Дело № А43-19508/2019

г. Владимир

19 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена  12.04.2021.

Постановление

 в полном объеме изготовлено  19.04.2021.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Белякова Е.Н.,

судей   Протасова Ю.В., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 09.10.2020 по делу № А43-19508/2019, 

принятое по заявлению ФИО3 к должнику, обществу с ограниченной ответственностью «Ружьё» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о включении требований в размере 388 268 229,97 руб. в реестр требований кредиторов,

 

при участии представителей: 

от индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - предприниматель) – ФИО2, лично, паспорт гражданина РФ; представитель ФИО2 ФИО4 по доверенности от 01.03.2021 № 02-21/010 сроком действия один месяц.

 

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ружьё»  (далее – ООО «Ружьё», должник) ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о включении требований в размере 388 268 229,97 руб. в реестр требований кредиторов.

Определением от 09.10.2020 суд включил требования в реестр требований кредиторов ООО «Ружьё» в размере 388 268 229 руб. 97 коп., определив следующую очередность удовлетворения требований кредитора: 51 897 904 руб. 57 коп. - требования кредиторов третьей очереди; 336 370 325 руб. 40 коп. - требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

 Являясь конкурсным кредитором, ФИО2 обратился в суд с возражениями на заявление о включении в реестр требований ФИО3

 В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Пунктом 3 статьи 100 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный кредитор, требования которого включены в реестр кредиторов, наделяется правом заявлять возражения относительно требований других кредиторов, предъявленных в деле о банкротстве.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный кредитор ИП ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 16.12.2019 и принять по делу новый судебный акт, которым отказать ФИО3 во включении в реестр требований кредиторов ООО «Ружьё».

В обоснование доводов заявитель указал, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство ИП ФИО2 об истребовании у ПАО «НБД Банк» выписки по расчетным счетам ООО «Лагуна-НН», поскольку не было учтено, что истребуемые сведения не могут быть представлены ФИО2, так как они составляют охраняемую законом банковскую тайну. Вместе с тем доказательства прямо относятся к предмету доказывания по настоящему спору, так как могут подтвердить либо опровергнуть доводы о невозможности фактических поставок необходимого инструмента.

Как полагает заявитель апелляционной жалобы, суд первой инстанции счел установленным факт реальных хозяйственных связей между ООО «Модуль» и ООО «Ружьё» на основании  представленного в материалы дела договора поставки от 3 марта 2017 г., заключенного между ООО «Лагуна» (поставщик) и ООО «Модуль» (покупатель), а также дополнительного соглашения к нему, согласно которым ООО «Лагуна» обязалось поставить  в ООО «Модуль» товар и хранить его в своих складских помещениях.

Заявитель обращает внимание коллегии судей на то, что в материалы дела не было представлено каких-либо доказательств исполнения договора поставки от 03.03.2017. Согласно книге покупок ООО «Модуль» ООО «Лагуна-НН» произвело в 2017 г. поставки в пользу ООО «Модуль» на сумму лишь 949 967 руб. (15.04.2017 - 279 267 руб.; 16.04.2017 - 670 700 руб.), в то время как ООО «Модуль», якобы, поставило в ООО «Ружьё» в период с 12.04.2017 по 30.06.2017 товаров на общую сумму 56 679 707 руб. 80 коп.

Представленные доказательства противоречат доводам ФИО3, а именно: согласно книге покупок ООО «Модуль» первая поставка от ООО «Лагуна-НН» было произведена 15.04.2017 на сумму 279 267 руб., в то время как ООО «Модуль», якобы, отгрузило данный товар 12.04.2017 (за 3 дня до того как он был приобретен) в ООО «Ружьё» на сумму 10 792 097 руб. 40 коп. (наценка 3 764 %).

Заявитель считает, что выводы суда первой инстанции противоречат имеющейся в материалах дела бухгалтерской отчетности ООО «Модуль» за 2017 и 2018 гг. (т.1 л.д. 115-120). 

Согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Модуль» вся дебиторская задолженность ООО «Модуль» на 31.12.2017 составляла 43 000 000,00 руб., что на 12 229 846 руб.97 коп. меньше переданной по договору цессии от 15.03.2018 ФИО3 задолженности и предъявленной им к включению в реестр требований кредиторов.

Заявитель также указывает, что судом первой инстанции не дана оценка возражениям ФИО2 в части отсутствия ОКВЭД по продаже инструментов, как у ООО «Модуль», так и у ООО «Лагуна-НН».

По мнению заявителя, суд первой инстанции необоснованно не применил пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как из материалов дела следует, что фактической поставки ООО «Модуль» инструментов в ООО «Ружьё» не производилось.

Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

В материалы дела от ИП ФИО2 поступило ходатайство об истребовании доказательств от 11.12.2020 №02-20/040 (входящий от 14.12.2020 № 01АП-7352/20), а именно: об истребовании у ПАО «НБД-БАНК» (

<

...>) выписки по расчетным счетам ООО «Лагуна-НН» (ИНН 

<

***>) за период 2017, 2018, 2019 гг.; у МВД РФ ГУ МВД России по Нижегородской области - объяснения ФИО5 от 11.04.2019.

Представитель ФИО3 в судебном заседании 14.12.2020 возразил против удовлетворения заявленного ходатайства об истребовании дополнительных доказательств по делу.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Руководствуясь статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции определением от 14.12.2020 удовлетворил ходатайство кредитора об истребовании дополнительных доказательств по делу.

