ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, 

<

...> 

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: 

<

***>, 44-73-10  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-5354/2021

город Владимир

25 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2025 года. 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Полушкиной К.В., судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Савиновой Л.В.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

конкурсного управляющего ФИО2  

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 27.11.2024 по делу № А79-5354/2021,  

принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Наш дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 429120, 

<

...>) ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным трудового договора от 09.08.2021 № 9, применении последствий его недействительности,  

при участии в судебном заседании: от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 07.09.2023 сроком действия три года, 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Наш дом» (далее – ООО «Наш дом», Общество, должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии с заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о признании недействительным трудового договора от 09.08.2021 № 9 и применении последствий его недействительности, обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).  

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии определением от 27.11.2024 (резолютивная часть от 13.11.2024) в удовлетворении заявленных требований отказал.  

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционной суд с жалобой,  

в которой просит отменить определение суда, принять по делу новый судебный акт.  

Конкурсный управляющий указывает на отсутствие экономической целесообразности заключения трудового договора после возбуждения в отношении должника дела о его несостоятельности (банкротстве) и наличие оснований для признания спорной сделки ничтожной вследствие неподтвержденности факта осуществления ФИО3 трудовых функций. Заявитель ставит под сомнение сам факт получения ООО «Наш дом» встречного исполнения по договору, отмечая отсутствие доказательств нахождения ФИО3 на рабочем месте в течение установленного рабочего времени, выполнения ею трудовых обязанностей. Указанные обстоятельства, свидетельствуют, по мнению конкурсного управляющего, о заключении спорного трудового договора со злоупотреблением сторонами правом в целях вывода денежных средств из оборота должника.  

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству. В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В порядке пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Сарри Д.В. на судью Евсееву Н.В. (определение от 26.05.2025), судьи Волгиной О.А. на судью Сарри Д.В. (определение от 16.07.2025), судьи Евсеевой Н.В. на судью Волгину О.А. (определение от 26.08.2025), судьи Волгиной О.А. на судью Кузьмину С.Г. (определение от 11.09.2025).  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме видеоконференц-связи, представитель ФИО3 указал на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта и несостоятельность доводов заявителя жалобы.  

Представитель конкурсного управляющего в процессе рассмотрения апелляционной жалобы настаивал на удовлетворении жалобы.  

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в Информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судом и следует из материалов обособленного спора, определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 05.07.2021  

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Наш дом» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.  

Определением арбитражного суда от 03.08.2021 в отношении ООО «Наш дом» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.  

Приказом ООО «Наш дом» от 09.08.2021 № 113/1-л/с в штатное расписание специалистов, служащих в Обществе, с 09.08.2021 внесены изменения: исключена должность главного инженера и введена должность бухгалтера по расчетам.  

09.08.2021 между ООО «Наш Дом» в лице директора Хусяинова Марата Абдулбариевича (работодателем) и ФИО3 (работником) заключен трудовой договор № 09, согласно условиям которого, ответчик принят на должность бухгалтера по расчетам в отдел бухгалтерского учета. Рабочее место определяется приказом директора ООО «Наш Дом».  

Трудовой договор заключен на неопределенный срок (пункт 2.1. договора). 

Согласно пункту 4. трудового договора, продолжительность рабочего времени соответствует восьми часовому рабочему дню. Работнику устанавливается ежегодный оплачиваемый отпуск общей продолжительностью 28 календарных дней. Размер оклада составляет 34 500 руб.  

В тот же день издан приказ № 38-к о приеме ФИО3 на работу в отдел бухгалтерского учета на постоянную должность бухгалтера по расчетам, с окладом в размере 34 500 руб., и испытательным сроком три месяца.  

Согласно реестру выплат по сотруднику ООО «Наш Дом» ФИО3, за период с 09.08.2021 по 15.03.2023 выплаты в пользу ответчика составили 563 463 руб.  

Решением арбитражного суда от 17.03.2023 (резолютивная часть от 13.03.2023) ООО «Наш дом» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.  

