят данные, основывающиеся на анализе бухгалтерской документации, касающейся, в том числе спорных контрагентов, по каким-то причинам не раскрытые перед судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела по существу, нарушают принцип состязательности, установленный статьей 9 АПК РФ, а также частью 3 статьи 257, частью 7 статьи 268 АПК РФ, согласно которым новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются судом апелляционной инстанции. 

Суд округа считает, что в рассматриваемом случае судами первой и апелляционной инстанций, с учетом выявленного процессуального поведения участников спора, верно установлены обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, выводы судов сделаны исходя из обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения; оснований для их переоценки у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 по делу № А60-55578/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы акционерного общества «Уралкомпрессормаш» и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                          Н.А. Артемьева 

 

                                                                                      О.Э. Шавейникова