В судебном заседании 01.02.2021 представитель ФИО3 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела копий следующих документов: определение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.01.2021 по делу №А43-22162/2020; простой вексель № 035; акт приема-передачи от 15.01.2018; акт приема-передачи от 28.12.2017; договор уступки прав требования задолженности от 28.12.2017; заявление ФИО5, удостоверенное нотариусом ФИО6 от 26.01.2021 (52 АА 4702715); заявление ФИО7, удостоверенное нотариусом ФИО8 от 27.01.2021 (52 АА 4702715).

Представитель ФИО3 в судебном заседании 01.02.2021 поддержал заявленное ранее ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело. Таким образом, разрешение вопроса о принятии, а также оценке доказательств, находится в пределах рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

В силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Суд, совещаясь на месте, рассмотрев ходатайство представителя ФИО3 о приобщении к материалам дела представленных документов, руководствуясь статьями 41, 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: удовлетворить ходатайство представителя ФИО3  и приобщить к материалам дела копию определения Арбитражного суда Нижегородской области от 25.01.2021 по делу №А43-22162/2020; копию простого векселя № 035; копию акта приема-передачи от 15.01.2018; копию акта приема-передачи от 28.12.2017; копию договора уступки прав требования задолженности от 28.12.2017; копию заявления ФИО5, удостоверенное нотариусом ФИО6 от 26.01.2021 (52 АА 4702715); копию заявления ФИО7, удостоверенное нотариусом ФИО8 от 27.01.2021 (52 АА 4702715).

К судебному заседанию 01.03.2021 в материалы дела поступили следующие документы: ходатайство ИП ФИО2  о вызове свидетеля от 01.03.2021 № 02-21/013 (входящий от 01.03.2020 № 7532/20(1); ходатайство ИП ФИО2 о фальсификации от 01.03.2021 № 02-21/012 (входящий от 01.03.2021 № 01АП-7532/20(1) с приложенными копиями следующих документов: заключение специалиста Нижегородской областной организации Всероссийский профессиональный союз работников аудиторских, оценочных экспертных и консалтинговых организаций от 27.02.2021 № 01ПЭ/21.

Предприниматель и его представитель в судебном заседании поддержали ходатайства, поступившие к судебному заседанию 01.03.2020.

Представитель ФИО3 в судебном заседании возразил против удовлетворения заявленных ходатайств. 

Совещаясь на месте, суд определил: оставить открытым вопрос о рассмотрении заявленных ходатайств.

К судебному заседанию 05.04.2021 в материалы дела поступили следующие документы: ответ на запрос Первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020 от ГУ МВД России по Нижегородской области от 02.03.2021 № 14/5575 (входящий от 02.03.2021 № 7532/20(1)) в электронном виде и в оригинале; ходатайство от ФИО3 о приобщении к материалам дела дополнительных документов от 29.03.2021 (входящий от 01.04.2021 № 01АП-7532/20(1)), а именно: товарная накладная № 67 от 12.04.2017; товарная накладная № 71 от 17.04.2017;  товарная накладная № 90 от 17.05.2017; товарная накладная № 92 от 19.05.2017; товарная накладная № 109 от 14.06.2017; товарная накладная № 117 от 26.06.2017;  товарная накладная № 122 от 30.06.2017; опись; карточка учета материалов от 12.04.2017 № 2-04; карточка учета материалов от 04.05.2017 № 1-05; карточка учета материалов от 14.06.2017 № 4-06 от ФИО3 (входящий от 02.04.2021 № 01АП-7532/20).

В указанном судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, представили письменную позицию от 05.04.2021 № 02-21/017 с приложенными копиями следующих документов: объяснение ФИО9 от 03.03.2020; объяснение ФИО9 от 01.04.2021; справка ФИО9, кроме того, поддержали заявленные ранее ходатайства о вызове свидетеля оперуполномоченного отделения №3 (по оперативному обслуживанию Ленинского района) отдела ЭБ и ПК УМВД России по г.Нижнему Новгороду лейтенанта полиции ФИО10 и ходатайство о фальсификации доказательств. 

Суд, совещаясь на месте, определил: отказать в удовлетворении заявленных ходатайств в виду отсутствия процессуальных оснований.  

В ответ на запрос суда от 14.12.2020 от «ПАО НБД-Банк» поступила выписка по расчетному счету ООО «Лагуна – НН» за период с 01.01.2016 по 06.09.2017 (входящий от 13.01.2021 № 01АП-7532/20).

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123,156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru, в соответствии с порядком, установленным в статье 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

При принятии судебного акта арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 71,100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве); статьями 309, 310, 330, 382, 384, 486, 506, 516 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ); статьями 184, 185, 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходил из того, что между ООО «Лагуна-НН» (поставщик), ООО «Модуль» (покупатель) и ООО «Ружье» существовали реальные хозяйственные операции. 

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам. 

 

Как следует из материалов дела и установлено Арбитражным судом Нижегородской области, в отношении ООО «Ружьё» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО11

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.06.2020 ООО «Ружьё» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО11

04.10.2019 ФИО3 обратился в Арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ружьё» суммы задолженности в размере 388 268 229 руб. 97 коп.