Ссылаясь на отсутствие со стороны ФИО3 встречного предоставления по трудовому договору от 09.08.2021 № 09, заключение договора со злоупотреблением сторонами правом, в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании указанного трудового договора недействительной сделкой и применении последствии его недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 563 463 руб., указывая в качестве правового основания статью 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 и ФИО6.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из того, что начисление заработной платы ФИО3 соответствует условиям трудового договора, основано на факте исполнения трудовых обязанностей, неравноценность выплаченной заработной платы объему выполненной ответчиком работы судом не установлена, вред кредиторам должника  

не доказан, что, по мнению суда первой инстанции, исключает признание такой сделки недействительной в порядке пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как сделки совершенной при неравноценном встречном исполнении и в целях причинения вреда кредиторам должника; заявляя о признании оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) в связи с их совершением с злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), конкурсным управляющим заявлены аналогичные доводы, не выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Повторно изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Право конкурсного управляющего на обращение в суд с соответствующим заявлением закреплено в статье 61.9, пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве.  

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).  

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении № 63, приведенный перечень сделок, подлежащих оспариванию по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, не является исчерпывающим.  

Правила главы Ш.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей,  

возникающих, в том числе, в соответствии трудовым законодательством (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).  

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены основания для признания недействительными подозрительных сделок должника. При этом в зависимости от того, когда была совершена подозрительная сделка (в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления; не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании должника банкротом) законодатель устанавливает различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления № 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником  

сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В силу пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. По правилам обозначенной нормы права недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Таким образом, проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в Постановлении № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о неравноценности встречного предоставления по сделке; совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

Обязательным условием недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных  

обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 Постановления № 63).  

В рассматриваемом случае судом установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 05.07.2021, оспариваемый трудовой договор заключен 09.08.2021, то есть в пределах периодов подозрительности, установленных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.  

Статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.  

Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.  

В силу абзаца пятого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.  

В силу положений статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд, зависящим от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты; оклад – фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.  

Заработная плата каждого работника в силу статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.  

Таким образом, из системного толкования норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что заработная плата является вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по такой сделке – непосредственно осуществление трудовой функции.  

Вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника, соразмерную выполненной им работе; заработная плата является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.  

Так, неравноценное встречное исполнение при осуществлении трудовых функций может иметь место в случаях, если работник получал заработную плату и фактически не исполнял трудовые обязанности; если воля сторон при заключении трудового договора не была направлена на создание правовых последствий, отвечающих природе трудового договора; если отсутствовала правовая целесообразность и необходимость для должника привлечения работника к работе; должник не получал полезный результат от работы в виде осуществляемой им трудовой функции; если перечисление заработной платы направлено на искусственное наращивание задолженности; квалификация работника не позволяла ему осуществлять соответствующие трудовые функции; если работник не соблюдал внутренний распорядок дня; при наличии дисциплинарных проступков.  

Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств наличия указанных обстоятельств.  

Как следует из пояснений бывшего руководителя должника ФИО5, вступившего в должность директора ООО «Наш Дом» 21.04.2021, Общество имело большую дебиторскую задолженность населения и юридических лиц (более трех тысяч должников) по оказанным им жилищно-коммунальным услугам, по которой не были проведены претензионная и судебная работы по взысканию долга.  

25.05.2021 ООО «Наш Дом» заключило с обществом с ограниченной ответственностью «Агентство коммуникативных решений» (далее – ООО «АКР») договор на оказание комплексных услуг по взысканию задолженности за коммунальные услуги № 1-25/22. По условиям указанного договора ООО «АКР»  

обязалось по поручению и от имени ООО «Наш дом» осуществлять комплекс мероприятий по взысканию задолженности за жилищно-коммунальные услуги. Комплекс мероприятий по взысканию задолженности включает в себя взыскание задолженности в досудебном порядке; взыскание задолженности в судебном порядке; взыскание задолженности в рамках сопровождения исполнительного производства (пункт 2.1 договора).  

