ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

27.05.2019                                                                              Дело № А40-167199/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20.05.2019

Постановление в полном объеме изготовлено 27.05.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Кручининой Н.А. и Михайловой Л.В.

при участии в заседании:

от к/у ООО «Высоковольтные электрические системы» ФИО1 – Серруто ФИО2 по дов. от 07.12.2018;

от ФИО3 – ФИО4 по дов. от 22.12.2017,

рассмотрев в судебном заседании 20.05.2019 кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Высоковольтные электрические системы» Моргунова Романа Николаевича

на постановление от 16.02.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Назаровой С.А., Вигдорчиком Д.Г., Комаровым А.А.,

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Высоковольтные электрические системы» ФИО1 о взыскании со ФИО3 и ООО «Управляющая компания Энергостройпроект» в конкурсную массу должника убытков в размере 60 000 000 руб.

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Высоковольтные электрические системы»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2017 общество с ограниченной ответственностью «Высоковольтные электрические системы» (далее - ООО «ВЭС», должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства было опубликовано конкурсным управляющим в газете «Коммерсантъ» № 117 от 01.07.2017.

20.11.2017 конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 и ООО «Управляющая компания Энергостройпроект» убытков в размере 60 000 000 рублей, причиненных в результате заключения 29.01.2013 договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТрансСервис-Центр Продаж, Инженерной поддержки и Сервиса Трансформаторов».

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылался на нормы статей 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», на разъяснения по их применению, содержащиеся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», и указывал на то, что договор купли-продажи доли был заключен ФИО5, действовавшим неразумно и недобросовестно, получившим в результате 60 000 000 рублей из активов ООО «ВЭС» на невыгодных для общества условиях и в своих собственных интересах, в результате чего ООО «ВЭС» фактически лишилось значительной части активов (60 000 000 рублей), выведенных из его оборота без всякой коммерческой составляющей.

Возражая против удовлетворения заявления, ФИО5 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2018 со ФИО3 и ООО «Управляющая компания Энергостройпроект» в конкурсную массу ООО «ВЭС» были взысканы убытки в размере 60 000 000 рублей; срок исковой давности суд первой инстанции признал не пропущенным, исчислив его с момента утверждения конкурсного управляющего.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2018 было отменено, в удовлетворении требований конкурсного управляющего было отказано в связи с пропуском конкурсным управляющим срока исковой давности, исчисленного судом апелляционной инстанции с момента утверждения последующего (после ФИО3) генерального директора.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами обеих инстанций было установлено, что ООО «УК Энергостройпроект» в лице генерального директора ФИО3 на основании заключенного с ООО «ВЭС» договора от 18.05.2012 № 05-УПР/12М принял на себя полномочия единоличного исполнительного органа (генерального директора) ООО «ВЭС».

Между ФИО3 (продавец) и ООО «ВЭС» в лице генерального директора ООО «Управляющая компания Энергостройпроект» ФИО3, выполняющего функции единоличного исполнительного органа ООО «ВЭС», 29.01.2013 был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТрансСервис-Центр Продаж, Инженерной поддержки и Сервиса Трансформаторов» (далее – договор), по условиям которого ООО «ВЭС» приобрело у ФИО3 долю в размере 33,4% в уставном капитале общества номинальной стоимостью в 1 002 000 рублей за 300 000 000 рублей, во исполнение указанного договора ООО «ВЭС» 05.02.2013 перечислило ФИО3 60 000 000 рублей.

Суды установили, что 01.04.2015 ООО «ВЭС» направило ООО «ТрансСервис-Центр Продаж, Инженерной поддержки и Сервиса Трансформаторов» заявление о выходе из состава участников общества путем отчуждения доли обществу и требование о выплате действительной стоимости доли. В этот же день ФИО3 было принято решение о выходе из состава частников общества ООО «ВЭС», вместе с  тем, действительная стоимость доли должнику не выплачена, за период участия в обществе с 29.01.2013 по 01.04.2015 ООО «ВЭС» прибыли от участия в указанном обществе не получало.

Решением Арбитражного суда Московской области от 23.11.2015 по делу № А41-78824/15 ООО «ТрансСервис-Центр Продаж, Инженерной поддержки и Сервиса Трансформаторов» было признано несостоятельным (банкротом), определением от 24.08.2017 производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и отсутствия у должника ликвидного имущества.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из намеренной направленности действий ФИО3 на безвозмездный вывод чужого имущества под видимостью продажи доли в уставном капитале ООО «ТрансСервис-Центр Продаж, Инженерной поддержки и Сервиса Трансформаторов» по необоснованной цене в 60 000 000 рублей, и недобросовестности ответчика, в результате действий которого должнику причинены убытки в размере 60 000 000 рублей, и подлежат взысканию в порядке гражданско-правовой ответственности.

Суд апелляционной инстанции, не опровергая обоснованности выводов суда первой инстанции по существу спора, но отказывая в удовлетворении заявления, исходил из того, что ФИО3 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу заявления, в обоснование которого ответчик указывал на то, что договор заключен 29.01.2013, денежные средства перечислены 05.02.2013, новый генеральный директор, которому были переданы документы по сделке, был утвержден 27.11.2013, тогда как конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением 20.11.2017.