Как следует из заявления, 10.04.2017 между ООО «Модуль» (поставщик) и ООО «Ружье» (покупатель) заключен договор поставки, по условиям которого поставщик обязуется поставить товар, а покупатель - принять и оплатить его в порядке и на условиях, определенных настоящим договором.

Пунктом 2.3 договора предусмотрено, что оплата товара производится покупателем в течение 180 дней с даты поставки товара.

В соответствии с пунктом 5.3 договора в случае нарушения покупателем срока оплаты цены товара, установленного пунктом 2.3., поставщик вправе предъявить покупателю требование об уплате неустойки в размере 1 % от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

В рамках данного договора поставщик (ООО «Модуль») поставил покупателю (ООО «Ружье»)  товар по товарной накладной №67 от 12.04.2017 на сумму 10 792 097 руб. 40 коп.

Покупатель (ООО «Ружье») произвел оплату поставленного по товарной накладной от 12.04.2017 № 67 товара в сумме 1 449 860 руб. 83 коп. платежными поручениями № 5 от 24.05.2017, № 6 от 23.06.2017, №7 от 26.06.2017, № 10 от 29.06.2017.

Размер задолженности ООО «Ружье» по этой товарной накладной составил 9 342 236, 57 руб. 

    В порядке пункта 5.3 договора поставки начислена неустойка в связи с просрочкой исполнения обязательств по оплате поставленного товара по товарной накладной № 67 от 12.04.2017 в размере 64 087 742,90 руб. (686*(9 342 236,57/100), где: 686 - количество дней просрочки с 11.10.2017 по 28.08.2019).

17.04.2017 покупателю (ООО «Ружье») поставщиком (ООО «Модуль»)  поставлен товар на сумму 8 053 119 руб. 40 коп. по товарной накладной № 71, оплата не произведена.

Размер неустойки, исчисленный в соответствии с пунктом 5.3 договора, за период с 16.10.2017 по 28.08.2017 составил 54 841 743 руб. 10 коп.

По товарной накладной от 17.05.2017 № 90 в адрес должника, ООО «Модуль», поставлен товар на сумму 9 746 100,00 руб., который ООО «Ружье» оплачен не был.

За период с 15.11.2017 по 28.08.2019 начислена неустойка в размере 63 447 111,00 руб.

19.05.2017 по товарной накладной №109 ООО «Ружье» получило товар на сумму 6 243 248 руб. 80 коп., который  также не был оплачен.

Размер неустойки, исчисленный в порядке пункта 5.3. договора, составил 38 895 440,00 руб. Неустойка исчислена за период с 13.12.2017 по 28.08.2019.

По товарной накладной от 26.06.2017 № 117 ООО «Модуль» передало ООО «Ружье» товар на сумму 8 771 490,00 руб., оплата не произведена.

Размер неустойки за период 25.12.2017 по 28.08.2019 составил 53 593 803 руб. 90 коп.

30.06.2017 ООО «Модуль» поставило ООО «Ружье» товар на сумму 4 093 362,00 руб.

Товар оплачен не был, размер неустойки, исчисленный в соответствии с условиями договора, составил 27 846 707 руб. 30 коп. (период с 29.12.2017 по 15.03.2019).

 

15.03.2018 между ООО «Модуль» (Цедент) и ФИО3 (Цессионарий) был заключен договор уступки права требования, согласно которому Цедент (ООО «Модуль») уступает, а цессионарий (ФИО3) принимает право требования к ООО «Ружье» за поставленный по договору поставки от 10.04.2017 товар по товарным накладным № 67 от 12.04.2017, № 71 от 17.04.2017, №90 от 17.05.2017, № 92 от 19.05.2017, № 109 от 14.06.2017, № 117 от 26.06.2017, № 122 от 30.06.2016.

Суд первой инстанции пришел к выводам о том, что факт поставки товара в адрес ООО «Ружье» по договору от 10.04.2017 подтвержден представленными в дело доказательствами, оплаты долга в полном объеме не произведена, представленные документы подтверждают обоснованность заявления о включении 388 268 229 руб. 97 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Между ООО «Лагуна-НН» (поставщик) и ООО «Модуль» (покупатель) заключен договор поставки 03.03.2017, по условиям которого поставщик обязуется поставить товар, а покупатель принять и оплатить товар в порядке и на условиях, определенных настоящим договором.

Дополнительным соглашением к договору от 03.03.2017 стороны определили, что поставщик оказывает услуги по хранению товара на своих складских помещениях до момента реализации товара с оплатой хранения.

Платежным поручением от 26.06.2017 № 22 ООО «Модуль» произвело оплату за хранение в сумме 50 000,00 руб.

В материалы дела представлены договоры аренды складских помещений, которые были заключены между ООО ДСК «Нижегородагродорстрой» (арендодатель) и ООО «Лагуна-НН» (арендатор), находящихся по адресу: 

<

...>. По  данному  адресу зарегистрировано и ООО «Лагуна - НН».