Прием ФИО3 на работу был обусловлен производственной необходимостью для взаимодействия с ООО «АКР» в рамках договора от 25.05.2021 № 1-25/22. По договоренности сторон ФИО3 осуществляла работу дистанционно. В ее трудовые обязанности входило установление размера итоговой дебиторской задолженности физических и юридических лиц (сверка, корректировка, перерасчет), а также осуществление сбора и подготовки первичных документов для последующей передачи ООО «АКР» для составления претензионных писем, исковых заявлений, судебных приказов и т.д.  

Из представленного в дело копии диплома об образовании (регистрационный номер 17218) усматривается, что ФИО3 имеет образование, ей присвоена квалификации «Бакалавр» по специальности «Экономика».  

Ответчиком были даны пояснения о своих должностных обязанностях, о характере и объеме выполняемой ею работы в период трудовых отношений с ООО «Наш дом». Из пояснений ФИО3 следует, что в ее основные трудовые функции входило: внесение сведений о задолженности потребителей в программы и базы данных; расчет размера платы за жилищно-коммунальные услуги и составление платежных документов; формирование реестра дебиторской задолженности для предоставления руководителю ООО «Наш Дом»; обработка первичных документов по каждому лицевому счету (детализация долга, расчет пени, квартирная карточка, выписка) для последующего взыскания в судебном порядке; контроль поступления платежей на основании решений суда. В подтверждение указанного ФИО3 в материалы дела представлены сводные данные по лицевым счетам, отчеты по расшифровке начисленных пеней, поквартирные карточки (всего, в 18-ти томах).  

Аргументированных возражений по представленным ответчиком документам от конкурсного управляющего не поступало. Представленные доказательства в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не опровергнуты, об их фальсификации не заявлено.  

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что участники трудового договора изначально не имели намерения установить правоотношения для осуществления трудовой деятельности и не приступали к исполнению взаимных обязанностей по заключенному трудовому договору. Конкурсный управляющий должника не представил надлежащих доказательств, свидетельствующих о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащего исполнения (привлечение к дисциплинарной и иной ответственности) ответчиком обязанностей, предусмотренных трудовым договором.  

Наоборот, имеющиеся документы подтверждают, что ФИО3 приступила к выполнению своих прямых обязанностей, предусмотренных трудовым договором.  

Доказательства того, что спорные работы (услуги) выполнялись в действительности не ФИО3, а иными лицами, в том числе работниками должника, или не выполнялись вовсе, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим в материалы дела не представлены.  

Доводы конкурсного управляющего о том, что работу с дебиторами ООО «Наш дом» осуществляло исключительно ООО «АКР», документально не подтверждены. Согласно пояснениям бывшего руководителя должника ФИО5, не опровергнутым в ходе судебного разбирательства, ООО «АКР» и ФИО3 выполняли разные функциональные обязанности: ООО «АКР» осуществляло мероприятия по взысканию задолженности за жилищно-коммунальные услуги (претензионная и судебная работа), а ответчик осуществляла обработку первичных документов по каждому лицевому счету, производила расчет размера платы за жилищно-коммунальные услуги, составляла платежные документы и формировала реестр дебиторской задолженности.  

Осуществляя трудовую деятельность, ответчик ежемесячно получал заработную плату, производил отчисления в бюджет и внебюджетные фонды. Ежемесячная заработная плата рассчитывалась из оклада в соответствии с условиями трудового договора, правильность расчета заработной платы не опровергнута. Выплаченная ответчику ФИО3 заработная плата является соразмерной суммой, за выполненный объем работы и не отличается от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Доказательств, свидетельствующих о том, что ежемесячный оклад, установленный ФИО3, превышает разумные пределы, либо доказательств, свидетельствующих о несоответствии квалификации и профессиональных качеств ответчика установленному размеру заработной платы, в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.  

Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате начисления ответчику заработной платы, причитающейся последнему в соответствии с трудовым договором, в материалах дела не имеется.  