Суд первой инстанции, отклоняя данное заявление, указал на ошибочность толкования ответчиком норм материального права, поскольку конкурсный управляющий был утвержден судом 19.06.2017 и только с этого момента был вправе принимать предусмотренные законом меры по анализу финансовой документации должника и выявлению обстоятельств, которые могут свидетельствовать о причинении контролирующими лицами убытков обществу.

Отменяя определение суда первой инстанции и делая иной вывод относительно исчисления срока исковой давности по требованию о взыскании с бывшего генерального директора убытков, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Суд апелляционной инстанции установил, что конкурсный управляющий заявил требование о взыскании убытков на основании статей 10, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от  21.12.2016 в отношении ООО «ВЭС» была введена процедура наблюдения, временным управляющим ООО «ВЭС» утвержден ФИО1 

27.11.2013 статус ФИО3 как генерального директора ООО «УК «Энергостройпроект» был прекращен, с указанного времени генеральным директором являлся ФИО6, он же с 28.11.2013 стал единственным участником ООО «УК «Энергостройпроект».

Суд апелляционной инстанции, установив указанные обстоятельства, пришел к выводу, что, поскольку требование о взыскании убытков по корпоративным основаниям в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, то срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. 

Суд апелляционной инстанции указал, что срок исковой давности в данном случае подлежит исчислению с момента назначения нового директора ФИО6, являющегося в том числе и единственным участником, который мог и должен был узнать о нарушении прав должника предшествующим директором  и до 26.11.2016 предъявить к ответчику соответствующие требования (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пункт 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Не согласившись с принятым по обособленному спору судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции об удовлетворении требований конкурсного управляющего. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм материального права о сроке исковой давности, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что суд апелляционной инстанции неправильно определил момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям, не учел, что конкурсный управляющий получил реальную возможность узнать о допущенном ФИО3 нарушении только после введения процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 02.04.2019 кассационная жалоба конкурсного управляющего должника была принята к производству судьи, судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы было назначено на 07.05.2019.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 07.05.2019 рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего должника было отложено на 20.05.2019 в пределах десяти рабочих дней.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы кассационной жалобы, просил постановление суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции об удовлетворении требований конкурсного управляющего, указав на неправильное исчисление судом апелляционной инстанции срока исковой давности. На вопрос судебной коллегии о том, имеются ли сведения о зависимости от ФИО3 последующего генерального директора или об отсутствии у него информации о сделке, ответил, что таких сведений не выявлено.

Представитель ФИО3 возражала против удовлетворения кассационной жалобы по доводам отзыва на кассационную жалобу, заблаговременно направленного суду и участвующим в деле лицам, полагала обжалуемое постановление законным и обоснованным, указывая на то, что суд апелляционной инстанции, правильно применив разъяснения, содержащиеся в актах высшей судебной инстанции (пункт 68 Постановления № 53 от 21.12.2017), обоснованно пришел к выводу о том, что срок исковой давности по настоящему требованию истек 26.11.2016 – через три года после назначения нового, не зависящего от ответчика генерального директора.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей конкурсного управляющего должника и ФИО3, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по заявленным в кассационной жалобе доводам, поскольку считает, что судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора были применены подлежащие применению нормы материального права (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также учтены разъяснения высших судебных инстанций о порядке исчисления срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков с бывших руководителей (пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пункт 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»), установлены все имеющие значение для правильного разрешения обособленного спора обстоятельства, не допущено таких нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации и статья 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса).

Суд апелляционной инстанции, установив, что с 27.11.2013 статус ФИО3 как генерального директора ООО «УК «Энергостройпроект» был прекращен, с указанного времени генеральным директором являлся ФИО6, а с 28.11.2013 он же стал единственным участником ООО «УК «Энергостройпроект» (при этом сведений о зависимости или какой-либо иной связи последующего директора по отношению к ФИО3 не имеется, информацией о сделке новый руководитель общества также обладал), применив указанные выше нормы права и разъяснения высших судебных инстанций по их применению, пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности по настоящему требованию истек 26.11.2016, в связи с чем отказал в удовлетворении настоящих требований.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судами первой и апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает, что судом апелляционной инстанции были установлены все имеющие значение для разрешения спора обстоятельства, исследованы все доказательства, которым дана оценка в совокупности, в судебном акте приведены подробные мотивы, по которым суд пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по настоящему требованию.

Также судебная коллегия суда кассационной инстанции принимает во внимание правовую позицию высшей судебной инстанции относительно полномочий суда кассационной инстанции, выраженную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2017 № 305-КГ16-10901, согласно которой суд кассационной инстанции не вправе переоценивать выводы суда апелляционной инстанции, сформированные по результатам исследования и оценки доказательств.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судом апелляционной инстанции не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебного акта при проверке его законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2019 по делу № А40-167199/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий – судья                                               Е.А. Петрова 

Судьи:   Н.А. Кручинина

              Л.В. Михайлова