Факт нахождения товара по данному адресу подтвердил в судебном заседании и руководитель ООО ДСК «Нижегородагродорстрой» ФИО12, опрошенный в качестве свидетеля.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что наличие между ООО «Ружье» и ООО «Модуль» правоотношений по договору поставки от 10.04.2017 отражено сторонами в бухгалтерской документации. Это отражено ООО «Ружье» в первоначальной книге покупок за 2-й квартал 2017 г. Аналогичные сведения отражены ООО «Модуль» в книге продаж за 2-й квартал 2017 г., истребованной судом в Автозаводской инспекции Федеральной налоговой службы г. Нижнего Новгорода. Кроме того, ООО «Ружье» частично задолженность за поставленный товар погашалась платежными поручениями от 24.05.2017 № 5 на сумму 500 000,00 руб., от 23.06.2017 № 6 на сумму 289 860,00 руб., от 26.06.2017 № 7 на сумму 100 000,00 руб., от 29.06.2017 № 10 на сумму 560 000,00 руб. В назначении платежа ООО «Ружьё» указывало «оплата задолженности за поставленный инструмент и прочие принадлежности, согласно договору поставки».

Кроме того, задолженность ООО «Ружье» отражена ООО «Модуль» в бухгалтерской отчетности, с учетом создания резерва по сомнительным долгам, на счете 63.

Оценив представленные доказательства, арбитражный суд пришел к выводу о наличии реальных хозяйственных операций между ООО «Лагуна-НН», ООО «Модуль» и ООО «Ружье».

 

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции. 

 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ), право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им  другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункты 1,2 статьи 389.1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

По общему правилу в деле о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом  процессуальном  порядке  проверяется их обоснованность, состав и размер. При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Данные правила реализуются посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требования кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке. Суд также не освобождается от проверки обоснованности и размера требования кредиторов и в отсутствие  разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие  разногласия, что предусмотрено статьями 16,71,77,100 Закона о банкротстве, а также разъяснениями, приведенными в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется повышенный стандарт доказывания (достаточность доказательств). 

При рассмотрении  споров конкурирующему кредитору достаточно заявления убедительных доводов или предъявления доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднение опровергнуть приведенные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами  своих правоотношений с несостоятельным должником.

С учетом особенностей установления требования кредитора, предусмотренных статьей 71 Закона о банкротстве, суд рассматривает обоснованность указанного требования, давая оценку подтверждающим документам, а также поступившим возражениям других лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 вышеназванного постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, при оценке достоверности факта наличия требования кредитора, основанного на передаче должнику товара, подтверждаемого лишь товарной накладной, суд должен выяснить среди прочего такое обстоятельство, как возможность передачи кредитором должнику указанного товара; обстоятельства поставки (перемещения) товара от кредитора в адрес должника; а также обстоятельства того, каким образом указанный товар поступил в распоряжение кредитора (в результате производственной деятельности или сделки купли-продажи и т.д.).

Таким образом, кредитору в обоснование заявленных требований необходимо представить первичные документы, подтверждающие поставку товара должнику (или третьему лицу по указанию должника), в том числе документы, подтверждающие способ и процесс доставки товара, его перевозки до должника (или иного указанному им лица), документы, подтверждающие наличие и возможность кредитора осуществить такую поставку, доказательства, подтверждающие использование полученного товара и т.п.

В силу части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Роль суда в указанном случае заключается в пресечении недобросовестных действий сторон, недопустимости формального подхода к рассмотрению дела, необходимости дать оценку всем доводам сторон для определения законного положения каждого из них.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля, как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (определения от 17 июля 2007 года N 566-О-О, от 18 декабря 2007 года N 888-О-О, от 15 июля 2008 года N 465-О-О и др.).

В силу пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, обратившихся в суд.

На недопустимость формального подхода при рассмотрении споров указано в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 N 913/11 и от 03.04.2012 N 14397/11, а также определении от 25.02.2014 N ВАС-19843/13.

В силу части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Установление формального соответствия (несоответствия) предъявленного заявления кредитора предъявляемым законодателем требованиям не может являться самоцелью, а должно рассматриваться как этап для проведения более глубокой проверки заявленного на предмет наличия или отсутствия правовых оснований для удовлетворения заявления кредитора.

 

В соответствии со ст.506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу ст.516 ГК РФ, покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Согласно ст.486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

По правилам ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

 

При обращении в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов по настоящему делу в качестве основания для включения ФИО3 сослался на договор поставки  от 10.04.2017, заключенный между ООО «Модуль» (поставщик) и ООО «Ружье» (покупатель), , а также товарные накладные от 12.04.2017 №67, от 17.04.2017 №71, от 17.04.2017 №90, от 19.05.2017 №92, от 14.06.2017 №109, от 26.06.2017 №117, от 30.06.2017 №122, должник не оплатил поставленный товар в полном объеме.

Вместе с тем в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции реальность правоотношений между ООО «Ружьё» и ООО «Модуль»  не нашла своего подтверждения.

 

 В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Как установлено в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, ИФНС России по Ленинскому району г.Н.Новгорода в период с 30.03.2018 по 23.11.2018 проведена выездная налоговая проверка в отношении общества с ограниченной ответственностью «Фортуна», результаты которой отражены в решении №11-12/593 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.3, л.д.129-169),  период и предмет, за который проведена проверка - с 01.01.2017 по 31.12.2017.

Указанное решение налогового органа вступило в законную силу, лицами, которые участвовали при проведении налоговой проверки, не обжаловалось.