Оснований полагать, что ответчик использовался для вывода денежных средств от должника, апелляционная коллегия не усматривает.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что специфика трудовых отношений состоит в том, что при заключении трудового договора (в отличие от гражданско-правовой сделки) отсутствует необходимость определения точного объема и размера встречного исполнения со стороны работника. В связи с этим такие базовые условия трудового договора, как оклад и социальные гарантии, не могут быть поставлены в зависимость от финансового результата, полученного работодателем в результате деятельности работника.  

Это означает, что при заключении трудового договора работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности.  

Для опровержения данной презумпции необходимо установить, что работник не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя,  

но и, формально вступая в трудовые отношения с должником, преследовал цель вывода денежных средств.  

Однако в рассматриваемом случае управляющий не стал доказывать наличие сговора у группы лиц, преследующих своей целью вывод денежных средств, ограничившись формальным заявлением об отсутствии у него всех документов, обосновывающих выплаты.  

Между тем, отсутствие у конкурсного управляющего информации о наличии или отсутствии встречного исполнения по платежам в виде заработной платы не снимает с него бремени доказывания факта неравноценности спорной сделки.  

Сам по себе факт отсутствия у конкурсного управляющего документов, подтверждающих обоснованность перечисления денежных средств, не освобождает его от обязанности доказывать обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований, при этом при реализации действий, направленных на возврат денежных средств в конкурсную массу должника, арбитражный управляющий вправе не только оспаривать сделки должника, но и предъявлять иски по иным основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.  

В силу положений Закона о банкротстве не передача конкурсному управляющему должника документации может являться основанием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед кредиторами на лиц, контролирующих должника, и взыскания с данных лиц убытков, в противном же случае возложение ответственности на контрагента по сделке за недобросовестное поведение должника в преддверии банкротства подрывает основы гражданского оборота, баланс имущественных интересов и влечет ущемление прав добросовестной стороны.  

Оснований для признания ФИО3 фактически аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом судом апелляционной инстанции не установлено.  

Оценивая доводы конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности неравноценности встречного исполнения, а также о недоказанности факта совершения ответчиком и должником умышленных действий исключительно с целью причинения вреда кредиторам, совершение действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, тогда как в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.  

Конкурсным управляющим не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что оспариваемая сделка совершена во вред имущественным интересам должника и его кредиторов. С учетом установленных по настоящему обособленному спору обстоятельств, основания полагать о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, отсутствуют, что исключает возможность признания оспариваемой сделки недействительной.  

Поскольку совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемого договора недействительным не доказана, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим  

должника требований о признании данной сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что оспариваемая сделка выходит за пределы дефектов подозрительных сделок, совершена со злоупотреблением правом, вопреки позиции конкурсного управляющего, в настоящем случае не имеется.  

Действительно, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок, указанных в главе III.I Закона о банкротстве.  

Применительно к настоящему обособленному спору такие обстоятельства судом не были установлены. Обстоятельства, при которых, по мнению заявителя, был заключен оспариваемый договор, не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: совершение сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение вреда этим правам. Указанные презумпции полностью укладываются в состав недействительности подозрительной сделки и не свидетельствуют о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Таким образом, квалификацию трудового договора, как недействительного по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует признать ошибочной.  

Оснований для вывода о мнимости совершенной сделки коллегия судей также не усматривает.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.  

По своему существу доводы подателя жалобы сводятся исключительно к несогласию с произведенной судом оценкой имеющейся доказательственной базы и установленных на ее основании обстоятельств, что само по себе не свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного акта и наличии оснований для его отмены.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. Учитывая, что заявителю в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины (определение от 27.02.2025), государственная пошлина в размере 30 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы взыскивается с должника в доход федерального бюджета, которая подлежит погашению в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве (пункт 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). С указанной суммой в реестр требований кредиторов должника подлежит включению Федеральная налоговая служба.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 27.11.2024 по делу № А79-5354/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.  

Включить Федеральную налоговую службу с суммой 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Наш дом» в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий судья К.В. Полушкина 

Судьи С.Г. Кузьмина 

Д.В. Сарри