Решение было предоставлено ИП ФИО2 в суд первой инстанции одновременно с письменной позицией  по доводам заявления ФИО3 о включении в реестр кредиторов ООО «Ружьё», соответствует признакам относимости и допустимости, следовательно, является надлежащим доказательством по делу в соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем  в установленном порядке  данное доказательство судом первой инстанции исследовано не было,  что явствует из определения суда от 09.10.2020.

 

В ходе проведенной проверки  было установлено, что основными  контрагентами  ООО «Фортуна» являлись ООО «Стратегия» и ООО «Ружьё» (т.1, л.д.132).

Директором ООО «Ружьё» в период с 27.04.2015 по 20.09.2017 являлась ФИО13

По информации налогового органа, у ООО «Ружьё» отсутствуют объекты недвижимого имущества, зарегистрированные транспортные средства, справки по форме 2-НДФЛ за 2015, 2016, 2017 гг. представлены не были, в обществе не имеется работников и лиц, привлеченных по договорам гражданско-правового характера, кроме того, общество имеет массового учредителя (участника) – физическое лицо.

Как следует из пояснений ФИО13, данным  в ходе проведения проверки, единственным покупателем у ООО «Ружьё» являлось ООО «Фортуна», численность сотрудников общества не помнит, поставщиков общества также не помнит, поставка товаров, вероятно, осуществлялась самими поставщиками. Фактически, ФИО13 уклонилась от дачи пояснений при проведении проверки.

Согласно выводам проверки, у ООО «Ружьё» отсутствует имущество, транспортные средства, работники, обладающие знаниями, необходимыми для осуществления деятельности в сфере бизнеса, связанной с реализацией инструмента и материала, используемого в производстве оружия, основные средства, складские помещения. Юридическое лицо, как самостоятельный субъект финансово-экономической деятельности, никакую деятельность не осуществляло. Материалами проверки подтвержден транзитный  характер движения денежных средств на расчетных счетах контрагентов, отсутствие  операций, свидетельствующих о ведении реальной хозяйственной деятельности.

Из выписок по расчетным счетам следует, что отсутствуют расходы на выплату заработной платы, коммунальные платежи, расходы по аренде  офиса, складских помещений, за услуги связи и интернет. Отсутствуют перечисления денежных средств по договорам гражданско-правового характера с физическими лицами.

 

Как следует из договора поставки от  10 апреля 2017 г., заключенного между ООО «Модуль» (Поставщик) и ООО «Ружьё» (Покупатель), по настоящему договору Поставщик  обязуется поставить товар, а покупатель – принять и оплатить товар в порядке и на условиях, определенных настоящим договором. Наименование, количество, ассортимент и цена товара указываются в накладных на каждую партию товара (пункт 1.1. договора).

Пунктом 3.1. договора предусмотрено, что  при возникновении необходимости в поставке товара Покупатель направляет Поставщику заказ, содержащий сведения о наименовании, количестве, ассортименте и планируемом  сроки поставки товара. Заказ направляется Покупателем по факсу.

Поставка товара осуществляется самовывозом со склада Поставщика (пункт 3.2. договора).

Покупатель в течение 5 дней с момента получения уведомления Поставщика о готовности товара к отгрузке должен прибыть на склад Поставщика, указанный в п.4.2 настоящего договора, для принятия и вывоза товара абз.2 пункт 3.4. договора).

Вместе с тем в пункте 4.2 договора, на который имеется ссылка в пункте 3.4. договора, отсутствует указание на какой-либо склад. В соответствии с данным пунктом предусмотрено требование о количестве и ассортименте товара.

В соответствии с пунктом 3.5 договора отгрузка товара со склада осуществляется силами и средствами Поставщика на автотранспортные средства Покупателя, которые должны быть приспособлены для безопасной перевозки товара.

Согласно статье 510 ГК РФ доставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки их транспортом, предусмотренным договором поставки, и на определенных в договоре условиях. Договором может быть предусмотрено получение товаров покупателем (получателем) в месте нахождения поставщика (выборка товаров).

Исходя из анализа условий договора поставки от 10.04.2017 в совокупности с иными документами, имеющимися в материалах дела, следует сделать вывод о том, что доказательства наличия у должника единиц техники, персонала для перевозки соответствующего товара отсутствуют. Также не представлены сведения о наличии у должника собственных или арендованных транспортных средств, а также путевых листов либо иных документов, свидетельствующих о самовывозе товара.

Отсутствуют и сведения о том, что Покупатель  направлял Поставщику  заказы, в которых содержались бы сведения о наименовании, количестве, ассортименте и планируемом сроке поставки товара.

Согласно ответу  ИФНС России по Советскому району г.Н.Новгорода на запрос суда от 05.03.2020 ООО «Ружьё» не ведет хозяйственную деятельность с 2-го квартала 2017 г. (т.2, л.д.1).

Кроме того, как указывалось выше, в ходе проведенной проверки  деятельности общества ИФНС России по Ленинскому району г.Н.Новгорода, установлено отсутствие имущества, транспортных средств, работников, основных средств, складских помещений.

В ходе судебного разбирательства в суд апелляционной инстанции представителем ФИО3 было представлено нотариально удостоверенное заявление ФИО5, согласно  которому ей известно, что 10.04.2017  ее предшественником  в должности директора ООО «Модуль» ФИО7 был заключен договор поставки с ООО «Ружьё» (покупатель). В адрес ООО «Ружьё» производилась поставка металлических изделий и инструментов (т.3, л.д.62).

Суд не может расценивать данные в заявлении пояснения как достоверные, поскольку они были даны спустя значительный период времени после  договора 10.04.2017, и только после того, как судом первой инстанции рассмотрено дело по заявлению ФИО3 о включении требований в реестр кредиторов, в данном заявлении имеются существенные противоречия, которые также вызывают сомнения в достоверности. Как указано ФИО5, директором ООО «Модуль» она являлась в период с 08.02.2017 по 22.04.2020, при этом самостоятельно осуществляла руководство текущей деятельностью, подписывала документы, имела в распоряжении печать, никому ее не передавала. Договор поставки с ООО «Ружьё» подписан ФИО7 10.04.2017, то есть в период, когда руководителем являлась ФИО5

Доказательств, свидетельствующих о представлении полномочий ФИО7 на подписание договора поставки, не представлено.

Кроме того, как следует из объяснений Пресняковой от 11.04.2019, данных оперуполномоченному отделения №3 отдела ЭБ и ПК Управления МВД России по г.Нижнему Новгороду,  какие-либо договоры с ООО «Ружьё» не заключала, товар в адрес данной организации не поставляла.

При этом перед получением объяснений ФИО5 разъяснены положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, также она предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 Уголовного кодекса РФ (т.3, л.д.94).

 

Как  следует из товарных накладных, в частности №67 от 12.04.2017,  №90 от 17.05.2017 , ООО «Модуль» поставило в адрес ООО «Ружьё» товар: втулки переходные, державки, сверла твердосплавные и т.д.).

Согласно решению №11-12/593 от 27.03.2020 ИФНС России по Ленинскому району г.Н.Новгорода, исходя из анализа деятельности реальных поставщиков  ООО «Ружьё» не закупало и не могло закупать товарно-материальные ценности, которые в дальнейшем реализовывались. Общество не имеет поставщиков, которые могли бы поставлять втулки переходные, державки, сверла твердосплавные цельные и т.д. (т.3, л.д.154).

Кроме того, как следует  из данного  решения, развертки  ГюрингР 15000908 D6  Z6 и др. (товарные накладные №67 от 12.04.2017, №71 от 17.04.2017, №92 от 19.05.2017 и т.д.) не могли быть поставлены, поскольку их не существовало, так как  организации, которые могли бы производить режущий инструмент под маркой  Гюринг, отсутствуют. ООО «Ружьё» не могло их нигде закупить (т.3, л.д.165).

 

Относительно  наличия возможности ООО «Модуль» поставить в адрес ООО «Ружьё» товарно-материальных ценностей суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

 

3 марта 2017 г. между ООО «Лагуна-НН» (Поставщик) и ООО «Модуль» (Покупатель) был заключен договор поставки (б/н), согласно условиям которого  Поставщик обязался поставить товар, а Покупатель – принять и оплатить товар в порядке и на условиях, определенных договором. Наименование, количество, ассортимент и цена товара указываются в накладных на каждую партию товара.

Условия данного договора идентичны условиям договора от 10 апреля 2017 г., заключенного между ООО «Модуль» и ООО «Ружьё».

Суд первой инстанции счел установленным факт реальных хозяйственных связей между ООО «Модуль» и ООО «Ружьё». Основанием для таких выводов суда первой инстанции послужили представленные представителем ФИО3 в материалы дела договор поставки от 03.03.2017, заключенный между ООО «Лагуна-НН» (поставщик) и ООО «Модуль» (покупатель), а также дополнительное соглашение к нему, согласно которым ООО «Лагуна-НН» обязалось поставить в ООО «Модуль» товар и хранить его в своих складских помещениях. Платежным поручением от 26.06.2017 ООО «Модуль» произвело оплату по доп.соглашению к договору поставки от 03.03.2017 ООО «Лагуна-НН» за хранение в сумме 50 000,00 руб. (т.1, л.д.84).

В соответствии с пунктом 3 дополнительного соглашения к договору поставки от 03.03.2017 соглашение определяет сроки и условия хранения товара, приобретенного Покупателем у Продавца.

Покупатель передает на хранение Поставщику  приобретенный у него  товар по договору поставки б/н от 03 марта 2017 г. до его фактической реализации  в адрес третьих лиц. Наименование, количество и иные индивидуальные признаки передаваемых вещей определяются сторонами, согласно товарным накладным, подписанным в рамках договора поставки от 03.03.2017.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о реальности правоотношений по поставке товара между ООО «Лагуна-НН» и ООО «Модуль», поскольку отсутствуют сведения о наличии товара у ООО «Лагуна-НН», не представлены товарные накладные по передаче товара ООО «Модуль».

Из представленных в материалы дела товарных накладных о передаче товара из ООО «Модуль» в ООО «Ружьё» не следует, что какой-либо товар получался на складе ООО «Лагуна-НН» по адресу: 

<

...> (л.д.82, т.1).

Представленные в материалы дела договоры аренды нежилого помещения  от 26 ноября 2016 г.  №03/А-16 ,  №03/А-16 от 1 сентября 2017 г.  между  ООО  ДСК «Нижегородагродорстрой»  (арендодатель) и ООО «Лагуна – НН»  (арендатор) также не являются надлежащими доказательствами, которые могут подтверждать реальность отношений  по договору поставки между ООО «Лагуна-НН» и ООО «Модуль» (т.1, л.д.99-100, 105-106).

Так, в соответствии с пунктом 1.1. договора арендодатель предоставляет, а  арендатор принимает в арендное пользование нежилое помещение общей площадью 19.3 кв.м., расположенное на первом этаже административного здания по 

<

...>. Объект аренды используется для размещения офисных структур и технических средств управления ООО «Лагуна-НН» (пункт 1.1.1. договора, т.1, л.д.99,105).

Доказательств  хранения по указанному адресу товара в материалы дела не представлено.

Судом первой инстанции не учтено, что согласно книге покупок ООО «Модуль» (т.1 л.д. 123), ООО «Лагуна-НН» произвело в 2017 г. поставки в пользу ООО «Модуль» на сумму 949 967 руб. (15.04.2017 - 279 267 руб., 16.04.2017 - 670 700 руб.), в то время как ООО «Модуль» поставило в ООО «Ружьё» в период с 12.04.2017 по 30.06.2017 товаров на общую сумму 56 679 707 руб. 80 коп.

Таким образом, представленные в дело доказательства противоречат доводам ФИО3 Согласно книге покупок ООО «Модуль» первая поставка от ООО «Лагуна-НН» было произведена 15.04.2017 на сумму 279 267,00 руб., в то время как ООО «Модуль» отгрузило данный товар 12.04.2017 (за 3 дня до того, как он был приобретен) в ООО «Ружьё» на сумму 10 792 097 руб. 40 коп. 

Кроме того, в материалы дела не были представлены доказательства оплаты поставленного ООО «Лагуна-НН» в пользу ООО «Модуль» товара, а представлено лишь платежное поручение по оплате за хранение товара на сумму 50 000,00 руб.

В подтверждение доводов о поставке инструмента в заявленном объеме в адрес ООО «Ружьё» заявитель указал, что поставленный инструмент ООО «Модуль» приобретало у ООО «Лагуна-НН» и хранило у ООО «Лагуна-НН» в соответствии с договором поставки от 03.03.2020 (т.1 л.д. 79-83).

Однако, помещение, которым располагало ООО «Лагуна-НН» по адресу: 

<

...>, является офисным помещением площадью 19,3 кв.м., что свидетельствует о несостоятельности указанных доводов.

 

В порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 обратился с ходатайством об истребовании у ПАО «НБД Банк» выписки по расчетным счетам ООО «Лагуна-НН», поскольку из указанной выписки возможно установить фактическую закупку и оплату этой организацией инструментов, которые были переданы впоследствии ООО «Модуль», затем - в ООО «Ружье». 

В удовлетворении заявленного требования судом первой инстанции отказано.

Отклоняя заявленные возражения, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 не предоставил сведений о невозможности получения этих доказательств самостоятельно, не обосновал связь истребуемых документов с рассматриваемым обособленным спором.

Вместе с тем в соответствии с частями 1, 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Приведенные обстоятельства явились основанием для удовлетворения ходатайства об истребовании документов судом апелляционной инстанции.

В ответ на запрос суда от 14.12.2020 от «ПАО НБД-Банк» поступила выписка по расчетному счету ООО «Лагуна – НН» за период с 01.01.2016 по 06.09.2017 (входящий от 13.01.2021 № 01АП-7532/20).

 Из выписки по расчетному счету ООО «Лагуна-НН» за 2016-2017, поступившей в ответ на запрос суда от 14.12.2020, следует, что ООО «Модуль» произвело оплату в ООО «Лагуна» за товар на общую сумму 1 785 600,00 руб., что не соответствует заявленному объему закупки товаров. 

Также, из анализа расходных операций установлено, что ООО «Лагуна-НН» не оплачивало закупки инструмента.

Вышеизложенные обстоятельства обоснованно ставят под сомнение возможность ООО «Модуль» произвести поставку инструмента по спорным накладным в пользу ООО «Ружьё».

 

Коллегия судей также приходит к выводу о том, что судом первой инстанции неверно оценены фактические обстоятельства дела в отношении несоответствия бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Модуль» заявленным требованиям. 

Так, суд первой инстанции указал, что задолженность ООО «Ружьё» отражена в бухгалтерской отчетности ООО «Модуль» с учетом создания резерва на счете 63.

Вместе с тем указанные выводы суда первой инстанции противоречат имеющейся в материалах дела бухгалтерской отчетности ООО «Модуль» за 2017 и 2018  гг. (т.1 л.д. 115-120). 

В отчете о прибылях и убытках ООО «Модуль» за 2017 г. (т.1 оборот л.д. 217) прочие расходы не указаны. При этом, согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Модуль», вся дебиторская задолженность ООО «Модуль» на 31.12.2017 составляла 43 000 000,00 руб., что на 12 229 846 руб.97 коп. меньше заявленной переданной по договору цессии ФИО3 задолженности и предъявленной им к включению в реестр требований кредиторов.

Судом первой инстанции также не дана оценка неотражению договора уступки права требования (цессии) от 15.03.2018, заключенному между ООО «Модуль» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) в бухгалтерской отчетности ООО «Модуль». 

В представленной бухгалтерской отчетности ООО «Модуль» за 2018 г. указанный договор цессии не нашел своего отражения. Активы и пассивы общества не изменились по сравнению с 2017 г., что свидетельствует об отсутствии операций по отчуждению каких-либо активов, в том числе дебиторской задолженности.

Кроме того, как у ООО «Модуль», так и у ООО «Лагуна-НН», отсутствуют ОКВЭД по продаже инструментов.

Суд апелляционной инстанции также не соглашается с доводами ФИО3 относительно частичной оплаты  по договору поставки от 10.04.2017.

Как следует из платежных поручений от 24.05.2017 №5,  от 23.06.2017 №6, от 26.06.2017 №7, от 29.06.2017 №10 на сумму  1 449 860,08 руб. (т.1, л.д.33-35), ООО «Ружьё» производило оплату задолженности за поставленный инструмент и прочие принадлежности, согласно договору поставки. В рамках какого договора поставки производилась оплата, указания в поручениях отсутствуют, что не позволяет отнести платежные поручения именно к договору от 10.04.2017 (б/н).

 

Коллегия судей также принимает во внимание, что решение  Дзержинского городского суда Нижегородской области от 31 июля 2018 г. по делу № 2-2005/2018, в соответствии с которым с ООО «Ружьё» в пользу ФИО3 взыскана задолженность за поставленный ООО «Модуль» по товарной накладной от 04.05.2017 № 83 за товар на сумму 3 317 156 руб. 50  коп., не имеет преюдициального значения для настоящего дела в соответствии с положениями статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку  в настоящее время решение суда  оспаривается. Кроме того, в рамках данного дела рассматриваются иные обстоятельства, связанные с включением в реестр требований кредиторов должника.

Суду в процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке.

При рассмотрении основанного на сделке требования кредитора арбитражный суд должен оценить обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности (ничтожности) такой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Как отметил Верховный Суд РФ в определении от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для той категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2017 N 305ЭС17-2110 указал, что при наличии доводов о мнимости и притворности договоров, на основании которых лицо заявляет требования о включении в реестр требований кредиторов должника, с целью установления истинных мотивов поведения сторон суд не должен ограничиваться формальной проверкой представленных сторонами документов, а должен принимать во внимание иные доказательства, подтверждающие наличие фактических договорных отношений.

В ситуации, когда кредитор не опровергает серьезные доказательства, подтверждающие мнимость или притворность договорных отношений с должником, а представляет лишь минимальный набор документов (текст договора, платежные поручения), не раскрывая обстоятельства заключения и исполнения сделки, нежелание кредитора представить дополнительные доказательства должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого указывает процессуальный оппонент, а совершенная между кредитором и должником сделка подлежит квалификации по правилам статьи 170 ГК РФ.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статья 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Коллегия судей приходит к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие реальную поставку товара ответчику, документов, подтверждающих возникновение у должника денежного обязательства (за исключением договора поставки, товарных накладных), не представлено.

Товарные накладные № 67 от 12.04.2017, № 71 от 17.04.2017, №90 от 17.05.2017, № 92 от 19.05.2017, № 109 от 14.06.2017, № 117 от 26.06.2017, № 122 от 30.06.2016, представленные в материалы дела, являются мнимыми, направлены на создание искусственной задолженности.

С учетом обстоятельств данного конкретного спора, отсутствия в материалах доказательств, свидетельствующих о наличии фактических отношений по поставке товара, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что договор поставки от 10 апреля 2017 г. является мнимой сделкой, поскольку целью совершения указанной сделки является создание формальной задолженности в значительном размере, с последующим удовлетворением указанной фиктивной задолженности и нарушения прав добросовестных кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Таким образом, обобщающим квалифицирующим признаком злоупотребления правом, установленным законом, является наличие заведомой недобросовестности лица, осуществляющего принадлежащее ему субъективное гражданское право.

Обращаясь с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника, заявитель рассчитывает на защиту своих прав как кредитора, рассмотрение арбитражным судом его требования к должнику по существу, возможность участия в процедуре банкротства должника с правами конкурсного кредитора,  однако, коллегией судей установлено отсутствие нарушенных прав ФИО3, что влечет отказ в удовлетворении заявления о включении в ресстр требований кредиторов должника.

По сути своей, удовлетворение требования о включении в реестр требований кредиторов должника повлечет легализацию судебным актом незаконных и неподтвержденных требований ФИО3, что недопустимо, и повлечет как следствие нарушение прав и законных интересов добросовестных кредиторов.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Нижегородской области от 09.10.2020 по делу № А43-19508/2019 подлежит отмене на основании положений части 1 статьи 270 АПК РФ, как принятое при неверном применении (толковании) норм материального права, неполном выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела, с принятием постановления об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 к должнику ООО «Ружьё» о включении требований в размере 388 268 229,97 руб. в реестр требований кредиторов. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 09.10.2020 по делу № А43-19508/2019 отменить.

В удовлетворении заявления ФИО3 к должнику, обществу с ограниченной ответственностью «Ружьё» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о включении требований в размере 388 268 229,97 руб. в реестр требований кредиторов отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

Е.Н. Беляков

Судьи

Ю.В. Протасов

 

Е.А. Рубис